Восьмое измерение.

Чонвон оказался в их с Сону и Ники комнате. Как они говорили, здесь произошло много интересных моментов. Именно в этой комнате. Одним из которых он сейчас был свидетелем. В комнате было светло. Он видел всё, что происходило. Видел даже себя, уже понимая, что ему это сниться. Ему стало интересно. Он сидел на кровати и перешёптывался о чем-то с Сону и, как он запомнил, Джеем. Он подошёл ближе. Разговор шёл о Сонхуне. Видимо, они любили посплетничать. Не заметив, как он стал погружаться в мысли, занавески на окне слева от него начали медленно двигаться влево. Причём сами по себе. Обалдеть! Чонвон увидел, как он встал с кровати и продвинулся к окну, словно проверяя, что здесь не так. Обернувшись обратно к друзьям, он показал им, сдвинув занавески в сторону, что всё нормально. Дальше он зачем-то попятился назад, видимо, хотел обернуться, увидев глаза старших. Он увидел явное сопротивление его движениям, а потом... Он оказался на кровати. Как? Причём он попытался встать, но ему что-то мешало. Обалдеть! Потом всё перемешалось в страшное лицо Сонхуна, в то время как у остальных был виден страх и удивление, а Чонвон всё так и лежал на кровати. Затем он услышал, как хотел поговорить о чём-то с Сонхуном, но внезапно ворвавшиеся Сону, держащий в руках, о нет, мятный шоколад, и Хисын, видимо, отказывающий ему в том, чтобы попробовать. Всё происходило так, словно сон хотел показать Чонвону только важные моменты, а лишнее убирал, чтобы тот успел посмотреть всё до тех пор, пока не проснётся. Например то, как они, наверное, бежали вниз на диван в гостиной, на котором теперь все лежали в одной куче. Было смешно наблюдать за этой картиной. Стало даже грустно, что он забыл такой важный и счастливый момент в своей жизни. Хотя он даже не может знать наверняка, является ли его сон прошлым или это вообще будущее. А может это просто сон, так как он точно не может быть предсказателем. Картинка с тем, как Сону пытался накормить злосчастным мятным шоколадом Сонхуна начала исчезать на глазах. Будто рассеивалась. Хотя, так оно и выглядело. Последним, что он услышал в своём сне было то, как Сонхун (это очевидно, что прокричал это именно он) прокричал на весь дом, как бы не на весь лес: «Фу-у-у, Ким Сону, я убъю тебя!». Видимо, у него получилось сделать то, что он проделывал со всеми, кого только знал. По несчастью, Чонвон был вторым (после Ники) человеком, который испытал это на себе.

•••

Проснувшись, Чонвон сначала даже не понял, что происходит. В воздухе витала гробовая тишина. А в комнате, кроме его самого, никого не было. Вчера ребята знатно его удивили, сказав, мол, он их лидер. Он, конечно, всё понимает, но как вообще, если, по их словам, он являлся почти самым младшим? Потом они ему объяснили, что типо это он сам. Ну Чонвон особенный весь такой, со своими какими-то особенностями. Ему даже показалось, что они ему завидуют. Они рассказывали, как проходили тренировки и походы, на которые успели сходить. Но сколько бы они ему не рассказали, он всё равно ничего из их слов не вспомнил. Ничего, что с ним могло произойти. Даже первую встречу. Даже последнюю. От мыслей его отвлёк требовательный стук в дверь. Чонвон вздёрнул голову, сказав, что тот может войти. — Принцесса, советую побыстрее поднять свою задницу и спуститься вниз, иначе конец придёт не только тебе. — полушёпотом проговорил вошедший Сонхун. В голову как будто что-то ударило, и он поморщился. «Где-то я это уже слышал...» — пронеслось у него в мыслях. Сонхун