Сердце сдаётся первым

23 декабря 2022, 07:15 Вашингтон, округ Колумбия — Такое чувство, что с каждым днём тут всё холоднее, — Гас шмыгнул носом и глубже зарылся лицом в серый вязаный шарф у себя на шее. — По-моему, в Англии зимы были куда суровее, — спокойно отозвался Соуп и сделал глоток из высокого стакана с кофе. — Мне начинает нравиться Вашингтон. — А я хочу уже вернуться домой… — В этом я с тобой согласен, но отпуск нам не светит, пока мы не отыщем Шепарда, — Соуп вздохнул, разблокировал экран телефона и перечитал последние сообщения в чате. — От Прайса и Гоуста не было новостей? — Капитан связывался с Ласвэлл пару дней назад, он всё ещё помогает Фаре в поисках Алекса, — Гас отпил кофе из своего стаканчика. — А про лейтенанта я вообще ничего не слышал. Вроде как у него секретная миссия где-то в Европе. — Секретная? — удивлённо переспросил Джон и повернул голову к Гасу. — Я думал, он вместе с капитаном. — Не-а, — покачал головой Кайл. — Гоуст что-то выискивал для британской разведки, поэтому никто и не знает, где он. Хотя, Прайс, наверное, знает, но нам не скажет. — Хм… Соуп снова снял блокировку с телефона и задумчиво посмотрел на сообщения, оставшиеся без ответа. Он писал Гоусту несколько раз за последние три дня, но тот резко перестал отвечать и выходить на связь. Сам он не говорил Джону о том, куда направился, а теперь стало ясно, что его сдерживали обязательства. И теперь эти несколько дней тишины вызывали некую тревогу в душе у Соупа. Конечно, Саймон был одним из лучших бойцов, и его опыт впечатлял, но после всего, что они пережили за последние пару месяцев, МакТавиш скептично относился даже к самым простым заданиям. Когда-то он тоже не думал, что поимка одного террориста обернётся настолько масштабной миссией, в которой он сам едва не погиб дважды. Рана от выстрела Грейвза уже затянулась и оставила после себя очередной шрам на теле Соупа. Вместе с ним осталось и воспоминание о том, как посреди ночи Гоуст вытаскивал из плеча Джона пулю с помощью обожжённого зажигалкой пинцета и штатной аптечки из машины. Было чертовски больно, но они приправили это неприятное занятие парой глупейших шуток, так что почти сошло за дружескую посиделку. С Гоустом вообще было сложно соскучиться, Соуп понял это ещё во время миссий в Урзыкстане. Вне ОТГ 141 лейтенанта можно было назвать просто булыжником в маске, но в кругу их группы он позволял себе сарказм и шутки над другими, а ещё в тайне отлынивал от бумажной работы, Джон видел на его столе целую крепость из документов, когда они возвращались на базу в перерывах между миссиями. Он любит хорошую выпивку, как-то проговорился, что увлекается коллекционированием, но не уточнил, чего именно, а ещё неплохо разбирается в географии и знает много интересных баек о разных местах. Джон мог бы продолжать этот список и дальше, не слишком долго, но достаточно впечатляюще, учитывая, что большинство людей не знали даже настоящее имя Гоуста. Ох, Саймон не просто стал частым гостем в мыслях Соупа, он там обосновал себе уютный уголок и проживает совершенно бесплатно. Сначала Джон не придавал внимания тому, что думает о Саймоне так часто. Они не были слишком близки до задания с Хассаном, общались только в рамках работы и пересекались на базе спецназа. Но теперь всё изменилось. После задания в Чикаго Соуп и Гоуст общались практически каждый день, а затем было возвращение на базу в Англии, отчёты, совещания, совместные тренировки… Саймона стало так много в жизни Джона, но в то же время этого не хватало. У Соупа уже несколько лет не было никого близкого рядом, и меньше всего он ожидал, что запишет в ряды друзей жуткого типа в маске, который раньше даже не здоровался с ним. — Я так хочу спать, и второй стакан кофе не спасает, — Кайл скомкал бумажный стаканчик и бросил его в урну рядом со скамейкой, на которой они сидели. — Мы встали в такую рань, чтобы тот чувак по наводке Кейт оказался простым клерком, а не шпионом Шепарда. Что за дерьмо… — Шепард слишком хорошо знает работу Кейт, не удивлюсь, если он будет путать следы и подсовывать ей ложных подозреваемых, — Соуп почесал висок под чёрной шапкой. — Это мы в дерьме, Гас, потому что нас так легко наебали. — Мы ведь верили ему и подонку Грейвзу… В итоге подпортили жизнь бедолаге Алехандро. — Надеюсь, у него с Валерией всё вышло куда лучше, чем у нас с Шепардом, — ответил Соуп, покачивая закинутой на колено ногой. — Чикаго, Атланта, Лондон, Вашингтон… Мы гоняемся за невидимкой уже почти два месяца, а у нас всё ещё нет зацепок. — Интересно, как там успехи у капитана и Гоуста. Может, хоть им везёт больше… На несколько минут между ними повисла тишина. В зимнем парке ранним утром прогуливались только собачники и те сумасшедшие, которые любят хвастаться утренней пробежкой в социальных сетях. Трафик на улицах ещё не превратился в забитую машинами паутину, так что воющую вдали сирену и собачий лай можно было вполне назвать минуткой спокойствия. Соуп неожиданно вздрогнул, когда телефон в его руке завибрировал от входящего вызова. В мыслях он ожидал увидеть на экране лишь одно единственное имя. — Да, Кейт, — Джон принял звонок. — Как там у вас с нашим бегуном? — голос Ласвэлл звучал взволнованно. — Наш бегун и правда просто бегун. Занимается спортом в парке и совсем не связан с продажей фальшивых документов. Скукота. — Это хорошо, потому что вам обоим надо срочно возвращаться в штаб. Жду вас как можно быстрее. Ласвэлл оборвала разговор ещё до того, как Соуп успел обдумать её слова или даже открыть рот, и теперь он в недоумении смотрел на пустой экран телефона. — Что там? — с любопытством спросил Кайл. — Сказала, что-то срочное, нам пора ехать на базу. — Надеюсь, это не связано с капитаном, — обеспокоенно выдохнул Гас и поднялся со скамейки. — Поторопимся. Соуп рассеянно посмотрел на Кайла и передёрнул плечами, отгоняя дурные мысли. Дорога от парка, в котором они выслеживали подозреваемого, до базы ЦРУ заняла меньше получаса. Джон держался на пределе допустимой скорости, его тревожило то, что их команда оказалась раскидана по миру, и ни Прайс, ни Гоуст не сообщали о