Fire virgin.

- Не поверишь, что я сегодня разведала в чайном домике. - Правда? Не верю. - Помнишь весть о кончине Гео Архонта - Моракса? Так вот, к нам в Инадзуму прибыла путешественница с компаньоном, которая участвовала в битве с восставшим Божеством Вихрей и его женой, - проигнорировав колкость, продолжила Хатше. Пора было привыкнуть. - Ты видела Бей Доу? - Это единственное, что тебя сейчас заинтересовало? Фара, ты порой мне непонятна от слова "совсем". - Не придирайся, дорогая.       Поставив чашку чая на блюдце, девушка посмотрела в окно, оценивая обстановку с погодой на сегодня.       "Может стоит попробовать посетить библиотеки Инадзумы... Но какова вероятность того, что здесь будет какая-либо информация о кланах Сумеру. Более подробная информация."       "Правильно - нулевая."       "А если попробовать... Да не, это тоже не то, да и рискованно." - Кстати, я тут еще подумала... - ученая вцепилась пальцами в собственные маленькие косички, теребя их. Нервничает. - Да? - Я хочу присоединиться к армии сопротивления, в качестве врача.       Алые глаза на какой-то момент пристально вглядывались в лицо собеседницы, прогоняя новость несколько раз у себя в голове. - Если хочешь - иди, я больше не в праве, да и не в силах тебе указывать, что делать и как жить. Просто... Будь осторожна. И учти, что тогда вход в столицу тебе будет закрыт.       Сделав глоток свежего травяного чая, рука девушки потянулась за пояс, но тут же её передернуло.       Привычка.       Чертова привычка...       Когда отголоски прошлой жизни окончательно отступят? Наверное - никогда. И с этим придеться жить. - Тогда мне сегодня надо будет отлучиться в их лагерь, чтобы встретиться с Кокоми Сангономией и генералом Горо. - Ты серьезно боишься оставить меня одну? До сих пор?       Ученая отвела взгляд, накручивая светлую прядь на палец, ответ был ясен - "Да, боялась". Она всегда так делает, когда начинает нервничать. - Что со мной может случиться, - старшая Мон скептично смотрела на виднеющуюся вдалеке гору Ёго.