нахмурился, увидев озадаченное лицо младшего. Последние события всё больше заставили его волноваться о нём. Он подошёл к кровати. — Что такое, прин... — Не называй меня так! Что за дурацкая привычка, называть меня принцессой? — сонным голосом сказал младший. — Но я... Подожди, ты так говоришь, будто я не первый раз тебя так называю. — заподозрил неладное Хун. — Если так посмотреть, мне кажется, что я где-то это уже слышал. Но я уверен, что меня раньше так никто не называл. Но что-то говорит мне, что это не так. — помотав головой, Чонвон сконцентрировался на небольшом звоне в ушах, перебирая всё, что помнил из жизни до прибытия сюда. Но ничего так и не вспомнил. Шум в ушах становился громче. Лицо Сонхуна обеспокоенным с каждой секундой. Вдруг шум прекратился, и он расширил глаза, думая, что всё прошло, но не тут-то было. Когда Сонхун спросил, всё ли в порядке, он этого не услышал, увидев лишь то, как он пошевелил губами. Стало так тихо, что за этим последовал и собственный страх. Потом в голове эхом отголосками проносилось одно лишь слово с разной интонацией. «Принцесса». — Принцесса? — сказал Ян, но даже этого не услышал. Голоса продолжались, уже повторяясь по кругу. И ещё. Голоса сменились звоном, а потом он снова стал слышать. — Что это было? — спросил он сам себя, при этом смотря на Сонхуна. — Это у тебя надо спросить. Что это было? Что-то не так? — Не знаю. Я, вроде как, слышал в голове слово. Одно и то же. То, что ты мне сказал. Оно повторялось и повторялось одним голосом, с разными эмоциями. Эхом. Этот голос. Твой? — Мой? — переспросил его Хун, направив палец на себя. — А что ты слышал? — Слово? — тот кивнул. — Принцесса. — Да, я часто тебя так называл. Обычное дело. Я так делаю уже давно, ещё с нашего первого... Подожди, как ты можешь это помнить? — Я ж говорю, что слышал его в голове. Сейчас. Тебя не слышал, а это слово слышал. — Ты... вспоминаешь? Правда, это возможно! Я же говорил! Вот так внезапно? А, наверно, потому что я его сказал, вот ты и вспомнил. Точно. — Вот серьёзно. Мог что-то получше придумать? Принцесса. Что за прозвище? — возмущался младший. Сонхун улыбнулся. Выглядел он вполне спокойно, но внутри уже вовсю танцевал и радовался. Он вспоминает. Он правда вспоминает? Радостный крик так и хотел вырваться наружу, но он держался, просто улыбаясь возмущающемуся Чонвону. Лишь одно слово заставило его так размахивать руками. А раньше он ничего против не имел... — Вы там, что, заснули?! Пак Сонхун, я попросил разбудить Ян Чонвона, а не лечь спать вместе с ним! Живо сюда! — послышалось с первого этажа. Чонвон замолк. Переглянулся с Сонхуном и засмеялся, вставая с кровати. Когда они спустились, было довольно тихо. Затишье перед бурей? — Почему вы так долго? — спросил Джей, хитро улыбнувшись. — Этот упал с кровати, запутавшись в одеяле. Я пытался помочь, но он сопротивлялся, мешая мне при этом. Думал, что солнце сядет, пока что он сообразит, что себе же хуже делает. — поведал он ложную историю. Чонвон только дважды моргнул, не осознавая, для чего он соврал, но не стал подавать виду, что что-то не так. — Хён, мне Сону-я рассказывал, что обычно я веду собрания. Ну, сам же понимаешь, что я мало что соображаю. Может, ты поможешь нам обоим? — состроив милое личико, попросил Хисына Чонвон. — Я и не настаивал. Понятно дело, что это сделаю я. Сейчас ты полный нуб в этом. — вздохнув, ответил ему Ли. Чонвон всё быстро для себя понимал, так что знал, что быстро научиться всему, что делал до потери памяти.

