4. Дружба - это чудо.
31 марта 2023 г., 16:58
Примечания:
Событий много, надеюсь вам понравится 🌚
3 сентября.
Антон проснулся из-за смеха детворы под окном. Встав с кровати, он направился умываться. Странным было лишь то, что никаких звуков, кроме смеха тот не слышал. Петров хотел посмотреть на часы, но в комнате было темно. В полусонном состоянии, дойдя до лестницы, он почувствовал холод. Спустившись в низ, перед ним открылась входная дверь.
Как заворожённый, Антон пошёл на улицу. Детский смех стал громче, и были слышны отрывки слов. Идя на нарастающие крики, Петров увидел, как несколько детей у самого леса прыгали через костёр. Зрелище манило его.
— А кто это у нас тут пожаловал? Зайчик! — голос лисы пронзил уши, Антон замер от страха — Чего ты вечно молчишь-то, боишься? — страх сковал тело, только сейчас, сложив всё во едино, он понял, что нифига это не обычный день, а галлюцинация — Пошли с нами, попрыгаешь! Мы пока ещё не кусаемся — лиса засмеялась, но это был вовсе не тот смех, проникавший в его черепную коробку, и дерущий уши в кровь. Это был обычный смех, правда очень высокий и с какой-то ехидной.
Лиса схватила Антона за руку и повела к костру
— Смотрите кто у нас есть – это Зайчик! — произнесла лисица, и встав между детьми с масками зверей, выжидающе посмотрела на Антона.
Вдруг, все в один голос, будто по команде
— Прыгай — Петров дрогнул. Прыгать не хотелось, но он решил играть по их правилам, мало ли что они могли с ним сделать.
Делая шаг назад для разгона, он прыгнул, когда языки пламени, чуть-ли не касаясь его ног, слегка покачнулись. Лёгкость окрылила Петрова. Приземлившись на уже притоптанную землю, он почувствовал свободу, которой ему так не хватало.
Слегка хихикнув, он обернулся, наблюдая за детьми. Те радостно вскрикнули и снова стали прыгать через костёр.
Антон потерял ход времени, первый раз за последнее время, ему было так легко. С каждым новым прыжком, счастье наполняло его. Казалось, будто Петров всё выше и выше поднимается, прыгая уже чуть ли не до луны. Тело стало лёгким, как пёрышко, оковы земной гравитации, казалось, теперь бессильны против такой вдохновляющей радости, что витала в воздухе, не смея мешать веселью.
Каждый миг веселья, будто запечатлённый на камеру момент пропитывался светом, а после оседал в памяти украшением.
— Антон — послышалось прямо в голове — Антон, вставай уже быстрей, надоело тебя будить — открыв глаза, всё счастье испарилось, его сменили серые стены и злая мать
— Да встаю уже — как же не хотелось покидать тот красочный мир свободы и веселья.
Петров вышел из комнаты и встретил сестру
— Я хочу спать — протянула Оля, попутно зивая
— Согласен — они спустились на кухню и сели за стол, перед ними сразу же появились две тарелки. Съев пол тарелки, те встали и вывалили остатки каши в кастрюлю. Поднявшись по комнатам, они начали собираться в школу.
Какая скука!
неблагополучная семьёй, то ли Антон реально дурачок
— Ох кулёма-кулёма, чего брать-то будешь? — Петров немного помялся
— Можно капусту и пиво, пожалуйста — Продавщица как-то грустно выдохнула и зашла на склад.
Спустя пару минут, она вышла с капустой, банками пива и коробкой размером с кулачок
— Пакет-то у тебя есть или дать? — Петров призадумался и пошарил карманы
— Неа, нет. Кстати, давно хотел спросить, как вас зовут? — продавщица отдала ему пакет с продуктами
— Тётя Майя. Ладно, до скорого, Тош — Петров улыбнулся
— До свидания, тётя Майя — попрощался Антон и скрылся за дверьми магазина.
До него сразу же добрался ледяной ветер, и Антон рванул домой, как можно скорее. Но в лесу промелькнуло рыжее пятнышко
— Да чтоб тебя! Такой день, и как же без тебя, не представляю! — сзади послышались шаги
— Зайчик, ты чего злой такой всегда? — она просто игралась с ним, притворялась переживающей, но её дикое нутро слишком сильно просачивалось сквозь всё восприятие.
