Тень героя - hero’s shadow

— Я ненавижу школу. Ненавижу домашние задания, людей, причуды, а еще я ненавижу это чертово сочинение. Как, черт возьми, я должен справиться с этим за один день? Сверху раздается легкий шум. — У меня сложилось впечатление, что Цементос дал тебе неделю на выполнение этого задания, Изуку. Не твоя ли вина, что ты начал его выполнять всего за несколько часов до окончания срока? Изуку шумно вздохнул, чувствуя себя преданным, и устремил взгляд в потолок. — Кощунство! Я должен сказать, что все это время был занят. Это не моя вина. По крайней мере, не в этот раз. — По словам Ластика, - голос AINA меняется на голос знакомого героя, - борьба с преступностью не является приемлемым оправданием для пренебрежения своими обязанностями и школьной работой. Черт побери. Изуку не знает, зачем ему вообще понадобилось с ней спорить. Она же ИИ, так что, конечно, она победит. Мальчик недовольно щипает себя за переносицу. — Что я говорил о том, чтобы цитировать бродягу дома? Я не хочу слышать его голос здесь. Мне и так приходится каждый день видеть его тупую рожу в школе. — Я уверена, что он чувствует то же самое по отношению к тебе, Изуку. И ладно, вау, это было несправедливо. — Не помню, чтобы я программировал тебя на такую дерзость, - пробормотал он, возвращаясь к своей работе. Он решил проигнорировать саркастический ответ AINA и открыл свой блокнот. У него еще есть немного времени, прежде чем ему придется отправиться на работу и закончить несколько дел. До спортивного фестиваля осталось меньше недели, и он пытался накопить хоть какие-то деньги, чтобы в последнюю минуту купить что-нибудь необходимое. Видите ли, у Изуку осталось не так уж много времени. И дело не только в болезни, но и в глазах, которые уже несколько дней следят за ним. Его первый преследователь был достаточно любезен, чтобы предупредить его о том, что должно произойти, в виде очень зловещей записки, и мальчик не собирается тратить свое новообретенное преимущество. Они придут за ним. И в этом нет ничего необычного, ведь Изуку ежедневно приходится иметь дело с мстительными преступниками и злодеями, но в этот раз все иначе. Это серьезно, если заставило его "бывшего друга" выйти из укрытия и предупредить его об этом. Он должен уйти, и чем скорее, тем лучше. Неизвестно, знает ли кто-нибудь еще, что он здесь живет, и он не хочет ждать и узнавать об этом тяжким путем. Все, что ему нужно для исчезновения, - это поддельное удостоверение личности и паспорт, а также немного наличных. Он не сможет взять с собой Мисси, так как это подвергнет ее опасности, поэтому Изуку лучше всего оставить ее с Каччаном. Разумеется, ненадолго. Изуку не собирается уезжать навсегда. Месяца или около того должно хватить, чтобы все успокоилось, и только тогда он вернется и продолжит работу. Но куда же ему отправиться? В Америку? Его отец не решится отправиться туда на его поиски, так что это лучший выбор для Изуку. Он знает кучу языков, так что ему будет хорошо практически везде, но Америка кажется правильным выбором. Но это не значит, что он хочет покинуть свой дом, пусть даже на время. Изуку листает свой блокнот, бегло просматривая глазами страницы. Он уже не знает, что делает. Эссе давно забыто, но это его не волнует. Оценки у него были отличные, но прошедшая неделя сильно подкосила его. Что с того, что он отстает? Скоро его исключат. Если он не уйдет к тому времени. Он переворачивает очередную страницу и останавливается. Подпись Всемогущего смотрит на него, и от небрежного рукописного почерка и маленького личика рядом с именем Изуку вдруг затошнило. Ох. За все это время он даже не вспомнил о Всемогущем. Чувство вины настигает его, как скоростной поезд, и Изуку думает, что предпочел бы сейчас настоящий. Что он будет делать с «Один за всех», когда уедет? Вернет его Всемогущему? Возможно ли это вообще? Его наставник никогда не говорил ни о чем подобном, но с другой стороны, зачем ему это? Это не то, что нужно знать Изуку. Но все же. Если это невозможно, должен ли он отдать его? И кому? Каччан - вот его первый выбор. А вот примет ли его друг - это уже другой вопрос. Но «Один за всех» не нуждается в том, чтобы Каччан принимал его. Но как бы плохо это ни было, Изуку может заставить его, если понадобится. Это кажется идеальным планом в данной ситуации, какой бы ужасной и опасной она ни была. Единственный вопрос теперь - когда именно он собирается уехать. Подождать еще несколько недель или уехать сразу после Спортивного фестиваля? Если он собирается просто взять и исчезнуть, то лучше сделать все возможное. Ему нужно послать отца в последний раз на хрен, а что может быть лучше, чем полностью подчинить себе фестиваль? "Все за одного" наверняка будет следить за ним, раз он знает, что его сын в UA, так что нет смысла пытаться спрятаться. Изуку не стал бы даже думать об участии, если бы не собирался уезжать. Это единственное, что изменилось. К тому же, если он победит, это будет пощечина для «Все за одного». Напоминание о том, что он потерял, о том, чего у него больше нет. Изуку уйдет после этого. Он сможет держать их всех в напряжении. Он такой мелочный. Изуку набрасывает несколько последних строк в своем блокноте. Несмотря на все доказательства, указывающие на то, что ему следует бежать, он все равно будет чувствовать себя виноватым. Он не хочет уходить из школы, не хочет оставлять позади Мисси, Каччана и своих новых друзей. Он не хочет прекращать тренировки с Всемогущим и болтать с Сущим Миком на уроках английского. И, как бы ему ни было неприятно это признавать, он не хочет перестать видеть тупую рожу Ластика каждый день во время патрулирования. В последнее время все это стало для него привычным, и, возможно, именно в этом и заключается проблема. Он стал слишком комфортным, слишком счастливым. Вполне справедливо, что мир сбил с него спесь. Жаль только, что для этого пришлось использовать USJ. Изуку записывает заметки и, казалось бы, бессмысленные мысли на потертых, испачканных кофе страницах. Он пишет о своем плане, о плюсах и минусах каждого выбора, который он может сделать, когда уедет, о финансах и материалах, которые ему понадобятся, чтобы все получилось. А потом он идет дальше. Он пишет о своих сомнениях, о том, почему он действительно не хочет этого делать, но в то же время почему он вроде как должен это сделать. Это разочаровывает, это глупо, и это все еще недостаточно больно. У него так много вопросов и так мало ответов на них. И даже когда он