•••

Время подходило к вечеру. Сонхун думал, что Чонвон зайдёт к нему, явно желая узнать, зачем тот соврал на собрании. Но его так и не было. То, что он сделал ночью, точно своего не стоило. Он опешил, слушая лишь своё сердце, а голову так вообще продинамил. Что произошло ночью? Бессонница мучила его слишком долго. Всё потому, что он продолжал думать. Думать, всё ли в порядке с Чонвоном? Да что с ним могло случиться, он просто спит. Успокаивал он себя мыслями, что в комнате он не один. Заглянув внутрь его комнаты, он сначала увидел кровать с Сону и Ники, неотлипающих друг от друга даже во сне. А затем и Чонвона, мирно спящего, освещённого лунным светом. И ведь он даже не заметил, как оказался у кровати. Он был так красив, что руки сами потянулись погладить его по волосам, зарывая пальцы в светлые пряди. Сонхун начал спускаться ниже, уже очерчивая линию подбородка, поглаживая правую щёку большим пальцем. Сердце билось так быстро, что было готово выпрыгнуть наружу. Что-то говорило ему, что это вряд ли закончится чем-то хорошим. Но сердце билось и словно кричало, мол, не бойся своих желаний. Он подумал, что если лишь прикосновение к нему заставляет его ноги подкашиваться, то что будет, если он его поцелует? А самый лучший способ узнать, просто проверить. Поэтому он опустился ниже над его телом, медленно прикрывая глаза. Он осторожно прикоснулся своими губами к его, задержавшись на пару секунд, а затем отстранился. Он уже не думал, бъется его сердце так неумолимо быстро потому что он боится, что Чонвон проснётся или потому что боится, что проснётся кто-то другой. Это было не важно. Он сделал то, чего не мог просто игнорировать. Да, он воспользовался случаем и поцеловал спящего Чонвона, но никто и не запрещал. Его губы словно обожгло огнём, всего на мгновение, но это заставило его вздрогнуть. Прикоснувшись к губам, он посмотрел на Чонвона, который по-прежнему спал, только слегка нахмурив брови. Ему даже показалось, что его закрытые глаза засветились золотом. Но показалось не значит, что так оно и было, верно? Сонхун встряхнул головой и, прежде чем уйти, наклонился и слегка притронулся губами к его лбу. Это было важно для него. Он знает, что снова обманывать всех тоже не выход, но и рассказать, что хоть и незначительная, но часть памяти вернулась он не был готов. Никогда не поздно всё рассказать. Сейчас не лучшее время, пока что у него недопонимание с Хисыном. Остальные, вроде, к нему нормально относятся. Постучав в дверь, Чонвон выглянул из-за двери, впуская только голову в проём. — Хён, можно? — спросил он, прежде чем войти. — Так непривычно. Заходи, — впустил его Хун, приглашая рукой пройти и сесть на стул рядом. — Интересный факт, но перед инцидентом ты никогда не стучался и заходил без спроса. Так было только один раз, в самый первый. Поэтому непривычно. — Прости. В следующий раз не буду, — сумничал младший, коротко улыбнувшись. — Хён, я что пришёл то. Зачем ты утром это сказал? — Я ждал этого вопроса. — оправдал он его ожидания, это точно. — К тебе хоть и вернулась часть памяти, но она была значительно маленькой. Она тебе даже не понравилась. Так что, как только ты вспомнишь что-то большее, то тогда можно будет и рассказать остальным. Тем более сейчас у меня не лучшие отношения с хёном. — Ах, да. Я поговорил с Хисын-хёном. Не волнуйся, он просто сильно волновался за меня. Как я понял, он очень умный, так что, видимо, понял, что другого выхода не было? Или ты не успел, так же всё было? — Чонвон не до конца понимал, как обстояли дела тогда. — Да, всё верно. Но, спасибо. Ты не должен был, но спасибо большое. — Но кроме этого прозвища я вспомнил кое-что ещё, правда не уверен, был ли это просто сон или воспоминание. — Правда? Если