Колибри

      Трое юных волшебников выбрались из автобуса, с облегчением вздохнув. Невилл мысленно удивился тому, что они остались в живых, а вот Драко прекрасно был знаком с этим транспортом, да и со Стэном в целом. Только последний об этом знать не знает. Гарри пытался успокоить взволнованное сердце после тряски Ночного рыцаря, убедившись в том, что каждый год ему достаётся сполна. На первом курсе встретился лицом к лицу с Волдемортом, на втором курсе была его душа из прошлого, а на этот год стоит лишь гадать, что с ним вновь приключится... Но, к счастью, до тринадцати лет Гарри всё же дожить смог, а это уже хоть что-нибудь, да и значит!       Чёрная и мохнатая собака вышла вслед за мальчиками, казалось, с подозрением озираясь по сторонам. Заметив подобное, Гарри вскинул брови.       — Драко, Бродяга у тебя очень умный, — заметил гриффиндорец. — Не пойму, как он сбежал-то из дома?       — Ну, он... — блондин кинул быстрый взгляд на Сириуса, после чего сразу же поспешил схватиться за чемодан Поттера, который выволок на асфальт Стэн. Малфою быстрее надо было чем-нибудь себя занять. — Наверное, ему тоже не особо нравится обстановка в доме, — тихо закончил Драко, но вокруг под ночь никого не было, и на улице царила тишина, поэтому услышать его смог даже Стэн. Кондуктор с пониманием кивнул на слова Драко и выволок пустую клетку следом за чемоданом.       — Это хорошо, что ты отправился к нам, — подбодрил его Невилл, расплываясь в улыбке. Драко поднял на него глаза, и рядом стоящий Гарри смог разглядеть во взгляде серых глаз небольшую настороженность. Это невольно заинтересовало Поттера, а ещё сильнее его интересовала дружба Драко и Невилла. Нет, он не ревновал, больше не считал, что Драко предпочитает компанию Невилла, а не его, просто было здесь что-то, о чём сам слизеринец умалчивает. Гарри хотел знать всё.       Невольно он начал задумываться: если бы на первом курсе Драко не проявил к нему, Гарри, мягкость в Запретном лесу, смотрел бы вообще гриффиндорец в его сторону? После того случая Гарри был словно связан с этим парнем чем-то, что нельзя было объяснить. Постоянные столкновения убеждали брюнета, что Драко должен быть в его жизни, ибо без него Гарри чувствовал себя пустым. И эта пустота была не той, которую могли бы заполнить друзья, эта пустота была совершенно на другом уровне. Всем своим естеством Гарри тянулся к слизеринцу, а мыслями понимал, что подобное – чревато последствиями. Гарри ещё не мог точно предположить, какими именно, но, определённо, какими-то ужасными.       — Да мне особо идти было некуда, — спокойно ответил гриффиндорцу Малфой.       — А как же твои друзья из Слизерина? — с удивлением поинтересовался Поттер. — Ну, хотя бы Забини.       — Я бы мог и к нему отправиться, — с усмешкой ответил ему Драко. — Но у него ситуация намного хуже моей.       — Ничего, моя бабушка не была против, — поддержал разговор Долгопупс.       Драко вновь странно глянул на гриффиндорца, но на длительное время его взгляд на мальчике не задержался, ибо в это время Гарри вдруг вскрикнул. На его плечо кто-то положил руку, и все волшебники обратили на подошедшего человека всё своё внимание.       Корнелиус Фадж – Министр магии – окинул взглядом юных волшебников, а на его лице появилась мягкая улыбка.       — Ну, наконец-то! Гарри, Драко и Невилл. Как и предполагал Дамблдор, вы все здесь!       Гарри открыл рот, чтобы что-то сказать, но так и не смог ничего произнести. Дамблдор знал? Причём знал о том, что он будет здесь вместе с Драко и Невиллом? Это походило на специально подстроенное столкновение. Кинув взгляд на Драко, Гарри кое-что заметил... Точнее, не заметил: Малфой и вовсе не был удивлён появлению Министра магии, и лишь кивнул ему в знак приветствия.       — Ну что вы тут стоите? Давайте-давайте! Захотите быстрее! Драко, Невилл, ваши вещи уже в комнатах, — на последних словах мужчина обратил внимание на собаку, что мирно сидела, словно желая слиться с самой природой. Когда взгляды Бродяги и Фаджа пересеклись, Сириус медленно отступил назад, столкнувшись с ногами Драко.       — Министр, он мой, — сообщил мужчине блондин, но Корнелиус, впрочем, не был против, промолчал, и утвердительно кивнул.       Они все впятером поднимались по лестнице, привлекая к себе внимание некоторых посетителей. До начала учёбы пока ещё было рано, однако Драко не собирался тратить всё это время на праздные беседы с Министром и прогулки с Невиллом. Однако... ему повезло находиться здесь с этим человеком. После долгих и одиноких дней в поместье, Невилл – была лучшая компания. Порой Малфой замечал, как начинал успокаиваться, когда Долгопупс заводил разговор про волшебные растения, и рассказывал что-то интересное. Само собой, Драко всё это знал, но слушать наполненный восхищением голос было приятно.       — Нам с Гарри стоит поговорить, — сообщил Министр магии намекающим тоном, и обернулся на учеников.       Драко встретился с умоляющим взглядом Гарри, в котором он прочёл чёткое «не уходи», и просто ухмыльнулся Поттеру, махнув рукой. С ним ведь ничего не случится – Драко точно знал.       Владелец Том показал мальчикам их комнаты – две раздельные – и отправился восвояси. Драко и Невилл переглянулись, не заметив, как Бродяга проскользнул мимо их ног и вошёл в комнату Малфоя.       — Послушай, Драко, — неловко начал Долгопупс, привлекая внимание Малфоя к себе, пока тот не ушёл в комнату. Когда блондин выразительно посмотрел на мальчика, Невилл продолжил: — Почему?       Несколько секунд слизеринец прямо смотрел на юношу, но прекрасно понимал, что означает это его «почему?». И вправду, почему же? Драко сам перестал понимать себя. Им двигало совершенно незнакомое для него чувство. В той жизни Драко сдружился с Невиллом не сразу, а лишь на старших курсах. Этот человек хоть и казался всегда неловким, однако Малфой смог в нём разглядеть настоящее мужество, которого не хватало многим слизеринцам. Невилл прекрасно себя проявлял во время войны, стойко сносил удары, а когда в лидере нуждались, этот человек был очень ответственным. Драко помнил это, поэтому ему было не всё равно на этого человека. Их связь была трагична по многим причинам, и большую часть Малфой просто-напросто не хотел вспоминать.       — Знаешь, Невилл, — начал юноша, опуская свои плечи. Выглядел Драко весьма расслабленно. — Ты хороший человек. Друг из тебя тоже прекрасный. Не забывай это и не позволяй кому-то помыкать тобой, — слова были произнесены серьёзным тоном, что невольно озадачило Невилла, однако гриффиндорец смотрел на Малфоя всё так же, как и обычно – неловко и с заметным смущением.       Большего Драко не сказал, надеясь, что смысл слов до парня дойдёт. Он прошёл к своей двери и вошёл в комнату, чувствуя внутреннее облегчение от того, что он, наконец, один.       Однако не успел юноша перевести дыхание, как к его горлу приставили что-то острое. Драко замер, не в силах пошевелиться. Он медленно опустил взгляд на руку с татуировками, отмечая про себя, что вот тут-то он по-настоящему влип.       — Если шелохнёшься, то пеняй на себя, — прошептали ему охрипшим голосом прямо в ухо, и юноша внутренне содрогнулся.       — Понял, — коротко ответил Драко. Он старался показать полное спокойствие, а это он умел делать лучше всего. — Я слушаю тебя.       Сириус Блэк стоял сзади слизеринца, а вид его был очень измотанным. И пусть Малфою не удалось рассмотреть этого человека, но он точно мог представить, в каком состоянии был беглец.       — Для начала, — Сириус подтолкнул мальчика вперёд, к кровати, — кто ты, и откуда ты узнал про меня?       Набрав в лёгкие воздух, Драко сделал шаги к кровати и ответил:       — Меня зовут Драко Малфой. Ты, наверное, уже слышал. Моя мать – Нарцисса Малфой, урождённая Блэк. А то есть, твоя кузина.       — Цисси? — голос Блэка невольно дрогнул, но он быстро взял себя в руки. — Тогда второе! Отвечай, откуда ты знаешь про меня?       — Я многое знаю, — Драко приподнял руки, намекая, что он сражаться не намерен, и начал медленно разворачиваться на Сириуса. — Точно так же, как и знаю, что Джеймс Поттер и Лили Поттер сделали хранителем тайны Питера Петтигрю. После себя Петтигрю оставил лишь свой палец, а общество посчитало, что якобы ты уничтожил его. Я знаю, что ты ушёл из дома в шестнадцать, жил в семье Поттеров, разорвал все связи со своей семьёй, и со своим братом. Я знаю, что тебя несправедливо осудили, и я хочу помочь тебе оправдать своё имя, но взамен, я хочу попросить тебя кое о чём.       Их взгляды пересеклись. Видел Мерлин, Драко никогда в жизни не чувствовал столько отчаяния, находясь рядом с человеком, и не видел столько боли в чужих глазах. Драко познакомился с Сириусом, когда он был более опрятным, но сейчас перед ним стоял человек, подобный загнанному в угол зверю. На его одичалые глаза было больно смотреть, ведь эти же глаза повидали в Азкабане лишь боль и настоящий страх. Блэк повидал самое ужасное в этом мире, хотя, казалось, совсем недавно он касался пальцами счастья, наслаждаясь своей жизнью.       Малфой прибыл в это время не для того, чтобы спасать каждого человека, которому нужна была помощь, однако к Сириусу он чувствовал родственную связь, что пересекла с ним время и пространство. Этого человека ему хотелось спасти. По крайней мере, ради Гарри Поттера.       По каким-то причинам, Сириус не ощущал от этого юноши угрозу. Он смотрел на мальчика, пытаясь увидеть в нём черты Нарциссы. Они были... Этот ребёнок, определённо, был с ним одной крови. Блэк разжал затекшие пальцы и выпустил из руки длинный гвоздь, которым угрожал слизеринцу. Плечи мужчины опустились, и он только хотел сделать шаг к Малфою, как его ноги слегка подкосились. Блэк грозился упасть на пол от бессилия, он был голоден и изнеможён. Драко вовремя поддался к мужчине и подставил ему своё плечо, для удобства.       Сириус чувствовал себя уязвимым, а тот факт, что он находился перед носом Министра магии, щекотал его нервы. Если бы он только знал, куда его ведёт этот мальчишка, никогда бы не повёлся на подобные провокации! Ишь, ты! Гарри Поттеру угрожает опасность! Блэк мысленно раздражался своей наивности, но ничего не мог с собой поделать. Когда дело касалось этого мальчика, Сириус хотел помочь любыми способами.       — Что тебе нужно от меня? — слабым тоном поинтересовался мужчина. Юноша помог ему сесть на кровать, мысленно подумав о том, что этому человеку необходим душ. И еда, ибо Драко даже не представлял, сколько времени голодал его родственник.       Отстранившись от мужчины, Драко взволнованно потёр ладони о свои штаны.       — Хочу обучиться анимагии, — сообщил ему юноша, и Сириус, определённо ожидая не этого ответа, вскинул свои брови.       — Ты привёл меня сюда для того, чтобы я тебя анимагии обучал!?       — Нет, не только! — поспешил Малфой. Он прошёл к своему чемодану, раскрыл его и начал что-то искать внутри. — То есть, не пойми меня неправильно. Я хотел бы обучиться анимагии, это довольно полезный навык. Но ещё, я хочу с тобой отправиться в одно место. Там есть одна вещь, которую мне нужно забрать. Можно сказать, её спрятал твой брат, — с этими словами Драко вынул из чемодана пергамент и чернила с пером.       Он был взволнованный всей этой ситуацией, прекрасно понимал, что нельзя кому-либо говорить о себе и о том, что он ищет, но Сириус был... хорошим человеком. Именно он дал Драко понять, что все они – семья. Врать ему не получится.       Заняв место за столом, Малфой разложил пергамент и обмакнул перо в чернилах, аккуратно выводя линии на бумаге. Сириус, заинтересованный рассказом юноши, поднялся с кровати и направился к столу, подпирая спиной стену.       — Это медальон? — понял Блэк, когда ровные линии начали соединяться, и картинка стала преобразоваться в рисунок.       — Да, это медальон, — кивнул блондин, пододвинув рисунок к Сириусу, чтобы тот смог разглядеть его. — Медальон Салазара Слизерина.       Худыми пальцами Сириус взял пергамент и вгляделся в рисунок. На самом деле, он никогда не видел его, а тот факт, что к нему был причастен Регулус, заставлял его искренне поразиться. Он уже давно не слышал имя своего родного брата…       — С чего ты взял, что мой брат его спрятал? Откуда тебе это знать?       Драко вздохнул, отводя взгляд от мужчины в сторону окна. Что ему сказать? Правду или врать, как он делал это с Гарри?       — Я услышал, что ты можешь видеть будущее, — продолжил Блэк, когда понял, что его вопрос заставил юношу задуматься. Точнее, решить, что сказать. И, определённо, здесь может оказаться ложь. — В автобусе Гарри сказал что-то про шар с предсказаниями. Прошлое тоже, значит, видеть можешь?       Драко перевёл хмурый взгляд на Сириуса.       — Я ведь говорил, что не вижу будущее...       — Но что-то натолкнуло Гарри подумать именно так? — усмехнулся Блэк, положив листок с рисунком на поверхность стола. Он сделал медленный шаг за спину сидящего на стуле слизеринца, стараясь удержать равновесие, и продолжил: — Ты знаешь о том, о чём многие не знают. Даже я сам понятие не имел, что делал мой младший брат, но для тебя это не секрет. То, что ты знал, где я буду находиться, тоже вызывает подозрения. Так скажи мне правду, что происходит?       Молчать было бесполезно, однако Драко боялся сообщать правду. В голове лихорадочно крутились подходящие оправдания, но и этого было мало. Будущее он действительно знает, но отнесётся ли Блэк к этому с пониманием и без настороженности? Внезапно взгляд Малфоя стал растерянным, ведь он не представлял, как будет оправдываться. Объяснения не входили в его планы, когда он решил напрочь изменить ход событий этого года. Юному волшебнику нужно было мужество, а ещё где-нибудь в своём сердце найти гриффиндорскую уверенность, с которой они бросаются с головой в разнообразные приключения. Он не гриффиндорец, но отчего-то распределяющая шляпа допустила возможность распределения его на Гриффиндор. Почему?       В его давнем сне с Гарри Поттером, гриффиндорец как-то сказал: «Подобная авантюра в духе Гриффиндора мне не нравится». Было ли это сказано специально или Драко, в самом деле, походил на одного и них – Малфой не знал. Он, конечно, мог допускать мысли о том, что в нём есть задатки гриффиндорца, но уж точно не такие, чтобы необдуманно бросаться в пекло. Нет, ему нужен расчётливый план. Или удача... Понимание, в конце концов!       Сириус был и оставался ему родственником, близким человеком. И если близок он не сейчас, то был когда-то…       Решение стоило принять прямо сейчас.       — Хорошо, — собрался юноша с силами и поднялся со стула, разворачиваясь на Сириуса. — Я расскажу тебе, но ты должен мне поверить. Я не хочу обманывать тебя, ведь когда-то ты мне сказал, что все мы – семья. Что не важно, мертвы или живые, все вы находитесь в моём сердце, и поможете в трудную минуту. Эта минута наступила. Мне нужна твоя помощь.       В серых глазах не было лжи. Малфой смотрел на Сириуса лишь слегка вскинув подбородок. Мужчина был немного выше слизеринца, но не настолько, чтобы смотреть на Драко свысока. К словам беглец отнёсся со сложным выражением лица, ведь прекрасно знал, что он, Сириус, вполне мог сказать нечто подобное. Это действительно были его слова, но когда он с Драко встречался?.. Этого просто не могло быть, ибо когда этот мальчик родился, Сириуса не заботило то, что происходит в его семье. Его заботили Поттеры, которых нужно было срочно скрыть от Тёмного Лорда.       — Кто ты такой? Мы ведь с тобой никогда раньше не встречались, — в голосе была заинтересованность, но в глазах нарастало подозрение.       — Мы встречались. В тысяча девятьсот девяносто пятом году.       — Но это же, — Блэк сделал медленный шаг назад. Он, что, ослышался? — Через два года?..       — Всё верно, Сириус, — со всей своей серьёзностью ответил Малфой. — Я знаю будущее, ведь уже прожил его.

