Катастрофически

MARUV, Даня Милохин – Есть только миг

Вечный покой сердце вряд ли обрадует. Вечный покой – для седых пирамид. А для звезды, что сорвалась и падает, Есть только миг, ослепительный миг…

За пятнадцать минут до окончания смены Крис уходит, чтобы занять свой пост, на котором ее должен сменить Конохамару. И в эти пятнадцать минут одиночества все окружающее успевает джинчуурики так наскучить, что он едва дожидается появления сонной Ино, которая вдобавок еще и опаздывает. – Извини, никак не могла заставить себя вылезти из постели. Как Какаши-сенсей, ей-богу! Хоть бы соврала что-нибудь. Мол, задержалась, бабушку через дорогу переводила… Пробурчав что-то невнятное, Узумаки надеется застать Крис-чан до того, как она заснет, но ничего у него не выходит. Даже использовав метку, которую он оставил в коридоре возле их комнаты, свою девчонку Наруто находит уже мирно спящей в кровати Ино, а потому лишь усмехается и, быстро скинув с себя лишнюю одежду, занимает другую, соседнюю койку, в которой до него, вроде как, должен был спать Конохамару. Настойчивый стук в дверь будит его за час до назначенного подъема. Ино и Конохамару еще даже не успевают вернуться с дежурства, а посол, к которому приставили их команду, уже требует их присутствия. – Мы же сказали, что сами придем за вами, когда настанет время отправиться на собрание, – довольно грубо Узумаки ему напоминает, стоя в дверном проеме в одной футболке и тренировочных штанах и нарочно закрывая своей широкоплечей фигурой обзор, поскольку этот утырок зачем-то норовит заглянуть в комнату, где только-только проснулась и теперь растерянно сидит на кровати растрепанная Крис-чан. – А на завтрак вы мне одному предлагаете идти? – возмущенно мужчина вскидывает брови, наконец-то сосредоточив взгляд на лице собеседника, а не на том, что происходит у него за спиной. Наруто тем временем приходится очень постараться, чтобы не послать его далеко и надолго. «Ага, может, его еще с ложечки покормить?» – совсем не помогает Курама. – Хорошо, – заставив себя оставаться спокойным, джинчуурики кивает и произносит каждое слово так отчетливо, словно общается с имбецилом. – Вернитесь в свою комнату и дайте мне пять минут, чтобы собраться. Я зайду за вами и лично сопровожу на завтрак. Такой вариант вас устроит? – Да, только… Не дав ему договорить, Наруто закрывает дверь прямо у бедолаги перед носом и оборачивается к уже успевшей выскользнуть из постели и даже привести в относительно божеский вид свои распущенные волосы Крис-чан. Одного только взгляда на нее хватает, чтобы мрачное выражение на лице Узумаки смягчилось: – Ты можешь поспать еще, если хочешь, – по-лисьи прищурившись, он подходит к своей оставленной в изножье кровати олимпийке, быстро натягивает вещь на себя, а затем завязывает на лбу протектор. – Пойду схожу с этим идиотом на завтрак и вернусь. Тебе что-нибудь принести? – Нет, – словно очнувшись, Крис отрицательно мотает головой и с тяжелым вздохом приземляется на край кровати. – Я тоже скоро спущусь. Спасибо… «Кажется, кое-кто решил, что ваши ночные обжимания ей приснились», – тихонько посмеиваясь, подсказывает своему джинчуурики Курама. За что Наруто мысленно отвешивает ему пинка, а в реальности быстро закрепляет на ноге хорусту, отточенным движением засовывает туда пару кунаев и расслабленной походкой направляется к выходу из комнаты: – Тогда буду ждать в столовой, Крис-чан, – напоследок он подмигивает, за мгновение до того, как дверь закроется, поймав на себе изумленный взгляд зеленых глаз. Все верно, даттебайо. Ничего тебе не приснилось. Он там тоже был… *** Денек