***

      Ладно, может в чём-то сестра действительно была права - Фара не сидела бы на месте.       Облокотившись о выступ, Мон была вынуждена отдышаться после непривычной спустя долгое время, нагрузки. В глубине души проклиная всех тех, кто решил, что Храму Наруками лучше всего будет на вершине горы, да еще и без нормального подъема.       Остается только надеяться на то, что данный "выход в свет" не пройдет зазря, иначе... Иначе будет очень грустно. - Приветствуем Вас в Храме Наруками, чем могу Вам помочь? - незамедлительно рядом с девушкой появилась жрица, чья улыбка предрасполагала к себе, казалось, каждого. - Могу ли я лично поговорить с кицуне - настоятельницей? Понимаю, что возможно, она очень занята, но я клянусь, что не займу много времени. - Да, конечно, подождите минутку.       Жрица поспешно удалилась, в то время как Мон прошла к шикарной панораме в сторону столицы, и где-то дальше - в порт. Если посмотреть налево, то можно было разглядеть кое-какие очертания ставшего домом острова Ясиро.       Удивительная красота, особенно во время цветения сакуры.       Сделав глубокий вдох, девушка аккуратно присела на мягкую траву. - Чем могу помочь, дорогая? - что-то в последнее время все как-то тихо стали появляться. Так и заикой стать недолго.       "Или я не настолько бдительна".       Повернувшись, Фара сразу же встретилась с зоркими глазами настоятельницы - Яэ Мико, которая хитро улыбалась. Как всегда, в принципе. - Благодарю, что смогли уделить мне время. Могу сразу перейти к делу? - Конечно. Я даже догадываюсь зачем ты здесь и почему ты захотела встретиться со мной... - Да неужели, и почему же? - очень хотелось услышать догадки Яэ. Сейчас её поза была достаточна вызывающей. - Ты очень похожа на одну девушку, которую я впервые встретила пару лет назад. Может, конечно, я ошибаюсь, но обычно это бывает редко.       Взгляд кицуне остановился на правом предплечье собеседницы, отчего та неловко поежилась.       Мон знатно напряглась, зная какие слухи ходят о Яэ Мико и Сегун Райден, в частности их близкого общения - ей захотелось немедленно вернуться обратно домой, в свою комнату и забыться при аромасвечах. - Не волнуйся за Сегун, это не в моей компетенции. Тебе нужны знания? Я угадала? - Верно.       Кицуне мило усмехнулась, и поманила Фару за собой. Захотелось вернуться, когда они вступили во внутрь Храма - в замкнутом пространстве, все же будет сложнее сбежать, если что-то пойдет не так.       За ширмой с Инадзумскими росписями скрывалась лестница, ведущая вниз, предположительно, в архивы вековых знаний.       Девушку одолевали сомнения, касательно того, что её так легко пропустили в столь приватное место. - Не знала, что попасть в подобные места так просто. Особенно таким личностям как я. - Мы обе прекрасно понимаем, что сейчас ты находишься в невыгодном положении, - на лице Мико появилась коварная усмешка. - Тем более ты далеко не глупая, я прекрасно это знаю. - Весьма благодарна за признательность, - голос Мон вмиг стал холодным как сталь, отстраненным и низким, а лицо будто окаменело. Такое, естественно не скрылось от Яэ. - Надеюсь, ты найдешь то, что даст тебе ответы на так волнующие вопросы, - слегка дернув ушками напоследок, кицуне покинула архив, оставив Фару один на один со своими мыслями.       Давящую тишину прервал громкий выдох, напряженность всё никак не хотела покидать тело, отчего потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться и заново сконцентрироваться на собственной цели.       