Луч света в темном царстве

Лекс рассчитывал за ночь добраться до Ривет-Сити, хоть и шли они довольно медленно. Харон страдал суровым похмельем и с трудом переставлял ноги. Сто Первый же совершенно не смотрел на дорогу, отчего постоянно спотыкался, но вертеть башкой по сторонам не прекращал — ясная, звездная ночь очаровала парня. Почти круглая луна залила все вокруг своим мертвенным светом, и развалины Вашингтона стали вдруг похожи на какой-то инопланетный пейзаж, зловещий, но от этого не менее красивый. Лекс тихонько напевал что-то себе под нос. Харон одаривал его мрачными взглядами. В общем, полная идиллия. Даже агрессивная фауна куда-то попряталась. — А расскажи что-нибудь, а? — попросил Сто Первый, когда ему надоело петь. — Я тебе радио, что ли? — лениво огрызнулся гуль. — Да ладно тебе, не ворчи, — Лекс подобрался ближе, с интересом заглядывая спутнику в лицо. — Откуда ты, к примеру, Галена знаешь? — заметив, как Харон скривился, Сто Первый поспешно добавил: — Ну, если так неприятно вспоминать, то, конечно, не надо. Харона и раньше пытались расспрашивать о прошлом, но он никогда и никому не раскрывал подробностей своей биографии. А уж такому идеалисту, как Лекс, тем более незачем было знать о грязи и мерзостях «Проекта Ультра». Все равно те, кто изобрел эту программу, сгорели в ядерном аду вместе со своими лагерями смерти. — Я мало что помню, — привычно соврал он. — Ну да, конечно,— Сто Первый несколько помрачнел. Харон ему явно лгал. Это было обидно. — Но, может, когда-нибудь, — задумчиво добавил гуль, — память частично вернется ко мне. Лекс недоверчиво хмыкнул, но попытку сгладить отказ все же оценил. — Привет, — из-за бетонной плиты навстречу путникам медленно вышел Джейк. Или как там на самом деле звали этого «охотника за контрактами». Сто Первый потянулся было за винтовкой, но мужчина, улыбаясь, поднял свободные руки: глядите, я без оружия. Лекс немного расслабился. На Харона же эта демонстрация впечатления не произвела — он по-прежнему напряженно сжимал ствол и, кажется, даже тихонько рычал. — Ой, сколько эмоций! — засмеялся Джейк. — Не слишком ли много для обычного телохранителя? — он подмигнул Харону: — Спокойно, песик, я хотел всего лишь поговорить. Гуль выругался и поднял дробовик. — Ты чего? — удивленно шепнул ему Лекс. — Это тот хрен, который тебя избил, не помнишь, что ли? — мальчишка перевел взгляд на стоящего перед ним человека. — Наверняка он же и дом обыскивал. — Не помню, — покачал головой Сто Первый. — Насчет дома — каюсь, это я, — вклинился «хрен» в разговор. — В тот раз я, кстати, назвал настоящее имя. Грэгори Адамс. Твой друг, — он отвесил Сто Первому шутовской поклон. — А вот насчет избил — да ладно вам! Всего разок ударил. Ну, или два, не столь важно. Между прочим, я хотел бы за это извиниться, — Адамс поднял и потряс солидный мешок — раздался узнаваемый звон крышек — после чего бросил его под ноги Лексу. Тот едва успел отпрыгнуть. — Ну, и за дом тоже. Надеюсь, пяти тысяч хватит, так сказать, за беспокойство. — Чего тебе надо? — Сто Первый отшвырнул от себя жалобно звякнувший мешок. Наглый хлыщ начал его раздражать, и это всего за какие-то пару минут! С другой стороны — не убивать же из-за этого. Тем более безоружного человека. Хотя Харон, кажется, от одной его манеры говорить взбесился окончательно, и только рука Лекса, красноречиво лежащая на стволе дробовика, удерживала наемника от решительных действий. — Я хотел тебе кое-что рассказать, — Адамс присел на обломок колонны, — Возможно, после этого ты сам захочешь продать мне контракт. Если же нет, — он как-то недобро ухмыльнулся: — я просто уйду. — А зачем он тебе вообще? — возмутился Сто Первый. — Что, наемников мало на Пустошах? — Скажем так, я — коллекционер. Но речь сейчас не об этом, — Адамс глянул на Лекса, скрестил руки на груди и продолжил: — Думаю, ты давно в курсе, сколько слухов вокруг тебя бродит. Как же — Легенда Пустошей! — Сто Первому стало не по себе от такого вступления. — О, ты даже не представляешь, какая полезная информация содержится в обыкновенных сплетнях. А главное — ее совсем несложно добыть. Нужны лишь вежливость да пара