и впрямь выдается на редкость унылым и утомительным. Озабоченный несуществующей угрозой своей жизни, посол, к которому их приставили, требует, чтобы его сопровождали даже в туалет. «Хорошо, хоть помочь не просит», – думает Наруто, подпирая спиной стену, пока там, за дверью, после того, как джинчуурики проверил помещение, абсолютно чужой для него мужик справляет свои дела. Крис-чан сейчас занята тем, что охраняет территорию. Наруто чувствует, как приятно колышется ее чакра, пока девчонка патрулирует периметр замка и на некоторое время задерживается на той самой крепостной стене, где они вдвоем провели почти всю прошлую ночь. В этот момент отчаянное желание бросить посла одного в сортире и присоединиться к ней едва не пересиливает чувство долга. «Так, а ну-ка соберись и держи себя в руках, герой-любовник, – предупредительно рыкает Курама, уловив настрой своего джинчуурики. – Тебе эти проблемы ни к чему. Успеешь еще со своей девчонкой потискаться». Наруто вынужденно признает, что он прав, но желание поймать Крис и «потискаться» прямо сейчас все равно никуда не исчезает. «Скорее бы этот дурацкий день закончился, даттебайо…» А вот собрание, по поводу которого переживала Ино, проходит очень даже неплохо. Во-первых, потому что никаких острых тем на нем не поднимается. В основном речь идет о торговле, развитии индустрии современных технологий, вроде внедрения в работу скрытых деревень компьютеров и других гаджетов, в которых Узумаки ни черта не смыслит, возможности обмена специалистами и прочей чепухе. А во-вторых, единственный раз, когда кто-то из собравшихся намекает на излишнюю влиятельность Конохи на мировой арене, джинчуурики оказывается достаточно мрачно сверкнуть в сторону бедолаги, который это сказал, лисьим взглядом, чтобы все вопросы у того сразу отпали. К сожалению, даже после окончания собрания и поспешного отъезда доброй половины его участников, миссия команды шиноби Скрытого Листа продолжается. Убедившись в зале, где проходила конференция, в мощи приставленного к нему джинчуурики, теперь посол наотрез отказывается принимать помощь от кого-либо другого. Конохамару он называет малолетним дилетантом, с Ино общается так, словно считает ее девочкой для сексуальных утех – даже предлагает заглянуть к нему ночью, в ответ на что Яманака едва сдерживается, чтобы не прописать этому придурку хорошего пиздюля… А вот на Крис он поглядывает с опаской, потому что всякий раз, когда эта девчонка привлекает его внимание, джинчуурики начинает испускать какие-то странные волны, от которых воздух пульсирует, а сам посол ощущает, как у него сосет под ложечкой. К счастью, сразу после ужина, утомленный трапезой, которую Наруто пришлось сперва проверить на наличие яда, их подопечный уходит в свою комнату и не высовывается оттуда до самой ночи, пока, наконец, уже знакомый храп не оповещает команду шиноби о том, что говнюк заснул. – Я уж думал, я его убью, даттебайо! – ржет Узумаки, со всего размаху приземляясь на кровать. Расстилавший в это время постель Конохамару под весом джинчуурики, потянувшим у него из рук одеяло, не успев сориентироваться, бороздит носом плод своих трудов. Не ожидавший такого исхода Наруто удивленно вытягивает лицо и уже собирается спросить, все ли с ним в порядке, но парнишка молниеносно вскакивает на ноги и, бурча что-то неразборчивое себе под нос, залетает в ванную. Напряженное молчание, воцарившееся после его ухода, нарушает разочарованный вздох Узумаки: – Вот блин… А я как раз душ принять хотел, воды натаскал… Своим комментарием он рассчитывает разрядить обстановку, вот только это не помогает. Поймав