A Penny For Your Thoughts

Мыслительный процесс Шоты сразу после открытия, что он и Мидория телепатически связаны, можно разделить на несколько аккуратных, четко определенных этапов. Первое – это смесь шока и недоверия. «Почему?» – удивляется Айзава со спокойной покорностью тому, кто думал об этом по крайней мере дюжину раз, это всегда Проблемный ребенок? В течение короткого периода времени после этого Шота оказывается занят тем фактом, что солнечное дитя класса 1-А, откровенно смущает его количеством ругательств в уединении своего собственного разума. После этого приходит мысль, что Айзава окончательно потеряет то немногое, что осталось от его репутации строгого учителя. Вопреки распространенному мнению, Шота на самом деле не строг со своими учениками, он не садист. Он просто волнуется... Героика – это не просто индустрия, это центр всего, постоянная группа по связям с общественностью, которая побуждает общество приукрашивать каждый ее аспект. Таким образом, суровые, трудные реалии героики мало известны и мало признаны. Позволяя своим молодым, неопытным ученикам развивать завышенную уверенность в своих способностях и продолжая боготворить профессиональный героизм, индустрия только разжевывает и выплевывает их, как только они пытаются добиться успеха в реальном мире. Таким образом, строгость и жестокая честность в отношении того, смогут ли ученики стать профессиональными героями, долгое время были лучшим способом для Шоты защитить детей, находящихся под его опекой. Однако недавние события потребовали от него немного иной роли... В отличие от своих предыдущих учеников, классу 1-А не нужны суровые реалии жизни в качестве профессионального героя, они уже слишком хорошо осведомлены обо всех кровавых, болезненных деталях своего нового образа жизни. Их не нужно поощрять, чтобы они заставляли себя полностью раскрыть свой потенциал, их нужно сдерживать, чтобы они не сгорели. «Иногда даже в буквальном смысле» - думает Айзава, морщась. Чаще всего им нужен не строгий учитель, который следит за дисциплиной, а внимательный и чуткий опекун. Логично было изменить своë поведение, чтобы Шота мог более эффективно помогать им. Что бы ни говорила Немури по этому поводу, это не значит, что он смягчается. Хотя, даже если это так, Айзава не уверен, что с этим что-то не так. Дети заслуживают некоторой мягкости после всего, через что они прошли. В любом случае, последние остатки его разрушенной репутации скоро покинут его в любом случае, так что это больше не имеет значения. Шота, озабоченный произошедшим, проходит пять стадий горя достаточно быстро, так быстро, что Проблемный ребенок, к которому он недавно стал телепатически привязан, кажется, не замечает это. После Айзава-сенсей быстро переключает своё внимание на то, что он может сделать, чтобы сделать ситуацию как можно более приятной. Первый шаг Шоты – попытаться убедить Изуку, что он не собирается совать нос ни в какие его секреты. Несмотря на то, что Айзава-сенсей любит мальчика, он не особенно хочет знать, в кого тот влюблен, или какие-либо другие его подростковые секреты… хотя, если кто-то в конечном итоге пригласит Проблемного ребенка на свидание, Шота может захотеть провести быструю проверку на всякий случай. Не из-за повышенного беспокойства, а просто потому, что он должен был убедиться, что это не Тога, которая решила попытаться обмануть Мидорию и заставить его пойти с ней на свидание под видом кого-то другого. Есть причина, по которой Шота называет Изуку “Проблемным ребенком”, и это потому, что Мидория – самый большой источник проблем, которые у него был с тех пор, как он нашел пятнистого Ублюдка, обожженного и плюющегося в мусорном контейнере. Было утомительно отслеживать все возможные угрозы для Мидории и остальных членов класса 1-А, но Айзава никогда бы не променял это на спокойную жизнь. Когда Шота начинает понимать, что у проблемного ребенка могут быть более серьезные проблемы, чем просто подростковые драмы (конечно, они тоже у него есть, это же проблемный ребенок!), Айзава пытается найти тонкий баланс, помогая Изуку, насколько он может, одновременно уважая его частную жизнь и не навязываясь ему. В конце концов, Проблемный ребенок – это не брошенный кот, которого он может просто взять и отнести домой, хотя его умоляющие глаза, когда он пытается убедить Шоту позволить ему что-то сделать, выглядят как выражение лица Ублюдка, когда он хочет больше еды. Таким образом, Айзава не давит на Мидорию так сильно, как ему хотелось бы, по поводу его членовредительства, самооценки и кошмаров. Даже когда это заставляет его желудок скручиваться от беспокойства, Шота остается в стороне, работая над решением проблем, с которыми сталкивается Изуку, настолько