Раньше времени тешить себя надеждами - дурное дело, как никак, вероятность откопать что-нибудь действительно стоящее касательно Сумеру - уже задача маловероятная, про отдельный регион так тем более.       Но попытаться стоило, может ей повезет. Ведь должны же они знать "своих врагов в лицо" образно говоря, так как после Войны Архонтов многое пошло наперекосяк.       Ей точно потребуется сделать несколько подходов, чтобы перерыть весь... Ну, хотя бы половину архива Наруками. Это значит, что подыматься ей сюда придется и не раз, и не два. И после нескольких часов здесь, она будет вымотана до потери сознания, а ведь хотелось бы вернуться домой до того как обнаружат её отсутствие.       Кстати об этом.       Сколько уже прошло времени?       Время летит незаметно, когда ты увлечен чем-либо, и этот случай - не исключение. "Сколько я уже здесь?"       Как славно, что у неё не было привычки постоянно таскать с собой сразу все книги, расставив всё на свои места, девушка поспешила покинуть храм, стараясь при этом не смотреть в сторону её настоятельницы. От её взгляда ей становилось дурно.       Солнце уже близилось к краю горизонта - надо было спешить.       Как оказалось спуститься вниз с горы было не так уж и просто, в частности, если хотел остаться целым и невредимым.       "Чертово кимоно. Жутко неудобно."       "Гениальная мысль пойти в нем, несомненно. Фара ты сразу себя и похоронишь в нем."       Когда наконец-то под ногами оказалась твердая почва, без выступов и обрывов, дальше предстояло идти через лес.       "Тот самый лес."       На миг Фара улыбнулась кончиками губ, предаваясь теплым воспоминаниям.       Но в следующий миг - обеспокоенно обернулась. Она была не одна, и судя по доносящимся отрывкам диалога - не обычные гражданские.       Преждевременные выводы, увы, не успели помочь скрыться. Не успела Мон свернуть в направлении волнохода, как над её ухом послышался скрежет металла и сбило с ног.       Лишь только благодаря старым рефлексам, которые помнило её тело - она смогла смягчить своё падение и заново встать на ноги.       "Хейраги. Трое."       "Прекрасно. Просто прекрасно."       Она попыталась обмануть их, сначала подавшись в одну сторону, а потом резко свернуть обратно в обход, но удача была не на её стороне.       При попытке пробежать мимо, один из противников смог зацепить её клинком по предплечью левой руки. Фара громко вскрикнула: разрез прошелся вдоль по старому шраму, и без того иногда напоминающий о себе тупой болью.       Оступившись на склоне, девушка кубарем покатилась вниз, тем самым набивая себе новые шишки и царапины, а также сильнее разрывая рану.       Глаза намокли от накативших слез боли, и возможно от безысходности в сложившейся ситуации. - Назад!       Перед лицом пронеслась подтянутая мужская фигура. Белый металл копья блеснул в лунном свете, скрещиваясь сразу с двумя клинками.       Светлые волосы, красная куртка...       "Тома."       "Это был Тома."       "Слава Архонтам!"       Его ловкость и некая невесомость в движениях во время боя, выглядели поистине виртуозно. Будучи управляющим имением Камисато, он ещё не понаслышке был неплохим бойцом.       В глазах мутнилось, время от времени различая кто есть кто. Фара теряла сознание, как бы при этом ни старалась держаться, но удар головой и открытая рана давали о себе знать.       Её тело обмякло, и осталась только темнота.