на себе взгляд своей девчонки, джинчуурики отчетливо видит в нем осуждение. Да, она выбрала тебя. Но это не означает, что теперь нужно провоцировать Конохамару по поводу и без и выставлять его в дурном свете. Даже если он сам напрашивается. Хорошо, что именно в этот момент Ино решает расставить все точки над «и», перетягивая на себя все внимание: – Я что, правда похожа на какую-то проститутку? Опешивший от такого поворота юноша давится, в то время как его девчонка резко отводит глаза и поджимает губы. – Не слышу ответа! – возмущенно Яманака переводит взгляд с одного на другого, пока, наконец, скрестив руки на груди, окончательно не оборачивается к Узумаки. – Ну-у-у… – откашлявшись, последний озадаченно чешет затылок. – Иногда… Зря он это сказал. – Когда с косметикой переборщишь, – спешит Наруто оправдаться, понимая, что сейчас ему влетит от разъяренной подруги. – Не прямо сейчас! Сейчас ты просто образец целомудрия… – Вот скотина! – не дослушав до конца его лепет, Ино хватает с кровати подушку и от всей души запускает ее в полет по направлению к белобрысой макушке. Бросок оказывается настолько сильным, что Узумаки едва успевает выставить руку вперед и перехватить снаряд. – Сая на тебя нет! Вернемся в деревню, я ему все расскажу! Как ты меня тут шлюхой обзывал! – Я такого не говорил! – практически воет Наруто, прежде чем резко замолчать и переключить внимание на то, что он поймал. – Спасибо за подушку, кстати. Возьму ее с собой на дежурство. Тут, пожалуй, следует пояснить. Дело в том, что еще перед ужином он вынес друзьям предложение, от которого никто из них просто не смог отказаться. Узумаки вызвался отдежурить предстоящую ночь в одиночку, чтобы его команда отдохнула перед завтрашней дорогой. Именно поэтому все его сокомандники сейчас готовятся ко сну, а Наруто тем временем им мешает, поскольку, хоть он и сам это предложил, идти ему никуда не хочется. – Да забирай, – фыркает Яманака в ответ на предыдущее заявление приятеля. – Мы с Крис-чан и на одной подушке уместимся. В подтверждение своих слов она похлопывает рукой по той самой оставшейся у них на двоих подушке, а затем первой занимает свою сторону кровати. Тихонько усмехнувшись, Крис следует ее примеру, но улечься так и не успевает. Вместо этого она замирает в сидячем положении с одной ногой, все еще касающейся пола, и переводит взгляд на снова открывшуюся дверь уборной. – Свободно, – бубнит Конохамару, прежде чем демонстративно протопать к кровати и, дернув на себя одеяло, которое джинчуурики придавил, тоже забраться в постель. От его обиженного сопения всем, кто присутствует в комнате, становится неуютно, однако Ино, как и в прошлый раз, спасает ситуацию: – Если ночью я к тебе полезу и начну домогаться, не пугайся. Просто дай мне тебя пощупать, и я успокоюсь, – с милой улыбкой она обращается к Крис-чан. В ответ на что в ее сторону тут же обращаются два вопросительных взгляда: – Что? Сай постоянно пропадает на заданиях. А я плохо сплю, когда со мной никого нет. Из-за этого мы иногда ночуем с Тентен у меня дома. – Ее ты тоже по ночам щупаешь? – спустя пару секунд после такого откровенного признания уточняет Узумаки, отмечая про себя, что его девчонку перспектива быть общупанной не так уж и пугает. Помедлив, Крис прячет вторую ногу под одеялом и лишь задумчиво наблюдает за тем, как Ино пытается дотянуться до подсвечника, не забывая при этом об их разговоре: – Пф-ф, конечно. Мы ж подруги. – Хотел бы я иметь такую подругу, – хихикает Наруто, посылая в сторону канделябра с помощью чакры крохотный поток ветра. Язычки пламени тухнут, словно по