своём статусе уже несколько дней. В их работе каждое прощание могло стать последним, Соуп знал об этом не понаслышке. Он терял так много сослуживцев, что уже и не смог бы перечислить всех имён, но команда Прайса впервые стала ему настолько близка. Они уже не были просто боевыми товарищами, они делили друг с другом свои жизни не первый год, и речь шла о дружбе. Никого из них Джон не хотел бы увидеть на фото с траурной лентой в углу, и он думал об этом слишком часто в последнее время. Смерть легко игнорировать, пока она не хватает тебя за руку и не заглядывает прямо в лицо. Но было что-то ещё, в чём Соуп пока не разобрался: за жизнь Гоуста он переживал особенно остро. Наверное, даже лучше было не знать о том, где он сейчас, потому что теперь Джон не мог перестать представлять в голове сотни вариантов того, что могло случиться с Гоустом. Три грёбанных дня без сообщений, и у Соупа началась ломка… Это заставляло задуматься. Чёрный внедорожник въехал на территорию базы ЦРУ после досмотра охраны и припарковался перед одним из многоэтажных корпусов. База была настолько огромной, что Соупу понадобилось время, чтобы запомнить дорогу к офису Ласвэлл. Они не часто появлялись здесь, обычно Прайс решал все вопросы и отдавал приказы своей команде, но теперь его не было, поэтому приходилось общаться с Кейт напрямую. Джон и Кайл были вынуждены вернуться в Америку после того, как тут и там стали всплывать следы Шепарда, его незаконная деятельность уходила корнями всё глубже с каждым найденным соучастником. Соуп просто надеялся, что скоро они найдут хоть какую-то существенную зацепку и перестанут гоняться за призраками… Кстати о призраках. Когда Соуп без стука ворвался в кабинет Ласвэлл, его взгляд сразу же упёрся в чью-то широкую спину под чёрной курткой. Тёмно-синие джинсы идеально облегали массивные крепкие бёдра, одно из которых стягивали ремни кобуры. От самых пальцев ног до макушки не было видно ни единого сантиметра кожи, пока этот человек не обернулся, и в прорези балаклавы не блеснули серые глаза. Соуп застыл в дверях на мгновение, не заметив, как его губы расплылись в нелепой улыбке. — Гас, Соуп, вы как раз вовремя. Джон готов был подпрыгнуть от радости, услышав этот хриплый низкий голос, но Гас толкнул его в спину, вынуждая подвинуться и освободить проход. — Лейтенант, какими судьбами? — радушно спросил Кайл. — Услышал, что нашим старым друзьям нужна помощь и вернулся раньше времени, — Гоуст скрестил руки на груди и перевёл взгляд на Соупа. — Ты язык потерял, пока меня не было? — Да нет, я просто… — Джон неловко усмехнулся, возвращаясь на землю. Сердце в груди ещё старалось над тем, чтобы успокоить ритм, и Соупу оставалось лишь не забывать делать вдохи. Гоуст стоял здесь, живой и вполне здоровый, хоть и его взгляд был наполнен усталостью. Но он в порядке. И Соуп теперь тоже был в порядке. — Как твоя миссия? — желая заполнить чем-то затянувшуюся паузу, поинтересовался Джон. — Стандартные задачи от разведки. Больше времени потратил на заполнение бумажек, нужно было раньше вернуться сюда, — Саймон повернулся к Кейт, которая не отрывала встревоженный взгляд от экрана монитора. — Что скажешь? — Прайс вылетел прямым рейсом в Мехико, должен быть там через шесть часов. — Что случилось? — Соуп мгновенно отодвинул подальше размышления о миссии Гоуста и сосредоточился на чём-то более важном. — Алехандро, — вздохнула Ласвэлл и оторвалась от компьютера, чтобы посмотреть на собравшихся в её офисе солдат. — Вчера он должен был следить за Валерией, но так и не вышел на связь. Родольфо в панике, точно неизвестно, куда они могли увезти Алехандро, но есть ещё вероятность, что он жив. — Они? — Кайл нахмурил брови. — Иранцы, — холодно ответил Гоуст, не поднимая взгляд от развёрнутой на столе перед ним карты. — Снова крутят сделки с Валерией. Вероятно, не без помощи Аль-Каталы. — Правда на этот раз и она стала их целью, — Кейт закрыла глаза и потёрла переносицу пальцами. — Что-то происходит за нашими спинами, но мне нужно время, чтобы докопаться до истины. Вот только у Алехандро времени нет, с каждой минутой остаётся все меньше шансов найти его живым. — Значит, мы идём спасать нашего amigo, — сказал Соуп слишком уверенно для вопроса. — Всё так, — подтвердила Кейт. — Нужно выяснить, зачем иранцы снова бродят вокруг границ Америки, и вернуть Алехандро к Вакерос. Надеюсь, ещё не поздно, — тише добавила она. — Твою мать, — выдохнул Гас и покачал головой. — Надо было сразу грохнуть Валерию. — Операция должна пройти как можно тише, нас интересует лишь информация и полковник Варгас, но если вы встретите сопротивление, допустимо вести огонь на поражение, — инструктировала Ласвэлл, пока её пальцы быстро перебирали кнопки клавиатуры. — Я получила координаты места встречи Валерии и отряда Кудсов, а также места похищения Алехандро. Родольфо предполагает, что иранцы двинулись дальше на север, к заброшенной деревне. Там можно спрятать достаточно людей. — Работаем без поддержки? — спросил Гоуст. — Мексиканцы не будут с нами сотрудничать, это территория Эль Син Номбре, а её люди сейчас сами устроили поиски. И нам нужно их опередить. — Значит, пора выдвигаться, — кивнул Соуп. — Сколько у нас времени? — Самолет будет ждать вас через полтора часа, Родольфо уже собирает людей, — ответила Кейт и тревожно сцепила руки в замок. — Информации у нас мало, а времени ещё меньше, так что вам придётся на месте разгребать этот хаос. Удачи. Соуп достаточно быстро уложил в голове поток новостей, полученных за последние несколько минут, и повернулся к Гоусту, привычно ожидая приказа. Саймон сложил в стопку документы и фотографии, которые были разбросаны по столу для совещаний и поднял глаза на Джона. — Я задержусь, можете не ждать меня. Встретимся у самолёта, — сказал он и, прихватив с собой кипу бумаг, вышел из кабинета Кейт. Гоуст хотел лучше подготовиться к встрече с врагом, Соуп понимал это, но всё же почувствовал привкус горечи, глядя на удалявшуюся фигуру лейтенанта. Для них с Кайлом часа было достаточно, чтобы подобрать экипировку и оружие, любезно выданные ЦРУ, а форма с эмблемой