— Алиса, отвали. У меня дел невпроворот, а ты ко мне лезешь постоянно — лиса лишь тихонько подобралась к уху Антона
— Бу! — Антон вздрогнул и чуть не упал, запутавшись в своих же ногах
— Психопатка! Совсем крыша поехала? — Алиса звонко захохотала
— А сам-то? Ты думаешь ты здоров? Не смеши меня! — ядовитая улыбка показалась на лисьей морде
— Моё хотя бы лечится! — Петров крикнул это в воздух, Алиса вновь исчезла — Вот и проваливай, психичка! — Антон пошёл дальше, но не успел он сделать пару шагов, как на его плечо легла чья-то рука
— Антон, что с тобой? — Антон вздрогнул и обернулся
— Полина? Эм... Всё нормально, ты о чём? — Антону было страшно даже от мысли, что Полина узнает, что он больной, расскажет всем, все начнут лезть к нему со своими доёбами, изобьют где-нибудь или ещё чего похуже
— Анто-он, приём, я тут, а не где-то в твоём сознании, где ты явно засел, вылезай и скажи, почему ты разговаривал с воздухом — Морозова потрясла его за плечи и тот очнулся, но глядел с испугом в глазах — Антон, очнись и говори — ему было страшно
— Эм... Ну-у... — Полина смотрела выжидающе ответа, а Петров не знал как рассказать помягче — В общем, у меня что-то типо шизофрении, но менее серьезное, вот — в Полининых глазах читался и испуг, и непонимание, и грусть, даже как показалось Антону, лёгкая радость
— Оу, это необычно. А и с кем ты только что разговаривал? — Петров не понял ничего
— И тебе всё равно, что я больной? — Морозова слегка расстроилась
— Я не знаю, но... А какая разница? Может это прикольно — они стояли и разглядывали друг друга
— Прикольно что? — Петров не видел ничего прикольного в страшных видениях
— Не знаю — Полина опустила глаза в пол. Она просто думала, что это ведь так интересно – видеть разные непонятные картинки в голове, правда и страшновато от такого тоже было — Ну-у, так с кем ты разговаривал? — буквально заглянула в душу своим любопытным взглядом
— Давай не будем об этом, мне галлюцинаций хватает, чтоб о них не вспоминать — Морозова вновь опустила голову вниз.
— Ты говорил, что твоё лечится, это в каком смысле? —Петров устало выдохнул
— Чтоб у меня не было галлюцинаций, нужно пить таблетки, которые я в прошлой квартире забыл, поэтому я и разговариваю с воздухом — Полина оглядела его с ног до головы
— То есть таблетки, успокаивающие твою болезнь, где-то не у тебя? — Морозова раскрыла глаза от небольшого удивления — Ты как до сих пор живой, с таким пренебрежением к себе же? —Петров не очень понимал, что на это отвечать — Эх ты. Кстати, ты чего в одной кофте, заболеть к понедельнику решил?
— Да не думал я заболеть, я просто задумался и куртку с кофтой перепутал — Полина посмотрела на него, как на окончательно сбрендившего
— Удивительный ты человек, Антон — Петров тупо посмотрел на Полину
— Ты кстати чего в принципе здесь? Я думал тут кроме меня и меня, никого не бывает — Морозова хихикнула
— Я просто по лесу гулять люблю, не думала, что тебя ещё и встречу. А ты куда ходил? — подул холодный ветер и Петров вздрогнул — Ой, ты же замёрз поди-ка, иди домой скорей.
— Да нормально, я в магазин ходил, тут за три секунды дойти — вдруг лицо Полины изменилось, она во мгновенье подняла руку и посмотрела на часы
— Ой, я же дома уже должна была быть! Прости Антош, я побегу, до завтра! — Морозова помахала и побежала по узенькой тропинке
— Пока! — всё, что успел выкрикнуть Антон.
Вроде Полине всё равно на то, что я больной, даже по расспрашивала. Всё таки надеюсь, она не подумала, что я псих какой-то.
По дороге домой, Петров много размышлял, что будет, если пиво найдут. Его могли либо посадить на домашний арест, либо отец применит силу, что скорее всего. Про третье и думать страшно. А, и конечно же, куда без скандала, будто Антон не пиво купил, между прочим на свои деньги, а устроил революцию или войну.
Единственное, на что надеялся Петров, так это на то, что его никто не пойдёт встречать, тогда он сможет отнести капусту на кухню, а потом пронести банки в комнату.
Пока Антон думал, уже оказался у двери в дом, весь замёрзший, и дрожащий, даже от слабого порыва ветра.
Нехотя он открыл дверь, оглядев всё пространство, он решил быстренько снять обувь, и оставив капусту в прихожей, добежать до комнаты.
Оказавшись в комнате, он в срочном порядке начал думать, куда спрятать пиво. Было принято решение, закинуть его в шкаф.
Снизу послышалось мамино ворчание, что сын даже капусту до кухни не донёс.
Убедившись, что никто не направляется к нему в комнату, он заглянул в пакет и достал неизвестную ему коробку. Убрав пиво в шкаф, Петров сел на кровать и принялся разглядывать коробочку.