команде, погружая комнату во мрак. Осознание того, что он мог сделать это и раньше, но не стал, решив насладиться ее мучениями, заставляет Яманаку злобно сверкнуть в его сторону глазами: – Так, иди отсюда, пошляк! У тебя дежурство началось. А ты ложись! – вслед за ним достается и Крис-чан. – Я еще и перед сном пообниматься люблю… Решив, что пора с этим заканчивать, Наруто еще раз хихикает, поднимается с пригретого места и подхватывает со стула свою куртку. Украденная подушка приземляется в изножье девчачьей кровати. Судя по возне, раздавшейся в следующий миг, Ино все-таки соизволила ею воспользоваться. Мягко прикрыв за собой дверь, джинчуурики еще некоторое время стоит и прислушивается к происходящему в комнате. – Ого, какая у тебя кожа нежная. Я бы за такую кожу душу продала, – игриво Яманака шепчет, явно намереваясь засмущать свою соседку. – Ну что, пошалим? Рассказывай. Где у тебя эрогенная зона? – А можно потише? – ворчит на них Конохамару. – Тут некоторые спать пытаются… – В другой раз, Ино-сан, – доносится до Узумаки другой шепот. Спокойный шепот. До чертиков соблазнительный шепот. За которым следует разочарованный вздох командира: – Ну вот, блин… Спасибо тебе, Конохамару… Усмехнувшись, Наруто наконец отступает от двери и, хоть ему этого все еще не хочется, направляется к своему коронному местечку на крепостной стене, откуда открывается волшебный вид на бушующее море. Вот только без Крис-чан под его курткой это море надоест ему уже через десять минут… *** Она приходит спустя полчаса с начала его одиночного дежурства, хоть в этот раз он ее совсем не ждет. Под удивленным взглядом голубых глаз, даже не удосужившись накинуть вчерашнюю ветровку, она в одной футболке и тренировочных штанах торопливо преодолевает разделяющее их с джинчуурики расстояние и привычным движением забирается в теперь уже можно сказать их куртку, тут же прижимаясь к спасительному теплу. И мелко дрожит, пока брезентовые полы за ее спиной не смыкаются, загораживая от ветра. И даже тогда – все равно дрожит. Наруто хочется ее поругать. Хорошенько отчитать за то, что выперлась на холод раздетая. Но вместо этого он лишь сильнее кутает ее и сосредотачивается на том, как замерзшие ладошки волнующе холодят его спину. Медленно оттаивая под воздействием жара его кожи, отделенной тонким слоем ткани. Она пришла. Не должна была, но пришла. Его отважная девочка. Она пожертвовала сном в удобной кровати, чтобы побыть с ним. – Ты что, бросила Ино одну? В этот раз Узумаки не кладет голову поверх ее макушки, Крис сама устраивается у него под кадыком и жмурится, потому что, пока бежала, успела ненароком поймать глазами пару соленых брызг. Чудовище под их ногами все еще ревет и клокочет. Местные смотрители только разводят руками. Конец ноября. Если бы летом собрание организовали, могли бы и искупаться. – Я подождала, пока она и Конохамару-кун уснут, и сбежала… Признание тонет в грохоте очередной разбившейся о скалу волны. Россыпь крохотных соленых кристаллов оседает на выглядывающих из ворота куртки каштановых волосах, заставляя их обладательницу снова содрогнуться от холода. Желая согреть и защитить, широкая шершавая ладонь, не обремененная бинтами, случайно задирает чужую футболку и в нерешительности замирает. Ино права. Кожа у Крис-чан настолько нежная, что похожа на бархат. Наруто ждет, что вот сейчас девчонка заерзает. Не позволит ему так беззастенчиво касаться ее под одеждой, пусть даже это всего лишь спина. Но ничего такого не происходит. Разве что разбежавшиеся во все стороны от места контакта мурашки колют мозолистые, иссеченные ветряной чакрой, никогда