S.A.S хранилась тут после побега Шепарда. Соуп поправил жилет и перчатки, застегнул пуговицы на манжетах куртки и взглянул на себя в настенном зеркале раздевалки: бледноват из-за возникшей из ниоткуда бессонницы, немного похудел, а во взгляде читалось беспокойство. Он много думал в последнее время о своей жизни, работе и о Гоусте, и как всегда не мог скрыть это от окружающих, но умело отшучивался на вопросы о его состоянии. С Соупом всё было в порядке, просто между ним и Саймоном происходило нечто запутанное и сложное, а запутанным оно было только потому, что у них не было возможности поговорить из-за плотности графиков. Те несколько недель, что Джон провел вдали от Гоуста, он размышлял о том, как лучше начать этот разговор, и что именно он хочет в нём донести. По крайней мере, Саймон отвечал на его сообщения, когда была возможность, а, значит, между ними не произошло ничего катастрофического. И, если признаться, Соуп вообще не жалел о случившемся. Воспоминания о их последнем дежурстве на базе в Англии заставляли невольно улыбаться, и Джону было интересно, прятал ли Гоуст под маской свою улыбку. Но в переписке обсуждать серьёзные вещи казалось уделом подростков, и им обоим явно нужно было время, чтобы всё обдумать и понять, как действовать дальше. Соуп просто надеялся, что его мысли хоть немного совпадали с тем, что надумал себе Гоуст, но в то же время боялся услышать от него совсем не тот ответ. Соуп никогда не был силён в красивых речах, он вырос там, где силой и действиями доказывали свои намерения. У Гоуста, кажется, куда больше опыта с выражением собственных мыслей посредством слов, его спокойный и уверенный голос в наушнике был той самой спасительной соломинкой, когда Джон оказался один в окружении кровожадных Теней. «Отличная работа, Джонни». «Ты справишься, Джонни». «Ты должен стать лучше меня». Вообще-то, Соуп не был уверен, что существует кто-то лучше Гоуста. Или хотя бы кто-то настолько харизматичный, сосредоточенный, внимательный и сумасшедше красивый. Забыть его лицо под маской было невозможно, даже если бы Джон пролежал в коме четыре года, после пробуждения он бы в первую очередь вспомнил пронзительные серые глаза, прямой острый нос и пухлые губы, перечеркнутые шрамом. Возможно, все эти четыре года во сне Соуп бесконечно смотрел бы на Гоуста… Он видел его без маски всего пару раз, но этого оказалось достаточно, чтобы развесить внутри черепа фоторамки с изображением Саймона. К счастью, мысли об Алехандро заставили Соупа сосредоточиться на работе и погрузиться в исследование документов и карт, принесённых Гоустом на борт. Небольшой военный самолёт забрал их с базы, и вот уже под крылом остались серые квадраты городов и зелёные пучки леса. Соуп не интересовался рассматриванием пейзажей, он то и дело бросал взгляды на Гоуста, который увлечённо разговаривал о чём-то с Гасом. Не прошло и двадцати минут от начала полёта, как Джон пересел на противоположный ряд кресел, оказавшись по правую руку от Саймона. — Как думаете, иранцы или Аль-Катала могут быть связаны с пропажей Шепарда? — он не слишком-то обдумывал этот вопрос, просто хотел переключить внимание Гоуста. — Исключено, — твёрдо ответил Саймон, повернув к нему голову. — Кудсы мстят за Горбрани и Хассана. Думаю, они пришли за Валерией, а Алехандро лишь подвернулся им под руку. — Это ведь ты убил обоих командующих Кудсов, — усмехнулся Соуп. — Если они узнают об этом, наверняка назначат высокую цену за твою голову. — Что ж, пусть попробуют найти меня, — равнодушно ответил Гоуст. — Уверен, мы доберёмся до них быстрее. — Не теряешь хватку, элти, — Соуп придвинулся ближе к Саймону и понизил голос. — Я скучал по этому, пока тебя не было. — Не могу сказать того же, Джонни, ты отправлял мне по сотне сообщений в час. — Брехня! — Так вот кому ты писал, — Кайл наклонился вперёд, чтобы посмотреть на Соупа, и хитро улыбнулся. — Не отлипал от телефона две недели. — Гас, заткнись, для твоего же блага, — Джон пригрозил ему пальцем. — А я-то думал, ты нашёл подружку, — Гас поиграл бровями и едва не получил кулаком в лицо, но сидящий между ним и Соупом Гоуст одним взглядом пригвоздил последнего к креслу. — У тебя разве есть время на подружек? — Саймон скрестил руки на груди и заинтересованно посмотрел на Джона. — Никак нет, элти, я посвящаю всё своё время службе… — отрапортовал он и вдруг лукаво добавил: — …и тренировкам. — Продолжай в том же духе, чтобы я гордился тобой. — Слушаюсь, лейтенант, — Соуп ответил воинским приветствием. Гас нахмурился, посчитав тон их разговора слишком странным, но не нашёл, что сказать. Он успел привыкнуть к тому, что эти двое всегда были на своей волне, а в последнее время заметно сблизились. Как подруги-школьницы ходили вместе обедать и тренироваться, обменивались шуточками и даже оставались на дежурство вдвоём, пока жили на базе. Кайл не задавал вопросов об их дружбе — Соуп бы наверняка отшутился, а спросить о таком у Гоуста было бы слишком смело. Весь полёт Соуп то и дело поглядывал на наручные часы. Время неизбежно спешило вперёд, а волнение внутри становилось всё отчетливее. Алехандро был слишком хорошим парнем, чтобы вот так погибнуть, и, возможно, не стоило хоронить его раньше времени, но Джон не мог игнорировать дурное предчувствие. Гоуст тоже был напряжён, это ощущалось в его взгляде и позе, он то принимался нервно трясти ногой, рассматривая карты местности, то в который раз проверял все застёжки и карманы на своей форме. Хотелось силой мысли заставить самолёт лететь быстрее, однако он приземлился в аэропорту Лас Альмас лишь через несколько часов. Уже знакомые глазу пейзажи встретили прибывших гостей вместе с четырьмя машинами Лос Вакерос. Родольфо и капитан Прайс ждали здесь, полностью собранные и готовые к бою. На лице Джонатана Прайса появилась почти отеческая улыбка, когда троица из его команды сошла с рампы на горячий асфальт. — Hola, hermanos, — сухо поприветствовал их Родольфо. По его синякам под глазами и бледному цвету лица было ясно, что как минимум эту ночь он провёл без сна. — Рад снова тебя видеть, — Соуп протянул руку