вроде бы что-то решает и ему удается вычеркнуть один из вопросов из списка, на его место приходит еще десять. Ручка ломается от усилия, с которым он ее держит, и в момент обострения раздражения он швыряет ее через всю комнату. Изуку ненавидит излишне много писать в этом адском блокноте, потому что, во-первых, это не дневник, а во-вторых, всегда есть вероятность, что кто-то может его прочесть. Но какая у него альтернатива? Поговорить с кем-то? С другим человеком? Словами? Да, блядь, он так не думает. Спасибо, он останется при своем иррациональном гневе и ужасных механизмах преодоления. К тому времени, как он выбирается из дома и заканчивает кое-какие дела, его преследователи возвращаются. Они все еще наблюдают за ним. Это те же глаза и те же причуды, что и в первый день. Правда, человека, оставившего ему записку, среди них нет, но он не удивлен. Этот парень помогал ему, а не вредил. Он - потенциальный друг. Бывший знакомый. Ему нет смысла связываться с другими, менее пассивными преследователями Изуку. В ту ночь ему удается избавиться от них во время патрулирования, но на этом они не останавливаются. На следующую ночь все повторяется. Он встает и идет за выброшенным оружием в переулок, где находится, бесшумно ступая ногами по бетонному полу. Он только что расправился с несколькими бандитами, пытавшимися ограбить бедного подростка, поэтому не ожидал, что "Экстракт" начнет пульсировать в его жилах. В затылке запульсировала жилка, заставив Изуку на мгновение замереть, прежде чем он продолжил поднимать кинжалы. За ним наблюдают. Снова. Зеленоволосый мальчик замедляет дыхание и закрывает глаза, ощущая вибрацию земли и движение воздуха позади себя. Раз, два, три, четыре. Четыре пары глаз. Изуку распрямляется. Он поворачивается и поднимает предплечье, позволяя AINA просканировать периметр. Позже он просмотрит сделанную ею запись, чтобы узнать, что они смогут найти. Энергия, которую излучают незваные гости, не опасна. Они выглядят скорее любопытными, чем какими-либо еще, почти как будто их это забавляет. Его пальцы подрагивают, желая бросить один из клинков, которые он держит между пальцами. Он мог бы избавиться от них всех, и никто бы даже не узнал. Это было бы так просто против четверых. Но ему удается сдержаться, и в течение следующих нескольких дней происходит то же самое. Изуку патрулирует, они наблюдают за ним некоторое время, а потом уходят. Цикл повторяется, и всегда с теми же четырьмя. И только на пятый день что-то меняется. Он идет по улицам города, наконец-то чувствуя себя достаточно уверенно, чтобы не прыгать по крышам, лишь бы его не поймали, как вдруг чувствует холод; пространство вокруг него ощущает острую тишину. Это неправильно. Неподвижность абсолютна. Звенящая тишина давит на него, и он немедленно переходит в состояние повышенной готовности, чувствуя, как учащается сердцебиение, когда он ставит украденную банку кофе на бордюр. Ему неловко оставлять ее, но что поделаешь в такой ситуации? Может быть, Изуку и не следовало бы так свободно разгуливать по общественным местам, когда он - разыскиваемый линчеватель, но это уже не важно. Луны сегодня нет, света не видно. Но Изуку хорошо видит в темноте. Да, они там. Те четверо, что следили за ним, а также еще пятеро. Три команды по три человека. Основные. Изуку мысленно просчитывает, где он сейчас находится по отношению к своим преследователям, прокручивая в голове сценарии и планы сражений. Может быть, ему стоит выдвинуться и установить барьер с теми блокпостами на другой стороне улицы? А может, расставить ловушки? Нет времени. Слишком поздно. Злоумышленники прорвались через первый периметр и неуклонно приближаются. Они останавливаются сразу за второй командой, их причуды тихо гудят в глубине мозга Изуку. Они ждут сигнала? Они слишком близко, чтобы его это устраивало. Обычно они никогда не подходят так смело. Похоже, на этот раз их даже не волнует, заметит ли он их. Изуку молча поворачивается и идет в ту сторону, откуда пришел. Идти домой теперь не вариант, ведь так он просто устроит себе смертельную ловушку. Изуку засовывает руки во внутренние карманы, возится со своими гаджетами и начинает насвистывать негромкую мелодию. AINA сразу же узнает его, ее голос весело звучит в его наушнике. — Меры безопасности активированы. Все камеры в радиусе одной мили будут деактивированы в течение пятнадцати минут, начиная с этого момента. Изуку бросает хитрый взгляд на крышу здания на противоположной стороне улицы и замечает две фигуры, наблюдающие за ним. Они обмениваются словами и хватаются за невидимое оружие. Они готовы, они ждут. Но для чего? Он сворачивает на случайную дорогу, мысли его мечутся, возмущение нарастает. Пока он не может броситься на них. Они окружают его со всех сторон, к тому же Изуку не очень хорошо знаком с этой частью города. Он в невыгодном положении. Значит, он должен заставить их самих подойти к нему. Ему придется отбирать их и разделять по мере приближения. Но делать это нужно быстро. Если все девять набросятся на него сразу? Ему конец. Его гнев набирает силу, а глаза сужаются до опасных щелей. "Серьезно? А у меня был неплохой день. Они просто не могут насытиться мной." Он может расправиться с ними за минуту, если действительно захочет, или, по крайней мере, завалить больше половины, прежде чем сбежать. В конце концов, не все пистолеты, которыми он владеет, заряжены просто транквилизаторами. О чем они думают? Они находятся всего в нескольких кварталах от агентства Старателя, и все знают, что герой номер два посылает своих приятелей патрулировать эти места по ночам. Сам Изуку еще ни разу не попадался им на глаза, но сейчас не хочет сглазить. Многие скорее примут смерть, чем попадутся одному из патрульных Старателя. Внезапно Изуку чувствует, как энергия в воздухе начинает потрескивать. Он напрягается и перестает идти, дыхание сбивается, его охватывает чувство опасности. Они движутся к нему с необъяснимой скоростью. Тишина, лишь легкое жужжание ветра, да шарканье обуви. Близко. Только взглянув на отражение в окне на противоположной стороне улицы, Изуку замечает маски, которые надели его преследователи. Первая фигура появляется на карнизе над ним и прыгает. Его ноги еще не успевают коснуться земли, как Изуку молниеносно перемещается и впечатывает мужчину в стену, кровь окрашивает кирпич в багровый цвет от столкновения с головой. Изуку хватает преступника за вытянутое запястье и выхватывает нож из его пальцев. Что-то влажное блестит