Когда ему надоело, он открыл её, обнаружив кучу жвачек "Турбо". Ещё в детстве, когда он впервые их попробовал, сразу понял, что это создание от самого Бога. Да что там, он готов был обменять свой единственный велик, на всего одну жвачку. Радости не было придела, Антон благословил
***
Закрыв дверь, Антон с сестрой пошли по тропинке. Петрову не очень хотелось идти в школу из-за Ромы, который мог опять до него докопаться, а Оля шла вприпрыжку и с отличным настроением. Вдали показалась Полина, но Антон решил пока избегать её, чтоб его не трогали. Дойдя до школы, из-за угла вышел Рома с Бяшей. Но Петров их не заметил, зато они его отлично. Переодев обувь Оле, Антон направился в свою раздевалку. Пока он переодевался, к нему подошли и толкнули со спины, будто случайно. Потеряв равновесие, Антон чуть не упал, но вовремя спохватился. Он обернулся и увидев довольные лица. Петров просто продолжил переодеваться, стараясь делать вид, что ничего не было. Хотелось спокойного дня, без всяких потасовок с этими. Антону повезло, что путь до кабинета русского, тот запомнил ещё со вчерашнего дня. Звонок прозвенел ровно с приходом Петрова в класс. Он сел на своё место в ожидании учителя. Заметив взгляд Полины, он хотел помахать ей, но решено было её игнорировать. Учительница забежала в класс и недовольно осмотрела всех, как будто это они опоздали, а не она. На уроке было скучно. На самом деле, Антону очень легко давалась учёба, так как он был довольно умным и легко запоминал материал. Когда урок был окончен, Полина подошла к Петрову — У тебя плохое настроение? — оглядевшись, и не увидев хулиганов, Антон спокойно выдохнул и посмотрел на Морозову — Нет, с чего ты взяла? — девушка посмотрела на него с лёгким шоком, увидев новый синяк, на его лице — Это Рома сделал, да? Я же сказала, не ходи ты никуда или мне скажи, нет, пошёл ведь! — Петров этого явно не предусмотрел — Да причём тут он вообще, это я дома с лестницы кувыркнулся — эта отмазка видимо была на все случаи жизни. Морозова не очень ему верила, но надеялась, что он её не обманывает. Молча они пошли в кабинет физики, но стоило дойти до кабинета, как Полина сразу убежала к подружкам. Обиделась. Антон заскучал на уроке и снова решил порисовать. Когда уже все поля тетрадки были разрисованы, урок закончился, и Петров решил прогуляться с Морозовой до столовки. Пока шли, они успели обсудить место расположение некоторых кабинетов. И посмеяться с фамилий преподавателей. В столовой было жарко и пахло чем-то пригорелым — Может обратно пойдём? У них сегодня еда явно не получилась, в принципе как и всегда — Петров принюхался и согласился — Да уж, пахнет ужасно — они направились в класс. Антон чувствовал, что Морозова расстроилась, что тот ей наврал, и стала немного отдалённой что-ли. Такой исход событий был выгодным для Петрова, ведь чем меньше Полины рядом с ним, тем меньше поводов до него докопаться. В классе было мало людей, видимо как обычно гуляли по школе. Петров прошёл на своё место, и разложив канцелярские принадлежности на парту, он прилёг.***
Антон шёл по узенькой тропинке в лесу, рассматривая большие заснеженные деревья. В дали проглядывался замёрзший пруд. Петров было направился прямо к нему, как сзади послышались шаги — Зайчик, ну что, ещё боишься нас? — Петров остановился, но не от страха, а скорее от раздумий. Подумав пару минут, он понял, что лиса на вид хоть и навевает страх, но с ней можно почувствовать свободу, так зачем ссориться, если можно весилиться — Нет? — с лёгкостью в голосе произнёс Петров — Правильно, зачем нас бояться? — прошептала ему лиса, на что Петров просто пошёл дальше, на пруд. Хоть он где-то в подсознании понимал, что это галлюцинация, но хотелось немного отдохнуть от реальности, в мире, пускай и не настоящем, зато свободном. Дойдя до пруда, взору открылся прекрасный вид на холодную природу — Эй, волчик, сбегай ка за коньками — Прикрикнула лисица, и волк тут же удалился. Антон оглянулся на детей в масках, сидящих у костра — Иди Зайчик, не бойся — лиса его подтолкнула к огню — Давай, смелей! Петров со зверьми уже долго веселились, прыгая сквозь костёр, и хихикая так, что казалось их смех был слышен даже в космосе. Из леса прибежал волк и отдал лисице коньки — Зайчик! Смотри что есть, давай кататься! — Петров мигом выхватил коньки из рук лисы и надел их. Кататься он умел не очень, но хотелось просто веселиться — А вы чего на берегу стоите? Давайте ко мне — звери будто ждали пока он их позовёт, и все ринулись на каток — Я смотрю тебе нравится, Зайчик — к нему подъехала Лиса улыбаясь — Я не знаю, но уходить точно не хочу — он загляделся на лису и споткнулся, упав на лёд — Ай, блин! — рыжая плутовка засмеялась. Антон уже почти встал, но посмотрев в лёд, испугался и шандарахнулся обратно. Он начал ощупывать своё лицо в надежде, что отражение просто врёт, но в место лица он нащупал лишь маску. Заячью маску. — Лиса! Что это? — все звери засмеялись одним голосом — Ну ты же Зайчик! — с каждой секундой смех становился всё громче и резал уши. Чудесный пейзаж сменился на отвратную картину живого леса, что кишел какими-то чёрными щупальцами, извивался