лишних крышек. Я очень хочу, чтобы ты мне поверил, поэтому приведу небольшой пример, — Адамс театрально понизил голос: — В некоем городе люди считают, что шериф — человек, призванный вообще-то поддерживать порядок — не должен отвлекаться на симпатичных мальчиков. Правда, по их собственным заверениям, они готовы закрыть на это глаза. В основном, конечно, не из-за широты взглядов, а по причине банальной трусости, — Адамс картинно вздохнул, будто его расстраивала эта самая трусость. — Я мог бы успокоить этих людей, сообщив им, что андроиды в сексе собственных предпочтений вообще не имеют, — Грэг ухмыльнулся, взглянув на побелевшего Сто Первого: — Но мне не хочется портить с тобой, Лекс, отношения. К тому же ты действительно спас его, так что вполне заслужил свою награду... Неожиданный выстрел заставил всех вздрогнуть. Грэгори Адамс, живой и невредимый, сидел на прежнем месте. А вплотную к Харону стоял незнакомый гуль. Именно он сбил дробовик в сторону. — Астес? — пораженно выдохнул наемник. Упомянутый Астес появился настолько внезапно, что единственным объяснением этому мог быть только стелс-бой. Видимо, все то время, что ублюдок Адамс заговаривал им зубы, его телохранитель находился поблизости. И кто знает, сколько еще подобных невидимок сидит вокруг? — Не люблю, когда меня перебивают, — прошипел Грэг без своей издевательской театральности. — Неужели вы думали, что я настолько идиот — брожу в одиночку, да еще безоружный? Сто Первый не сразу понял, что под оружием подразумевается этот самый Астес. А когда дошло, невольно вгляделся гулю в лицо — тот пока оставался рядом. Впрочем, вглядываться было особо не во что: нижнюю половину этого самого лица по самые глаза скрывала потрепанная бандана. Но даже не она была самой поразительной деталью его облика. Заметив неширокую полоску волос — своеобразный короткий ирокез, чудом уцелевший на изъязвленной башке — Лекс от удивления приоткрыл рот. Пожалуй, Астеса можно было назвать самым стильным гулем на его памяти... В последнюю очередь Сто Первый обратил внимание на его застывший, мертвый взгляд — точно такой же был у Харона на момент их встречи. Еще один контрактник. — Продолжим. Надеюсь, теперь ты мне веришь. Поэтому слушай внимательно, — Лекс отвлекся от разглядывания Астеса. — Ты никогда не задумывался, как часто он, — Адамс кивнул на Харона, — становился свидетелем твоей разнузданности? — Сто Первый вспыхнул и собрался возразить, но Грэг его перебил: — Тебе ведь наверняка не приходило в голову, насколько это для него мучительно — видеть и не сметь прикоснуться. Не так ли? — теперь Грэг обращался к телохранителю Лекса: — Почему ты не рассказал ему, а? Представляешь, даже незнакомые люди замечают, как ты смотришь на своего хозяина, а он — нет. Какая ирония! — Пошел к черту! — рявкнул Харон. Он, застыв, смотрел только на Адамса, будто жаждал прожечь в ублюдке дыру одним своим взглядом. — Бедняга. Тебе ведь ничего не светит, ты же и сам понимаешь, — продолжал издеваться Грэг. — Потому что единственная твоя ценность, гуль, это твои боевые навыки. Только из-за них твой хозяин тебя рядом и терпит. — Я ему не хозяин! — не выдержал Лекс. — Харон — мой друг, ты, идиот! — Ты что, не понял? — удивился Адамс. — Твой гуль тебя вожделеет. Причем довольно давно... Думаю, теперь ты согласишься продать мне его контракт, не так ли? Я неплохо заплачу за ничтожные полторы унции платины, а заодно избавлю тебя от неудобной проблемы... Харон наконец отмер. Обернулся к Сто Первому, ожидая его решения, и Лекс заметил в его взгляде некую затравленность. Значит, Адамс и правда не соврал. Эта новость странным образом придала Лексу уверенности. — Нет, Грэг, ты положительно идиот. Я же сказал, Харон — мой друг. И если дела обстоят именно так, как ты говоришь... Знаешь, я ведь не против. И даже отчасти тебе благодарен. Я так долго сомневался, пытался намекнуть ему... — Лекс кивнул в сторону телохранителя. — Мда... — задумчиво произнес Адамс. — О том, что ты можешь оказаться настолько извращенцем, я как-то не подумал, — он встал и прошелся взад-вперед, о чем-то раздумывая. — Что ж, видит бог, я не хотел этого, но ты