на лезвии, и Изуку моргает. "Это яд?" Мститель крепко сжимает нож и вгоняет в точку давления чуть ниже плеча преступника, а затем еще раз ударяет локтем, чтобы нож зашел еще глубже. Если догадка Изуку верна, вещество, покрывающее нож, просто усыпит его. Если же нет, то наверняка у кого-то из его приятелей найдется противоядие. Зеленоволосый мальчик пригибается, когда из-за спины вылетает шар золотого огня, опаляя его волосы и костюм. Тем же движением он бросается вперед и хватает новоприбывшего за голову, разбивая ее о колено. Маска раскалывается на две части от силы удара, открывая обугленное лицо под ней. Возможно, результат собственной огненной причуды. Он не может сдержать сочувственного вздоха при виде ожогов на лице, и только успевает скрестить руки и призвать «Отражение», как на него обрушивается еще один взрыв жара, отбрасывая на несколько футов назад. Он бросается вперед, радуясь, что на нем есть огнеупорный костюм Кролика, чтобы принять на себя удар пламени. Изуку наслаждается удивлением на лице фигуры и поворачивается, его тело пылает силой, когда он бьет человека прямо в грудь. Воздушный вихрь взмывает в воздух, и парень летит, врезаясь в окно Макдональдса. Ладно, это было слишком. Изуку внезапно обратил внимание на крики, доносящиеся от пары испуганных горожан, забегающих за угол. По его расчетам, у него есть не более двух минут до прибытия героев на место происшествия. Третий нападающий появляется за его спиной, выводя его из задумчивости. На этот раз на нем нет маски, и Изуку видит пару невидящих глаз, заставляющих его вздрогнуть. Мститель протягивает левую руку, чтобы схватить мужчину за волосы и притянуть к себе, но вместо этого получает удар кулаком в горло. Что-то острое вонзилось ему в живот, и он попятился назад, уже чувствуя, как тепло растекается по его толстовке и окрашивает ее в красный цвет. "Черт. Сосредоточься, идиот." Мужчина продолжает атаковать, не останавливаясь, обрушивая на Изуку шквал ударов, почти слишком быстрых, чтобы он мог за ними угнаться. Изуку позволяет танцу продолжаться еще несколько мгновений, прежде чем обнаруживает себе лазейку. Уклонившись от очередного удара в живот, он использует бедро преступника в качестве опоры и обхватывает его ногами за шею, повалив на землю. Изуку перекатывается, быстро достает ленту захвата и обматывает ее вокруг туловища нападавшего. С ворчанием он дергает за ленту и бросает фигуру вверх и на ближайший фонарь, подвешивая его, как пиньяту. Он не успевает проверить, будет ли тот пытаться сбежать, как появляются следующие трое, на этот раз нападающие сразу вдвоем. С шипением Изуку прыгает на стену и хватается за карниз крыши, из пореза на животе вытекает еще больше крови, когда он подтягивается. Он смотрит на троицу под ним, готовую в любой момент броситься в атаку. — Мне нужно кое-где появиться. — Изуку старается, чтобы в его голосе звучало раздражение, а не боль. — Не могли бы вы, например, не делать этого сегодня? Ответа нет, только шум ветра между ними. Изуку слышит сирены и закатывает глаза. Проклятье, еще один бой прерван. Он поднимает руку и судорожно сжимает пальцы, стараясь сосредоточиться на шее мужчины. Преступник в капюшоне, стоящий слева от него, начинает задыхаться, его руки тянутся вверх, чтобы отбить непредвиденную силу, которая тащит его вперед за горло. Изуку даже не использует «Тягу» по максимуму, он просто пытается застать их врасплох. Не то чтобы они не знали, кто он такой. Он узнал маску на лице пользователя огня. Эти люди - наемники, хотя, очевидно, не очень хорошие. Кроме того, они наверняка уже знают о странностях его причуды усиления, так что он даже не собирается смягчать ситуацию. Остальные принимают это за знак продолжать и бросаются к Изуку, их клинки сверкают в слабом свете. Изуку ослабляет контроль над первым парнем и выбрасывает одну из гранат, отталкивая преступников назад и давая тем самым достаточно времени для собственной атаки. Воздух рассекается, и Изуку чувствует жгучую боль в боку, где его коснулась ближайшая фигура; костюм шипит, словно его разъедает невидимая кислота. Скорее всего, это контактная причуда. Тогда ему нужно ограничить движения рук этого парня. Сдерживая крик, подросток изворачивается и хватает мужчину за горло, а другой рукой перехватывает его локоть и откидывает назад. Он так сильно сжимает шею противника, что он едва не раздавил его дыхательные пути. Изуку разворачивается и швыряет его в двух других на крыше, отправляя их в полет. Он спрыгивает со здания, отвлекаясь на мгновение, и заряжает «Один за всех» в ноги, падая вслед за ними. Он врезается в преступников еще до того, как они успевают коснуться земли, и использует их тела как трамплин. Удар высвобождает силу, похожую на взрыв, и земля под ним содрогается. И, черт возьми, это оставит след. Его бедные ноги сейчас плачут. Изуку ныряет в переулок, разделяющий два здания, и прыгает между стенами, чтобы подняться еще выше. Если бы он сейчас посмотрел вниз, то заметил бы большой кратер, который только что образовала его атака, и хромые фигуры внутри него. Осталось еще три. Изуку приземляется в нескольких шагах перед группой. Эти последние, похоже, ждали его. Они просто смотрели, как их товарищи по команде атакуют его без предисловий, не двигаясь ни на дюйм. Тот, кто стоит посередине, скорее всего, лидер, заговорил первым. Его слова звучат как низкий гул. — Как и ожидалось от знаменитого мстителя. Не нарушая ритма своей походки, Изуку обращается к нему с радостным придыханием. — Скажи мне, кто тебя послал, и я, возможно, позволю тебе уйти отсюда, не раскрывая твою историю поиска. Он слишком устал, чтобы разбираться с этим дерьмом. К тому же ему нужно купить продукты, пока он не ушел, и тот факт, что они прерывают его прямо сейчас, выводит его из себя. Мисси нужна еда. Лидер не отвечает, а вместо этого сводит руки вместе и извлекает из воздуха кусок пергамента. Изуку дергается, пытаясь скрыть нервозность (он только что достал бумагу из ниоткуда, так кто сказал, что он не сможет сделать это с ракетницей или пистолетом?), и это действие вызывает вспышки боли во всем теле. — Хочешь автограф? Слушай, я люблю своих фанатов, но это уже перебор - тебе нужно было только попросить! Сучара протягивает руку, но не делает шаг вперед - явное приглашение. Бумага парит над его ладонью, просто парит. Ладно, черт. Да, они определенно провели исследование. Изуку медлит еще несколько мгновений, прежде чем сделать то же самое со