гнилыми деревьями, царапая верхушками стволов непроглядную мглу, что поглотила небо. Голова начала кружится. Казалось его сейчас стошнит, картинка сужалась, не позволяя вдохнуть. Краски мира пропали, и в один миг его сознание отключилось. Петрова трясли за плечо. Антон подпрыгнул, просыпаясь, а рядом стояла Морозова — Антон, проснись, звонок уже прозвенел — он испуганно огляделся, все уже ушли из класса — А, ладно. Петров пытался не вызывать подозрений по поводу своего состояния, но Полина переживала — Ты какой-то бледный, может в медпункт сходишь? — Антон встал из-за парты и направился к выходу вместе с Морозовой — Нет, всё в порядке, не беспокойся — они повернули к лестнице и направились на урок. На этот урок Полина села к Петрову, что ему не очень понравилось, но выгонять подругу он точно не хотел. — Тебе что-ли кошмар снился? — Антон несколько секунд обрабатывал информацию, и пытался понять, о чём говорит Полина, ведь до этого он пребывал целиком в своих мыслях — А, ну что-то типо того — он не хотел, чтоб она подумала, что он псих какой-нибудь — Точно всё в порядке? — Петров лишь кивнул, выражая своё нежелание разговаривать на эту тему. — Блин, ручка закончилась, у тебя есть запасная? — Полина стала шариться по пеналу и достала от туда ручку — На. — Спасибо. — Пожалуйста. — Морозова и Петров, хватит болтать — На них посмотрел весь класс, но любопытство чувствовалось за версту, в отличие от Пятифанова, что сверлил их явно не добрым взглядом. Когда урок закончился, все выбежали вон из кабинета. Но Петров пошёл медленно вместе с Морозовой — Может ты сможешь проводить меня? — Прости пожалуйста, не могу, мне надо сестру ещё урок ждать — Морозова выдохнула — Жаль — Петров проводил её до раздевалки и пошёл к Олиному классу. Он уже начал придумывать чем ему заняться, пока он ждёт Олю, но тут же из-за двери в кабинет показалась сестрица. Заметив брата, она побежала к нему со всех ног — Нас отпустили пораньше. Здорово, правда? — её глазки блестели от радости — Правда, правда. Пойдём одеваться тогда — она кивнула и ринулась к раздевалкам. Раз Олю отпустили, Антон надеялся пройтись чуток с Полиной, но она уже ушла. Когда Петров обернулся, то увидел, что Оля с подружками что-то бурно обсуждают, подойдя к ним, сестра резко развернулась и сделала жалобное лицо — Бра-атик, а можно я погуляю с подружками чуть чуть? — он задумался, если он и разрешит, то в первую очередь нужно спрашивать разрешение у мамы, ведь без разрешения гулять нельзя, но с другой стороны, если они погуляют совсем немного, то можно будет оправдаться – мол задержали — Эх, ладно. Но только совсем немного — Оля обняла брата со всей силы и начала одеваться. Они гуляли на территории школы около получаса — Так, всё Оль, прощайся, нам уже пора — сестрёнка сделала грустное лицо, но спорить не стала, ведь на улице и в правду слегка потемнело. Попрощавшись с друзьями, Оля с братом поспешили домой.***
Зайдя домой, с кухни послышались крики отца. Петров уже про себя начал молиться, чтоб их не заметили. Сняв куртки, дети бегом забежали в комнату Оли. Петров обернулся и заметил, что сестра чуть ли не плакала, смотря такими жалобными глазками — Олечка, ну ты чего, не плачь. Тише, тише... — Петров ещё долго успокаивал сестру. Она не любила, когда родители ссорились, и всегда очень сильно расстраивалась, когда это случалось. Когда она наконец успокоилась, они решили поделать уроки, ведь школу никто не отменял. — Так, прописи сделали, осталась только математика — Оля уже почти засыпала, а крики на кухне стихли, что не могло не радовать — Смотри, сколько будет пять плюс шесть? — Оля глупой тоже не была, запоминала всё так же быстро, как и брат — Одиннадцать — Антон кивнул и Оля записала ответ. Дорешав математику, Петров начал делать свою домашку, пока сестра его рисовала. — Антон, смотри, похож на тебя? — спустя несколько минут спросила Оля. На рисунке был кривой профиль Петрова и его тетрадка. — Хм, ну вроде да, у тебя уже лучше получается — она обрадовалась и продолжила рисовать. Когда Антон закончил с уроками, Оля уже спала. Он отнёс её в кровать, а сам пошёл в свою комнату. Тихонько прокрадываясь на цыпочках мимо лестницы, он услышал лишь громкий храп. Когда Антон закрыл дверь, то со спокойной душой выдохнул — Был прожит ещё один день — усмехнувшись, он собрал рюкзак и лёг на манящую кровать. Долго не мог уснуть, ему было страшно вновь увидеть галлюцинации. Но ближе к часу ночи он наконец уснул.***
