Месть. Камера. Мотор!

Когда Ян прибывает к месту встречи, возле раскуроченной тачки под светом фонарей уже ожидает обещанный эвакуатор. Прислонившись к нему спиной, стоит высокий, широкоплечий парень в низко натянутой на лоб кепке, клетчатой рубашке и джинсах — еще бы рюкзак за плечи, думает Ян, подходя ближе, и вылитый студент-ботаник из американского кино. На парковке за время отсутствия Яна прибавилось автомобилей, вероятно, вернувшихся с работы жителей близлежащих домов, однако из людей — никого. — Привет, — не заморачиваясь, по-простому здоровается Ян, заодно обозначая свое присутствие. Такси высадило его на дороге, так что до парковки он топал пешком. — Давно ждешь? — Эм, привет, — с легким оттенком неуверенности, как и при звонке, отзывается парень и протягивает руку. — Минут пять-семь, дороги на удивление чистые, быстро добрался. — Парень улыбается, а из-под кепки на Яна смотрят добрые глаза в обрамлении длинных темных ресниц, различимых даже в сумерках при свете фонаря. — Спасибо, что сразу согласился встретиться. — Я все равно был свободен, — отмахивается Ян, пожимая широкую натруженную ладонь с крепкими пальцами. — Уже, наверное, успел полюбоваться? — Ян кивает на тачку, демонстрирующую его непотребные художества. — Хах, — парень застенчиво улыбается и теребит козырек бейсболки. — Впечатляет. Уместно будет полюбопытствовать, как так вышло? Судя по состоянию салона, на тебя как минимум стая бешеных собак напала. Вооруженная при этом битами, — шутит он. Ян вздыхает, стараясь игнорировать колкое чувство под ребрами: собака была одна, а конкретно — один наглый кобель. — Тебе деликатную версию или дерьмовую правду? — Если тачка замешана в преступных разборках или находится в розыске, то было бы здорово знать об этом, — вновь пытается отшутиться парень, попутно приседая на корточки возле переднего колеса для осмотра. — Ну… — Ян задумывается, стоит ли довериться случайному собеседнику, пусть и покупателю, и выложить истинную причину, но подвоха не ощущает и вываливает, где-то в глубине нащупывая желание банально излить душу: — Это тачка моего козла-бывшего, которого я застукал за изменой, и решил таким образом отомстить. Он мог бы, трахнул бы это корыто, до усрачки ее любил. В общем… ладно, не хочу тебя напрягать, тем более… ну… такого рода деталями, — сворачивает рассказ Ян, заметив, как парень завис, ощупывая покрышку. Но тот поднимается и встает к Яну лицом, возвышаясь почти на голову. — Забей, порядок. Бывший твой реально мудак, раз так поступил. Заслужил. Хотя тачку, конечно, жаль, — выносит вердикт парень, косясь на дело рук Яна, а затем, будто опомнившись, представляется: — Кстати, я Михаил, можно просто Миха. — Янис, но лучше просто Ян, — отвечает он и повторно пожимает шероховатую ладонь. Последующий беглый осмотр машины не занимает много времени: во-первых сгущаются сумерки и холодает, а во-вторых, Миха практически сразу предлагает отбуксировать многострадальное авто в мастерскую, которой владеет на пару с приятелем, и уже там подписать документы, чтобы с утра можно было заверить сделку в ГАИ. — Уверен, что этого хватит? — заполняя договор, уточняет Миха, когда вопрос вновь касается заявленной стоимости. — Даже с учётом урона она стоит раза в два дороже. Расслабленно развалившись на диване для посетителей в офисе на первом этаже сразу за стенкой от ремзоны и гаража, где теперь нашла новое пристанище «ласточка» бывшего, Ян безразлично пожимает плечами. — Да я ведь не в целях наживы продать решил, — признается он. — Можешь хоть за бесплатно забрать, мне на нее насрать в принципе. Тупо хотел отомстить, а машина — первое, что пришло в голову. — Легче стало? — с надеждой интересуется Миха. Ян честно мотает головой. — Ненадолго. Отложив ручку и договор в сторону, Миха встаёт из-за стола и, подойдя к Яну, садится рядом. — Может, тогда по пивку? Ты как? За удачную