Луч света в темном царстве

Харон двигался на север по разбитой дороге. Станцию Фаррагут-Вест он уже прошел. К Галену заходить не стал — незачем. Стимпаков для гулей пока не изобрели, и наемник, бросив Лекса в Ривет-Сити со всеми медикаментами, ничего, в принципе, не потерял. Кинувшуюся на него из какой-то придорожной канавы облезлую псину Харон просто придушил. Поднял за хвост, осматривая — вся приличная жратва также осталась со Сто Первым. Решив, что выбирать особо не приходится и собачатина — не самый худший вариант по сравнению с теми же тараканами, он потащил труп животного к ближайшему зданию. Можно было, конечно, захватить пару клешней недавних болотников, но их Харон особенно не любил — мясо крабов-мутантов, само по себе безвкусное, студенисто-прозрачное, словно желе, еще и явственно попахивало стоялой водой. Наемник присел в тени здания бывшего офиса Крайслуса. Над дверями его сохранился здоровенный баннер, рекламирующий «Корвегу». Эти тяжелые, неповоротливые автомобили Харон видел еще на ходу — в далеком детстве. Непрошеные воспоминания мелькали перед глазами, но наемник отвернулся — нет у него времени впадать в ностальгию. Харон содрал с собаки шкуру, выпотрошил и принялся срезать суховатые жесткие мышцы. Кое-что отправлял в рот, почти сразу глотая — жевать такое все равно бессмысленно. Хорошо, что тварь оказалась сукой. Будь это кобель, он гораздо хуже смердел бы псиной и не факт, что оказался бы съедобен. Закончив разделывать собаку, гуль забросил изуродованный труп в сторону и двинулся дальше — заметил впереди маслянисто поблескивающую на солнце лужу. Руку дергало от боли, и радиоактивная водичка пришлась бы сейчас кстати. Подойдя ближе к развалинам Бетесды, Харон услышал хохот и крики — рейдеры, как и в прошлый раз. Откуда только новые набежали? Они с Лексом уже бывали в этих руинах — вычистили все буквально пару недель назад. Но бешеные наркоманы, судя по звукам, появились вновь. Они как грибы, из земли растут, что ли? Рейдеры резвились довольно далеко и одинокого путника пока не заметили, поэтому Харон без проблем добрался до глубокой лужи. Несмотря на несколько полупустых бочек с отходами, врывшихся в дно, фонила вода не сильно, но даже это было неплохо. Радиация приятно покалывала тело, а рука начала чесаться еще до того, как Харон сунул ее в лужу. Подстегиваемая излучением, регенерация сильно ускорилась — рана срасталась буквально на глазах. Гуль размотал изоленту — дальше и само заживет. А вот торчать под носом у рейдеров слишком долго не стоит. Харон собирался обойти развалины Бетесды по самому краю, не ввязываясь в перестрелку. Бойцы из наркоманов хреновые, но вероятность, что хоть одному из десятка ублюдков повезет, все же была. И немалая. А схлопотать пулю наемник не хотел — тут уж радиоактивная лужица не поможет. — Хочешь стать моим новым парнем?! — звонкий девичий голос, раздавшийся из ржавого кузова, заставил Харона замереть и досадливо сморщиться. Ведь почти удалось обойти развалины незамеченным! А сейчас эта шальная рейдерша поднимет тревогу, и все его усилия псу под хвост. — Чего застрял? — вылезать девушка не спешила, видимо, считая, что подошел кто-то из своих. — Ну, долго мне ждать?.. Тай, это ты? — в голосе ее прорезалась нотка беспокойства. Нужно было срочно что-то придумать. Но в голову, как назло, ничего не приходило, и наемник решил положиться на удачу. — Да я это, я, — как можно небрежнее протянул гуль, осторожно подбираясь ближе. — Чёрт, хрипишь, как гребаный зомби! — рейдерша захохотала в ответ. Судя по развязному смеху, накачалась она по самую маковку. — Всегда хотела трахнуться с одним из этих симпатяг! Как думаешь, Тай, у них есть чем порадовать девушку? — А ты закрой глаза, и я тебе покажу, — Харон знал, что нещадно эксплуатирует собственное везение. Но пока удача была на его стороне: рейдерша не шевелилась — сидела, будто послушная девочка, с закрытыми глазами, глупо улыбаясь приближающемуся наемнику. Выглядела она потасканной, но даже заострившееся лицо и растрескавшиеся губы не могли скрыть откровенной смазливости наркоманки. Впрочем, ей все равно недолго осталось — на загорелом теле повсюду чернели синяки от уколов. Голод, радиация и болезни убивают рейдеров в среднем за четыре-шесть лет, а если те еще и химией травятся... хорошо, если хоть пару сезонов протянут. Харон, подобравшись вплотную, взял лицо девушки в ладони. Она захихикав, принялась расстегивать дранные шорты. Потянулась к нему, сложив губы бантиком, и вдруг распахнула глаза. Вдохнула, собираясь было закричать, но наемник не дал — крутанул от души. Правда, слегка не рассчитал — шея-то исправно хрустнула, но вот тонкая пергаментная кожа не выдержала, лопнув с противным треском, и Харона окатило теплой липкой кровью. Башка рейдерши осталась в его руках — она теперь едва крепилась к телу. Наемник, скривившись, выпустил почти оторванную голову, и та закачалась, повиснув меж грудей мертвой девицы. Дальнейший путь прошел без приключений. Разве что под мостом Харону пришлось пристрелить одинокого радскорпиона. Свалку гуль прошел насквозь, никого не встретив. Когда на горизонте показались хорошо сохранившиеся двухэтажные коттеджи, небо уже приобрело розовый оттенок. Харону было бы сподручнее идти ночью, но он очень устал за последние сутки. Слишком много событий, не самых приятных, к тому же. Наемник решил остановиться в одном из домов хотя бы на пару часов, а с наступлением темноты двигаться дальше. До коттеджей Харон добрался уже в сумерках. В темноте без труда разглядел, что отрезок удивительно целого асфальта заставлен противопехотными минами — кто-то не поленился превратить тихий поселок в смертельную ловушку. Лекс, кажется, рассказывал про этого параноика. Сумасшедший мужик-снайпер сидел вон в тех развалинах. И наверняка его труп до сих пор гниет где-то там. Харон не стал выбирать — забрался в ближайший к выходу дом да завалился спать на втором этаже, предварительно скинув почерневшие хрупкие кости с кровати.