Там, где заканчивается правда

Место встречи выбирал Намджун. Им оказалось небольшое кафе на окраине города. Народу в тех краях мало, поэтому то, что здание оказалось пустым, не удивило. Единственным, кто сидел за столиком, был Хосок. Кажется, тот пришел довольно давно. Его вид был задумчивым. Парень невидящим взглядом смотрел перед собой. Тем не менее, когда Джин подошел, его губы тут же расплылись в улыбке. — Хен, не ожидал, что ты решишь выполнить свое обещание. Я не мог подобраться к тебе два месяца. — Извини, — сев, Сокджин устало выдохнул. — Много работы было. — Да, выглядишь уставшим. Наслышан о твоих заслугах. Неужели то, что я придумал о тебе, все же правда? — по интонации младшего было понятно, что тот шутил. Он, улыбнувшись, чуть наклонился в сторону Джина, будто хотел услышать какой-то секрет. — Думаешь, это возможно? — Кто знает. На свете чего только не бывает. — Да… Идя на встречу к Чону, Джин хотел отвлечься. Он не видел безжизненное тело того мужика, но слышал звук, с которым оно упало. Это не получалось стереть из памяти. Кроме того, эта долбанная красная точка! Хоть Хосок и называл их встречу свиданием, но на само свидание она была мало похожа. Хотя бы из-за Тэхена с Чимином, которые стояли за спиной. Кроме того, эти двое запретили ему есть и пить рядом с Чоном, поэтому еда так и стояла на столе нетронутой. Вот чего они так переживают, если давно уже понятно, что тот не собирается причинять ему вред? Беседа проходила на отвлеченные темы. Отец Хосока основал небольшое развлекательное агентство. Хоть оно и было на слуху, но не претендовало на мировое господство. Ни сын, ни отец, не гнались за властью, предпочитая довольствоваться тем, что у них есть. Слушая младшего, Джин все сильнее чувствовал сожаление. Вот было бы здорово, если бы и Намджун придерживался такой политики. Возможно, тогда у них и был бы шанс… Когда официантка принесла напитки, которые заказал Чон, Джин, не задумываясь, потянулся к стакану. Последнее время, когда он думал о Джуне, сердце начинало неприятно ныть. Он не мог понять причину. Это или из-за того, что он через полгода должен будет покинуть мужчину, чтобы больше не жить такой жизнью. Или он как раз и мечтал, чтобы время пролетело быстрее, и он поскорее смог исчезнуть из этого места. — Никаких напитков! Холодный голос Пака мгновенно привел в чувство. — Ладно тебе, Чимин, — Хосок улыбнулся. — У нас же свидание. Серьезно хочешь, чтобы мы просто сидели? Я ничего не подмешивал. Тебе нужно больше доверять людям. Хен, за наше первое и, надеюсь, не последнее свидание. Чон поднял свой напиток, протягивая его в сторону Джина. — Да. Ты прав. Не последнее. Смотря на младшего, Сокджин медленно потянулся к стакану. Коснувшись его кончиками пальцев, он на секунду замер. Рука еле заметно дрожала. Наверное, это из-за с силой бьющегося сердца. Его удары были тяжелыми, громкими. Опустив взгляд на пальцы, которые слегка подрагивали в такт сердцебиению, Джин толкнул стакан, опрокидывая его. Жидкость мгновенно стала разливаться по столу в сторону Хосока, но тот даже не дернулся. Пока он проживал день за днем в особняке Намджуна, общался с ним и парнями, с его партнерами, конкурентами и врагами, лишь убеждался, что такая жизнь ему не подходила. Он слишком наивный для подобной работы. Несмотря ни на что, людям все еще хотелось верить. Наверное, именно поэтому не прожил бы и дня в одиночку. Вот и сейчас, осознав, что Хосок соврал и что-то подмешал в напиток, испытал довольно странные чувства, из-за чего не подумал о последствиях. А о последствиях думать надо. В конце концов, рядом с ним Чимин… Мгновенно все поняв, младший сорвался с места в сторону Хосока. Но все, что он успел, так это схватить железные палочки со стола. Наверное, Сокджин в глубине души понимал, как поведет себя Пак. Именно поэтому рванул с места почти одновременно с ним. Кажется, тренировки с Тэхеном не прошли зря. А может, сработал эффект неожиданности, так как Чимин пропустил удар. Он успел лишь занести зажатые в ладони палочки, чтобы воткнуть их в шею Чона, как его с силой толкнули плечом. Грохот, с которым Пак влетел в соседний столик, переворачивая его и рядом стоящие с ним стулья, был оглушительным. Он заставил оцепенеть. Прямо сейчас Джин не мог не только двигаться. Даже дышать не получалось из-за страха, который заставил все его внутренние органы сжаться. Из-за осознания произошедшего и все сильнее накатывающего адреналина тело перестало слушаться. Сокджин с ужасом смотрел на Чимина, который, встав, стал спокойно поправлять одежду. Он ждал дальнейших его действий, но… Отвлек внезапный голос Хосока, который звучал слишком возбужденно. От этого стало не менее жутко. — Хен, я знал, что это ты! Знал! Ты так изменился! Даже имя сменил! Но я точно знал, что это ты! Из-за Намджуна стал сомневаться, но… Чон хотел подойти к Джину, но ему дорогу перегородил Тэхен. — Что… Что происходит?.. — Действительно ничего не помнишь? — выглянув из-за Тэ, Хосок посмотрел на Сокджина. В его взгляде прослеживалось сожаление. — Я должен был найти тебя раньше! Тогда