Эттеленьяр

У ворот Гавани Сириона стояло большое эльфийское войско во главе с Сыновьями Феанора. Эта новость пробежала по городу как гром среди ясного неба. Я всё ещё пребывала в тени Элронда когда мать сказала ему, что они здесь за ней. Также она поведала, что сначала Феаноринги посылали ей письмо с требованием вернуть их Сильмариль, но она отказалась, не желая идти на уступки убийцам своего отца. Конечно, о сыновьях ведь думать не нужно, на это же есть Эттеленьяр! Ладно ещё уследить за одним, но защищать двух полуэльфов — задача посложнее. Я показалась из тени Элронда, пугая последнего и мать в придачу. — Держитесь возле матери, эту битву я не пропущу. Вмиг я исчезла, появляясь уже на подступах к стенам. В этот раз Феаноринги намеревались забрать Сильмариль силой, поэтому недолго думали, прежде чем напасть. Когда я пришла, город уже наполнился кровью эльфов — вражеская армия быстро преодолела стены, город был удобен чтобы прятаться от врагов, однако, он не был создан для войны с другими эльфами. Оборона города быстро слабла, я же приняла единственное верное решение — сразиться с предводителем. В своей победе я была уверена — как оказалось, зря. Пробиваясь сквозь ряды нападающих, я приблизилась к первому и единственному в поле зрения эльфу, восседавшему на породистой светлой лошади. Фигура его была статна, от него веяло злобой — было видно, что он измучен, но меня это не остановило. Ударом ноги я сбросила его с лошади, а его союзники, поняв, что лишь он будет мне «равным» противником, образовали некое подобие круга арены, не осмеливаясь подойти ко мне ближе. На фоне серьезно вооруженного Сына Феанора, имя которого было мне неизвестно, я смотрелась комично. Чего стоил лишь мой деревянный меч для тренировок с Элрондом (ну не было у меня времени на подготовку, да). Но меня воспринимали всерьез, ведь меч был покрыт кровью до рукояти, и всё ещё виднелась кровавая дорожка, что тянулась от меня и была усыпана трупами эльфов. Но больше всего нападающих напрягала именно я, скрытая тенью под капюшоном, под которым не было видно ничего, кроме двух светящихся кровавых глаза. — Я вижу, вы тут геноцидом собственного народа промышляете? Что ж, позвольте мне помочь вам с этим. Феаноринг передо мной лишь фыркнул и бросился в бой. Удар за ударом наносил он, но мне не составляло труда уворачиваться от столь медленных для меня выпадов. — Признаю, смертная, я недооценил тебя. — он насмешливо хмыкнул и направил на меня свой меч, готовясь к следующему нападению. — Смертная? — я хмыкнула. Из моей утробы донесся едва слышный смех, я притягивала к себе удивлённые взгляды. Но мой противник не медлил, он сделал рывок и воткнул свой меч мне в грудь по рукоять. Я всё так же стояла на месте не шелохнувшись, но смеяться прекратила — всё же боль какую-никакую я чувствовала. — Убил. — от моего холодного голоса его торжественный взгляд наполнился ужасом. Я смотрела ему в глаза. Моя регенерация уже начала заживлять тело, из-за чего меч крепко застрял во мне. Феаноринг принялся вытаскивать его, но безуспешно. Я же схватила его за руку и нанесла колющий удар в грудь, но меч сломался об его броню, соскользнул и вонзился в шею эльфа. Я посчитала это за «знак свыше» и, вытащив обломок меча, вгрызлась в так удобно образовавшееся отверстие, из которого то и дело выходили брызги крови. И снова это приятное чувство... Сколько же столетий я потратила чтобы избавиться от зависимости, но всё же годами голодать не лучшее решение. В какой-то мере я была рада, что защитников Гавани уже почти всех перебили — это позволило мне не портить репутацию в их глазах. И всё же, отстранившись, я заметила, что вторгшиеся эльфы отступают. Я заподозрила неладное. Бежала я быстро, очень быстро. Очень быстро! Как я могла забыть о детях?! Я увлеклась, мне было столь радостно снова принять участие в боевых действиях, что всё прочее просто ушло из головы, а уж закуска… Ммм… Так, я опять отвлеклась! Элронд и Эльрос! Достигнув побережья я удостоверилась, что город разорен, а жертв не сосчитать, я свыклась с этим местом за эти годы, но, если не от рук Сыновей Фианора, то от рук Моргота город всё равно бы рухнул. Через некоторое время поисков я поняла, что ни Элронда, ни Эльроса, ни тем более их матери в разрушенной Гавани нет. На горизонте виднеется флот — мой взгляд позволял мне увидеть развевающееся знамя, оно точно не принадлежало армиям Моргота. — Союзник? Но тут я перевела взгляд на удаляющуюся птицу, что несла Сильмариль. Выходит, всё же спаслась. Я всё же кинулась расспрашивать выживших о детях