своей рукой, позволяя «Тяге» активироваться на кончиках пальцев. Бумага перекочевала из его ладони в его собственную. — Что это? — спрашивает он, хотя ему кажется, что он уже знает. Он не стал бы так откровенно демонстрировать свои причуды, если бы не знал, от кого это. — Послание. Изуку поморщился - единственная заметная трещина в его тщательно выстроенном фасаде. Ему не нравится, как звучит слово «послание» на языке этого человека. Оно не похоже на правду. Лучше было бы сказать «предупреждение». Он пока не читает записку в своих руках. Он сделает это, когда останется наедине с собой. Он засовывает бумагу в карман и с подозрением смотрит на группу, когда к ним с земли присоединяются остальные члены. Вот тут-то Изуку и забеспокоился. Схватка девять на один - не самый лучший вариант, а он уже устал от непрерывного патрулирования. К тому же шум, который они поднимают, наверняка уже насторожил близлежащие правоохранительные органы. — Не представитесь? — спрашивает он, выпячивая бедро. Желание побежать и найти случайного героя в патруле, который мог бы ему помочь, внезапно стало намного сильнее. — Немного невежливо, что вы все знаете, кто я, но я все еще не знаю, кто вы. Фигура крайнего справа вздрагивает. — Вы действительно не знаете, кто мы такие? "Это то, что я только что, блядь, сказал. Они могут идти в ногу с моим темпом разговора?" — Забавно. Можно было бы подумать, что растерянный взгляд и пустота в глазах ответили бы тебе на этот вопрос, - фыркает он, наклоняя голову. — Это он вас подговорил? Никто из них не отвечает на его вопрос, хотя некоторые переминаются с ноги на ногу. Похоже, им не по себе от того, что им нужно произносить его имя вслух. Изуку нужно, чтобы они поторопились, так как у него сейчас идет кровь из желудка. Не так он ожидал, что пройдет его ночь. — Осторожно, - неожиданно медленно произносит лидер. — Как только он увидит, как ты выходишь, он поймет, как войти. И что, блядь, это значит? Что за глупость пытается провернуть этот чувак? Они знают, что он планирует уехать? Так вот в чем дело? Прежде чем он успевает потребовать от этой Суки подробностей, в углу его зрения появляется движение, заставляющее всех напрячься. Это все, что нужно Изуку для того, чтобы начать действовать. Он делает шаг к следующему зданию, но тут на него со всех сторон обрушивается ливень оружия, причем со смертельной точностью. Он крутится в воздухе, когда прыгает, "Усиление" горит под его кожей. Он может быть быстрее большинства профессионалов, но ему никак не удается увернуться от всех снарядов, направленных прямо на него. Нож вонзается ему в бедро, и он вскрикивает, едва не промахнувшись мимо края следующей крыши. Он выдергивает нож и вслепую бросает его за спину, не проверяя, попал ли он в цель, прежде чем пуститься бежать. — Черт бы тебя побрал, - шипит он сквозь стиснутые зубы. Это просто дерьмовое шоу. И почему герои так ранят преступников? Его только что зарезали за то, что он просто существует. Раздается звон пуль, а затем крики: несколько героев появляются, казалось бы, из ниоткуда и начинают заканчивать работу Изуку. На удивление, они не похожи на сотрудников агентства Старателя. Должно быть, их вызвал кто-то из гражданских. Изуку напрягает все свои чувства и едва не врезается в бельевую верёвку, когда понимает, что герои его не преследуют. Значит, они отправились за этой группой, да? Неужели он недостаточно важен? Он пытается отогнать от себя эту обиженную часть себя, что оказывается не так уж сложно, поскольку в следующую секунду его накрывает новая волна боли. О, да. Теперь у него кровь течет в двух местах. Мститель слушает, как разворачивается бой, и отходит подальше, бегая так быстро, как только может с учетом полученных травм. С этой группой было не так уж сложно справиться, но они доставляли хлопоты. Вызывали беспокойство. Изуку, вероятно, мог бы нанести им хороший урон, прежде чем попасть в плен к героям. Нет. Эти злодеи не слишком хорошо обучены. Похоже, они не знают, как использовать свои причуды, поэтому большинство из них полагаются на оружие и рукопашный бой. Безусловно, Изуку понимает, что за нападением стоит нечто более значимое, и знает, что должна быть причина, по которой отец издевается над ним. Нападавшие, очевидно, являются частью Лиги или, по крайней мере, заключили с ними временный контракт, поскольку никто из них, похоже, ничуть не удивился его многочисленным причудам. Они знают, кто он, а значит, и что он из себя представляет. А это совсем нехорошо. Только когда он уже на полпути через весь город, он останавливается и достает страшное письмо. Его руки дрожат сами по себе, и он разглаживает складки на бумаге, оставшиеся после того, как неаккуратно сунул его в карман. В ответ он видит одно зловещее предложение, написанное аккуратным, ровным и слишком знакомым почерком: — Еще несколько тел до нашей новой встречи, мой маленький герой. Изуку чувствует, как его сердце замирает. Как будто "Все за одного" находится рядом с ним и говорит ему на ухо своим глубоким, предчувствующим тоном. "Экстракт" шевелится, и мальчику становится плохо. Сарказм в написанных чернилами словах настолько очевиден, что почти осязаем. «Изуку, ты должен быть внимательнее...» Его нога соскальзывает с края пятиэтажного здания, и тогда Изуку падает на землю. Он даже не успевает вскрикнуть, как приземляется в большой мусорный контейнер, и воздух покидает его легкие. Он лежит там, задыхаясь пока AINA что-то кричит ему на ухо, и моргает от белых точек, покрывающих его зрение. Да, он определенно потерял много крови. Ему нужно зашить раны и вернуться к себе домой. Завтра после школы он может отправиться за покупками. Это звучит как хороший план. Черт. Теперь от него пахнет помоями. — Что ты делаешь? Изуку почти не кричит, спасибо большое. Он был слишком отвлечен тревожным количеством крови, вытекающей из его тела, чтобы слушать кого-то вокруг, так что это полностью на его совести. — Твоя мама, - Сразу же говорит он, молясь, чтобы тот, кто сюда пришел, не убил его. Если честно, вероятность того, что два маньяка окажутся в одном переулке, довольно мала. С ним всё должно быть в порядке. Он снова открывает рот, чтобы задать вопрос, почему вероятный убийца находится в переулке в такое время суток, как вдруг его тело замирает, а причуды умолкают. Он чувствует холод, как будто текучая вода в его сознании наконец-то замерзла, и его губы слегка раздвигаются по собственной воле. И тут его разум затуманивается.

