Там, где заканчивается правда

Когда Джин открыл дверь и сказал Тэхену заходить, тот не торопился этого делать. Прямо сейчас младший походил на провинившегося щенка, который забился в угол и боялся показываться перед хозяином. Именно поэтому ничего не оставалось, как завести его в здание за плечи. Тэ не поднял голову, даже когда в гостиной появились Юнги с Чимином. Его взгляд был расфокусированным. Он весь будто сжался, из-за чего казался меньше. Его еле заметно трясло и покачивало. Сейчас младший и правда выглядел слишком хрупким. Хотелось обнять его и сказать, что всё хорошо. Хотелось успокоить. — Зачем мы здесь? — Юнги с интересом посмотрел на Джина. — Сыграем в игру, — Ким раскрыл ладонь, показывая парням крышки от бутылок. — Тот, кто проиграет — будет приседать с кем-нибудь на спине. Кто будет бить первым? — Не думаю, что это хорошая идея, — сомнение прослеживалось не только во внешнем виде Мина, но и в его голосе. — Тэхен с Чимином не в лучшей форме. — Брось ты! Это замечательная идея! — раздав всем крышки, Джин подошел к журнальному столику. — Если случится чудо, и Чимин проиграет, то кто-то может побыть его рыцарем и выполнить наказание вместо него. Готовы? Я начну. Возражений не было. Наверное, не последнюю роль сыграло то, что Намджун приказал парням выполнять все поручения Джина, если, конечно, это не угрожало ни чьей безопасности. Юнги с Чимином играли без энтузиазма. Еще меньше энтузиазма было у Тэхена с Чонгуком. Тэ вообще бил по крышке не глядя. Тем не менее прошло три игры, и все их проиграл Джин. Надежды почти не осталось. Как и сил. К счастью, вскоре Мин кое-что просёк. Именно после озарившей его идеи, каждую игру проигрывал он. Как только его крышка оказывалась дальше всех от края стола, он подходил к Чимину и, беря его на руки, выполнял наказание, которое, смотря на его довольный вид, больше не походило на наказание. Следующим, кто решил проигрывать, был Пак. Кажется, младшему наскучила игра, и тот захотел хоть как-то развлечься. А именно — потрепать нервы Юнги. Своим рыцарем тот выбрал Чонгука, который, взяв его на руки, стал послушно приседать. Юнги ничего не сказал, но по его слегка нахмуренным бровям было понятно, что план Пака удался. Джин же, наблюдая за всем этим безобразием, все сильнее закипал. Через пятнадцать минут он уже на полном серьезе готов был покрыть разбушевавшуюся парочку матом. Зайдя за спину Чонгука, он махнул парням, привлекая их внимание. Одними губами прорычав, «Вы что творите, гады?! Нашли время домогаться друг друга!», он кивнул на Тэхена. Ни Чонгук, ни Тэхен ничего не заметили. Один всё так же смотрел в пол. Другой — не отрывал взгляда от первого. Только после этого до Чимина с Юнги дошло, чего всё это время Джин так усиленно добивался. Наверное, нужно было сразу поделиться с ними планом, потому что следующую же игру проиграл Тэхен. Крышка Юнги была у самого края, а Чимин, ударив своей крышкой по крышке Гука, сделал так, что последней осталась Тэ. Не отрывая взгляда от пола, младший хотел подойти к Мину, чтобы выполнить наказание с ним, но его остановил голос Джина. — Я уже поднимал его. Чимина тоже таскали довольно часто. Как насчет того, чтобы тебе выполнить наказание с Чонгуком? За все это время Тэхен впервые поднял голову. — Что? Не сможешь? Я понимаю, что ты чувствуешь себя плохо, поэтому вместо десяти приседаний, сделаешь пять. — Нет, дело не в этом… — взгляд Тэ снова вернулся к полу. — Ничего не выйдет. Кинув взгляд на Гука, Джин вздохнул. Ему не надо сосредотачиваться, чтобы увидеть ужас, который промелькнул на лице младшего, когда тот представил, что нужно будет залезть на спину Тэ. Нет, ну а как по-другому можно доказать, что Тэхен сделан не из хрусталя, и что к нему вполне можно прикоснуться? От этого тот не рассыплется. Если младший выдержал жизнь в прошлом особняке и тренировки Чимина, то он точно сильнее кого бы то ни было. — Если сделаешь пять приседаний с Чонгуком, я добьюсь, что тебя снова возьмут на работу. Идет? — Десять, — все в комнате повернулись на голос