сделку и… ну, чтобы отпраздновать твою свободу. Угощаю. — Пф, — прыскает Ян, окончательно стекая вниз по сиденью. — Свобода, ну ты загнул. — Тогда выбирай повод сам, — запросто предлагает Миха и ждёт. — На втором этаже есть комната отдыха, можем заказать что-нибудь в доставке, а пива у нас в холодильнике с запасом, один из клиентов подогнал в благодарность за качественный ремонт. Ян прислушивается к ощущениям: на душе кошки не просто насрали, а обрыгались вдобавок желчью, так что внутри настолько хуево, что, вероятно, лишь отключка в алко угаре сможет на время избавить его от желания залить в себя литра три омывателя и проглотить блистер ибупрофена, чтобы притупить болезненные импульсы и хоть слегка очиститься от эмоционального говна, куда его с головой обмакнул бывший. Дома — в квартире уехавшей в командировку сестры, любезно разрешившей Яну временно перекантоваться у нее, — только початая бутылка красного, замороженный ужин и одиночество. Так себе компания. А вот Миха… Ян косится на механика, по-прежнему ожидающего ответа на свое приглашение. Его очевидно не парит, что Ян — гей. Видать, нормальный мужик, без загонов и предубеждений. А может..? Да не, с чего бы? Ян внезапно соображает, что пялится на Миху с интересом исследователя, а тот, кажется, хоть и слегка смутился, даже щеки порозовели — с его внушительными габаритами, впрочем, выглядит невероятно забавно и даже очаровательно, — но глаз в ответ не отводит. Все-таки, может, не кажется? Что там настроенный на лазурные волны радар пеленгует? В принципе шанс присутствует, но и Ян особо не парится, потому прямо в лоб любопытствует: — А тебя правда не беспокоит, что я с мужиком спал? У Михи под козырек подлетают густые брови. — А должно? — Ну, как бы сказать, — хмыкает Ян, — я когда выпью, то порой берегов не вижу. Не, — тут же исправляется он, взмахнув руками, — я не к тому, что домогаюсь или веду себя как шлюха. Скорее, это касается того, что я треплюсь без тормозов, а сейчас вряд ли могу о чем-нибудь говорить, кроме того, как хочу подвесить бывшего за яйца. Миша смеется и откидывается затылком на подголовник дивана. — Ты его и так уже морально кастрировал, разбив любимую машину. Хотя по закону она и правда твоя, — вспоминает о том, что владелец авто по документам именно Ян. — Так что официально он тебе ничего предъявить не может. — Бля-я-я, — раздосадованно тянет Ян и шлепает ладони на лицо. — Мне еще шмотки из квартиры его забирать. Только не факт, что от них останется хоть что-нибудь после того, что я вытворил. — Ладно… — Миха хлопает по коленям и поднимается. — Пойдем наверх, там удобнее. А тебе определенно нужно выпить. — Согласен. А кроме пива есть еще что-нибудь? — с энтузиазмом интересуется Ян, вставая за ним следом. Надраться, творить хуйню, тусить с первым встречным, с которым на удивление удобно настолько, будто знакомы сто лет — да что угодно, лишь бы не гнить одному и забыться. Миха задумывается, так, что между бровями образуется мелкая складочка, и Яну кажется, что тот похож на большого ребенка — высокого, широкоплечего, сильного, — но на лицо, между прочим весьма привлекательное, будто пацан. — Коньяк, кажется, был. Но надо проверить. Клиенты частенько что-нибудь дарят, но я редко пью, а напарник вообще трезвенник, — усмехается Миха и кивает на мобильник. — Заказывай еду на свой вкус, а то из закусок у нас тут разве что крекер отыщется. Комната отдыха на этаж выше мастерской выглядит как небольшая квартира-студия с маленькой кухонной зоной, диваном, журнальным столом и телевизором. Весьма уютно. — Иногда ночуем здесь, когда с работой завал, — залезая в холодильник за пивом, поясняет Миха, заметив, как Ян оценивает обстановку. — Жена напарника помогала обустроить, чтобы по-жилому выглядело. Сказала, иначе мы тут вторую ремзону устроим, проверяет нас раз в неделю, продуктами закупается, инспектирует, — с