***

Хитоши не должен выходить на улицу в такое время. Действительно не должен. Его приемные родители будут очень расстроены, если поймают его. Черт, они, наверное, уже знают об этом его последнем приключении, но Хитоши это не волнует. Он знает, что они ничего не сделают. Они слишком добрые, во всех отношениях. Совсем не похожи на остальных четырех приемных родителей. Эти - другие, думает он. Более милые. Почти слишком хорошие, по его мнению. Он ждал, что вот-вот грянет гром, что чаша терпения наконец переполнится, но в ответ на свое раздражение и трудности он получал лишь любовь и поддержку, и это его расстраивает. Он не знает, чего от них ожидать, в этом вся проблема. Они не сердятся на него, когда он делает что-то не так, и не бьют его, как это делали его другие приемные родители. Они просто позволяют этому происходить, и это раздражает. Это чувство неизвестности, эти перемены и привели к тому, что он в третий раз за последние недели тайком вышел из дома - если это вообще можно назвать тайком; он просто вышел через парадную дверь - и отправился гулять по пустынным улицам. Все, что ему было нужно, - это проветрить голову, вот и все. Он планировал просто прогуляться по городу, но планы изменились, как только он увидел своих бывших одноклассников. Тех самых, которые без особых причин ненавидели его большую часть года. Поэтому, конечно, единственным логичным решением было зайти в этот переулок, чтобы не попадаться им на глаза. Назовите это трусостью, если хотите, но для Хитоши это выживание. Сейчас Хитоши прячется в тени переулка, прислонившись к довольно большому мусорному контейнеру. Это не самый лучший вариант, но он работает. Его бывшие одноклассники проходят мимо, не догадываясь о случившемся. Хитоши как раз собирается уйти и проверить, все ли чисто, когда это происходит. Воздушный толчок, а затем сверху падает тело и врезается в мусорный контейнер, к которому он только что прислонился, поднимая в воздух шлейф грязи и копоти. Это настолько неожиданно и непривычно, что Хитоши застывает, парализованный страхом, ведь что это вообще такое? Откуда это вообще взялось? Раздается стон, а затем в поле зрения появляется голова, и фигура садится. О, так это человек. — Что ты делаешь? — спрашивает Хитоши, потому что в данный момент может случиться что угодно. Его жизнь и так чертовски странная, что еще она может подкинуть ему? Или, правильнее сказать, обрушить на него? Мальчик вздрагивает так сильно, что Хитоши стало бы не по себе, если бы он не был в ярости от всего происходящего. Раздается девичий визг, а затем еще один болезненный стон. — Твоя мама, - серьезно отвечает он, и Хитоши не теряет времени на установление нужной связи. Его причуда успокаивающе давит на череп, как теплое одеяло в холодную грозу, и он легко берет контроль над другим. Попался. Несколько долгих секунд Хитоши просто сидит, потому что теперь, когда он держит этого человека под контролем, он не знает, что делать. Неужели он злодей? Нет, этого не может быть. Похоже, он ровесник Хитоши. Может, просто мелкий преступник? Но это также не объясняет, почему он просто упал с неба и приземлился в мусорный бак. Разве так поступают преступники? Ждут, пока ничего не подозревающие граждане забредут в специально отведенные для них переулки, чтобы напугать их до смерти? Хитоши не знал. — Выходи оттуда, - приказывает он, скорее для себя, чем для мальчика. Трудно разговаривать с кем-то, когда он лежит на куче мусора. Проходит несколько мгновений, но в конце концов мальчик, шатаясь, поднимается на ноги и выползает из мусорного бака. Свет уличного фонаря освещает тело мальчика и его черты, и только тогда Хитоши узнает его. Его выдают уши, думает он, и светящиеся красные глаза, которые, кажется, смотрят не на него, а прямо сквозь него. О. Значит, так поступают не мелкие преступники, а линчеватели. Хитоши настолько потрясен, что связь обрывается, и он отступает на несколько шагов назад, пока мальчик — нет, Кролик — пытается вспомнить себя. "Я умру. Я только что промыл мозги одному из самых разыскиваемых преступников в Японии, а теперь я умру. Вот и все. Я не должен был сбегать, я не должен был сбегать, я не должен был..." — Вот дерьмо! — Потрясенный голос Кролика прерывает его безумные размышления, и Хитоши выпучивает глаза, когда мальчик с энтузиазмом продолжает. — Что это было? Я даже не мог пошевелиться! Как будто все мое тело онемело! — Он подходит к нему ближе, глаза горят. — Эй, эй, ты можешь сделать это еще раз? Пожалуйста? Это было так круто! В мозгу Хитоши происходит короткое замыкание, пока он пытается осмыслить просьбу. — А? — Я ничего не почувствовал! Это ведь твоя причуда, да? — Кролик делает еще один шаг, и вот он уже стоит прямо перед Хитоши, глядя на него блестящими глазами. — Мне нужно, чтобы ты сделал это еще раз. Пожалуйста. Это уже опасно близко к тому, чтобы стать настоящей чертовщиной, и Хитоши не знает, нравится ему это или нет. Никогда еще никто не умолял его применить к нему свою причуду. Черт, да с ним вообще никто никогда не разговаривал после того, как испытал его причуду на себе. Все они обычно избегают его или в конце концов становятся одними из его обидчиков, так что же теперь изменилось? Кролик все еще разговаривает, понял он с удивлением. Мститель задает вопрос за вопросом, расспрашивая о его причуде, о том, как она активируется, что именно делает и есть ли у нее недостатки, и даже спрашивает то, на что Хитоши не уверен, что сам знает ответы. Он смотрит на самого разыскиваемого мстителя в Японии, который сейчас стоит чуть ли не на полфута ниже Хитоши, а уши его капюшона опускаются, закрывая лицо, и первое, что думает Хитоши, — о, милашка. Потому что он всегда знал, что Кролик маленький, но никогда не думал, что настолько. Этот мальчик перед ним ответственен за столько преступлений и актов государственной измены, а Хитоши просто сидит и слушает его разглагольствования о том, что умственные причуды недооценены и заслуживают того, чтобы о них говорили так же, как и о ярких причудах. Хитоши едва поспевает за ним, поэтому он просто тупо смотрит на него. Неужели это тот самый Кролик, который спас его из приюта несколько лет назад? Тот Кролик был стойким и спокойным — казалось бы, ему было неуютно, он этого не показывал, но этот Кролик совершенно другой. Хитоши не помнит его таким разговорчивым, но в тот день, перед тем как исчезнуть, он видел его лишь мельком. Возможно, тот даже не помнит его. Хитоши вырывается