Намджуна. Тот стоял на втором этаже, опершись о перила. Как давно мужчина наблюдал за всем происходящим, никто не знал. — Сможешь вернуться, если сделаешь десять приседаний. Две секунды. Ровно столько Тэ смог выдержать взгляд Джуна. До боли закусив губу, он подошел к Чонгуку, разворачиваясь к нему спиной и слегка приседая. — Залезай. Так как Гук не шевелился, Тэ нахмурился, с силой при этом сжимая кулаки. — Прямо сейчас больше всего на свете я хочу вернуться, поэтому… Быстро залез! Смотря на Чонгука, цвет лица которого даже побледнел, возникал вопрос, для кого это вообще наказание. Первое время младший не шевелился, не решаясь даже прикоснуться к Тэ. Тем не менее с силой сжав челюсть, он всё же подошел к Киму, обнимая его со спины и позволяя обхватить сначала одну свою ногу, а потом и вторую. Первые пять приседаний прошли довольно легко. Проблемы начались с шестого. Именно тогда Тэхен стал задыхаться. Его трясло все сильнее. Волосы стали влажными из-за пота. Каждый, кто находился в комнате, не дышал, смотря на него. Шесть. — Он не справится, — Юнги нахмурился, смотря на Тэ, который, зажмурившись, глубоко дышал через рот. Семь. — Справится, — голос Чимина был, как всегда, спокойным. — Ты забыл, кто его тренировал? У него точно получится. Восемь. Колени Тэхена дрожали. Смотря на его лицо, по которому казалось, что тот вот-вот грохнется в обморок, Джин стал сомневаться в том, что принял правильное решение. Он лишь хотел, чтобы Чонгук понял, что Тэ не такой хрупкий, каким тот его видел, но… Смотреть на младшего и правда больно. Тяжесть, которую тот чувствовал, чувствовали на себе и все остальные. Девять. Выпрямившись, Тэхен застыл, делая глубокий вдох. Его ноги дрожали. Настолько, что было понятно — даже если он присядет, встать уже не сможет. — Гуки, — говорить получалось с трудом. Все из-за нехватки кислорода. — Если я смогу встать, давай возьмем выходной и сходим на свидание? Недавно я увидел новое кафе. Думаю, там будет очень вкусно. Чонгук ничего не ответил. Наверное, из-за того, что Тэ и не ожидал другого, он лишь усмехнулся. — Ладно, держись крепче. Перехватив Гука поудобнее, Тэхен стал приседать. Рывок, с которым он затем поднимался, был сильным. Но, кажется, его было недостаточно, так как ноги Тэ не хотели выпрямляться. Тем не менее младший и не думал сдаваться. С силой сжав челюсть и зажмурившись, он из последних сил старался завершить приседание. — Десять… Ноги Тэ едва успели выпрямиться, как он стал падать назад. Наверное, если бы не Чонгук, который успел подставить руку, для них обоих падение было бы довольно жестким. — Не ударился? Голос Тэхена выглядел обеспокоенным. Он хотел встать, чтобы помочь младшему, но… Все что он смог, так это дернуться. Его все еще обнимали со спины, не позволяя даже слегка пошевелиться. В тишине, которая повисла в комнате, слышалось лишь тяжелое дыхание Тэ. Все смотрели на Чонгука, который, обняв, аккуратно положил подбородок на плечо парня, находящегося в его руках. — Теперь всё хорошо, хен. Всё позади. Больше не о чем переживать. Говорить Тэхену было все еще трудно. Но на этот раз это было вызвано не плохим состоянием. Несмотря на то, что ему не нужно было больше использовать силу, его тело все равно дрожало. — Разве… Разве это и так непонятно? Как только Тэ предпринял вторую попытку отстраниться, его мгновенно отпустили. Развернувшись, тот обнял Чонгука, буквально наваливаясь всем весом и заставляя тем самым упереться младшего лопатками в кресло. Уткнувшись подбородком в плечо, он закрыл глаза. — Я устал… Могу немного отдохнуть? Чон ничего не ответил. Тем не менее тот аккуратно, с опаской, почти невесомо положил руку на спину Тэхена. Медленно и все также аккуратно, он проскользил ей выше. Добравшись до затылка, запустил пальцы в волосы Кима, прижимая того к себе чуть сильнее. Атмосфера между этими двумя была такой интимной, что Джин мгновенно почувствовал себя лишним в этой комнате. У него четко промелькнула мысль, что он увидел то, чего не должен был. Немного помедлив, он кинул взгляд на второй