***

      Очнувшись, глаза не сразу привыкли к свету, исходящих от свечей на тумбочке у кровати, и тем самым Фара не сразу поняла где та находится. Последнее воспоминание было связано с Томой, самураями и дикой болью.       Полагаясь только на осязание правая рука потянулась к ранению, нащупав при этом бинты, уже немного мокрые.       "Лекарство или моя кровь?"       Наконец ей удалось сфокусировать взгляд и взору предстала большая комната в голубых тонах.       Не ее комната. Однозначно.       Голова болела так, будто сама Сегун Райден ударила ей молнией в голову. Хотелось чуть приподняться, но тело было как свинец, и даже такая простая задача - стала невыполнимой. - Эй-эй, тебе ещё рано вставать, - тихий мелодичный голос несомненно принадлежал младшей Камисато - Аяке. - Ты потеряла много крови, и у тебя небольшое сотрясение. Недельку полежишь, и ты сможешь потихоньку возвращаться в привычный ритм жизни. - Очень... в художественном стиле, - во рту пересохло и голос отдавал небольшой хрипотцой. - Давно не виделись, - Фара попыталась улыбнуться, но вместо этого зажмурилась от очередного спазма в голове. - Не так я представляла нашу встречу, но я по тебе даже успела соскучиться, - Мон почувствовала у себя на лбу нежную руку знакомой, мягкие поглаживания действительно чуть успокоили боль на некоторое время.       Стоп.Минутку.       Глаза Фары распахнулись шире, чем обычно, в груди расходилась волна паники.       Если я здесь лежу перевязанная, значит, очевидно, меня переодевали и... - Аяка, - наверное Мон очень резко ухватилась за запястье Камисато, отчего та вздрогнула. - Пожалуйста, скажи, сколько человек видело меня без... - она глазами обвела свои бинты. - Только лекарь, я и Тома... Кстати откуда это у тебя? Эти ожоги и рубцы?       В горле стал ком, глаза судорожно метались от утонченного личика до мебели в комнате. Грудь неприятно сдавило. И в этот раз не от боли. - Фара, Фара, успокойся! Неужели это тебя так сильно беспокоит, прости пожалуйста, я не хотела... - Н-нет, всё... Всё нормально, - голос несвойственно задрожал. - Просто пообещай мне, что об этом больше... Больше никто не узнает. Никто. Даже кто-то из банды Аратаки. И попроси об этом остальных. - Конечно, только прошу успокойся, тебе нельзя нервничать.       Голова Мон бессильно плюхнулась обратно на подушку, сопровождая шумным выдохом. Но тут же снова приподнялась, шикая от резкой боли в плече. - Фара! Так ты и за неделю не поправишься! - Никто не знал о том, что я ушла. Я как раз возвращалась к волноходу, чтобы отправиться домой. Сколько я пробыла в отключке? - Два дня... Нам наверно стоило догадаться о том, чтобы предупредить твоих родных. - Хатше наверно там всё вверх дном перевернула... - сестра отличалась излишней беспокойностью. Так всегда было.       Всегда было... - Я попрошу Тому известить её, не беспокойся... Давай, укладывайся обратно, тебе нужен отдых.