улыбкой замечает он и протягивает Яну холодную банку. Пока доставляют заказ, оба потягивают пиво, разместившись не на диване, а почему-то на ковре возле него, и Ян не без интереса слушает про бизнес Михи, зная, что по-любому позже заполнит эфир своим нетрезвым пиздежом и нытьем про бывшего. Михе оказывается всего двадцать четыре — не сильно и младше Яна, в тачках он копается примерно со средней школы, когда дед постоянно брал внука в гараж и рассказывал о железках. А затем, забив на универ, Миха закончил техническое профессиональное училище, после чего старший товарищ предложил открыть эту самую мастерскую. — Тачку-то много где починить можно, но мы с Димоном стараемся работать честно, так, чтобы нас рекомендовали. Как он говорит, развиваем бренд, — усмехается Миха и вытирает рот, потому как только что отхлебнутое пиво брызгает с губ. Ян сразу же замечает, что Миха успел захмелеть под конец первой банки и стал разговорчивей. А еще он наконец снял кепку. Его волосы коротко подстрижены, но на макушке оставлено чуть подлиннее, а на висках выбриты тонкие линии. Ян едва сдерживается от порыва, чтобы не провести вдоль по ним пальцем вплоть до затылка и почесать. Он хоть и таскается с длинными патлами со времен школы, сам любит ощущать под пальцами приятно щекочущий подушечки ежик волос, отчего по коже при касании разбегается приятный импульс. Костя же — будь проклят этот членоносец-предатель — предпочитал, трахая, лишь тягать Яна за волосы, иногда едва не срывая к херам весь скальп. Но когда же Ян пытался банально помассировать его голову — изворачивался, говоря, раз так хочется что-то помять в руках, у него имеется идея получше. «Блять, — думает Ян, закатив глаза, — ну-ка съебался из моих мыслей, скот». На мгновение Яну кажется странным оценивать Миху в качестве объекта симпатии, но затем возражает себе же: а хули, собственно, нет? Его бросили. Он, как верно заметил Миха, отныне совершенно свободный. Так что вправе пялиться на мужиков, представлять их без этой ботанской клетчатой рубашки, фантазировать о том, как классно впиваться ногтями в широкие плечи, утыкаться лицом в крепкую грудь, облизать отчетливый тренированный пресс… «Так, тормози, — приказывает себе Ян, смутно разбирая, что там за история с выхлопной трубой, о которой Миха сейчас с таким энтузиазмом вещает. — Ты его знаешь не дольше пары часов». «Ну и что?» — тут же перечит второй голос. Заебись: шизофрения на фоне нервного истощения. Или он тоже успел солидно залиться. Ян вертит в пальцах банку пива, ищет инфу о крепости и хмыкает: это где Мишаня откопал пиво пятнадцати градусов? Ян в пенном не спец, марка ни о чем не говорит, но здесь явно не ширпотреб с полок сетевого алкомаркета. Ясно отчего Миха уже румяный. И почему сам он перебирает в голове мысли о размере члена Мишани и каков на вкус притягательный шрам над его верхней губой, который так и тянет поцеловать. Не имея намерений рефлексировать, Ян отставляет практически пустую банку в сторону и без колебаний дергает Миху за рукав, притягивая к себе. Первым делом язык скользит кончиком по бледной на фоне загорелой кожи линии шрама, а затем, следуя на поводу у желания, Ян прикусывает край пухлой губы — Миха в ответ не двигается, замирает, но не противится. Тогда Ян поднимает взгляд, пересекаясь с Михой глазами — у того зрачки размером с блюдце, — улыбается хитро и нарочно в медленном темпе мажет языком поперек чуть разомкнутых губ. Пальцы сжимают и фиксируют Михину челюсть, сдерживая от попытки вырваться — впрочем, тот не пытается. Ждет, дышит, обдавая Яна нотками солода. Ян не робкий. Не трус и не ссыкло, даже если бы точно знал, что в ответ прилетит за наглость по щам. Не отпуская, поочередно обсасывает мягкие влажные губы Михи, дразнит языком, а затем пихает его Михе в рот и начинает напористо целовать. От фантазии, что Ян почему-то совращает неопытного