я там был, то могу подтвердить. — обрадовался ещё одной положительной новости Сонхун. — Да, там были все. Если коротко, то мы там в комнате сидели. Я, Сону и Джей. Потом ты как-то появился. Ну я сначала не понял, как это, из ниоткуда, а потом же вы говорили про магию и так далее. Потом эти убежали, потом опять вернулись, только уже с мятой. Сону опять мучал всех шоколадкой. Потом гостиная. И всё, дальше ты кричишь, что убьёшь Сону. — Шоколадка? А, мятный шоколад? Вспомнил, да, тогда когда вы все меня ещё обсуждали. Спасибо, что напомнил. Забыл убить Джея и Сону за их тёмные делишки. — хихикнул Пак, хрустя пальцами на руках. — Так это реально было? О, тогда я вспомнил гораздо больше. Правда я не понимаю, как так получилось. Я не помню, что мне снилось до этого, но какой-то там незначительный сон резко сменился воспоминанием. Это странно. Но я рад, что хоть что-то я вспомнил. Не сказать, что я прям помню, что это было со мной, но предчувствие этого есть. — протараторил быстренько Ян. — Ты прав, это странно. — задумчиво проговорил старший и надул губы в раздумиях так, что стало видно малозаметный красный ожог. Прямо на губах. — Что это у тебя? — спросил Ян и придвинулся ближе на стуле к нему, протянув руку к губам старшего. — Когда ты обжегся и как? — Что? — сам того не зная, спросил Сонхун, прикоснувшись к чужим губам. Сразу вспомнилась вчерашняя ночь, когда он поцеловал Чонвона. Теперь стало любопытно ещё больше. — У тебя ничего нет? — А как это ко мне относиться? — спросил недоумевавший Ян, когда чужая рука уже была у его губ, рассматривая такой же ожог, что и у него. — Смотри, у тебя он тоже есть. — сказал он и подал зеркало, чтобы тот смог увидеть сам. — Откуда он? Такой же, как и у тебя? — удивлённо смотрел в зеркало он, а когда отвёл его в сторону, то увидел задумавшееся лицо хёна. — Ты чего? Это что-то серьёзное? — Думаю, да. Нужно кое-что проверить. Только в качестве эксперимента. — намекал он на его помощь Хун. — Что он проверяет? — спокойно спросил он, возвращаясь рассматривать загадочный ожог. — Проверим, что же я такого сделал, что это произошло. — под нос себе пробурчал старший, придвинувшись ближе к Чонвону, положив свои ладони на подлокотники. — Проверим что...? — когда он убрал зеркало в сторону, перед его глазами оказались чужие. Очень близко. Глаза словно хотели что-то донести до него. Настолько глубокие, что не потонуть не возможно. — Хён, что ты собрался делать? Что нужно было сделать, чтобы проверить, как на его губах каким-то образом появился ожог, да причём ещё и прям, как у Сонхуна? У него было другое понимание слова эксперимент? Иначе он не понимал действий Пака. И мир замер в тот момент, когда его губ коснулось что-то тёплое. Что-то, что он недавно ощущал, но что? Сонхун целовал его. Старшему было трудно решиться на это, ведь сейчас Чонвон не спал. И ждал всего, что угодно, но не того, что Чонвон расслабиться в его руках, которые лежали у того на плечах. И тормоза слетели окончательно, поэтому он перешёл из простого касания губ к губам к настоящему поцелую. Чонвон хоть и слабо и осторожно, но стал отвечать ему. Тогда, под закрытыми глазами, Чонвон увидел свет. Он увидел дерево, на котором сам сидел. Внизу стоял Сонхун, смеясь с его поведения. Потом он упал, но его поймал Сонхун. Момент сменился, и теперь Пак был пойман Чонвоном. Потом вообще резко появилась маленькая коморка, которая была завалена множеством книг и бумаг. Момент перешёл к другому, и вот он уже сидит на полу и перелистывает пустые страницы книг. Следующий момент. Он сидит в комнате и долго смотрит на какой-то отрывок бумаги, словно прожигая в нём дыру. Картинка исчезла, но в голове опять отголосками пронеслись слова. Только уже