***

- О, Архонты, куда она могла уйти?       Уже пошел, наверно, двадцатый круг хождения туда-сюда по всей комнате, отчего у Куки Синобу закружилась голова. - От того, что ты наматываешь круги - Фара сама по себе не появится... Нужно подумать логически, где она могла быть. Желательно до того, когда вернется Итто с бандой... Вот он точно что-нибудь натворит.       Хатше издала нервный смешок, когда после слов подруги, в дом зашел никто другой как предводитель печально известной Банды Аратаки. И судя по-всему в весьма хорошем расположении духа.       Девушки переглянулись. - Встречайте, Аратаки "Величайший" Итто выполнил все поручения и ни капельки не устал! - обнажая клыки, во все зубы улыбнулся парень, важно покачиваясь рядом со своей помощницей. - Пожалуй, я вполне могу быть прощен, и теперь заслуживаю бой-реванщ в оникабуто с Госпожой Мон!       Последнюю фразу Итто специально прокричал громче, чтобы уж точно дошло до ушек возлюбленной, но ответа не было, и парень было хотел подняться к ней наверх, но Хатше остановила его. - Итто, Фары здесь нет. - Она куда-то ушла? Давно? - Вот уже как два дня, и я без понятия где она, - ученая села за стол, опирая свою голову на руки. - О, Архонты... Если с ней что-то случилось, она очень слаба... - больше самой себе говорила девушка.       Итто понадобилась минута на осознание произошедшего, прежде чем он вылетел из комнаты в коридор, собираясь вместе с бандой проверить все места, где она обычно любила гулять с ним.       Даже не сразу заметил, как навстречу шел Тома. - Эй, Итто, привет! - Привет Тома, - на автомате сказал он. - Я пришел сказать о том, что Фара в имении Камисато... - Как в имении Камисато? Что она там забыла? - Я встретил Фару когда возвращался с города, в лесу Тиндзю, на неё напали. В общем она потеряла сознание и я немедля забрал её к нашему лекарю, - парень слегка нахмурился, вспоминая ту ночь, когда кровь местами попала и на его одежду, не смотря на скорую перевязь. - Сейчас она...       Итто уже не слушал - побежал на берег к волноходу, чтобы как можно быстрей увидеть её.       И все же, что ты там делала? Почему ты ушла одна?

***

      Следующее пробуждение уже пришлось ближе к вечеру, и далеко не от того, что девушка выспалась, а от шума, раздающегося за дверьми комнаты.       Фара аккуратно подтянулась выше, поправляя бинты и свою одежду, прикрывая оголенные участки тела, если кто-нибудь сейчас зайдет к тебе.       Она мысленно поблагодарила себя за излишнюю осторожность, так как в следующий миг в дверях показался Они. - Конфетка! Как же ты меня напугала, - Аратаки, прикрыв за собой дверь, сел рядом на край кровати, обхватывая ладонями личико любимой. - Ты как себя чувствуешь? - Тише-тише, Итто. Голова болит, да плечо ноет - ничего страшного, - она в очередной раз попыталась улыбнуться, чтобы придать себе более здоровый вид, но с треском провалилась. Время от времени, рана пульсировала очень сильно, так, что даже больно было дышать. - Конфетка... - парень придвинулся ещё ближе, чтобы оперившись рукой в изголовье, поцеловать Фару в висок, утыкаясь носом в растрепанные волосы. - Разве я тебе дала разрешение? - Да ладно, я всё выполнил за эти два дня, если не ошибаюсь, то при таких обстоятельствах ты мне задолжала бой с оникабуто. - Ты неисправим, - девушка ласково погладила своего Они по голове, чуть-чуть задевая кончиками пальцев основания рогов. - А как же матч-реванш с Кудзе Сарой? - Думаю, я могу дать ей время на более тщательную подготовку к поединку со мной, - Аратаки скорчил гримасу "очень величественного воина". - Тем более моя любимая конфетка всегда будет у меня на первом месте. - Даже выше, чем бои оникабуто и Банда? - Выше, чем я сам. - Какой же ты всё таки льстец, - Фара укуталась в плед, как в далеком-далеком детстве.