профессионально и беспристрастно, насколько это возможно. Мидория, наверняка, уже страдает от чрезмерной эмоциональной близости, вызванной связью, не то чтобы он хотел большего. По крайней мере, так думает Айзава-сенсей до ночи второго дня. Когда Изуку засыпает, наконец-то сумев успокоиться после своего кошмара о USJ (Шота собирается убить Шигараки за то, что он сделал с его классом), он выпускает железный контроль, который, очевидно, осуществлял над своими мыслями и эмоциями. Для учителя это было похоже на прорыв плотины. Его почти смела волна сильных ярких мыслей и чувств, захлестнувшая его. Некоторые из ощущений, которые он испытывает, например, сонное удовлетворение, которое проникает в его кости, заставляют Шоту улыбаться. Но самое распространенное ощущение не такое приятное, как это... Вместо этого в горле Айзавы образуется толстый и тяжелый комок. Хуже всего чувство глубокой пустоты, нехватки, пробирающее до костей. Это то, чего Шота давно не чувствовал... Хизаши всегда цеплялся, как человек-коала между ним, Немури и Ублюдком, и у Айзавы уже довольно давно не было проблем с голоданием по тактильному контакту. Тем не менее, это до боли знакомо, и сердце Шоты падает при мысли о том, что добрый, всегда добрый Мидория страдает от того же, что принесло ему столько страданий. Ощущение, кажется, особенно сосредоточено вокруг головы Изуку, мальчик, наверное, был бы очень рад, если бы кто-нибудь взъерошил его волосы. Честно говоря, Айзава не раз сдерживался, чтобы не взъерошить эти упругие зеленые кудри, потому что не хотел вторгаться в личное пространство Мидории или пересекать какие-либо границы. Но очевидно, что Проблемный Ребенок нуждается и хочет больше позитива в своей жизни, и Шота был бы более чем готов помочь. Но есть ещё одно чувство более сильное, чем чувство голода, как будто кто-то начинает, наконец, залечивать рану в самой душе Изуку. Как и при лечении любой старой, запущенной раны, это не совсем приятный опыт, но в то же время Айзава чувствует, что это приносит Мидории чувство облегчения, а также желание, пусть и компенсируемое страхом, чтобы рана продолжала заживать... Шота проглатывает комок в горле, который является его собственным, и решает помочь мальчику, насколько он сможет. Айзава считает, что эта решимость усиливается благодаря информации, которую он узнал о том, какой именно была средняя школа Изуку. Учителя пренебрегали ребенком всю его жизнь, и Шота отказывается быть еще одним взрослым, который его подводит! Мидория заслуживает гораздо лучшего! У Айзавы теперь целый список дел. Ему нужно уведомить Незу о ситуации и выяснить, что именно они собираются делать с Бакуго, поскольку, даже если Мидория настаивает на том, что это не его вина (к чему Шота относится крайне скептически, у ребенка всё ещё есть чёртово пренебрежение своей жизнью), Кацуки никак не может продолжать находится в таком неконтролируемом состоянии. Потом Айзаве нужно будет изменить схему рассадки класса 1-А, чтобы Бакуго и Изуку не были так близко друг к другу, и уведомить других учителей об изменении, чтобы они могли сделать то же самое со своими собственными таблицами рассадки (а также убедиться, что они не окажутся в паре во время какого-нибудь геройского упражнения). Кроме того, Шоте нужно организовать консультацию по причудам (и почти наверняка регулярную) для своего Проблемного ребенка. Ему также нужно будет полностью пересмотреть свой подход к обучению Мидории, поскольку он исходил из нескольких основных предположений, которые оказались полностью ложными. И, конечно, есть вопрос об Альдере... Первым шагом в борьбе с ней будет сбор весомых доказательств. После этого… ну, давайте просто скажем, что он и Незу собираются заставить этих ублюдков, брыкающихся и кричащих, встретиться с последствиями своих действий. Айзава мстительно ухмыляется при этой мысли, хотя очевидно, что такое ужасное и безответственное учреждение должно быть привлечено к ответственности по причинам, не мотивированным его собственными эмоциями, но он также должен признаться, что частью его мотивации является ярость от осознания того, что именно Мидория Изуку, его невинный и искренне добрый ученик, уже пострадал от этой школы. Шота позаботится о том, чтобы процесс был для Альдеры как можно более трудным и болезненным, он позаботится о том, чтобы этот опыт был для них адским. Айзава уверен, что время, которое он обычно выделяет на сон, будет резко сокращено, но он не может заставить себя даже притвориться, что сожалеет об этом. Шота бы совсем перестал спать, если бы это означало, что он может избавить Изуку от того, через что тот прошёл. Как бы то ни было, он более чем готов пожертвовать своим сном, если это поможет Мидории.