из своих воспоминаний, когда видит, как Кролик слегка морщится на середине предложения, и его глаза следят за рукой другого мальчика, которая опускается вниз, чтобы схватиться за живот, и— — Какого черта, — начинает Хитоши, указывая на растущее пятно на одежде линчевателя. — У тебя кровотечение? Кролик смотрит вниз, а потом снова на него, вяло пожав плечами. — У меня такое иногда бывает. Хитоши от этого ничуть не легче. — Ты... ты умираешь? Тебе нужно, чтобы я позвал кого-нибудь? Под кем-то он подразумевает 911, потому что не может быть, чтобы рана не нуждалась в медицинской помощи. Неужели у Кролика все это время шла кровь? — О, я в порядке! — щебечет мститель, опускаясь на отвратительный, грязный бетон. — Но раз уж я здесь, я могу позаботиться об этом. Кстати, ты можешь уйти, если хочешь. Хитоши не двигается с места, слишком потрясенный, чтобы сделать выбор за такое короткое время, но уже в следующую секунду он жалеет, что не ушел, потому что сейчас Кролик достает изнутри куртки маленькую коробочку и поднимает рубашку, обнажая неприятный на вид порез на животе. — Что ты делаешь? — вскрикивает Хитоши, отворачиваясь, чтобы не видеть, как Кролик прижимает к ране темную ткань, чтобы остановить кровотечение. Затем он достает иголку и нитку, и Хитоши чувствует, как его сердце падает прямиком в желудок. — Я уже ответил на этот вопрос, - замечает Кролик и ловко начинает зашивать порез. Он делает это с такой легкостью, что становится ясно: ему это не впервой. — И, пожалуйста, не шуми, они могут меня искать. Кто они такие, хочет спросить Хитоши, но в последний момент останавливает себя. Это не может быть реальностью. Должно быть, это какой-то лихорадочный сон. Почему это происходит именно с ним? Кролик откусывает зубами лишнюю нитку и переходит к глубокой, похожей на ножевое ранение дырке в бедре. — Тебе действительно нужно в больницу, - выдыхает он, чувствуя тошноту при виде такого количества крови. — Это не... это нездорово. Совсем нездорово. — Прости, это наша ножевая рана? Не лезь, пожалуйста. Господи, из чего сделан этот мальчик? Хитоши приостанавливается, заметив ожог на плече Кролика. Материал его костюма сгорел, обнажив под ним сырую, розовую плоть. Да, Хитоши очень скоро стошнит. — Это от Старателя? — спросил он, пытаясь собраться с мыслями и сохранить хоть немного достоинства. Ни для кого не секрет, что герой номер два был послан за мстителем после его последнего публичного скандала. Кролик рассеянно хмыкает. — Нет, удивительно, но я все равно его виню. AINA, фонарик, пожалуйста. — Устройство на его предплечье загорается по команде, освещая его работу, но прежде чем Хитоши успевает открыть эту банку с бобами, линчеватель снова начинает говорить. — Удивительно, как он не сгорел от количества горящего мусора, вылетающего из собственного рта. Я хочу, чтобы это случилось хотя бы раз, знаешь, просто чтобы он понял, что чувствуют его жертвы . Хитоши слегка обеспокоен этим замечанием. — И он все такой же бледный; хотя можно было подумать, что он быстро загорает с такой причудой, — бормочет Кролик, заканчивая накладывать последний шов. Реплика настолько случайна, что Хитоши даже представить себе не может, на что это похоже в голове мальчика и что там творится. — Трудно было бы загореть, живя в тени Всемогущего. На секунду Хитоши испугался, что сказал что-то не то, но потом Кролик разразился хохотом, и игла от волнения упала на грязный асфальт. Хитоши даже не улыбается. "Неужели это было так смешно? Я даже не шутил." Когда Кролик приходит в себя, кажется, он уже закончил зашиваться. Хитоши неловко стоит на месте, все еще смущенный, когда мальчик с трудом поднимается на ноги и тут же спотыкается. Хитоши быстро поддерживает его вытянутой рукой, что само по себе удивительно. Ни для кого другого он бы так не поступил. — Спасибо! — Рука Кролика задерживается на руке Хитоши, и сиреневоволосый мальчик замирает от этого прикосновения. — Эй. Никому не говори об этом, лады? О, точно. Он — разыскиваемый преступник. Хитоши только что пробыл в присутствии разыскиваемого преступника около пяти минут. — Конечно. Меня это мало волнует. — Мило! — Похоже, он улыбается под маской. — Надеюсь, мы еще увидимся. А потом он уходит, слегка прихрамывая. Хитоши смотрит ему вслед, все еще ошеломленный, и не может перестать ощущать теплое, успокаивающее чувство, которое оседает на коже. Кролик — мститель, поэтому ему нельзя доверять. И все же когда-то он спас Хитоши из плохого места. Он сделал много хорошего для этого мира, так что же в нем плохого? Может, Хитоши и не очень хорошо знает мальчика, но он точно знает, что всегда будет чувствовать себя в долгу перед ним за то, что он сделал несколько лет назад. Он недолго размышляет, помнит ли Кролик об этом, помнит ли он самого Хитоши — юного подростка, возможно, примерно его возраста, который смотрел на него широко раскрытыми глазами, когда приют был разрушен до основания изнутри. Кролик раскрыл самые темные секреты приемных семей. Их жестокое отношение к своим подопечным стало достоянием общественности, и они навсегда прекратили свою деятельность. За это Хитоши всегда будет ему чем-то обязан. Но факт остается фактом: Кролик доверял ему. Он знал о силе Хитоши и все равно разговаривал с ним, понимая, что могло произойти. Хитоши мог легко снова использовать свою причуду и сдать его, но не сделал этого. Кролик знал это и все равно остался с ним. Он все еще разговаривал с ним. Хитоши не знает, считать ли это его добрым или просто глупым.