4 сентября. Антон проснулся от будильника. Сегодня суббота, а значит Оле не надо идти в школу. Карина, скорее всего ещё спала, ну по крайней мере, в выходные она обычно встаёт ближе к девяти утра. Петров встал с кровати, стараясь не шуметь, и пошёл на кухню поискать еды. Тихо спустившись по лестнице, он пробрался на кухню по скрипучему полу и открыл холодильник. Там было пусто, что даже мышь бы не повесилась. Но в углу он увидел жопку колбасы — Ого, даже колбаса есть, а едим пережованную кашу — Петров достал колбасу и пошёл в комнату. Когда колбаса была уничтожена, а портфель собран, Антон оделся и вышел из дома. Морозный ветер пробрал его до костей, Петров дрогнул, вжавшись в кофту, посильнее. Он шёл в тишине леса, как вдруг из неоткуда взялась лиса — Опять ты, ну здравствуй, виновница кошмаров — сквозь зубы сказал Петров — Зайчик, ну ты чего? — она пыталась выдавить грусть, но было видно что ей абсолютно все равно — Отстань от меня, надоела, то пугаешь, то веселишь, бесишь! — Лиса нахмурилась — Зайчик, я... — она не успела договорить, как её перебили — Не называй меня Зайчиком! — отчеканил Антон — Не зли меня, Зайчик, ведь тебе явно это не понравится — она расплылась в хищной улыбке — Да как же ты задолбала! Исчезни с глаз моих долой! Ненавижу! — в глазах лисы бушевала ярость — Ладно, я уйду, но это ненадолго. Жди меня, я ещё вернусь, и спокойно жить ты точно не сможешь — она испарилась — Можешь не возвращаться! — Выкрикнул воздуху Антон и поспешил в школу. До урока оставалось чуть больше десяти минут. Он переодел обувь и направился на урок. Идя по коридору, он даже не сразу услышал зов Морозовой. Его разум был занят другим. Что если лиса и вправду опасна? Что она может сделать? Я не хочу сходить с ума из-за какой-то там лисы! Когда Полине удалось таки вырвать Петрова из транса, гнетущая атмосфера переживаний потихоньку покинула Антона — Слушай, а можно к тебе сесть? — Петрову было неудобно отказывать подруге, но и получать пиздюлей от Ромкиной шайки не хотелось. И все же — Ладно, садись — Полина вежливо кивнула, и пройдя в кабинет, села с Петровым — Спасибо — Антон в ответ лишь улыбнулся. Со звонком в класс зашли Рома и Бяша. Преподаватель одарила их презрительным взглядом — Ого, кто решил посетить мои уроки, сам Пятифанов, так ещё и Бяша с ним — Рома посмотрел на учительницу как на дуру и просто прошёл на своё место вместе с Бяшей. Урок шёл невыносимо долго, Петров чуть не уснул. А Морозова со всей внимательностью слушала учителя, не сказать, что она совсем ничего не понимала, но и тройки в четверти тоже присутствовали. Когда спасительный звонок наконец прозвенел, Петров направился в столовую, потому что он с утра вообще ничего не ел. Дойдя до столовой, Антон взял себе слегка пригоревшую булку с изюмом и пошёл на урок. Кабинет был довольно близко к столовой, так что до звонка было ещё минут десять, когда Петров уже сидел за партой и доедал булочку. В класс зашла учительница — Так, дети, слушайте внимательно, 16-го, в четверг, будет проходить конкурс танцев. Наш класс выступает с вальсом — Лилия Павловна опустила взгляд на тетрадный лист в руках — Пары будут такие: Никитина с Трифоновым, Смирнова с Пятифановым, а Морозова с Петровым. Репетиции будут в актовом зале по понедельникам, средам и пятницам, сразу после уроков. И не смейте сбегать — Антон до ужаса не хотел выступать перед другими, сцена ассоциировалась с местом публичного расстрела, на котором все зрители смотрят с таким осуждением, что хочется под землю провалиться. Петров закрыл лицо руками и устало выдохнул. Да за что мне всё это. За пару минут до начала урока, в класс зашла Морозова и сразу подошла к другу — Чего грустный такой? — она стояла и как бы невзначай намекала, на свободное место рядом с Петровым — Садись — Морозова тут же приземлилась на стул — У нас скоро конкурс и наш класс будет выступать с вальсом — Полина воодушевлённо посмотрела на Антона — Это же здорово! А кто с кем будет? — на лице сверкала улыбка — Вроде сказали, что Никитина с Трифоновым, потом… Э-эм… А, точно, Смирнова с Пятифаном, и я с тобой — Морозова слегка расстроилась, но рассказывать почему не захотела. Урок прошёл в разы быстрей, чем прошлый, ведь Антон отключился ещё на перемене и весь урок дрых. Когда же прозвенел звонок, Петров вновь улизнул, стараясь меньше пересекаться с Полиной. Радовало лишь то, что сегодня всего четыре урока. Но Антона напрягали эти явные злобные взгляды Ромы. Петров честно пытался меньше пересекаться с Полиной, но ведь именно она постоянно подсаживалась к нему, а он и отказать не в силах. Из-за раздумий Петров погрузился в некий транс и не замечал никого вокруг. Но спокойно прожить этот день ему видимо не удастся, ведь врезаться в итак агрессивного Бабурина, явно добрых помыслов не несёт — Слышь, ты вроде очки носишь, но слепой как баран — настроение было ужасное, чтоб рассуждать трезво и не ссориться — А фигли ты стоишь тут? — Бабурин нахмурился пуще прежнего — Чё ты там вякнул? Повтори-ка — он приблизился к Антону — Уши почисти, может слышать начнёшь — Бабурин окончательно разозлился и ударил Петрова так, что тот упал прямо на бетонный пол. Все в коридоре уставились на них — Попробуй ещё чего вякнуть — Бабурин буквально выплюнул эти слова и уже развернулся чтоб уйти. Но Петров ведь тоже не собирался выслушивать гадости. Он быстро встал и толкнул Бабурина со всей силы, а тот неожидав того, что Антон даже просто встанет, запутался в своих же ногах и упал с таким грохотом, что его было слышно отовсюду — Заебал! — Петров сунул руки в карманы и удалился в лестничном пролёте, а на Бабурина ещё долго все пялились.Голова болела от удара. Скоро выступление. Поссорился с гопником, ещё и разозлил Лису от которой можно ожидать чего угодно, а ведь день только начался.