Эарендиля, которые, то и дело, странно на меня поглядывали. Из их туманных рассказов я поняла лишь, что они в заложниках. Куда идти мне было неизвестно, а те кто знали были либо мертвы, либо только на подходе к Гавани. Одним из первых я увидела Кирдана, после чего рядом с ним показался Гиль-галад, новый Верховный король Нолдор, что получил титул по праву после смерти короля Тургона. Я подняла руку над головой, развернув долонь к ним в знак приветствия — они переглянулись, и снова уставились на меня. Когда флот с острова Балар причалил, лорд Кирдан и король Гиль-галад встретили меня, неприлично пялясь на мою грудь. От такой дерзости я нахмурилась, и лишь потом до меня дошло, что во мне всё ещё торчит меч! Я сняла капюшон, открывая измазанное эльфийской кровью лицо, и приветливо улыбнулась. — Кажется вы опоздали, господа. — произнесла я, медленно вытащив из себя окровавленный меч. Владыки эльфов могли созерцать как рана вмиг затянулась, а кровь с меча испарилась. — Моё имя Эттеленьяр. Они решили ничего не спрашивать, ну или отложили на потом — сейчас были вещи куда важнее меня. — Мы знаем твоё имя, Хранительница Полуэльфов. Расскажи нам, что случилось здесь, да поскорей. Закончив говорить, Кирдан дал распоряжение другим эльфам, и те принялись помогать выжившим, собирая и отправляя их вещи на корабли. Я же в свою очередь находилась рядом с Кирданом и Гиль-галадом, рассказывая что произошло. Пришлось поведать и про свой прокол — да, не уследила. Некая печаль заполнила меня изнутри, но я ждала одобрения владыки Гиль-галада на поход за Элрондом и Эльросом. — Тебе не следует волноваться о судьбе детей, ваши пути разошлись, а о их благополучии позаботится их же похититель. Феанорингами движет не жестокость и ненависть к собственному народу, а мучающая их клятва. Сыновья Эарендиля в безопасности. Главное что Сильмариль теперь недостижим для сил зла. Вопреки моим ожиданиям, говорил со мной Кирдан. Хорошо обдумав его слова, я не нашла причин оставаться в Белерианде, и вместе с выжившими отправилась на остров Балар, что находился к югу. На нём также было поселение беженцев из числа Эльдар и Эдайн. Так ещё четыре года мы провели в относительном мире, пока в одну яркую ночь, 542-го П.Э., я не заметила на небе звезду, сияющую светом Сильмариля. — Им всё же удалось... — я заворожено смотрела на новую звезду, сквозь свет которой я увидела блеск, который когда-то давно замечала в Эарендиле. О своём открытии я поведала уже ставшими для меня близкими Кирдану и Гиль-галаду. На что они лишь усмехнулись, и их тела, казалось, наполнились жизнью и силой. — Вскоре война закончится, — сказал Гиль-галад, а после короткой паузы добавил, — ведь лишь Моргот не ведает жалости. Так и случилось. Спустя три года, 545-го П.Э. началась Война Гнева. Воинство Валар пришло на помощь, и ни у кого не было сомнений, чья это заслуга. Эарендиль справился с поставленной задачей, с задачей, которую не было под силу выполнить больше никому. И осветил Эарендиль всю войну, будучи звездой... войну, что продлилась до 587 П.Э. Мы в войне не участвовали, но о её исходе нам поведали приплывшие в Балар Элронд и Эльрос. Я вместе с Кирданом и Гиль-галадом отправилась встречать их. — Добро пожаловать на остров Балар, друзья. Заговорил Кирдан, который являлся властителем острова, на пару с Гиль-галадом. Я тепло улыбнулась прибывшим, но вдруг голова начала болеть. Боль эта усиливалась, я держалась из последних сил, но присутствующие заметили неладное, и обеспокоено бросились ко мне, когда я повалилась на бок без сознания. В голове было пусто, лишь ясный треск и скрежет доносились до меня, откликаясь эхом внутри моего сознания. Тьма стала расступаться и передо мной предстал зал в виде купола: стены, как и потолок, были каменными, выхода нигде не было, под ногами же был треснутый в нескольких местах стеклянный пол. Нет, пол был ниже, стекло отгораживало меня от чего-то... Там определенно кто-то был, стекло было мутным и разглядеть ничего не получалось. Вдруг всё померкло и я снова погрузилась во тьму... Наконец, боль прошла, и меня настигло умиротворение. В голове всплыли мысли, что это послание от Валар — мысли не принадлежали мне, очевидно это было что-то вроде видения. Но суть его пока была неясна, позже об этом подумаю. Придя в себя, я ощутила, что лежу не на земле. Опасности я не ощущала, да и рядом никого не было, так что я открыла глаза. Тут же в мои глаза врезались лучи восходящего солнца, но они не могли мне навредить, так что я несколько секунд понаблюдала за солнцем и всё же решила встать. Я находилась