девственника, член с энтузиазмом подергивается в трусах. Кроткие, неуверенные и почти неуклюжие попытки Михи отвечать на поцелуй здорово заводят. Ян кладет ладонь ему на щеку, поглаживает — кожа практически гладкая, лишь едва намечающаяся щетина напоминает о себе, — а затем заводит обе ладони за шею, проводит вдоль позвонков пальцами и наконец добирается до затылка. Кайф. Хочется замурчать, когда подушечки пробегаются по бритому участку. Ян даже не сразу замечает, как закрыл глаза от удовольствия — не ожидал, конечно, что такой фетишист. — Ян? — нарушает тишину Миха. Голос хриплый, сексуальный, вибрирующим эхом отражается у Яна в животе и стекает к паху. Он хмыкает и падает лбом Михе на плечо, зацепившись крест-накрест руками за его шею. — Блин, а ведь заливал, что не домогаюсь. — Да я, в общем-то, не возражаю, — произносит Миха, и Ян отчетливо слышит, как он сглатывает. Ян моментально поднимает голову. — Серьезно? — Бровь заинтригованно подлетает наверх. Миха кивает, а затем облизывает губы и вновь сглатывает, вынуждая Яна залипнуть на движении кадыка. Впиться бы зубами в него, а потом вылизать. — Я это… что хотел спросить: ты ведь хочешь еще отомстить бывшему? — с осторожностью уточняет Миха, пока Ян осоловелыми глазами пялится на его шею, а затем медленно переводит взгляд вверх. — У него больше не осталось тачки, которую я мог бы разбить, — печально усмехается Ян, очерчивая пальцами линию волос на Мишином затылке. Не запрещено — значит, можно. — Разве что одолжишь мне баллончик с несмываемой и самой вонючей краской, а я во всю дверь нарисую ему огромный хуй и напишу «здесь живет мудак, который не умеет держать член в штанах». — Нет, — качает головой Миха. Ну и ладно, думает Ян, не очень-то и хотелось. Хотя эффектно получилось бы. — Тогда какой план? — Давай снимем видео, как мы занимаемся сексом прямо в его машине? — выпаливает Миха. Ян зависает. Хлопает ресницами, обрабатывая полученные данные. Видео… секс… с Михой… в машине бывшего. Вот бы его наглую рожу увидеть в момент, когда он нажмет на плэй. — Я в деле, — со злобной ухмылкой уверенно заявляет Ян. Разве что за спиной адское пламя не полыхает. А не он ли обещал себе творить любую хуйню, лишь бы отвлечься? А тут такой знатный шанс насолить Косте. Да еще и в компании Михи, на которого Ян откровенно залип. Господи, как давно он действительно не позволял себе даже думать о других мужчинах, не говоря уже о том, чтобы потрахаться? Видимо, теперь в качестве утешения сам гейский боженька посылает Яну красавчика-механика Михаила, который, кажется, не надеялся, что Ян согласится с его экстравагантной затеей, и потому с неверием пялится в ответ. И краснеет. Боже, у Яна от его моськи срывает резьбу. Может, Миха и правда девственник? За жопу, конечно, страшно при подобном раскладе, да еще в полевых условиях, однако возможная непорочность этого медвежонка будоражит до дикости, аж мурашки по яйцам бегут. — Ты ведь прежде не спал с парнем? — уточняет Ян. Миха понуро мотает головой. «А с женщиной?» — думает Ян, но с языка не срывается. Можно ведь насладиться фантазией. — Глупая идея, извини, — насупившись, идет на попятный Миха, по всей видимости, решив, что его неопытность — это препятствие. — Эй! — Ян бодро шлепает ладони ему на щеки и сминает лицо в горсти. — Даже не смей отступать. Я намерен повеселиться, ясно? И ты мне с этим поможешь. Губы, чуть сплющенные в трубочку из-за нажима, трогает улыбка, и Миха молчаливо кивает. — Только мне для начала бы в душ сгонять. Тут же есть? — Ага, кабинку установили. Возле кухни при входе, — лопочет Миха, и Ян наконец освобождает его лицо от захвата. — Погоди, я тебе полотенце дам. — Он поднимается, но на полпути разворачивается. — Только у меня здесь ничего нет… Резинок в смысле и… смазки, наверное? Виноватый взгляд из-под густых бровей вновь делает Миху похожим на мальчишку… которого