В классе было шумно, несколько людей носились по кабинету, Петров прошёл за своё место и приготовился к уроку. В класс зашёл Бабурин, направляясь прямиком к Роме. Антон насторожился, мысленно готовясь к ещё одной драке. После недолгих заявлений от Бабурина, он с Ромой и конечно же Бяшей подошли к парте Петрова — Слышь, очкарик, я блять думал уже что ты понял ошибку свою, к Полине не лезешь. А тут узнаю, что ты моих братков обижаешь, ничё не попутал, не? — удивительным был факт того, что замечены были старания Антона отгородиться от Морозовой. А если говорить про ситуацию с Бабуриным – Антон просто не рассчитал, что тот упадёт – единственное и очень фиговое оправдание. Раз тактика атаки не сработала, Петров решил действовать по другому, то есть не воевать, а дружить, и тут же вспомнил добрейшую продавщицу — Я честно, глубоко извиняюсь — Рома подошёл ближе к парте — Чё? — он явно не ожидал того, что Петров будет извиняться — Я извиняюсь, прошу простить, но если это так сложно сделать, могу достать пиво, может так вы мне поверите — абсолютно спокойным тоном произнёс Антон. Предложение звучало странно, но импровизировать нужно было срочно. Извиняться перед Быбуриным было противно, но своя сохранность дороже, к тому же, если всё же удастся помириться с местной гопотой, то и боятся останется лишь свои галлюцинации. Честно сказать, лица всех троих нужно было видеть, они стояли в полном недоумении, но Бабурин быстро пришёл в себя — Ты нам зубы не заговаривай — Рома подозрительно осмотрел Антона — Да подожди ты, харе наезжать. А ты откуда собрался пиво доставать? — радости Петрова не было придела, закорешиться с гопотой всего лишь купив им бутылку алкоголя — А это я оставлю в секрете. Ну так что, по рукам? — Петров уже хотел протянуть руку, но тут в разговор вклинился Бяша — Я чувствую какой-то подвох — Бяша не сводил с Петрова глаз — Подвох в чём? Я в понедельник принесу вам пиво, чтобы вы поверили в мои извинения, а вы меня не трогаете. Что не так? Я же вроде немного прошу — Рома будто загружал полученную информацию и где-то минуту просто стоял — Ладно, очкарик, я тебе верю, в понедельник за школой, после уроков. Но если я узнаю, что всё это сплошное наебалово, то тебе не поздоровится — Петров лишь кивнул, и они с Пятифановым пожали руки. Со звонком в класс зашла Полина, она сразу села к Петрову, даже не спрашивая разрешения — Я в расписании запуталась и вообще на другой этаж пошла — Антон хихикнул от вида запыхавшейся Морозовой. На уроке Рома косился на Антона подозрительным взглядом, пока Петров не посмотрел в ответ, тогда Пятифанов резко отвернулся, чем насмешил Антона. Было скучно, а после этого урока ещё один, Антон был готов подохнуть, лишь бы не тухнуть в школе. Вдруг Морозова пододвинула к Антону листочек с его портретом. Петров вопросительно глянул на Полину, а она перевернула портрет, и сзади показалась надпись: Я тоже попыталась нарисовать тебя, не суди строго. Антон перевернул листочек обратно и стал разглядывать рисунок. Морозова неплохо рисовала, а с портретом так вообще заморочилась. Она подсознательно хотела доказать себе же, что рисует не хуже Антона — Красиво — Антон убрал рисунок в портфель — Спасибо — Полина уже мысленно праздновала. Когда уроки закончились, Петров решил проводить Морозову — У меня сестра сегодня не учится, так что могу тебя проводить, если хочешь — Полина заулыбалась — Ура! У меня столько идей для разговоров — Антон усмехнулся реакции подруги. Выйдя из школы, Антон с Полиной направились к её дому. По дороге они много болтали обо всём, чём только можно и не заметили, как пришли — Жалко, что я не могу тебя каждый день провожать, мы бы столько обсудили — Антон обнял Полину на прощание, и они разошлись. Петров спокойно шёл, как тут из-за угла свернул Рома — О, очкарик, а ты чё тут ходишь? — Петров слегка удивился вниманию к его персоне — Морозову провожал — не скрывая сказал Петров, Пятифанов нахмурился и после небольшого молчания выдал — Вот и что она в тебе нашла? — Рома искоса оглядел Петрова — В смысле? — странным было как минимум то, что Рома вообще разговаривает с ним — Ну вы же ходите вместе постоянно, ты её ещё и провожаешь получается — нотки грусти и одновременно недоумения присутствовали в голосе — Так мы же друзья — Пятифанов нахмурился, но тут же пропустил смешок — Ха, не поверю — теперь нахмурился уже Антон — Ну и ладно — они дошли до поворота, и Антон начал заворачивать, как сзади послышалось — Не забудь, в понедельник с тебя пиво, прощай — Петров растерялся, не зная как прощаться с Ромой — А-ага. Антон засеменил вдоль лесной дорожки, а ветер задувал под кофту, которую давно пора было сменить на что-то потеплее. В лесу промелькнула