в комнате, схожей по архитектуре на эльфийскую, но это точно был не остров Балар. В комнате было огромное окно с балконом, на стене рядом с кроватью висело большое зеркало. Рядом полуоткрытый шкаф с эльфийскими воздушными платьями исключительно светлых и бледных тонов. Комнату переполняла свежесть, морской бриз и запах цветов, которыми она была украшена. Я осмотрела себя и обнаружила, что за время моего сна я была переодета — что ж, спасибо тебе за это, кто бы это не сделал. Я стояла на балконе когда в дверь постучали. Дождавшись моего одобрения, посетитель открыл дверь — это был Элронд. Я приветливо улыбнулась и пригласила жестом на балкон. — Госпожа Эттеленьяр, как вы себя чувствуете? Когда этот ребёнок научится слушаться меня? — Просто Эттеленьяр, или ты не считаешь меня за свою госпожу, а не за друга? Горько улыбнувшись, я решила испробовать очевидный прием манипуляции. Не было сомнений, что он догадался о моей задумке. — Эттеленьяр, ты долго не приходила в себя. Как ты себя чувствуешь? Внутренне я немного удивилась столь резкой перемене. Он вырос, это чувствуется, интересно будет послушать его историю. — Чувствую себя отдохнувшей.. Сколько я спала? — Три года, Эттеленьяр. Ты пробыла во сне три года. Из последних новостей могу отметить затопление Белерианда, от него осталась лишь малая часть, именуемая Королевством Линдон, мы находимся в её столице Серых Гаванях. Также три года назад в 590 году Первая Эпоха подошла к концу, вместе с правлением Моргота. Сейчас на дворе 1-е В.Э. Новости были неплохими, даже хорошими, но… Три года?! Это что за спячка была?! Вот это я понимаю послание от Валар! Взяв себя в руки и не выдав внешне моего замешательства, я расспросила о его судьбе после попадания в руки Феанорингов. — В тот день, после твоего ухода наши силы начали отступать — до сих пор помню тот момент, когда на передовой осталась лишь ты, вступившая в бой с одним из них. Но два других нашли нас с матерью, и мать поспешно бросилась в море вместе с Сильмарилем, больше мы её не видели. Надо полагать она воссоединилась с отцом, который, к слову, участвовал в Войне Гнева и сразил величайшего дракона Анкалагона Чёрного, а после изгнания Моргота в Пустоту через Врата Ночи, стал их хранителем. Нас же с братом приютил Маглор, второй по старшинству сын Феанора, он был справедлив и добр к нам, как к своим детям, а после войны гнева ты всё основное знаешь. — Ты вырос, Элронд, сильным и мудрым, хотя последнего много не бывает Я отвернулась и продолжила созерцать прекрасные виды, открывшиеся с балкона. Гавань, основанная Кирданом, цвела. — Валар подарили потомкам Эарендиля возможность выбирать свою участь: эльфов, или людей. Эльрос выбрал участь людей — я считаю это верным решением, он наиболее близок к людям из нас двоих. Я же выбрал участь эльфов. Я удивлённо перевела взгляд на него — новость была что надо, воистину Валар расщедрились. — Неужели тебе суждено прервать этот цикл? — задумчиво прошептала я, но не услышать этого Элронд не мог. — О чём речь? Что за цикл? Хм, с одной стороны, я должна была это скрывать лишь от Эарендиля, который сам обо всём догадался.. С другой… Ай ладно, да простит меня Идриль. Вспомнив её, на сердце почему-то стало тяжело — это странно, мы ведь не были особо близки, но всё же. — Так уж вышло, что у твоих предков было негласное правило заручиться моей помощью в опеке над своими потомками. Под это правило попали и вы с Эльросом, но раз он выбрал путь смертного… Он перевёл задумчивый взгляд на небо, в поисках всеми знакомой и всеми любимой звезды. — Ваши родители никогда не забывали вас. Да, вы вынуждены были разлучиться — к сожалению, навсегда — но они сделали больше чем кто-либо чтобы обеспечить вам будущее. Не скажу хорошее или плохое будущее, но они дали вам на него шанс, а это уже много. Элронд благодарно на меня посмотрел и, приложив руку к сердцу, протянул её в мою сторону. Я конечно удивилась, но всё же повторила жест. Ему нужно было услышать эти слова. Надеюсь, он удосужится передать их и брату. — Пожалуй я на какое-то время покину вас. В этом мире столько интересного, а я сижу тут да платья примеряю — хотя соглашусь, мне и такая жизнь по душе. Вскоре, после моего визита к Кирдану и Гиль-галаду, я собрала все немногочисленные пожитки — закрепила на поясе меч убитого мною сына Феанора, полученного как трофей, и отправилась в путь. На удивление, прощаться со мной вышла большая часть беженцев Гаваней Сириона — не думала, что так важна для них. На этой приятной ноте и началось моё путешествие по просторам Средиземья.