не заживающие подушечки. И больше никакого сопротивления. Ничего, что заставило бы его убрать руку, кроме собственной совести, зародившейся где-то на краю сознания и мгновенно потухшей под воздействием приятных ощущений. Слишком приятных, чтобы их прервать. Шальная мысль закрадывается в голову, заставляя сдавленно хихикнуть: – Так что, она нашла твою эрогенную зону? – осмелев, Узумаки на пробу выводит на девичьей пояснице простенький узор. Позднее он поймет, что это был знак водоворота. Но не сейчас. Сейчас, вместо того, чтобы анализировать какие-то там рисунки, он предпочитает просто наслаждаться моментом и впитывать. Каждый выдох под его ключицу, каждое мимолетное сокращение мышц под его пальцами, каждый удар чужого сердца, отпечатывающийся у него на коже. – Нет… – она говорит тихо. Она почти дремлет у него в объятиях. – Я подумала, вы сами захотите ее найти… От весьма недвусмысленного намека рука застывает, так и не дорисовав очередной узор, а сам джинчуурики напрягается, словно готовый вот-вот вступить в смертельную схватку. Данное себе самому прошлым вечером обещание не торопить события нависает над светлой макушкой подобно грозовой туче. Вынуждает вспомнить, что Крис всего пятнадцать, и с ней так нельзя. Почувствовав его внезапное оцепенение, девушка отрывает голову от чужой теплой груди, поднимает зеленые глаза на собеседника и тут же хмурится, заметив плотно сжатые губы и угрюмый взгляд, устремленный в горизонт. – Дурацкая шутка, – приходится признать. – Простите, Наруто-сама… Старое доброе обращение добивает окончательно. – Даттебайо, Крис-чан, я ведь просил! – сполна осознав свой косяк, Наруто виновато стонет, жмурится, быстро выдергивает ладонь из-под девчачьей футболки и едва не отшатывается, в последний момент оказываясь пойманным и удержанным на месте тонкими, все еще обвитыми вокруг него руками. «Нет. Не отпускай. Холодно». – Я помню, просто… – вынудив джинчуурики вернуться в исходное положение, Крис ежится от ветра, проникшего в их кокон, и ждет, когда поверхностное, шумное дыхание Наруто снова выровняется. – Мне нужно время, чтобы привыкнуть. Вы ведь до сих пор зовете Шестого Какаши-сенсеем… И она права. Права, даттебайо… Даже просто попросив ее звать его по имени, без привычных суффиксов, Узумаки уже поставил перед ней сложную задачу. Что уж говорить о том, что сейчас он ее откровенно домогался. «Придурок», – мысленно Наруто отвешивает себе подзатыльник и с этого самого момента начинает тщательнее следить за своими руками. Он все еще обнимает ее, все еще поддерживает за поясницу и прячет от холода, но теперь только через ткань. Хоть и не так волнительно, это по-прежнему приятно. Гораздо приятнее, чем если бы он был тут один. – Мы завтра возвращаемся в Коноху… – спустя какое-то время – Наруто не считает, ему слишком хорошо, слишком уютно, чтобы за этим следить, – Крис снова нарушает молчание. Вот только теперь в ее шепоте скользит что-то нездоровое. Что-то наболелое и невысказанное. – Ты боишься? – без труда Наруто догадывается, о чем его хотят спросить. Останется ли все так же, как оно есть сейчас, когда они вернутся в свою деревню? Не начнет ли он вновь ее избегать? Стоит ли ей быть готовой к тому, что ее уже в который раз оттолкнут? – Да, – тем временем девчонка окончательно подтверждает его догадку. – Мне уже второй день кажется, что это все какой-то сон. Самое забавное, что, сама того не ведая, в эту секунду она озвучивает не только свои переживания, но и его. Весь тот поток мыслей, что мучает его уже двое суток, умещается ею в одной единственной фразе. Это слишком похоже на