Путь Куоритча

Проходят часы. Куоритч не останавливается. Он не хочет останавливаться. Солнце давно зашло, и мир окутан тьмой. Для человеческих глаз в пещере царила бы смоляная чернота, но глазами рекома полковник видит все, как какое-то ночное животное. Салли несколько раз терял сознание в течение ночи, но Куоритч каждый раз приводил его в себя. Он хочет, чтобы Джейк все чувствовал. Чтобы мучился, понимая, что и как полковник делает с ним. Его боль должна быть невыносимой. Теперь, когда Куоритч кончает в Джейка в четвертый раз, все, что делает тот – это слабо вздрагивает. Он перестал стонать и умолять два часа назад, похоже, смирившись со своей судьбой. Салли сейчас находится в мире боли – его глаза полузакрыты тяжелыми веками, а тело раздавлено и ослабло. Желание сопротивляться исчезло, истратив все силы и не оставив ничего, кроме агонии. Глядя сейчас на Джейка, Куоритч не видит гордого воина, который сражался с ним когда-то. Он видит слабую суку. В очередной раз вытаскивая свой член из капрала, полковник морщится, когда мышцы его живота сводит судорогой. "Что за гребаное занятие!" – приходят в голову странные мысли. В глубине души Куоритч уже не может определиться, правильное ли решение он принял. Вернее, ему нравится трахать Джейка, нравится ломать его, но полковник опять не может избавиться от дурацкого ощущения, что все равно что-то идет не так. Он опускает взгляд на Салли и поднимается на ноги, чтобы засунуть член в шорты. Затуманенный взгляд капрала устремлен в никуда, веки его полуприкрыты. Наручники все еще на нем, ноги согнуты, руки неудобно вытянуты. Он не двигается и не смотрит по сторонам, его дыхание прерывистое, тело мелко дрожит. Его сейчас даже нет в реальности. Куоритч удовлетворенно проводит языком по зубам. На сегодня достаточно. Да и сам он не смог бы выдержать еще один раунд, даже если бы захотел. Он отходит к противоположной стороне пещеры и садится на каменный пол, прислонившись спиной к стене. Подтягивает к себе походную сумку, делает глоток алкоголя, вздыхает, проводит рукой по лицу и опять рассматривает пленника. Полковник доволен состоянием, в которое он его привел. Он действительно хорошо поработал над капралом. Сейчас Джейк совершенно не в себе. Но только время покажет, нанес ли Куоритч какой-либо реальный ущерб его психике. Перед глазами тоже сгущается туман, и Куоритч выключается, уронив голову на грудь. Звуковой сигнал пробуждает его ото сна. Рассветные лучи прорезают облака, набухающие обещанием дождя. Полковник моргает, снова слыша сигнал, и понимает, что он исходит из его сумки. Он копается в ней, вытаскивая устройство связи – его прямую линию с генералом Ардмор. Он прочищает горло и нажимает на кнопку. – Полковник, вы слышите? – доносится незнакомый мужской голос. – Вас понял, на связи, – медленно отвечает Куоритч. Его взгляд скользит по пещере. Салли лежит там же, где он его оставил. Глаза его уже закрыты, тело перестало трястись. В свете растущего утра его кровоточащие царапины и синяки заметны сильнее. Небольшие пятна крови просочились сквозь бинты на его ногах и бедре. И его задница… Ну, она в плохом состоянии. На землю под ней натекла небольшая лужица крови, смешанной со спермой полковника. Правда, непонятно, чего там больше: первого или второго. Если Куоритч попытается трахнуть его сейчас... Салли в процессе будет кричать уже о кровавом убийстве. Вместо незнакомого мужского голоса в коммуникаторе раздается голос генерала Ардмор. – Полковник, вы все еще с нами? – Так точно, – говорит Куоритч, меняя позу. – А остальные? Куоритч делает паузу, сжимая челюсти, затем отвечает. – Я