Родольфо. — Жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах. — Я благодарен вам за то, что вы согласились помочь, — сержант Парра крепко пожал ладонь Джона и повторил то же с Гоустом и Гасом. — Лос Вакерос проживают свои не лучшие времена, мы как никогда нуждаемся в друзьях. — Мы не могли поступить иначе, — уверенно ответил капитан Прайс. — И раз теперь все на месте, нам пора выдвигаться. — Да, не будем терять времени, — кивнул Родольфо и посмотрел на Гоуста. — Готовы? — Пора вернуть нашего hermano домой, — Гоуст крепче перехватил автомат в руке. — Тогда по машинам, — сказал капитан Прайс и развернулся, направляясь к одному из внедорожников. Соуп и Гоуст привычно разместились на заднем сидении семиместного автомобиля, Гас сел в кресло перед ними, а Родольфо и Джонатан Прайс заняли передние места. — Сколько нам ехать? — поинтересовался Соуп, как только они тронулись. — Полтора-два часа. Мы не смогли отследить телефон Алехандро, последний сигнал оборвался недалеко от фермы, на которой его схватили, — ответил Родольфо, не отрывая взгляда от дороги. — Поэтому мы можем лишь предполагать, что его и Валерию отвезли в заброшенную деревню, ближе к границе с Америкой. — Кажется, иранцы намереваются снова нанести визит в Штаты, — Джон задумался. — Если бы они пришли лишь за Валерией, ограничились бы её убийством. — Скорее всего ты прав, Соуп, — отозвался капитан Прайс. — По крайней мере, Ласвэлл думает так же. Наша задача — выведать как можно больше информации сегодня. — Надеюсь, они не успели пересечь границу, — вздохнул Соуп и откинул голову на подголовник. — Иначе всё зря. — Не так просто незаметно покинуть Мексику и оказаться в Америке, — Гоуст нарушил молчание. — Они точно будут делать это ночью, так что сейчас Кудсы ещё здесь, и мы успеем их найти. — Я не подумал об этом, — Джон нахмурился, а затем повернул голову к Гоусту и улыбнулся. — Элти, ты настоящий мозг. — Доживёшь до моих лет и тоже так научишься, Джонни. — Можно я просто возьму у тебя уроки? — Ты не сможешь их себе позволить, — хмыкнул Гоуст и отвернулся к окну. Гас на сидении перед ним громко кашлянул, и в машине стало так тихо, что было слышно лишь гудение двигателя. За окном проносились дикие степи и редкие островки деревьев, солнце изредка закрывали густые облака, а потрескавшийся асфальт под колесами сменился накатанной грунтовой дорогой. Всё чаще стали попадаться кустарники и зелёные поляны, узкая река извилистой змейкой мелькнула справа и исчезла, стоило машине уйти левее. Дорога местами превращалась в колею — недавние дожди размыли грунт. Родольфо не переживал о подвеске внедорожника, лишь немного сбрасывал скорость на выбоинах, но потом снова выжимал педаль газа. Соуп иногда ловил в зеркале заднего вида его пустой отчаянный взгляд и не находил слов, которые могли бы успокоить сержанта Парра сейчас. Джон легко мог представить, что чувствовал Родольфо. Стоило взглянуть на Гоуста, и внутри всё холодело от мыслей о том, что любая его одиночная миссия может закончится так же. Не так давно Саймон предупреждал Соупа о том, что близкие ранят больнее всего, и тогда эта фраза имела иной смысл. Но сейчас вдруг оказалось, что у неё есть и другая сторона. Не всегда эти раны наносятся осознанно. Стоит впустить кого-то в свою жизнь, позволить ему появляться в мыслях и снах, начать придавать значение совместным моментам и дорожить воспоминаниями, как внезапное исчезновение этого человека покажется болезненным ударом. Настолько болезненным, что такая рана может не зажить и за всю жизнь. Алехандро очень много значил для Родольфо, и он уже чуть не потерял его однажды. Соуп не был телепатом, но он легко мог угадать мысли притихшего за рулем сержанта Парра. Если сегодня они не смогут вернуть Алехандро живым, это наверняка разрушит Родольфо. — Холодает, — сказал он, взглянув на приборную панель. — Ночью будет не выше плюс десяти. — Ночью мы все уже будем на базе. Вместе с Алехандро, — капитан Прайс не пытался успокоить Родольфо, он действительно верил в свои слова. — Не впервые едем вытаскивать его из плена. — Да, но Кудсы — не Грейвз, — ответил Родольфо. — И мы не знаем, что от них ждать. — Так какой у нас план? — вмешался Гас, выглядывая из-за сидения Прайса. — Берём их врасплох? — Мы не знаем сколько их, как они вооружены, и где прячутся, — сказал капитан Прайс. — Сложно будет произвести эффект неожиданности, но да, внезапность — наш единственный путь. За окном мелькнули ангары заброшенной фермы, Родольфо сбавил ход, рассматривая местность, но здесь уже никого не осталось. Пришлось только нажать на газ и двинуться дальше. Сгущался лес, дорога петляла между деревьев, и по ней едва мог проехать один внедорожник. В памяти Соупа ещё свежи были воспоминания о том, как пару месяцев назад они с Гоустом и Лос Вакерос бегали по скалам, пытаясь скрыться от людей Валерии. Он определённо не рассчитывал вернуться сюда так быстро и не при таких обстоятельствах. Гоуст рядом меланхолично молчал, наверняка продумывал наперёд варианты на случай, если всё пойдёт не так. Джон хотел бы иметь такую же способность находить выход даже там, где, казалось бы, не оставалось никаких шансов. Вряд ли Соуп бы ушёл живым из Лас Альмас после предательства Грейвза, если бы в голове Гоуста не хранились инструкции к самодельным бомбам и пара десятков ужасных анекдотов. Джон улыбнулся своим мыслям и бросил взгляд на Саймона, который быстро почувствовал, что на него смотрят, и повернулся в ответ. — Что-то хочешь мне сказать? — спросил он достаточно тихо. — Ага, я тут вспомнил шутку, — Соуп придвинулся ближе, чтобы не мешать своей болтовнёй Прайсу и Родольфо. — Только этого и ждал, — хрипло ответил Гоуст. — Что имеет четыре ноги и может летать? — Джон с вызовом дёрнул бровью, а на лице Саймона не дрогнул ни один мускул… по крайней мере, из тех, что можно было разглядеть в прорези маски. — Дай угадаю… — Приехали, — Гоуст не успел договорить, потому что Родольфо резко вывернул руль и остановил машину. — Отсюда пойдём пешком, чтобы не привлекать внимание. Соуп тихо вздохнул, понимая, что минутная иллюзия беззаботности