***

      В гостиной заведения на удивление было уютно. Огонь в камине пылал на славу, но отчего-то юноша не чувствовал, что согревается. По его спине пробежали мурашки, когда Министр магии сел напротив него. Когда Корнелиус Фадж представился юному волшебнику, и начал разливать чай по кружкам, мужчина сказал:       — Признаюсь, Гарри, мы все изрядно поволновались. Сбежать от родственников, да ещё подобным образом! Я уж думал... Слава богу, с тобой ничего не случилось! Благо Дамблдор нас предупредил, где ты окажешься. Как прекрасно, что ты связываешься со своими друзьями.       Фадж намазал булочку маслом, когда чай был разлит, и протянул тарелку в сторону Гарри.       — Ешь, Гарри. Ты еле держишься на ногах. А у меня хорошая новость. Мы вернули мисс Марджори Дурсль в её обычное состояние. Несколько часов назад на Тисовую улицу прибыли два специалиста из отдела по устранению последствий случайно наложенных заклятий. Мисс Дурсль сделали прокол, и воздух из неё весь вышел, кроме того, изменили структуру её памяти, так что она всё начисто забыла. Но ничего страшного не произошло.       Фадж поднял чашку и ласково посмотрел на мальчика, словно смотрел на своего любимого племянника. Гарри от удивления не мог и слова сказать. Во-первых, он этим летом ни с кем не связывался насчёт того, что он решил сбежать из дома, а как Дамблдор узнал о том, что он будет здесь – загадка. Хотя подобную загадку можно было с лёгкостью решить благодаря Драко Малфою. Где был Драко – там было и то, что невозможно было объяснить, но сам слизеринец был достаточно хорошим объяснением. Во-вторых, странность Министра заставила задуматься. Неужели в Министерстве настолько сильно о нём переживали? В волшебном мире произошло лишь одно – побег Сириуса Блэка, и, возможно, подобная настороженность была именно из-за него. Но... какова вероятность того, что Гарри с ним столкнётся? Вероятность мала, если только Сириус не отправился за ним. От этой мысли ему стало нехорошо.       — Хочешь знать, что думают твои дядя с тётей? — поинтересовался Фадж, но продолжая сразу же, не дожидаясь ответа от гриффиндорца: — Не скрою, они очень рассердились. Однако следующим летом они готовы тебя принять. А вот Рождество и пасхальные каникулы тебе придётся провести в Хогвартсе.       Взяв ситуацию под контроль, чтобы Министр не успел продолжить свои речи, он сказал:       — На Рождество и пасхальные каникулы я всегда остаюсь в Хогвартсе. Но мне не важно, примут меня Дурсли или нет! Я бы предпочёл и летние каникулы провести в Хогвартсе! Министр, расскажите мне лучше о Сириусе Блэке. Я слышал, что он сбежал, это правда? Кто он такой?       Сначала мужчина хотел было возмутиться словам Гарри о своих родственниках, но резкая смена темы заставила Фаджа замереть и нечитаемым взглядом уставиться на Поттера.       Что-то происходило, и Гарри это прекрасно чувствовал. Но лишь его держали за дурака, не желая готовить правду. Если Министр не сообщит, то Гарри добьётся ответа от Драко, пусть даже ему придётся заставить Малфоя заговорить.       — Мальчик мой! — переменился в лице мужчина. Теперь же он смотрел на гриффиндорца с огромным сожалением, которое, впрочем, он поспешил скрыть. — Не волнуйся, пожалуйста! Сириус Блэк сбежал, но он не сможет вечно скрываться. Уже совсем скоро его снова вернут в Азкабан, а тебе стоит заняться приготовлением к учёбе. Том проводит тебя до твоей комнаты. Учебники уже находятся там! Иди, Гарри, проведи время с друзьями, но запомни: ни в коем случае не ходи в магловские кварталы. Гуляй по Косому переулку, но когда будет темнеть – возвращайся обратно.       Спорить с мужчиной Гарри не стал, поэтому направился в комнату, которую ему выделил хозяин заведения – Том. Пересекая коридор, мужчина сообщил:       — Ваша комната под номером одиннадцать. Мистер Долгопупс поселен в десятой комнате, а мистер Малфой в двенадцатой. Вы желаете чего-нибудь?       — Нет-нет, спасибо, — поспешил ответить Поттер, проходя в свою комнату. На глаза вдруг попалась его сова, находившаяся на спинке кровати. — Хедвиг! — радостно подозвал его мальчик, и сова вспорхнула, садясь на руку своего хозяина. Хедвиг ласково клюнул его в щёку, приветствуя.       — У вас умная сова, мистер Поттер, — улыбнулся мужчина. — Прибыла за пять минут до вашего приезда.       — Да, умная, — согласился юноша, наконец, чувствуя свободу, которой не было почти всё лето.       Когда Том оставил волшебника, Гарри взглянул на свои учебники, которые ему так любезно предоставил Корнелиус Фадж. Наверное, у Невилла и Драко учебников ещё не было, а потому Гарри был бы не против сходить с ними за всем необходимым. Он так давно не был в Косом переулке, что внезапно захотелось сходить туда прямо завтра ранним утром!       — Прости, дружок, я оставлю тебя ненадолго, — сообщил брюнет Хедвигу, и отпустил птицу к окну.       Комната Драко была совсем рядом, и он отправился туда. За дверью была тишина, и, возможно, Драко уже спал. Конечно, Поттеру не хотелось нарушать чужой сон, но убедиться он всё же должен был. Не зная, как поступить лучше, постучаться или просто открыть дверь, он всё же решил, что последнее точно даст понять, что слизеринец не спал, если дверь будет открыта. А потому аккуратно повернул ручку двери и... открыл её.       Он заглянул в комнату, встречая взгляд Малфоя.       — Ты что хотел? — привстал он с кровати, казавшийся очень взволнованным. Как же, черт возьми, он мог забыть закрыть дверь!?       — Хотел спросить, не хочешь ли ты отправиться завтра в Косой переулок? У тебя ведь нет учебников. Можно и Невилла взять с собой, — Гарри прошёл в комнату, совершенно ничего не подозревая.       Вот только Малфой внутренне ужаснулся! В комнате была ещё одна дверь, ведущая в небольшую ванную комнату, в которой находился сейчас Сириус Блэк! Оттуда шли звуки воды, и если Гарри что-то заподозрит, то будет очень плохо...       — Да, да, да, конечно, Поттер! — блондин поспешил взять Гарри за плечи и развернул его к выходу. — Завтра об этом поговорим. Я скоро ложусь спать.       Гарри притормозил, сопротивляясь действиям слизеринца, и кинул взгляд на дверь в ванную комнату.       — Ага, хорошо. Ты собрался в ванную? — поинтересовался брюнет и неоднозначно хмыкнул.       Малфой вздрогнул, продолжая подталкивать гриффиндорца к выходу.       — Всё так! И мне нужен покой! Или ты решил составить мне компанию, Поттер?       — Возможно, — усмехнулся Гарри, пожимая плечами. Он резко развернулся на Малфоя, воспользовавшись чужим замешательством, и схватил его за локоть, разворачивая блондина спиной. Гарри ловко прижал Малфоя к стене лицом и вздохнул, благодаря Мерлина, что сделал манёвр правильно, и не облажался.       — Какого чёрта, Поттер!? — ошеломлённо воскликнул Драко, надеясь, что его слова услышит и Блэк, чтобы понять, что выходить из ванной пока не стоит.       — Драко, я хотел у тебя спросить, кто такой Сириус Блэк?       — Отпусти меня, — сдержанно попросил его слизеринец.       — Ты опять начнёшь меня выталкивать из комнаты. Снова будешь избегать разговора, а я должен знать, понимаешь? Министр магии мне ничего не сказал, но ты точно знаешь правду. Кто такой Сириус Блэк? Он как-то связан со мной?       — Я не знаю, кто он такой, — упрямо заявил блондин. — Но тебе, наверняка, интересно, почему я знаю про него? Вот и послушай меня: Сириус – из древнейшей семьи Блэков. Моя мать... Нарцисса – урождённая Блэк, и является его кузиной. Вот поэтому я знаю о нём. Я только родился, когда он попал в Азкабан. Большего я не знаю! Всё что я знаю, это всё со слов моей матери. А теперь, чёрт, Гарри, отпусти! — юноша выкарабкался из чужой хватки, потирая свои запястья. — Ты совсем с ума сошёл, Поттер? Мозг повредился? Почему каждый раз, когда я пытаюсь тебе помочь, зная какую-нибудь информацию, ты считаешь, что я вдруг прорицателем стал?       Чувствуя неловкость и стыд, Гарри сжал пальцы рук, вперившись взглядом в пол. Ему самому всё это очень не нравилось, но что он мог поделать? Он не может понять Драко от слова «совсем», но он хотел. Чертовски сильно хотел, чтобы этот человек ему доверял. Но Драко лишь наблюдает, как терзает себя Гарри догадками.       — Это несправедливо, ты понимаешь? — он поднял на Малфоя взгляд, в котором было столько детской обиды, что Драко смог её ощутить. — Ты мне ничего не объясняешь. Министр магии мне сказал, как же хорошо, что я связываюсь со своими друзьями, ведь именно так они узнали, что я собрался в «Дырявый котёл». Дамблдор знал. Но с Дамблдором встречались лишь ты и Невилл. Так откуда Дамблдору вообще знать о том, что случилось? Если только ты ему не сказал. Опять же, ты мне соврал, Малфой. Да, мне жаль, что Сириус Блэк – твой родственник. Жаль, что в твоей семье такие ужасные люди, как и твой отец, но это не означает, что из-за этого надо меня обходить стороной! Это не означает, что мне нельзя доверять, Драко! Ты отправил мне письмо, и я был счастлив. Очень счастлив, ведь подумал: «Наконец-то мы с Драко друзья. Я так рад этому!». Но мы, правда, друзья?       