у тебя был бы шанс выжить! — О чем ты? — Я узнал тебя еще в кафе, когда ты там работал! Но сомнения все же были! Сейчас я убедился! Все из-за твоей способности! Ты сам рассказывал мне о ней в детстве! Не знаю, что произошло с твоей памятью, но ты родной сын Кибома! Поэтому… Намджун убьет тебя! Хен, ты должен бежать! Хосок предпринял еще одну попытку подойти, но его снова остановил Тэхен. Младший толкнул его настолько сильно, что тот едва устоял на ногах. Тем не менее, это не смогло привести Чона в чувство. Его вид все еще был перевозбужденным. — Тебя похитили, когда тебе было одиннадцать. Это был кто-то из приближенной охраны. Я не знаю, требовали ли выкуп, но тебя так и не вернули. Поиски велись несколько дней, после чего объявили, что похититель убил тебя. Сейчас мне кажется, что это сделали для того, чтобы тебя не искали враги Кибома. Тот же продолжал поиски, но, как уже понятно, безрезультатно. Узнав, кто ты, тебя многие захотят убить! И Намджун среди них первый! Как только он получит то, что хочет, тут же от тебя избавится! За то, кто ты, и что делал с ним в детстве! Я думал, что о тебе знает только он, поэтому хотел раскрыть глаза подальше от него. Но, кажется, по-крупному ошибся. Верно, Чимин? — окончательно успокоившись, Чон посмотрел в сторону Пака. Кто и чей сын?.. Все еще не понимая, что происходит, Джин посмотрел в ту же сторону. Тэхен хоть и не позволял Хосоку приблизиться, тем не менее, был не менее растерян от происходящего, чем и он. А вот Чимин… — Прав, хен, — младший усмехнулся. — Нужно было молчать. Теперь ведь понимаешь, что тебе не выбраться из этого кафе живым? Я же предупреждал быть осторожнее и не ходить по краю. Ты пересек черту, — хоть он и не двигался, тем не менее, его рука, в которой находились палочки, сжалась сильнее. — Может, и не выберусь, — Чон усмехнулся в ответ. — Зато я раскрыл хену правду. Тебе в разы будет сложнее охранять его, так как вряд ли он спокойно будет дожидаться, пока его убьет Намджун. Как уже и говорил — надеюсь, ты будешь и дальше хорошо выполнять свою работу. Прожив в компании Джуна и парней почти шесть месяцев, Джин действительно думал, что его нельзя удивить или сбить с толку, но…. — Ненавижу! Ты здесь никто! Проваливай! Внезапно все шумы стали смешиваться, голоса затихали, постепенно все рядом с ним переставало существовать. Джин ничего не чувствовал, он лишь слышал голос ребенка, который кричал исчезнуть. Стараясь хоть немного успокоиться, Джин сделал глубокий вдох, после чего закрыл глаза. Перед ним тут же возник мальчик. Он голодный, поэтому решил спуститься на кухню и чего-нибудь перекусить. Когда ребенок взялся за ручку на слишком большой по сравнению с ним двери, его внезапно кто-то толкнул. — Я, правда, ненавижу тебя! Исчезни уже! Вспомнив голос, Джин стал думать, что слова ненависти предназначены ему, но… Мальчик, который упал из-за толчка, смотрел прямо на него. Его глаза наполнены слезами. Больше, чем больно, ему обидно. Раньше образ был нечетким, сейчас же Джин мог разглядеть ребенка более детально. Простенькая одежда, на руках небольшие синяки. Кроме этого… Ноги внезапно перестали держать. Сокджин даже не осознал, что, опустившись на пол, открыл глаза. Перед ним все еще была сцена, которую он бесчисленное количество раз видел во снах. Мальчик с необычным цветом волос. Казалось, он нашел краску и сам решил покраситься, из-за чего цвет лег не равномерно, а какими-то пятнами. Эти пятна были… — Какой тебе больше нравится? Выбирай любого. Сокджин посмотрел на отца. Поняв, что тот не шутит, он стал обводить взглядом присутствующих в комнате. Все выглядели одинаково, но один все же привлек его внимание. — Этот! Мне нравятся его волосы! — Рыжие. — Что?.. Кажется, его внешний вид желал оставлять лучшего, так как все молча смотрели на него, не решаясь заговорить. Первым все же подал голос Хосок. Вместо ответа Джин внезапно залился смехом. Он не мог остановить его. Это действительно выглядело настолько бредово, что даже смешно. — Собака… — сквозь смех получалось выдавить из себя отдельные слова. — Раньше… У меня была собака… Рыжая… Мы с отцом взяли ее в приюте… Хосок, ты прав, — немного успокоившись, Джин посмотрел на Чона. — Он убьет меня. А ведь, если подумать, в палатке Джун так и не сказал, что отпустит его. Обессиленно упав на спину, Сокджин продолжил тихо смеяться. Для того чтобы распознать ложь, ему нужно сосредотачиваться, а также хоть немного понаблюдать за человеком. Вначале он даже не пытался считать парней и их хозяина. Из-за всего происходящего тогда и соображать-то толком не получалось. Он всегда думал, что мир, в котором жили Джун и парни, ему не подходил. Как так получилось, что он сын самого жестокого и влиятельного мафиози? Он с легкостью может распознать в человеке фальшь. Он может понять, когда ему врут. После вчерашней встречи в переулке выяснилось, что он способен раздобыть нужную информацию, даже если человек не отвечает на вопросы. Так как так получилось, что абсолютно вся его жизнь оказалось ложью, и он даже не заметил этого? Это, правда, очень смешно!