***

Изуку чувствует себя чертовски глупо. Вчера вечером он вышел из дома и столкнулся с наёмными убийцами, которые преследовали его, из-за чего он забыл о единственной вещи, за которой он вышел из дома, помимо работы: еде для Мисси. Теперь у него дома голодная кошка, которая ждет, когда он вернется с ее дорогим влажным кормом. Влажным кормом, который, по его мнению, неплох на вкус. Мальчик бродит по тротуару в состоянии паранойи. На этот раз за ним никто не следит, но это только усиливает его беспокойство. Это похоже на затишье перед бурей. Его сердце все еще колотится от вчерашнего разговора с тем парнем. Он определенно не ожидал встретить одного из своих одноклассников — того самого, на которого он разозлился вчера после инцидента в USJ. Он гораздо более... спокойный, чем он думал раньше. Он определенно подходит на роль хорошего друга. — Потенциальная цель обнаружена. Ожидаемое время до контакта: двадцать пять секунд. Изуку поднимает глаза с земли и изучает пожилого мужчину, идущего в его сторону. Черт, ему даже не нужно, чтобы АINА говорила ему, что он богат; часы на его запястье и красивый телефон, прижатый к уху, выдают его. Он даже ходит, как богач. Он, наверное, и глазом не моргнет, если из его кармана пропадут несколько купюр. — Кто он? — тихо спрашивает он, едва шевеля губами. Он держит голову опущенной, руки в карманах, пока AINA идентифицирует бизнесмена и объясняет его богатство. Да. Он определенно из тех, кто не будет обращать внимания на украденную мелочь. Черт, Изуку рад, что недавно добавил функцию распознавания лиц в AINA. Это помогает определить лучший подход к его деятельности. Все происходит быстро, как всегда. Богатый мужчина занят разговором по телефону, споря с кем-то на другом конце линии, что дает Изуку идеальное преимущество. Он притворяется, что спотыкается, когда подходит ближе, и их плечи грубо сталкиваются. Рука Изуку погружается в карман другого под предлогом попытки удержать равновесие, и он продолжает идти, бормоча извинения, когда мужчина кричит на него, чтобы он смотрел, куда идет. Он не ускоряет шаг, так как это главное правило при краже: не вести себя подозрительно. Он теребит пачку денег, которую ему удалось добыть, и на его лице появляется ироничная улыбка. Однако через мгновение она исчезает. Несколько месяцев назад Изуку не задумывался бы дважды, прежде чем украсть, но в этот раз он не может не чувствовать себя немного виноватым. Конечно, ему не нравится это делать, но иногда он вынужден. К тому же, он же не берет это у кого-то, кому это действительно нужно, верно? Так почему же он чувствует себя так плохо? Сейчас это скорее инстинкт, чем что-либо другое. Он не думает, что смог бы остановиться, даже если бы захотел. Изуку в конце концов покупает кошачий корм для Мисси на часть украденных денег. Однако это не помогает облегчить тяготящее его чувство вины. Он бросает взгляд на себя в одном из проходящих мимо окон и испытывает отвращение. В своих снах он уже убил его, но выражение лица своего отражения остается с ним, когда он начинает долгий путь обратно к своему дому; взгляд, похожий на обвинение. Как обещание, которое он не смог сдержать. Он не уходит далеко. Вдруг становится холодно. В воздухе витает опасность, но она не так сильна, как чувство, которое он испытывал перед тем, как на него напали наемники. — Эй, урод! Боже. Черт. Опять? Он ускоряет шаг, еще крепче сжимая в руках коробку с кошачьим кормом. Он никогда не был хорошим бегуном, но боится, что если сейчас остановится, то не сможет удержаться и не врезать им по физиономии. Это не та же группа подростков, которая издевалась над ним в первый раз. Нет, Изуку давно не видел ни их, ни Цубасу. Он не хочет признавать, но начинает немного беспокоиться. — Да ладно, не игнорируй нас, Деку! Его имя произносят певучим голосом, и мальчик невольно вздрагивает. Он — линчеватель, он — герой в стадии обучения, и он не должен позволять этому задевать себя. Это чудо, что они узнали его после столь долгого времени. Изуку сам едва их узнает. Они, наверное, из начальной школы. Группа из трех мальчиков и одной девочки легко догоняет его и прижимает к стене. Изуку молчит на протяжении всего испытания, старательно очищая свой разум. Кошачий корм вырывают из его рук и бросают на дорогу. На него сыплются слова, полные жесткой безразличности и хохота. — Бесполезный. — Урод. — Сталкер. При последнем слове его глаз дернулся, но он не сказал ни слова. Он знает, что это отчасти правда. Его анализы действительно пугают людей. — Да ладно тебе. Где твоя маленькая сучка? Он сейчас не может тебе помочь, не так ли? Его дергают вперед и снова толкают к стене. Его ногти впиваются в ладони, оставляя розовые полумесяцы. "Не делай этого", говорит голос в глубине его сознания. Он звучит мягко, успокаивающе. "Пока не действуй." Это мог быть он сам, произносящий эти слова, а мог быть и кто-то совсем другой. Он знает только, что у него нет выбора, кроме как подчиниться. Изуку вздыхает. Он так устал и у него все болит. Его неаккуратные швы, наложенные тогда в переулке, натягиваются от этих толчков. Изуку мог бы сопротивляться и бежать, но тогда он рисковал бы еще больше травмировать себя. Он не может этого сделать. Не тогда, когда утром будет спортивный фестиваль. Он не может себе этого позволить в данный момент. Его запасы медикаментов уже опасно низкие. Он чувствует, что сейчас как будто парит, его сознание колеблется между реальностью и вымыслом. Он отчаянно хочет повторить то ощущение, которое испытал, когда ему промыли мозги. Не было боли, не было жжения от "Экстракта", не было ничего. Он был блаженно не осведомлен о том, что происходило вокруг него. Это была короткая передышка, в которой он так долго нуждался. — Мидория? Изуку не вздрагивает, как другие подростки. Он почувствовал приближение своего учителя благодаря своей причуде. Изуку думает, что это забавно, что сегодня почти то же самое, что и в день, когда он впервые встретил Сущего Мика. Чуть меньше года назад Изуку оказался в такой же ситуации. Единственная разница в том, что на этот раз Изуку — тот, у кого есть кошачий корм. Герой быстро отпугивает четверых учеников, предупреждая их о нарушении комендантского часа, и Изуку так бы хотелось, чтобы его тоже отругали за это, чтобы он мог использовать это как повод, чтобы избежать предстоящего разговора. Но, увы, мир просто любит делать его звездой цирка, да? — Я скучал по тебе в прачечной, малыш, все в порядке? Изуку хмурится, чувствуя, как коробка с кошачьим кормом снова вдавливается ему в руки. Сущий Мик, должно быть, подобрал ее с дороги. — О, да, спасибо! — Он забыл, что сегодня день стирки. — На этой неделе мне не нужно было стирать, я просто пришел сюда, чтобы забрать кое-что. Извини. — Ничего страшного, слушатель! — Герой наклоняет голову, и это движение заставляет Изуку наконец сосредоточиться на нем. Он одет в повседневную одежду, волосы заплетены в сложную косу с маленькими цветочками, вплетенными между прядями. Это мягкий образ, и Изуку знает, что в любое другое время он, вероятно, успокоил бы его. Но это не любое другое время. — Слушай, ты, случайно, не голоден? — Его учитель, похоже, изучает его так же внимательно, как и Изуку его. — Через улицу есть хорошая пекарня, которая работает всю ночь! Пекарня. С едой. Изуку не помнит, чтобы он соглашался, но тем не менее он следует за Сущим Миком, а голосовой герой всю дорогу насвистывает мелодию.