закончилась, и пришло время возвращаться к работе. Их ждал Алехандро и, скорее всего, толпа вооружённых террористов. Лос Вакерос спешно повылезали из машин и начали разбирать снаряжение. Щёлкали предохранители автоматов и ремни бронежилетов, необходимо было ещё раз проверить, что всё надёжно подготовлено, прежде чем идти в пекло. От той тесной поляны, на которой они оставили транспорт, глубже в лес приходилось пробираться по наитию. Здесь не осталось никаких троп, всё поросло травой и кустарниками, а стволы упавших деревьев преграждали путь. Идти приходилось по небольшому склону, лес постепенно спускался вниз, к мелкой речке с каменистым дном. Воды здесь осталось настолько мало, что её легко можно было пересечь вброд и не замочить ноги выше чем на середину голени. Отряд Родольфо рассредоточился, цепочкой в несколько человек они пробирались сквозь заросли, внимательно осматривая местность на предмет спрятанных мин или взрывчатки. — Почему люди покинули эту деревню? Неплохое местечко, — поинтересовался Соуп, поравнявшись с Родольфо и капитаном Прайсом. — Река обмелела, — с небольшой одышкой ответил сержант Парра. — Местным стало тяжело выращивать овощи и пасти скот. Как видишь, доставить сюда что-то из города сложно и долго, так что за пару лет все жители перебрались в поселения побольше, а здесь всё опустело. — И как только иранцы нашли это место? — нахмурился Соуп. — Отсюда до границы рукой подать, — сказал Родольфо, переступая через очередное поваленное дерево. — Они явно движутся в сторону Штатов. — Продолжают дело Хассана, — откликнулся капитан Прайс. — Их целью было ответить за смерть Горбрани, а теперь поводов для мести стало больше. В ЦРУ и Пентагоне сейчас и без того бардак из-за побега Шепарда, какое удачное время для терактов. — Матерь Божья, — вздохнул Соуп и повернул голову левее, где в нескольких метрах от него уверенно шагал Гоуст. — Когда они уже все успокоятся? — Боюсь, это только начало, — Джонатан Прайс цокнул языком. — Пропажа Алекса тоже не сулит ничего хорошего, кажется мне, что нам придется ещё посетить Урзыкстан. — Так поиски не дали результатов? — удивился Джон. — Следы Алекса петляют и обрываются, нам не удалось пока обнаружить его. Фара продолжает искать, я вернусь к ней, как только мы закончим здесь. — Блядство… — шумно выдохнул Соуп и опустил взгляд к земле, погрузившись в свои мысли. Расстояние до деревни было небольшим, но путь затрудняли дикие заросли леса, поэтому Джон потерял счёт времени, пока их отряд искал выход. Настроение его заметно помрачнело, плохие новости со всех сторон ничуть не повышали оптимизм, а напряжённая тишина вокруг давила на виски. Соуп старался верить в то, что наградой за череду неприятностей станет живой и целый Алехандро, а с остальным они как-нибудь постепенно справятся. Гоуст не произнёс ни слова после того, как они вышли из машины. Было так чертовски мало короткого разговора после недель разлуки, но Соуп не имел права просить большего. Во-первых, они были на важном и опасном задании. Личная жизнь тут никого не волновала, поэтому МакТавиш проживал это где-то глубоко внутри. Во-вторых, они с Саймоном были просто приятелями. Или уже друзьями. Как бы Соупу ни нравились их разговоры и скрытые от чужих глаз моменты, как бы он ни хотел сказать вслух о том, что осознал за время их разлуки, у Гоуста могли быть совсем другие взгляды на их отношения. То, чему Джон придавал так много значения, для Саймона могло быть просто ничем. Соуп тряхнул головой и ускорил шаг. Нельзя было так привязываться, нельзя было переступать через жирную черту, нарисованную Гоустом. Джон прибавил шаг и первым выбрался к поросшей порослью грунтовой дороге. Крошечная деревушка в несколько домов была спрятана на островке посреди леса, и сейчас природа с аппетитом пожирала остатки брошенных домов. От сырости они быстро разваливались и покрывались мхом, крыши обваливались, и в телах строений начали прорастать молодые деревья. Пожалуй, это место превратится в руины уже через пару лет, оставив после себя только воспоминания. Однако эта вылазка не была напрасной. Соуп пригнулся, когда заметил, как открылась дверь одного из уцелевших домов. На крыльцо вышел мужчина в грубых армейских штанах и кожаной куртке, а автомат в руках явно намекал на то, что он не был заблудшим туристом. — Это они, — Родольфо подкрался сзади, и теперь они с Джоном вместе выглядывали из-за угла дома. — Мы нашли их. — Осталось понять, сколько их тут, и где нам искать Алехандро, — прошептал Соуп. — Вариантов не так много, нам нужно рассредоточиться. — Я возьму дома на той стороне улицы, а вы с Родольфо прочешите всё здесь, — низкий голос Гоуста неожиданно донёсся сзади, и Джон развернулся так резко, что едва не потерял равновесие. — Капитан Прайс и Вакерос проверят остальное. — Хороший план, — кивнул Родольфо и посмотрел на Соупа. — Идём. Джон с трудом оторвал взгляд от Гоуста и двинулся вслед за Родольфо, чтобы перейти улицу. Иранский солдат снова куда-то пропал, так что Соуп не сводил взгляд с покосившихся дверей уставших домов. У многих из них в окнах были выбиты стёкла, потому было проще заглядывать внутрь и улавливать звуки. Первые четыре постройки оказались пустыми, внутри они были давно разграблены, а остатки мебели рассыпались под влиянием сырости и ветра. Соуп заходил в каждый дом, проверял комнаты и этажи, но здесь не осталось ничего, кроме потемневших книжек и покрытой пылью посуды. Под высокими ботинками скрипели половицы. В полной тишине Джон улавливал даже собственное сердцебиение и шелест травы за окном. Рация молчала, Родольфо отправился проверять следующий дом, и время словно замерло в ожидании боя. — На западной стороне все чисто, Соуп, цель где-то рядом с вами, — Гоуст подал голос по рации в тот момент, когда Джон вышел на улицу. — Осталось два дома, машины спрятаны за одним из них, — ответил Родольфо. — Сколько всего машин? — спросил Гоуст. — Шесть, — спустя несколько секунд сказал сержант Парра. — Скорее всего, Кудсов не больше двадцати. — Не лучше будет выкурить их? — спросил Соуп, в бинокль разглядывая окна одного из