сон, чтобы быть правдой. – Ну так проснись… Свой ответ Наруто произносит на выдохе. И сам не замечает, как сухие, обветренные губы растягиваются в блаженной улыбке. Нет. Это не сон. У него маловато воображения, чтобы его мозг сумел сгенерировать такой реалистичный сон. Да и запахи во сне не ощущается. Об этом ему, кажется, еще Ирука-сенсей рассказывал. Но откуда-то ведь он знает, что от Крис-чан пахнет хвойным лесом, малиновым увлажняющим кремом и грозой… Ожившая и зашевелившаяся под курткой девчонка заставляет все еще улыбающегося Узумаки скосить на нее глаза, и знаете что? Лучше бы он этого не делал. Во взгляде, которым его одаривают, плещется буря эмоций настолько сокрушительной силы, что юноша невольно сглатывает и теряется в этих глубоких штормовых изумрудах. «Вот теперь она точно ждет, что ты ее поцелуешь», – изрекает Курама очевидное. Наруто никогда прежде по-настоящему не целовался, но он уверен, что именно таким взглядом должен сопровождаться данный процесс. – Крис-чан, я… Сухие губы шелестят жалкое незаконченное оправдание. Вот только заканчивать его не обязательно, позорное «не умею» и так читается в смущенном, озадаченном и даже отчасти испуганном выражении у Узумаки на лице. Да, он не испугался в одиночку сразиться с Пейном, не испугался схлестнуться в бою с Кагуей, прародительницей чакры, а вот какой-то девчонки, которая просто хочет его поцеловать, боится до чертиков. Боится, что ей не понравится целоваться с ним. Боится, что разочарует ее, и повторять неприятный опыт она уже точно не захочет. – Все в порядке, – считав его опасения, Крис заверяет, но по-прежнему не отводит взгляда. Разве что смещает его чуть ниже. С пронзительных голубых глаз на так и не сомкнутые губы. – Я поведу… «Слишком быстро». Теперь Наруто тоже смотрит на ее губы. И хочет, очень сильно, до безумия хочет к ним прикоснуться. Особенно когда девичья ладошка выскальзывает из ворота куртки и ложится на его щеку, проходясь подушечками пальцев по длинным бороздкам лисьих усов. Его направляют, его осторожно вынуждают склонить голову, пока чужое рваное дыхание не опаляет сперва подбородок, а затем и рот. «Слишком быстро. Так неправильно». Он ей не помогает. Крис приходится самой тянуться вверх и балансировать на мысках, как долбанной балерине, пока джинчуурики лишь пристально смотрит на нее, и черт его разберет, собирается он как-то включаться в процесс или нет. А потом вдруг все заканчивается. Забинтованные пальцы крепче сжимаются на пояснице, комкая футболку и удерживая девушку на месте, а сам Наруто высвобождает вторую руку и, накрыв ею тонкое девичье запястье, прячет его обратно под куртку. Отвергнутая, Крис опускает голову и медленно возвращает вес на полную стопу, становясь ниже и не решаясь даже взглянуть, не то что задать вопрос. – Давай не сегодня, ладно? – звучит мягкая, деликатная просьба, произнеся которую, Узумаки носом притирается к ее волосам, а его ладони снова устраиваются на девичьей спине. – Мне тоже нужно время, чтобы привыкнуть. Крис не сопротивляется, когда ее притягивают ближе, когда между их телами не остается и жалкого миллиметра расстояния. Она просто прижимается щекой к жесткой, горячей груди и слушает, как там, за грудиной, разгоняет по венам кровь сильное сердце. – Хорошо… – сквозь шум ударов волн о камни Наруто снова различает ее шепот. – Мы же теперь не ограничены во времени, да? Довольная ухмылка колет уголок рта. Все-таки спросила. Глупая смелая девчонка…

Пусть этот мир вдаль летит сквозь столетия, Но не всегда по дороге мне с ним. Чем дорожу? Чем рискую на свете я? Мигом одним, только мигом одним…