мама обильно кормила растишкой и водила в качалку. Ян на мгновение представляет: а что если Миха сам хочет быть снизу? Не то чтобы Ян убежденный пассив, но здорово научился ловить феерические оргазмы именно в позиции принимающего. Да и Костя свой драгоценный зад даже ни разу не подумал подставить, Ян и заикаться не пробовал — тогда вроде устраивало, но отчасти интуитивно, видимо, чуял, что с тем ебырем-террористом не проканает. В мозгу мгновенно рождается самопальная хоум-порнушка, где Ян, как гуру-наставник, открывает для невинного Михи прелести анального секса. — Но тут аптека двадцать четыре недалеко. Скажи, что купить, а я сгоняю, пока ты в душе, — предлагает Миха, почесывая макушку. — Говори название, я онлайн закажу, а ты заберешь, — вынимая из кармана мобильник, командует Ян. За все годы он и сам ни разу в живой очереди не покупал смазку для жопы, только доставка на дом или заказ предварительный, чтобы не орать тугому на ухо продавцу-фармацевту «дайте анальную смазку для гейского секса, пожалуйста, одну штуку». В ду́ше Ян, может быть, слегка протрезвев, постепенно начинает сомневаться в затее: нет, испоганить бывшему настроение, подосрать, выбесить — в идеале скопом — это святое. Желание переспать с Михой тоже не испаряется, а вот подготовить задницу без нифига и на скорую руку — в некоторой степени сложности вызов. Судя по звукам, Миха успевает вернуться из аптеки (бежал, что ли?), но вылезать и просить смазку не комильфо. Да уж, это только в порнухе жопы всегда чистые, гладкие, напомаженные, светятся пыльцой фей и растянуты под скоростной поезд. В жизни же Ян в одиночку упаривается в попытке разработать себя на три пальца. Ладно, видео после можно смонтировать, вырезать жалкие потуги, оставляя самые сливки и смак. Глядишь, Костик с расстройства даже вздрочнет, так горячо получится. — Я готов, — выйдя из душа в одном полотенце на поясе, сообщает Ян и ловит на себе голодный взгляд Михи. Хороший знак. На столе в кухне, нераспакованный, лежит пакет с логотипом аптеки, а на Михе полный набор одежды, даже кепка снова вернулась. Впрочем, и ее можно использовать. — Может, тебе одежду чистую дать? У меня тут, — указывает на узкий шкафчик возле стены, — сменная есть. — Зачем? — провокационно усмехается Ян и шагает навстречу Мише в неспешном темпе. — Всё равно ведь снимать обратно. Или ты стесняешься раздеваться передо мной? Миха тут же мотает башкой, а в подтверждение сбрасывает с плеч рубашку, под которой нижним слоем надета обтягивающая грудные мышцы и бицепсы черная футболка. Ян мысленно присвистывает, делает финальные шаги, приближаясь вплотную, и тычет пальцем в грудь Михи. — Это тоже. Миха послушно кивает, хватается за нижний край футболки, но вспоминает про кепку. — Не-а, дай-ка мне. — Ян, опережая, снимает бейсболку с его головы и нахлобучивает себе на макушку козырьком назад. — Пойдем? — И протягивает руку. — Нам в гараж, — напоминает Миха, обращая внимание на голые ступни Яна. А потом, без предупреждения, обнимает Яна за спину и резво подхватывает под коленками, поднимая словно невесту. — Я донесу. А внутри печку включим. — Сами надышим, — обещает Ян, обнимая Миху за шею, а боком касаясь обнаженного тела. Его достоинство не страдает ни капли от факта, что другой парень запросто может взять его на руки. Наоборот, разве многие готовы сделать подобное? Ведь не зря мама в детстве звала Яна принцем. Вот и рыцарь, кажется, появился. — Кстати, — уже на ходу вспоминает Ян, — ты там коньяк обещал. Для горящих глаз и куража. Не опуская его, Миха подходит, шарит на полках кухонного шкафа и передаёт открытую, но на вид не начатую бутылку. — Бери с собой. Ян забирает коньяк и взмывает вверх руки. — Выкуси, Костик! Ебись ты с кем хочешь, урод! — кричит он и начинает неожиданно легко и свободно смеяться, видя, как на его бунтарскую выходку Миха отвечает игривой улыбкой.