двухэтажных домов перед собой. — Устроим засаду. — Неплохая мысль, — голос Саймона прозвучал слишком четко для динамика рации, поэтому Соуп опустил бинокль и обернулся, обнаружив за своей спиной высокую фигуру в черной форме. Джон сидел на корточках, и Гоуст, возвышаясь над ним, посмотрел сверху вниз в его глаза. — Заметил что-нибудь? — Пока никакого движения, — Соуп прочистил горло и снова вернулся к наблюдениям, но Гоуст опустился на одно колено рядом с ним и забрал бинокль себе. Джон хотел возмутиться — у Гоуста на поясе висел собственный бинокль — но лишь усмехнулся и покачал головой. — Они прямо перед нами, — спустя минуту произнёс лейтенант. — А? — Соуп повернул к нему голову. — Вон там, на втором этаже, в окне сидит снайпер, — Саймон кивнул в сторону темного оконного проема. — Готовь дым. — Ты всё-таки собираешься штурмовать? — Джон выглянул из-за куста, за которым они прятались, и теперь сам заметил тень в окне второго этажа. — Так у них не будет времени подготовиться, — Гоуст опустил бинокль и протянул его Соупу. Их взгляды столкнулись — тёмный уставший у Гоуста и внимательный преданный у Джона. Слова бы не смогли передать важность этого момента, за мгновение до начала операции время останавливается, чтобы перед глазами промелькнуло то самое слайд-шоу из жизненных отрывков. — Доверюсь твоей тактике, элти, — улыбнулся Соуп. — Давай вернем Алехандро домой. Гоуст задержал взгляд на Джоне и коротко кивнул, а затем щёлкнул кнопкой на рации. — Капитан, мы готовы. Родольфо и Джонатан Прайс присоединились к Гоусту, чтобы обсудить план, пока солдаты Вакерос хаотично распределились между построек и продолжали следить за домами, чтобы не упустить удар в спину. — Мы ограничены пространством, поэтому действовать будем быстро и без промедлений, — начал капитан Прайс. — Мне нравится идея Гоуста, скрыться за дымом будет лучшим решением. — Устраиваем засаду? Будем стрелять на поражение? — взволнованно уточнял Родольфо. — Они не сдадутся в плен, — Прайс покачал головой. — Мы уже встречались с бойцами Аль-Каталы, ты и сам знаешь, что они скорее умрут, чем скажут нам что-то. — Наша цель — Алехандро, его мы выводим оттуда в первую очередь. После зачистки поищем документы и любые носители с информацией, — сказал Гоуст, дополняя речь капитана. Родольфо напряжённо кивнул и продолжил внимательно слушать. — Идём на штурм все вместе? — спросил Соуп у Джонатана Прайса. — Нет, кто-то должен остаться снаружи и прикрывать наш тыл, — ответил он. — У нас нет поддержки с воздуха, здесь мы слепы и вынуждены справляться только своими силами. — Я оставлю здесь столько людей, сколько скажете, — уверенно вмешался Родольфо. — Трое? Четверо? — Достаточно троих, нас и так не слишком много, — капитан Прайс на мгновение задумался и перевёл взгляд на Гоуста. — Добавишь что-то? — Соупу лучше остаться, — Саймон сделал неожиданное предложение, и Джон не сразу поверил собственным ушам. — Он уже сталкивался с Аль-Каталой, так будет безопаснее для ребят из Вакерос. — Но… — Соуп попытался возразить, но капитан Прайс согласно закивал, и на этом любые недовольства следовало свернуть в комок и проглотить обратно с языка. — Соуп, — Джонатан Прайс обратился к нему, — когда мы зайдём внутрь, ты будешь держать нас в курсе об обстановке на улице. Если будем отступать, тебе придётся готовить пути для отхода. — Да, капитан, — тихо ответил Джон и стрельнул возмущённым взглядом на Гоуста, но тот даже не смотрел на него. Он мог бы оставить для патруля деревни Гаса или только солдат Вакерос, но выбрал Соупа, словно вчерашнего рядового. Но Джон не тот, кто стал бы оспаривать приказ, одобренный капитаном Прайсом. У них не было времени на нелепые споры, план хоть и казался не слишком надёжным, но действовать нужно было прямо сейчас. Отряды Лос Вакерос и ОТГ 141 за считанные секунды перегруппировались и подготовились к штурму дома. Разросшиеся деревья, старые бочки и брошенные прицепы стали прикрытием для военных, взявших дом в кольцо. Соуп снова потерял Гоуста из вида, тот вместе с капитаном Прайсом пробирался ближе к крыльцу дома, а задачей Джона было бросить дымовую шашку и прикрывать тыл. Ему эта идея не нравилась, он бы скорее предпочел вступить в бой вместе с остальными, но против Саймона пойти не мог. — Дым пошёл! — голос Джонатана Прайса в рации стал пусковым крючком. В воздух метнулись три дымовых шашки, и мгновенно тесную улочку деревни стал заволакивать чёрный смог. Соуп услышал, как треснула выбитая дверь в дом, и звуки выстрелов пробудили мертвую тишину. Здание было небольшим, но сложная планировка делила его на множество комнат. По рации то и дело звучали голоса, спасательный отряд продвигался быстро и без потерь, но ни в одной из комнат Алехандро не был замечен. — Браво-один, первый этаж зачищен, противники обезврежены, — Гоуст отчитался о проделанной работе уже через несколько минут. — Браво-три, доложи обстановку. — Дым рассеялся, новых врагов не замечено. Продолжаем патрулировать, — четко ответил Соуп и отпустил кнопку рации. Он поднял голову вверх — фигура снайпера в окне исчезла, и дым окончательно растворился. Дом содрогался от автоматных очередей, но снаружи ничто не тревожило покой заброшенной деревни. Соуп и двое из Вакерос следили за периметром, чтобы никто не смог убежать из дома или наоборот проникнуть в него, пока Родольфо и капитан Прайс добивали оставшихся террористов. Соуп порывался зайти в дом, ему было неспокойно от того, что время шло, а Алехандро всё ещё не нашли. Он снова осмотрел пустынные улицы вокруг, вернулся взглядом к отсыревшим оконным рамам дома и прислушался. Выстрелы в доме стихли, и в короткой передышке Гоуст вышел на связь. — В доме никого не осталось, этажи зачищены. Мы нашли подвал, спускаемся туда. Жди нас снаружи, Джонни. — Здесь все спокойно, готов присоединиться к вам, если нужна помощь, — быстро ответил Соуп. Что-то внутри него почти кричало о том, что ему нужно зайти в этот дом. — Нет необходимости, — настаивал Гоуст. — Оставайся на месте. — Будьте осторожны, — тихо сказал Джон, слушая тишину в ответ. Неприятный холодок пробежал