***

Хизаши часто производит на людей впечатление простого человека. И в некотором смысле он таковым и является. Он диджей, радиоведущий, учитель, а также профессиональный герой. Это может показаться много, но на самом деле это не так, если учесть, что он ведет себя одинаково во всех этих ролях. Он всегда старается вести себя оптимистично и лишь слегка раздражать всех вокруг. Таков его образ. Таков он есть. Он любит музыку, любит бить злодеев и любит кричать. Вот и все. По крайней мере, это все, что он позволяет людям увидеть. Да, он довольно простой. Но люди ошибаются, думая, что простой означает то же самое, что и глупый. Если быть честным с самим собой, то встреча с Мидорией была не столько случайностью. Он прождал в прачечной три часа, пока появится мальчик, и с каждой минутой его беспокойство только усиливалось. Мидория в последние пару недель вел себя странно, так что можно его винить в том, что он быстро обходил места, где, по словам Шоты, мальчик часто бывает? Он просто хочет убедиться, что с ним все в порядке. Ни один из учителей не мог не заметить, что в последнее время Мидория стал вялым. Он выглядит утомленным. Более того, утомленным настолько, что сон не поможет. Он выглядит так, будто вот-вот потеряет сознание — как будто один порыв ветра свалит его с ног. Он выглядит почти так же, как Шота после смерти... Хизаши останавливает эту цепочку мыслей. Нет смысла волноваться, когда нужно незаметно проверить, как дела у ребенка. Первое, что он замечает, — это то, как он похудел. Несмотря на все свои мускулы, Мидория очень маленький. Настолько, что это вызывает беспокойство. Хизаши хмурится, радуясь, что убедил маленького слушателя пойти с ним поесть, пусть даже немного. Шота ждет его в квартире, его патруль закончился рано на другом конце города. Это был один из немногих случаев, когда ему не нужно было бодрствовать до утра, а Хизаши не было дома. Однако он знает, что его муж не будет против, когда он расскажет ему о ситуации. А еще, если он принесет ему один из тех черничных маффинов, которые он так любит. Второе, что он замечает, — это то, что Мидория наклоняется влево. Это не совсем очевидно — мальчик хорошо это скрывает — но Хизаши уже около четырнадцати лет является героем. Он не упускает из виду, как Мидория морщится, когда случайно двигается слишком быстро или напрягается. Шота много жаловался на то, что Кролик скрывает от него травмы, поэтому Хизаши думает, что недалеко от истины предположить, что то же самое происходит и здесь. Однако он не может ничего сказать по этому поводу. Если бы Мидория хотел поделиться этой информацией, он бы это сделал. В это время суток в пекарне тихо. Она может быть открыта круглосуточно, но это не значит, что она всегда полна людей. Это одна из причин, по которой Хизаши так любит это место: здесь меньше шансов, что его узнают. Герой купил себе маффин с бананом и шоколадной крошкой, а Шоте — с черникой. Мидория в итоге купил ванильный кейк-поп — самое дешевое в меню, как заметил Хизаши — и, по настоянию героя голоса, простой маффин с шоколадной крошкой. Это не много, но для начала сойдет. Удивительно, что Мидория до сих пор терпел его. Он видит, насколько парень сейчас не в себе. Сначала Хизаши подумал, что это из-за наркотиков, но при втором взгляде он уверен, что это просто из-за усталости. Это ненормально. Мало того, что это совершенно нездорово для подростка, так еще и завтра спортивный фестиваль. Парень должен отдыхать. Как он собирается участвовать в соревнованиях в таком состоянии? Хизаши нужно немного надавить, если он хочет выяснить, в чем дело. Он не любит быть серьезным. Обычно Шота берет это на себя, когда может, но в последнее время он все чаще попадает в серьезные ситуации. Он не знает, что об этом думать. — Могу я кое о чем узнать, слушатель? — спрашивает он, и его голос звучит более уверенно, чем он себя чувствует. Мидория поднимает глаза, молчаливо приглашая его продолжить, и Хизаши продолжает. — Ты же знаешь, что это притеснение, да? Издевательство? Мидория не шевелится и только тихо произносит: «Не совсем», глядя в окно, ладонью прикрывая лицо. Он еще не притронулся к маффину. Кекс-попс не в счет — его можно съесть одним укусом. Этого недостаточно, чтобы насытиться. Хизаши неодобрительно цокает языком, и подросток поворачивается, его зеленые глаза выглядят уставшими и покорными. Это так не подходит его обычно яркому и жизнерадостному лицу, что Хизаши задается вопросом, не было ли это тоже ложью все это время. — Ты не заслуживаешь этого. Мидория отвлеченно напевает, словно ища что-то на пустых улицах и крышах за окном. Наверное, он что-то ищет. Или же он стоит на страже. — Это не мешает тому, чтобы это произошло, — тихо говорит он. И что он должен на это ответить? Что это вообще значит? Хизаши чувствует, как его сердце ударяется о грудную клетку. Его рот двигается, прежде чем мозг успевает сообразить. — У тебя проблемы, Мидория? С твоим отцом? — хочет добавить он, но вовремя останавливается. Шота не раз выражал свою озабоченность по поводу семейной жизни мальчика, но на самом деле нет никаких доказательств. Это всего лишь догадки. Хизаши не может сказать это прямо, иначе он рискует оттолкнуть Мидорию. Мальчик моргает, сведя брови. Он колеблется на мгновение, а затем качает головой. — Простите, что заставил вас беспокоиться, сенсей, но я в полном порядке! Такое не происходит постоянно. К тому же я знаю, как с этим справляться. И, о, Хизаши хочет сказать так много по поводу последней фразы, но, к его несчастью, его телефон начинает звонить. Он про себя ругает себя за то, что не выключил его раньше, и едва успевает заметить имя Нэмури на дисплее, как уже отклоняет звонок. Позже он извинится перед ней. — Ах, мне лучше пойти домой, — внезапно говорит Мидория, бросая взгляд на часы в углу помещения. — Уже поздно. Это мягко сказано. Уже почти полночь. Его ученик встает и еще раз благодарит его за еду. Он чопорно кланяется учителю и направляется к двери — и именно это движение вырывает Хизаши из раздумий. Он тоже встает, хватает куртку и поспешно накидывает ее на плечи. — Я провожу тебя до дома, парень! На улице опасно. Позволь мне помочь тебе, — это то, что он хочет сказать. — Нет! — Резкость в голосе Мидории застает Хизаши врасплох, и он наблюдает, как щеки его ученика краснеют. — Прости. Я просто... Я буду в порядке. В это время обычно никто не выходит на улицу. Я не хочу, чтобы ты тратил свое время. Хизаши старается скрыть свое отчаяние, следуя за мальчиком за дверь, на прохладный воздух. — Ты не тратишь мое время, слушатель! Как профессиональный герой и твой учитель, моя работа — следить за твоей безопасностью, понимаешь? — И я очень ценю это, — говорит Мидория, его бутылочно-зеленые глаза начинают блестеть в свете. — Но я живу всего в нескольких кварталах отсюда. Пожалуйста. Пожалуйста. Последнее слово заставляет Хисаши резко остановиться. Он просит меня оставить его в покое. — Слушатель, ты уверен, что будешь...? Мидория прерывает его, и его рука дрожит. — Я люблю гулять один, так что, пожалуйста, не следуй за мной. Не следуй за мной. Это скорее просьба, чем предложение. Этот мальчик умоляет его. Почему? Почему он так поступает? И почему Хизаши просто отпускает его... Мидория оглядывается на него с успокаивающей улыбкой на губах, но она фальшивая, все фальшивое. В глубине его глаз видна паника, такая явная и неподдельная, что Хизаши едва слышит звон в ушах, когда Мидория желает ему спокойной ночи. Он моргает, и мальчик исчезает. Просто так. И мужчина послушно слушает. Даже несмотря на то, что его нервы кричат ему, чтобы он, черт возьми, пошел и спас своего ученика от какого-то монстра, который мучает его в живых снах, он не следует за ним. Он вдруг понимает, что это то самое чувство, о котором ему рассказывал Шота после того, как столкнулся с мальчиком в ту ночь. Хизаши смотрит на место, где только что стоял Мидория, и ждет чего-то, что, скорее всего, никогда не произойдет.