После ошеломляющей речи Гарри в упор посмотрел на юношу, ожидая его ответа. Он, правда, не хотел этого говорить, слова вырвались сами по себе, но он не смог сдержать всего, что он хотел сказать и спросить. Это было ему важнее многих вещей. Гарри было тринадцать лет, и он понимал многие вещи, но не мог понять Драко Малфоя. Казалось, что никогда не будет способен его понять.       — Мы друзья, — прошептал Драко. Его широко распахнутые глаза, в которых было что-то похожее на страх, говорили всё за него. Гриффиндорец понял, что сказал много лишнего. — Гарри, я ушёл из дома, ты понимаешь? — продолжил Драко, приближаясь к брюнету. — Отец смотрел на меня так, будто я с маглами связался! Но я всего-то помог тебе в том году. И я решил уйти из дома, мне некуда идти. Думаешь, не будь бы мы друзьями, я бы так поступил?       — О, прекрасно, теперь я ещё и виноват в этом? — поспешил сказать Гарри, желая скрыть несчастное выражение лица за маской равнодушия.       — Ты не понял, идиот! — закатил глаза блондин. — Я имею в виду, что именно это подтверждает мои слова о нашей дружбе. Я буду тебе доверять, но и ты мне доверяй. Пожалуйста, Гарри.       — «Но если мне надо будет уйти, ты должен будешь отпустить меня». Ты это имеешь в виду, под словом «доверие»? — Гарри поджал губы и нахмурил брови.       — Ты ведь мне веришь? Иначе бы ты никогда не разглядел во мне добро... Если доверяешь, то в нужный момент не думай обо мне, просто отпусти, но я могу обещать, что я не предам твою дружбу и веру в меня. Слышишь? Я не тот человек, который нарушает слово.       Вера в Драко в некоторых ситуациях становилась для Гарри как само собой разумеющееся. И от этого Поттеру было неловко. Он просто хотел вот так вот доверять этому человеку, который не раз спасал ему жизнь, и прямо сейчас его слова были настолько убедительными, что юноша не стал спорить.       — Ты не тот человек, который нарушает слово, — повторил Гарри, разворачиваясь к двери, чтобы уйти. — И если про Сириуса Блэка – правда, то я верю.       — Это правда, — отчаянно проговорил Драко, надеясь, что Гарри примет только это.       Гарри это принял. Но в остальном он будет ждать всей правды от этого человека.       Когда дверь за гриффиндорцем закрылась, прошло не больше десяти минут, как Сириус вышел из ванной комнаты. Всё это время юноша смотрел перед собой, сидя на кровати, и чувствовал себя ужасно. Он сам себе казался отвратительным, и от этого чувства он не мог никуда скрыться. Да и куда он скроется? Он подписался в контракте дьявола, даже не прочитав его до конца. Когда-нибудь ему надо будет всё рассказать Гарри, и как он отреагирует? Поверит так же, как и Сириус? Или посчитает его больным? Что он подумает, когда узнает, в каких отношениях они вдвоём были?       Он начал замечать разницу между этим Гарри и его Гарри. В прошлом Поттер никогда не был таким настырным, не раздражался на него, Драко, из-за каких-либо подозрений. Малфою стоило лишь сказать Гарри о том, что он на его стороне, и Гарри верил. Но сейчас... Гарри ему не верил во многом, и искал подходящий момент, чтобы вытянуть из него правду. А может быть, сам Драко так влияет на Поттера?       Из мыслей его вывел Блэк, застёгивая пуговицы на рубашке. Мужчина кинул на юношу усталый взгляд и отозвался:       — Гарри приходил?       — Ты слышал? — брови взметнулись, а сердце юноши неприятно кольнуло.       — Немного... Он считает меня плохим человеком, а тебя – лжецом. Вот так дуэт, — губы мужчины слегка дрогнули, и он хотел было улыбнуться от такой ситуации, но сдержал порыв. — Но не будем об этом. Хочу поговорить с тобой о медальоне. Ты сказал, что Регулус его спрятал. Где он его спрятал?       Драко повезло, что Сириус сменил тему, а потому ему стало намного легче. Он поднялся с кровати и оперся плечом об опору кровати со светло-голубым балдахином.       — На Гриммо двенадцать. Это было... не скажу точно, но примерно в тысяча девятьсот семьдесят девятом году. В моём времени мы узнали о подмене медальона на шестом курсе. Регулус оставил записку и инициалы «Р.А.Б». Я целое лето провёл в доме Блэков, скрываясь от своей семьи, и вспомнил, что где-то видел подобные инициалы. В общем, мы сразу поняли, что сделал Регулус Блэк. Медальон оказался у домового эльфа – Кикимера. Он нам рассказал, что на самом деле случилось, — голос слизеринца на секунду дрогнул, и взгляд Драко, которым он смотрел на Сириуса, стал сожалеющим. — Регулус хотел спасти будущее от Волдеморта. В медальоне была душа Тёмного Лорда, однако Регулус не знал, что это не единственный Крестраж, который создал тёмный волшебник. Вероятнее всего, его затащили на дно инферналы... Он пожертвовал собой, крепко веря в то, что обезопасил будущее от Тёмного Лорда. Кикимер по его приказу забрал Крестраж, и всё это время пытался его уничтожить. Его невозможно уничтожить обычными способами. Твой брат об этом не знал... Мне жаль, что с ним это произошло.       Выслушав парня, Сириус опустился на стул. В глазах его было столько неверия, ведь Блэк никогда бы не подумал, что его брат пойдёт на нечто подобное. Будто ещё совсем недавно Сириус видел плакаты с Тёмным Лордом в комнате его Реджи, которые были приклеены при помощи заклинания вечного склеивания – Регулус сделал это на зло своему старшему брату... А теперь его, Сириуса, мир перевернулся, наполняя лёгкие болезненным воздухом. Его сердце болело за родного брата и страдало так лихорадочно, что унять столь сильное чувство было невозможно.       Но и Сириус позволил этому случиться, стоило ему сбежать от семьи. Потом он бежал всю свою жизнь... совершенно не вспоминая того, кого любил и о ком заботился.       — Мы должны отправиться на Гриммо, — Блэк поднял на мальчишку взгляд. — Забрать медальон и уничтожить. Сколько ещё есть Крестражей?       — Всего семь... Но, — замявшись, Малфой отвёл взгляд. Он напряжённо уставился куда-то в пол. — Последний Крестраж – человек. Близкий человек.       — Кто?       — Гарри Поттер.       Сердце Сириуса сжалось, а в животе всё скрутилось тугим узлом. Казалось, к нему привязали тяжелый камень и бросили на дно открытого моря, откуда выбраться было невозможно. Всё казалось каким-то безумством... сном. Страшным сном.       Помещение погрузилось в тишину, в которой Сириус пытался обдумать весь дальнейший план. Он, непременно, верил этому мальчику, и готов был помочь, раз в его помощи нуждались.       За дверью в коридоре «Дырявого котла» Невилл так и не решился повернуть ручку, чтобы войти и провести время с Драко. Он только недавно был у Гарри, и тот казался очень напряжённым. Юноша, конечно, спросил, что случилось, однако Гарри не совсем хотел об этом говорить. Благо они договорились на завтра отправиться в Косой переулок, в котором могли бы втроём повеселиться. Вот только то, что он только что услышал... Эту информацию было тяжело осмыслить, хотя и слышал Невилл не совсем чётко. Вот только смысл сказанного он понять мог.       Во-первых, он пытался придумать подходящее оправдание для друга. Почему Драко был в одном помещении… с Сириусом? Это ведь, определённо, был Сириус Блэк! Во-вторых, он точно понял, что Крестраж – это что-то очень плохое. Если Крестраж – способ заточения души, а Тот, Кого Нельзя Называть использовал именно это, то может быть такое, что с помощью подобного тёмный волшебник может вернуться?       «Гарри в опасности! Он в огромной опасности!»       С ужасом отстранившись от двери в комнату Малфоя, Долгопупс поспешил в свою комнату, чтобы обдумать услышанное и решить, что делать со столь ценными знаниями. А самое главное, Невилл немного усомнился в друге… Это осознание пришло с огромным сожалением и ноющим ощущением где-то в области груди.       — Почему Драко в компании преступника? — спросил он у пустоты, и немигающим взглядом уставился на книгу перед собой – это был подарок Драко на его день рождения, который Долгопупс считал самым ценным.