потерял их. Наступает минута молчания, и полковник поднимается на ноги. Он сдерживает стон, распрямляя одеревеневшее тело, и выходит из пещеры, чтобы посмотреть, как приближается шторм. – Вас заметили? – спрашивает наконец генерал. – Я избавился от убийц и похоронил солдат. Других свидетелей не замечено. – Полковник, вы нужны мне здесь, – жестко бросает Ардмор. – Вы для нас важный ресурс. Куоритч оглядывается на вход в темную пещеру, затем качает головой. – Генерал, я бесполезен, если для меня нет специального задания. И у меня здесь кое-кто есть. – Вот как? – Да, генерал, – Куоритч колеблется, внутренне борясь с чем-то, что он не совсем понимает, затем добавляет: – Он у меня. – Он? – спрашивает генерал, и несмотря на помехи в ее голосе слышится недоверие. – Салли? – Так точно, мэм. Теперь она знает правду, почему он действительно хотел уйти из штаба. Изучение жизни аборигенов здесь было совершенно ни при чем. Куоритч догадывается, что Ардмор подозревала о его намерениях с самого начала, но он не хочет, чтобы у него отняли с таким трудом доставшийся приз. Это был бы наихудший исход из возможных. Салли – его личный пленник, и полковник хочет сохранить над ним контроль и сам назначать наказание. Он еще не закончил с Джейком. – Это все объясняет, – говорит Ардмор, и ее голос становится жестче. – Полковник, на'ви стали гораздо агрессивнее. Мы вынуждены обороняться. И если я не вытащу вас оттуда, вы можете потерять голову. В самом прямом смысле. Куоритч хмыкает. – Я думаю, у меня все под контролем, генерал. Связь прерывается. Чтобы не слушать режущие хрипящие звуки помех, полковник отклоняет голову в сторону. – Я вижу, где вы находитесь, – через несколько секунд говорит генерал. Должно быть, она видит на карте трекер Куоритча. – К счастью, вы, кажется, вне зоны обычных путей движения на'ви. Мы приедем и заберем вас. Вместе с Салли. Нет. Нет, нет, нет. Этот вариант вообще не годится. – При всем моем уважении, – спокойно говорит Куоритч, – это лишнее. Я держу ситуацию под контролем. Салли и я... сблизились за эти дни. Наступает короткая пауза. – Понимаю, – отвечает Ардмор с ноткой веселья в голосе. – Что ж, полковник, я не стану у вас это отнимать. Думаю, вам обоим есть что вспомнить. Куоритч почти вздыхает с облегчением. – Спасибо, мэм. – Но учтите, надвигается сильный шторм. И к плохой погоде могут добавиться на'ви, – статические помехи опять прерывают ее голос на несколько секунд, потом с перерывами слышится: …забрать вас. Увидимся… – снова шипение в динамике, – …через несколько часов, полковник. Что? Куоритч нажимает на кнопку связи, но слышит только помехи. Над его головой гремит гром. Это шторм. В шторм связь не работает. Сколько часов, она сказала? Генерал даст ему еще немного времени с Салли, но сколько? Двадцать четыре часа? Сорок восемь? Семьдесят два? Да сколько бы ни было, полковнику этого недостаточно. Ему повезло, что Ардмор сделала вид, что не заметила его неподчинение приказу, но должна же она понимать гнев Куоритча по отношению к предателю! Полковник уверен, что как только он вернется на базу, то получит выговор. Но он ветеран. И генерал уважает его достаточно, чтобы позволить ему делать то, что он хочет... большую часть времени. Но все же, сколько часов у него осталось? Из облаков начинает накрапывать дождь, восходящее солнце окутывает мгла, но оно еще слабо пробивается сквозь пленку дождя, освещая неспокойные воды моря. Куоритч разочарованно рычит, возвращается в пещеру и бросает устройство обратно в сумку. Ему придется пережить эту бурю с Салли, и он надеется, что связь восстановится в течение дня.