по спине. Зимы в Мексике хоть и были теплыми, но к вечеру температура ощутимо падала. Соуп прижал автомат к груди и обернулся, проверяя горизонт, но никого постороннего тут по-прежнему не было. Подозрительно тихо. Что-то во всей этой истории не давало покоя, но Джон подумал, что у него просто началась паранойя, и он видел подвох там, где его нет. Ничего не оставалось кроме как вернуться к патрулированию в ожидании новостей от Гоуста. Подвал дома оказался достаточно просторным для того, чтобы находиться в нём в полный рост. Охранявших его террористов Гоуст убил ещё в начале штурма, но неприметную дверь удалось заметить не сразу, так что к ней пришлось вернуться в последнюю очередь. Родольфо одним ударом приклада сорвал навесной замок, и за трухлявой дверью обнаружились ведущие вниз ступени. В подвале было темно, пришлось задействовать подствольные фонари и держать ухо востро, хотя в таком тесном пространстве спрятаться было невозможно. Если бы здесь остались другие Кудсы, их бы уже нашло дуло автомата Гоуста, который шёл впереди отряда. Все сохраняли тишину, каждый звук сейчас мог быть равноценен чьей-то жизни. Лестница привела их в сырое мрачное помещение, заваленное старыми коробками, бесцветными тряпками и пустыми стеллажами. Иранцы и бойцы Аль-Каталы определённо были здесь совсем недолго — от них не осталось ни вещей, ни боеприпасов, никаких документов, которые могли бы стать подсказкой к их цели. Во всём доме не нашлось даже ноутбуков или карт, словно Кудсы намеренно не собирались оставлять следов. Пока Вакерос и команда Прайса осматривали каждый угол подвала, Родольфо и Гоуст двинулись дальше к покосившейся двери маленькой коморки, устроенной у дальней стены. — Здесь не заперто, — заметил Саймон, подсвечивая дверную ручку. — Будь готов. Родольфо в ответ кивнул и отошёл чуть назад, наставив прицел на вход в коморку. Гоуст встал сбоку и обхватил рукой круглую ручку, медленно вращая её против часовой стрелки. Дверь со скрипом открылась внутрь, но никакой опасности не последовало, в этой маленькой комнатке было не так много места, чтобы уместить притаившихся врагов. Зато места было достаточно для скрючившегося на стуле тела и кучи хлама в углу. — Алехандро! — голос Родольфо дрогнул, когда свет его фонарика выхватил из темноты поникшую голову человека, привязанного к стулу. Сержант Парра опустил оружие и подбежал к Алехандро, едва не падая перед ним на колени. — Проверь пульс, — подсказал Гоуст. Кто-то из отряда нашел выключатель, и несколько пыльных лампочек осветили подвал. Даже в таком дрянном свете под коркой грязи и крови не составило труда узнать связанного пленника. — Вот ублюдки, что они с ним сделали? — шумно вздохнул Джонатан Прайс, заглянув в коморку. — Он без сознания, — коротко ответил Родольфо, расправляясь с веревками. Алехандро был связан настолько туго, что по его рукам темными полосками растеклись синяки. — Правая рука точно сломана, остальное скажет врач. — Тогда давай скорее выносить его отсюда, — ответил капитан Прайс и зашел внутрь, чтобы помочь Родольфо поднять тело Алехандро. Как только они взяли его за плечи и потянули вверх, Алехандро болезненно выдохнул и шевельнул разбитыми губами. — Un maldito bastardo, — не открывая глаз, прошипел он. — No voy a decirles ni una mierda. — Тише, лучше помолчи, — Родольфо закинул его руку себе на плечо и дождался, пока капитан Прайс сделает так же. — Понесли. С трудом им удалось вынести из тесной комнатки бредящего Алехандро и разместить его на полу в подвале. Он что-то бормотал себе под нос на испанском, но Гоуст не был настолько хорош в этом языке, чтобы разобрать слова. Почему-то он был уверен, что Алехандро сейчас всё равно не способен выдать что-то кроме многоэтажных ругательств. Радовало лишь то, что он был жив, и все конечности были при нём. Конечно, заплывший глаз, опухший нос и гематома на пол-лица не делали его красавчиком, но Родольфо, кажется, был счастлив видеть даже такого напарника. Гоуст задержал на них взгляд и вернулся в каморку, чтобы внимательно осмотреть сваленные в кучу мешки и ветошь. Старая привычка докапываться до мелочей, от которой Саймон никак не мог избавиться после службы в разведке, потому что там каждое его задание могло провалиться из-за упущенного документа или минутного опоздания. Пока в подвале не включили свет, сваленные в углу тряпки выглядели как ненужный хлам, но сейчас стало ясно, что они сплошь залиты засохшей кровью, причём её было слишком много для одного человека, да и на Алехандро помимо синяков и гематом не было заметно открытых ран. Это выглядело подозрительно, и Саймон присел на корточки, чтобы приподнять конец рваного покрывала, лежавшего сверху этой кучи. Другой рукой он накрыл рукоятку пистолета, висевшего в кобуре на бедре, и сбросил ветошь в сторону. Но под ней не было ничего, что могло бы навредить кому-то. Уже не могло. Саймон опустил голову, и шлем на его голове тенью закрыл тусклый взгляд. — Я нашел Валерию, — Гоуст зажал кнопку рации. — Она мертва. Окровавленная тонкая рука лежала под старым покрывалом. Спутанные чёрные волосы прилипли к лицу, изувеченному и с трудом узнаваемому. Её пустые глаза смотрели прямо сквозь Гоуста, а посиневшие губы так и остались приоткрытыми. Очевидно, Валерия кричала перед смертью, а умирала она долго и мучительно. Гоуст мельком осмотрел следы от ожогов на руках, то были знаки персидского языка, значения которых он не знал, но мог догадываться. Предательство стоило Валерии слишком дорого. — Заслуженный конец для Эль Син Номбре, — отозвался Прайс. — Оставь её там, Вакерос сами решат, что делать с её телом. Гоуст накинул ткань обратно на тело и резко поднялся, чтобы выйти из коморки. Алехандро постепенно приходил в себя, он смотрел на Родольфо единственным открытым глазом и что-то сбивчиво тараторил на испанском, пока сержант Парра кивал головой и закреплял на нём шейный бандаж. Варгасу точно нужен был покой и медицинская помощь, поэтому Саймон решил не докучать ему вопросами и включил рацию. — Эй, Джонни, мы закончили, — Гоуст переключил канал связи, чтобы соединиться с