рыжая тень — Отстань от меня, я итак устал — со стороны можно было подумать, что Петров сошёл с ума, хоть частично так и было, но он не мог не обращать внимания на галлюцинации, слишком уж они были реальны. До дома Антон решил не дойти, а добежать на всякий случай. Зайдя в дом, его встретила мать с половником и синяком на руке – видимо отец просыпался — Иди за стол и не шуми — Петров снял куртку и прошёл на кухню, где пахло супом. Сев за стол, перед ним появилась тарелка и ложка. Антон съел пол тарелки, и вылив остатки, развернулся чтоб уйти — К Оле не заходи, она болеет, заразишься ещё— Петров удивлённо посмотрел на Карину — Что случилось? — Антон догадывался, что Оля могла заболеть от вчерашней прогулки — У неё кашель и температура — Карина устало выдохнула. Петров поднялся в свою комнату и начал размышлять, где бы достать деньги на алкоголь. Петров начал рыться в вещах в поисках забытой заначки. Спустя час, он наконец нашёл немного денег в старом пенале. Осталось завтра сходить в магазин. За окном уже виднелся закат, Петров пошёл умываться. Когда он проходил мимо комнаты сестры, решил всё таки заглянуть — Спокойной ночи, Олечка — сестра посмотрела на брата сонными глазами и улыбнулась — Спокойной ночи — Петров закрыл дверь и пошёл в ванную. Зайдя в ванную, Антон встал напротив зеркала. Вид у него был не очень, казалось будто он прошёл Афганскую войну, параллельно утопая в болоте. Петров наклонился чтоб умыться, но тут в стоке послышался скрежет. отпрыгнув от раковины и заподозрив, что это очередная галлюцинация, Антон насторожился — Лиса, отстань уже, что тебе надо от меня? — он говорил это шёпотом, чтоб никто в доме не услышал — Я же сказала, что вернусь. Смех. Лиса опять засмеялась. Петров закрыл уши руками, но смех был везде, Антон сел на пол и зажмурился — Лиса, хватит, пожалуйста, перестань — смех и в правду прекратился, но Антон ещё некоторое время не убирал руки от ушей — Зайчик, ну ты чего, весело же, разве нет? — Петров открыл глаза, а перед ним стояла лиса, но всё тут же поплыло, его начало мутить и он снова зажмурился — Нет, не весело нихера, меня тошнит теперь! Ещё и уши болят — Антон сидел на полу, слегка покачиваясь — Зайчик, у тебя ушки больно чувствительные — лиса хихикнула и стала ходить вокруг Антона — Чего ты от меня хочешь? — она остановилась около уха Петрова — Зайчик, ты скоро сам всё узнаешь, ещё не время. Тебе повезло, что я не сильно на тебя злюсь — Антон открыл глаза, и увидел как лиса растворяется в воздухе — Ты куда? — лиса помахала ему сваей лапкой — И кстати, меня зовут Алиса, и не волнуйся, я ненадолго — Петров попытался схватиться за лису, но она уже окончательно испарилась — Алиса? Антон просидел в непонятках ещё какое-то время. Но тут за дверью послышались тяжёлые шаги. Петров опомнился, и выйдя из ванной, за три секунды оказался в комнате. Укрывшись одеялом, Антон погрузился в свои мысли, и пролежав так пару часов отключился.***
5 сентября. За окном, снег падал маленькими крупицами, а птиц было почти неслышно. На кровати лежало тельце, дрожащее от холода. Одеяло ещё ночью было отправлено на пол, со словами: Я задолбался уже! Что так жарко-то? Но ближе к утру, желание избавиться от одеяла, казалось максимально опрометчивой идеей, и резким движением руки его вернули на кровать. Но стоило Антону поудобней закутаться в одеяле, как дверь в комнату открылась, а на пороге стояла Карина — Долго собрался валяться? Помогать кто будет? — волосы были завязаны в хвостик, на ней был кухонный фартук и старая, уже выцветшая ночнушка. Видимо она взялась за уборку дома — Я только проснулся — Карина лишь нахмурилась, но соизволила уйти. Хотелось выспаться, но ему ещё за пивом идти, Олю веселить, а то она когда болеет постоянно грустит, ещё и маме помочь надо. На часах был почти обед, когда Петров наконец поднял пятую точку с кровати. Спустившись на кухню, в нос сразу ударил запах отвратительной овсянки. Чуть ли не скривившись от учуянного, Антон подошёл к Карине — Чем помочь? — женщина только сейчас обратила на него внимание — Иди капусту купи — Петров на секунду подумал, что это шутка, но Карина пошла за кошельком. И нахрен ей эта капуста? — Даю только на капусту, сдачу принесёшь, ясно? — Петров кивнул — Одень зимнюю куртку, а не кофту. Не хватало нам двух заболевших в доме — Антон пошёл одеваться. Из-за многочисленного количества мыслей про то, куда бы спрятать пиво до понедельника, Петров всё-таки надел кофту вместо куртки. Морозный ветер задул за шиворот, Антон съёжился раза в два и пошёл быстрее. Вдали наконец показался магазин, Петров чуть ли не галопом добежал до него. Внутри было тепло, пока Антон отогревался, продумывал небольшую абсурдность списка покупок, состоящего из капусты и пива — О, Антоша, ты чего это в кофте, на улице холодина ведь — Петров увидев продавщицу заулыбался — Да я кофту, вместо куртки надел, задумался и не заметил — Продавщица слегка прищурилась, пытаясь понять, то ли это как-то связано с уже зарекомендовавшей себя как***