меня вынуждаешь. Счастливо оставаться, Лекс. Думаю, мы еще встретимся, — Грэг произнес какой-то бессмысленный набор звуков, после чего скомандовал: — Астес! Ко мне! И действительно направился куда-то в развалины. Его телохранитель выждал, пока хозяин скроется из виду и одним неуловимым движением слился с темнотой. — Харон, представляешь, он ушел! Придурок какой-то, — резюмировал Лекс и обернулся к наемнику: — Харон? Харон?! Тот стоял неподвижно и по-прежнему смотрел прямо перед собой. Сто Первый подергал его за рукав. — Уходи, — как-то придушенно выдохнул гуль. — Что? Ты чего? Ну, подумаешь, наговорил гадостей, — Лекс заглянул ему в лицо. — С нами вещи и похуже случались... — Сваливай! — неожиданно рявкнул Харон, содрогнувшись всем телом. И вдруг зачастил шепотом, будто задыхался: — Предупреди Галена... Ублюдок знает код. Это плохо. Понятно, почему Астес настолько не в себе... О, чееерт! — гуль выронил дробовик, схватился за голову и рухнул на колени. Лекс растерянно опустился рядом, не зная, чем помочь. Он еще никогда не видел своего спутника в таком состоянии. В следующий момент Сто Первого припечатало к массивному обломку бетонной плиты. Слегка оглушенный, он не сразу понял, что висит на вытянутой руке Харона — настолько быстро все произошло. — Что ты делаешь?! Гуль не ответил — остановившийся взгляд его не выражал абсолютно никаких эмоций. Лекс запаниковал — от нехватки воздуха начала кружиться голова, а вырваться не получалось — не хватало точки опоры. Он попытался разжать стальную хватку, отчаянно заскреб по оголенным мышцам руки. Харон в ответ пару раз приложил его затылком о плиту. Сто Первый уже почти перестал сопротивляться, когда ему наконец позволили вдохнуть. Он рухнул на колени, кашляя и задыхаясь. Но прийти в себя напарник ему не дал — рванул за волосы, запрокидывая голову. Парень случайно скользнул взглядом по его расстегнутой ширинке и побледнел. Шарахнулся назад. Захрипел, получив коленом в грудь, и вдруг подавился рвотным позывом — Харон сходу загнал ему на всю длину. Слишком глубоко, слишком резко. Лекс дернулся из последних сил — уши заложило от хруста собственной челюсти. Бесполезно. Гуль сжал пальцы, удерживая мальчишку на месте, и едва не раскрошил ему зубы. Сто Первый перестал вырываться. Только дышал часто-часто, стараясь расслабить саднящее горло. Слюна вперемежку со слизью текла по подбородку, глухо капала на броню, попадала за ворот. Тошнило — то ли от происходящего, то ли от сотрясения. Горячую вязкую жидкость Лекс глотал почти с облегчением. Наконец прекратится это безумие! А почувствовав, что его отпустили, тяжело завалился на бок. Неожиданный удар в живот развернул его, впечатав в груду битого кирпича. Сознание полыхнуло белым, и Сто Первого все-таки вырвало. — Не надо, — только и смог прошептать он, чувствуя, как Харон сдирает с него штаны. Сил на сопротивление уже не осталось. Вместо ответа наемник сплюнул себе в ладонь. Он не дал Лексу ни секунды, рывком входя в беззащитное тело. Сто Первый взвыл. Забился, пытаясь соскочить. Но стальная рука нажала на загривок, вминая его в каменное крошево. Боль мешала дышать, иглами впивалась в позвоночник, выкручивала внутренности. Собственные крики оглушали, эхом отражаясь от мертвых стен. Лекс потерял счет времени — казалось, пытка длится целую вечность. Он давно охрип и замолчал. А вскоре перестал и вздрагивать, покорно принимая в себя чужую плоть. Харон теперь двигался аккуратнее, чем в самом начале — жестко, но уже не жестоко. И боль отступала — медленно, неохотно. Ее отголоски еще гнездились где-то в теле, смешивались с зарождающимся в паху жаром нежеланного, болезненного возбуждения. Настолько сильного, что Сто Первый едва не заплакал от унижения. Он вжался щекой в пыльный щебень, стараясь не ерзать. Закусил губу, чтобы ни вздохом, ни стоном не выдать своего состояния. И тут Харон неожиданно зарычал. Глубокий грудной рокот отозвался в теле волной острого удовольствия. Лекс, не сдержавшись, вскинул голову, нечаянно прижимаясь щекой к виску гуля. Харон от прикосновения вздрогнул, замер на несколько долгих мгновений и вдруг отпрянул, разрывая контакт.