Соупом. — Родольфо сейчас готовится поднимать Алехандро, мы будем через пару минут. Он выждал немного в надежде на ответ, но Соуп промолчал вместо того, чтобы закидать его вопросами. Гоуст не мог сказать точно, почему оставил его наверху, а не взял вместе с собой на штурм дома. Соуп так любил лезть в самое пекло и вдруг остался прикрывать тыл, а сейчас наверное ворчит о том, что пропустил самое интересное. После случившегося в Чикаго, когда Саймон в прицеле винтовки видел, как Хассан оттесняет Джона к краю окна небоскрёба, что-то точно изменилось. Они все одинаково рисковали на этой работе, такова была обратная сторона той медали, которую потом вешали на грудь за особые заслуги. Гоуст пришёл в армию совсем молодым, он давно привык и к смертям, и к увечьям, но… Джон МакТавиш. Саймон стиснул зубы и выдохнул через нос. Сейчас он вёл себя непрофессионально, он не пустил Соупа в дом, потому что хотел… уберечь его? Уберечь спецназовца от его же задания? — Кажется, дальше Вакерос справятся и без нас, — Гоуст вернулся к Прайсу и Гасу, которые дожидались его в стороне. — Нам пора подниматься наверх. — Эй, hermano, — капитан Прайс позвал Родольфо. — Вам больше не нужна наша помощь? — Всё в порядке, — кивнул сержант Парра. — Возвращайтесь к машинам, мы готовы ехать, — он отвернулся, чтобы посмотреть на измученного и непривычного бледного Алехандро, а затем поднял глаза на Прайса. — Спасибо, капитан. Спасибо всей вашей команде. — Не стоит, — покачал головой капитан Прайс. — Главное, что мы прибыли вовремя, — он обошёл Родольфо и похлопал его по плечу. В подвале стремительно становилось душно от столпившихся людей, поэтому уличный воздух принес долгожданное облегчение. Казалось, что штурм занял всего несколько минут, но за это время солнце успело склониться к горизонту, а небо окрасилось в тёплые оттенки золота. Как и обещал Родольфо, похолодало. Тёплый пар клубами просачивался из-под маски Гоуста, пока он прислушивался к тишине на улице. — Ну и денёк, — Гас пнул носком ботинка камешек на дороге. — А ещё с утра мы с Соупом выслеживали бегуна в Вашингтонском парке. — Нам повезло, что мы нашли Алехандро живым, — ответил капитан Прайс. — Он мог повторить судьбу Валерии. Теперь остаётся ждать, пока он придёт в себя и сможет рассказать нам, что случилось. — Надеюсь, они ничего с ним не сделали… — сказал Гас и вдруг замер, прислушиваясь. — Слышите? Почему так тихо? Прайс на полпути потушил зажигалку и вынул изо рта сигару. Хватило всего нескольких секунд для осознания. — Джонни? — Гоуст среагировал моментально и подключился к каналу связи. — Джонни, ответь! — Твою мать, — выдохнул капитан Прайс. Взгляд Гоуста вспыхнул, секундная растерянность сменилась собранностью, он сорвался с места и быстрым шагом свернул на маршрут, по которому Соуп должен был патрулировать вокруг дома. — Только не это, — дрожащим голосом произнёс Гас и кинулся вслед за Гоустом, огибая угол дома. — Соуп! Кайл выбежал на заросшую лужайку и обнаружил там застывшего в оцепенении Гоуста. От ветра покачивались скрипучие скелеты проржавевших детских качелей. У одних из них сидение сорвалось с крепления и ритмично щёлкало при каждом движении. Щёлк. Щёлк. Первое тело лежало лицом вверх, раскинув руки в стороны. Лейтенант Гомес — так к нему обращался Родольфо — был убит точным выстрелом в голову и вряд ли даже успел понять это. Гоуст сделал несколько нетвёрдых шагов вперёд к машинам противника, хаотично расставленных на заднем дворе. Второй солдат Вакерос упал ничком после выстрела в затылок и ударился головой о капот пикапа, оставив после себя кровавое пятно на холодном металле. Сержант Наварро был знаком Саймону ещё с первой их встречи в Лас Альмас, а теперь он лежал здесь мёртвый, хотя ещё час назад вместе с Соупом устраивал дымовую завесу для штурма. Соуп. Давно забытая тошнота встала комом в горле. Гоуст думал, что вместе с погибшими сослуживцами похоронил и этот мерзкий страх неизвестности. Сколько раз он искал пропавших после завершения боя, и сколько раз он находил лишь разорванные тела или обугленные останки. Время липло к ногам, делая каждый шаг до невозможности трудным, оттягивало неизбежное, заставляло поверить, что есть ещё шанс найти живых. Двое из троих патрульных были мертвы. Не нужно было применять сложные математические формулы, чтобы подсчитать вероятность обнаружить труп Джона где-то под колесом соседней машины. И Гоуст не мог заставить себя пойти дальше. Его словно парализовало. Выдержка, ответственность, сдержанность… Саймон должен был делать свою работу, и часть этой работы — терять людей. Так почему же сейчас он сжимал пальцы в кулаки, чтобы сдерживать дрожь? — Лейтенант, там что-то есть! — выкрикнул Кайл, указывая на дальний пикап, до которого Гоусту оставалось пройти всего пару метров. Расфокусированным взглядом он увидел тёмное пятно на примятой траве, но в вечерних тенях не мог разглядеть, что именно лежало там. Сердце тяжёлыми, почти болезненными ударами билось в груди те десять секунд, что Саймон преодолевал расстояние до машины. Он остановился перед бампером и выдохнул пар изо рта, медленно опустившись на одно колено. Гас подошёл ближе как раз в тот момент, когда Гоуст взял что-то с земли и поднялся на ноги, поворачиваясь к нему лицом. У него в руках оказалась винтовка, самая обычная и настолько распространённая в рядах армии, что найти её здесь, в убежище террористов, не казалось чем-то странным. Если бы не одно но… — Лейтенант… — Гас с опаской посмотрел в прорези получерепа, скрывавшего лицо Саймона. — Его здесь нет, — пальцы Гоуста с силой вцепились в ствольную накладку. Кайл открыл было рот, но от шока не смог произнести ни слова. Он не хотел верить в происходящее, однако оружие Соупа узнать было несложно — утром, на базе ЦРУ, прямо при Гасе он выбрал себе штурмовую винтовку М16 с тремя заметными царапинами на прикладе. Сержант Гэррик пошутил, что этой винтовкой, должно быть, дрались с оборотнями, а Джон рассмеялся и предложил взять вместо гранат побольше чеснока на случай, если им повстречаются ещё и вампиры. И именно эту винтовку сейчас держал Гоуст.