несколько. «Воспоминания. Память. Топливо». Сейчас он и правда вспомнил. Случай с шифром! Сонхун и Чонвон. Книга «Послемрак». Странная карта. Воспоминания обрезались, когда его слегка потрясли. Он открыл глаза и увидел Сонхуна. Воспоминания появились, пока они целовались. Шифр с их именами и есть отгадка! Топливо. Воспоминания, которые возвращаются благодаря Сонхуну! Это странно, но ему нужно знать, что было дальше, чтобы он увидел всё своими глазами и вспомнил. Поэтому он наклонился вперёд, чтобы снова поцеловаться с Сонхуном. Но тот его остановил. — Стой. Чонвон, что происходит? — протянув ладонь, в которую он врезался губами, спросил старший. — Нет, это ты ещё спрашиваешь. Что это было? Это и есть твоя проверка? Эксперимент? Для чего? — отъехав немного назад, начал задавать кучу вопросов Ян. — Понимаешь, так вышло, что ночью мы поцеловались. Вот я и хотел проверить, от этого у нас ожоги на губах или нет. — Ты целовал меня, пока я спал?! — возмутился младший. — Лучше скажи мне. Ты был так расслаблен, а потом твои глаза. Всё таки мне не показалось в тот раз, они и правда светились. Зачем потом ты опять полез ко мне? — Тот, кто поможет мне вернуть воспоминания — это ты! Шифр. Загадка из книги «Послемрак». Я вспомнил. Теперь я понял смысл загадки! — всё больше удивляя старшего, говорил он. — Так это благодаря мне ты вспомнил утром про тот день. А сейчас тоже? Что ещё ты вспомнил? — придвинувшись, спросил Пак. — От момента с деревом, где ты меня поймал и до момента с шифром и неправильной картой. Про книгу. Только там был человек, которого я не видел ещё... — А, Кей. Может, вспомнишь позже. Но почему воспоминания в таком беспорядке приходят? Странно. Но не это сейчас важно. — задумчиво говорил он, вглядываясь в глаза напротив. — Я так мало вспомнил. Мне кажется, что это очень мало. — опустив голову, грустно проговорил Чонвон. — Эй, ты чего? — приподняв голову руками, начал Пак, — На самом деле это очень много. Ты вспомнил целый день. Знаешь, насколько это для тебя много? По сравнению с предыдущим воспоминанием, это очень даже большой прорыв! Приободрив немного младшего, что тот даже радостно улыбнулся, Сонхун, не подумав даже секунды, притянул Чонвона для ещё одного поцелуя. Сначала он замер, не зная, что вообще делает, но потом встал со стула и подошёл ближе к Сонхуну. Он встал у него между ног, положив руки на плечи. Пак поднял голову, прижимая Чонвона ближе к себе за талию, практически обнимая его. Ян не думал, что сейчас что-то вспомнит, ведь этот поцелуй отличался от предыдущего, так как был чувственным и искренним. В ушах снова зазвенело, но он не стал даже останавливаться целовать Сонхуна, настолько это было хорошо. Звон сменился тишиной, как это было в прошлый раз. «Я люблю тебя, слышишь? Люблю...». Фраза несколько раз пронеслась в голове, а затем утихла. Теперь он понял, чей это был голос. Он слышал это, когда только приходил в себя после инцидента. Чонвон открыл глаза, отстранившись от Сонхуна. — Это был ты? — шёпотом спросил младший. На глазах стали появляться слёзы. — Что? — непонимающе также шёпотом спросил Сонхун, протянув руку, чтобы вытереть слёзы с чужого лица. — Это ты говорил, что любишь меня, верно? Последнее, что я услышал, перед тем, как потерять память. — Я люблю тебя, слышишь? Люблю. — повторил он фразу, которую говорил в том лесу последний раз. — Да! Это... Я... — Чонвон не знал, что ещё тут нужно сказать, поэтому опустился к Сонхуну на колени, обнимая его за шею, уткнувшись в неё лицом. — Ты вспомнил... — прижав к себе Чонвона, сказал он эту фразу уже не первый раз. Чонвон вспомнил. Он правда вспомнил слова, которые Сонхуну так тяжело давались на то время. Слова признания, которые он больше не боится произносить.