этаж. Ему было любопытно, что почувствовал Намджун. Наверняка мужчина все эти годы знал, как Тэхену тяжело. Как тот хотел услышать эти слова именно от Чонгука. Как хотел, чтобы младший перестал видеть в нем тот образ, который был у него семь лет назад. Вот только… Мужчины на том месте уже не было. — Господин Ким, — рядом послышался голос Юнги, — вы неплохо постарались. Я действительно восхищаюсь вами. За все это время в их отношениях не было сдвига и на сантиметр. Может, у вас даже получится уговорить Тэхена пройти лечение и попытаться избавиться тем самым от срывов? — Хенним хотел отправить его к специалисту еще при первом срыве, но тот буквально умолял его не делать этого. Тэхен хочет жить так, будто все, что с ним тогда произошло, лишь кошмар, который он периодически видит во снах, — рядом с Мином стоял Чимин. — Это его четвертый срыв. И если все так и оставить, в следующий раз я не смогу его прикрыть, а вы не сможете хеннима уговорить вернуть его. Все и правда может закончиться плохо. С парней Джин снова перевел взгляд на Тэ. Все то время, что наблюдал за младшим, он не видел и тени прошлого на его лице. Его улыбка не казалась фальшивой. Он всем сердцем верил в то, что делал. Он доверял Намджуну и готов был идти за ним до конца. Если Тэхен настолько глубоко зарыл те воспоминания. Если ему настолько страшно проговаривать это и вспоминать, что он отказывается от помощи. То что будет, если отнять у него ту единственную причину жить, которую Джун смог ему дать? Вспомнив уставший вид Намджуна в кабинете, Джин вздохнул. Уже тогда он понял, что мужчина как-то по-особенному относится к Тэ. Он хотел помочь ему, но не мог из-за того, что тот сам отказывался. Проблема еще и в том, что рядом с ним находится не только младший. И защитить он должен не только его. Из-за этого и сорвался, поступив так жестоко. — Если он не хочет, то что мы можем? Связать и заставить силой? Нам остается лишь присматривать за ним более тщательно. А еще надеяться, что однажды у Тэ все же появится более весомая причина, из-за которой он все же примет помощь. Уже спустя пять минут Тэхен заснул прямо на Чонгуке. После этого младший почти сразу отнес его в спальню. Даже издалека было видно, как аккуратно Гук нес парня в своих руках. Джин не удивился бы, если бы выяснилось, что в тот момент младший даже не дышал, боясь разбудить Тэ. На кухне Сокджин принялся готовить кашу. Несмотря на усталость и сонность, Тэхен должен поесть. Когда тарелку с кашей поставили на поднос, в кухню зашел Чонгук. — Ты вовремя. Отнеси ее Тэ. Если спит, разбуди. Он должен поесть хоть немного. — Да, — взяв поднос, Чонгук пошел к выходу. — Спасибо, хен. Как только младший вышел из кухни, Джин повернулся к стене, утыкаясь в нее лбом и начиная бесшумно бить ее кулаком. От переполняющих его чувств хотелось пищать. — Чего это с ним? — Чимин недоуменно посмотрел на Юнги, который сидел рядом с ним за столом. — Вот выйдем на пенсию, лет так через пять, переедем в небольшую спокойную деревеньку, усыновим ребенка, и этот ребенок впервые назовет тебя папой. Вот тогда сможешь его понять, — Юнги усмехнулся. — Господин Ким, вы там в порядке? — Если у меня получилось его расположить к себе и заставить называть хеном, то это же у меня получится проделать и с вами! Готовьтесь! — развернувшись, Джин выставил ложку в сторону Мина. По виду Юнги было понятно, что тот хотел уточнить, что Чонгук и так обращался к нему крайне редко, поэтому это самое «хен» Джин наверняка услышит еще очень не скоро, но, передумав, он лишь улыбнулся. — Вы хорошо постарались. Я тут подумал, что вы необычайно подходите нашему хозяину. Не хотите как-нибудь все же надеть один из костюмов, которые он присылает в вашу комнату каждый день? Напевая песню под нос и пританцовывая, Джин стал разливать оставшуюся кашу для Юнги и Чимина. На прозвучавшую фразу он ничего не ответил. А всё потому что не услышал. И это в какой-то мере спасло Мина. А точнее — его желудок, который получил бы тройную порцию соли, совершенно случайно оказавшуюся в его каше.