Сделав уроки за полчаса, Петров стал думать, как пронести пиво завтра в школу. Отрыв у себя в бардаке чёрный пакет, он положил туда пиво и принялся запихивать в рюкзак. Очень долго Петров мучился с рюкзаком и всё-таки ему удалось. Он решил полежать на кровати, потому что делать было больше нечего. Но толи от усталости, толи Антон просто пригрелся, но он уснул.***
На дворе цвело лето, пели птицы, и визжали дети под окном. С кухни доносился восхитительный аромат жареной картошки, и тихое шипение радио. Когда запах добрался до комнаты Петрова, то обнаружил спокойно посапывающее тельце, на которое падали лучики солнца из окна. Антон, же унюхав вкуснятинку, сладко потянулся и наконец поднял голову с подушки. Встав на ноги, он пошёл на кухню. — Сына, доброе утро, как спалось? — Антон зевнул и сел за стол — Доброе, спалось замечательно! — мама улыбнулась и поставила перед Петровым тарелку с картошкой — Ешь быстрей! И посуду за собой помой, надоел грязную посуду в раковине складировать годами! — Антон округлил глаза — Мам, ты чего? Всё хорошо? — Петров не понимал, как любвеобильная обстановка за секунду сменилась усталостью и гневом. Мир, будто по приказу потерял все цвета, за окном повалил снег, а жареной картошкой и не пахло, скорее чем-то пригоревшим и негодным к употреблению. В коридоре послышались тяжёлые шаги — Чего ты разоралась с утра пораньше? — Карина злобно посмотрела на отца — Ещё один. Ты когда научишься посуду мыть за собой, я тут как домработница хожу за всеми убираю! — Петрову было страшно, он вжался в стул и смотрел на родителей, которые впервые за все года совместной жизни ругаются — Карина, а ничего, что я на работе пашу как конь, домой прихожу, чтоб отдохнуть, а ты мне про посуду грязную заявляешь!? Это твоя работа! — Карина посмотрела на отца так, будто её с грязью смешали — Ах, я значит домработница?! А ты дармоед, повис на моей шее и ножки свесил, думает я его катать буду! — отец подошёл и стукнул по столу со всей силы — Заткнись, женщина, я на работе пашу как не в себя! А тебе сложно посуду помыть? — такой злой Антон маму ещё не видел — Да ты скотина неблагодарная! — послышался звонкий удар и криков больше не было. Петров вскочил с кровати в холодном поту. Как же он хотел забыть тот день, когда родители впервые поругались, и ладно если это была бы словесная перепалка, но удар – оглушающе звонкий, Карина не простила. Антон глянул на часы, была уже глубокая ночь, а уснуть после такого кошмара вряд-ли получится. Петров лежал на кровати, глядя в потолок, и думал обо всём. О том, как тяжко пришлось Оле, когда она даже не видела счастливую семью, лишь постоянные споры, побои, крики и ненависть, которой пропитано всё, что только можно. О том, как родители в принципе допустили мысль о том, что завести ещё одного ребёнка в этом аду, будет отличной идеей. Антону с одной стороны повезло, что он успел хоть капельку насладиться любовью родителей, но так же он смотрел на все побои и скандалы, впитывал это в себя, и с каждым днём было всё сложней сдерживаться, чтоб просто не сбежать подальше от этой семьи. С каждым новым днём, ситуация накалялась, а психическое здоровье Петрова потихоньку ухудшалось, после начались и галлюцинации. Сначало это были слишком реальные воображаемые друзья, потом его переклинивало и он начал видеть все более и более ужасные картинки, а сейчас он даже не может отличить галлюцинацию от реальности. Когда родилась Оля, то родители сразу же скинули её на брата, абсолютно позабыв про неё, а Антон отнёсся к сестричке с любовью и решил, что если он её не защитит, то она просто не сможет вытерпеть всё то, что Петров вынашивал годами, все те крики, ссоры, битая посуда, каждый её осколок оставлял всё новую и новую рану в душе, пока там не осталось живого места. А Оля как ангелочек, чистый и сияющий ослепительным блеском, и Антон пытается отгородить единственный лучик света, оставшийся в этой все пожирающей ненависти, которую породили постоянные ссоры. В последнее время, отец постоянно ходил по разным казино и постоянно проигрывая, напивался в стельку. А приходя домой, поднимал руку на собственную жену. И вот, теперь, отец зарылся в долгах и никак не может выплыть, мать – уставшая от вечных ссор, срывается на детях, Антон – психически нездоровый ребёнок с огромными обязанностями, а Оля –единственный лучик в их семье, который так активно пытаются затушить родители.