***

      Пусть там где она когда-то жила и был достаточно теплый (даже жаркий) климат, но ближе к ночи температура резко падала, потому приходилось прятаться от холода всеми возможными способами.       Будучи совсем малышкой она куталась в плед из таких невесомых тканей, а мама приносила теплое молоко с чем-то таким вкусным, что порой невозможно было остановиться, если найдешь их где-то в полках на кухне.       Что это было - Фара не помнила; она вообще много чего забыла, будто кто-то просто вырвал листы из книги о её жизни. Конечно, возможное объяснение тому было, но говорить об этом - ворошить раны.       На душе стало как-то одиноко...       С тех пор, как в жизни девушки появился главарь Аратаки, она стала замечать за собой, что стала оттаивать. Всё то, что когда-то было "запечатано" глубоко в сознании, редко оглядываясь назад. Она не чувствовала боли от потери своей матери, отца и многих других людей в её жизни, ей было не до этого; сейчас же всё с точностью наоборот - Мон нуждалась в своих родителях, в своей семье.       Но их нет...       Где они?

***

- Конфетка, ты чего? - Когда я была маленькая, помню как по вечерам путалась во что-то теплое и мягкое, а... наверное мама, всегда приносила что-то вкусное и теплое молоко... К сожалению, я даже уже не вспомню как она выглядела, ее голос... Ничего. - Как понимаю твои родители тоже умерли? - голос Они непривычно стал тихим и проникновенным. Итто как-то рассказывал о своем детстве, если его можно было таковым назвать. Маленький Они остался совсем один, когда родители умерли от болезни, а родной дом стал самым небезопасным местом. - Я... Я не знаю... Не помню... Честно. Всё очень смутно и размыто.       Парень аккуратно взял ладони Фары в свои; на его фоне её руки были настолько хрупкими и маленькими, что почему-то очень даже нравилось девушке.       Наверное, потому что большую часть своей жизни ей приходилось вести ведущую роль; когда хотелось порой за кого-то спрятаться и доверить себя другому. Она не могла, на ней лежала большая ответственность.       Точно была. Жаль, что тоже не помнит конкретно какая.       Это сводило с ума. - Обнимашки? - парень слегка развел руки, на его лице было что-то вроде смятения. Он хотел, чтобы его любимой конфетке стало легче, но по неопытности не до конца понимал, что и когда требуется сделать. - Сядь сюда, ближе, - Итто пришлось напрячь слух, чтобы расслышать едва различимый шепот. Матрас тихонько скрипнул, когда Они выполнил просьбу и сел, облокотившись на изголовье кровати.       Он вздрогнул, когда почувствовал как его руку отодвигают в сторону, чтобы устроиться возле плеча, а потом положила обратно. Таким образом Они обнимал девушку, её такое хрупкое тело.       Обычно Фара была достаточно дерзкой и игривой по отношению с Итто, будто играя с ним; но именно в такие моменты, когда она становилась словно котенок, открывалась настоящая суть её любви. Нежность, ласка, в какой-то степени детское поведение.       Она была ребенком, которому пришлось рано повзрослеть.       И никто не спрашивал: "Хотела ли она этого, или нет?". Но даже этого она не помнила.       Она лишь ощущала это, тем самым мучаясь, вот уже пару лет. - Знаешь, я нашел одно классное место. Думаю, мы бы могли там погулять, конечно, когда ты немного подлечишься. И, всё же... Фара, почему ты оказалась здесь на острове?       Вопрос, на который меньше всего хотелось отвечать. Да и что отвечать? Врать Итто хотелось меньше всего, он так искренен и мил с ней, что подобное отношение просто недопустимо. Он этого не заслуживает. - Мне нужно было посетить Храм Наруками. - Но почему ты отправилась туда одна? Если так было необходимо, мы бы могли пойти вместе... - У тебя были свои дела, и я никак не хотела тебя отвлекать от них, и пожалуйста, не задавай мне больше вопросов касательно этого, и не говори Хатше. - А что мне за это будет?       По одному только голосу можно было понять, что он ухмыляется, отчего девушке захотелось закатить глаза. Но в этом случае придется подыграть.       Фара потянулась к губам Они, сразу же завлекая в глубокий поцелуй, который вскружил голову обоим. Нужно ли говорить, что Итто мигом перехватил инициативу? Его ладонь нежно поглаживала лицо девушки, немного тем самым и удерживая её.       Клыки слегка покусывали нежные пухлые губы возлюбленной, стараясь никоим образом не причинить боль. Порой молодой Они чересчур сильно увлекался, что приносил легкий дискомфорт, когда закусывал губы до крови.       Пусть глубоко внутри себя он признавал, что ему это очень нравится. Определенный собственнический инстинкт. Подтверждение того, что она действительно принадлежит ему. И только ему. - Достаточно убедительно для тебя? - разорвав поцелуй, на выдохе спросила Фара, любуясь раскрасневшимся лицом парня.       Он расплылся в хитрой улыбке, обнажая свои белые зубы, и учитывая ещё его полуприкрытые глаза, выглядел весьма возбуждающе. Фара почувствовала как что-то тянет внизу живота, разливаясь по всему телу.       Но чувствует ли он что-то похожее ко мне?       Мысли прервались ровно в тот момент, пока в комнату не влетела сестра Хатше. Её безумный взгляд и растрепанный вид в целом заставлял, как и забеспокоиться, так и посмеяться одновременно. - Ну, дорогая моя, это уже слишком, даже для тебя. Ты совсем рехнулась, что ты здесь искала прямо под носом Сегуна. Это же полный...       Ученая осеклась, резко вспоминая о некоторых договоренностях. - Прошу. Тише. У меня голова раскалывается пополам от твоих криков. - Итто, можно нам переговорить с глазу на глаз.       Аратаки посмотрел на так удобно устроившуюся девушку у себя под рукой, что по правде говоря, уходить особого желания не присутствовало. Но когда Фара жестом показала оставить их, то парню пришлось покинуть место переговоров.       Старшая Мон поежилась, как никак Итто был хорошей грелкой и без него стало как-то зябко. - Я заходила к тебе в комнату, и знаешь что нашла? - Предполагаю то, что тебе не понравилось. - Верно, - ученая показательно кидает бумаги на постель, которые ранее достала из сумки. - Что это? Может, объяснишь мне?       Фара надела одну из своих масок равнодушия, косо смотря на те свои листы, что покоились у неё в сундуке, подальше от любопытных глаз.       С одной стороны ей не хотелось говорить зачем всё это, но с другой стороны, единственное, что хотелось так это выплеснуть свое раздражение касательно вмешательства в свои дела. - Я узнаю этот взгляд, и поверь, что он не даст тебе уйти от ответа.       Фара продолжала молчать, тем самым, зная нетерпение собственной родственницы, выжидая когда та сама начнет вывозить разговор.       Сейчас не тот случай, когда девушка будет раскрывать карты раньше времени; сначала она сама хочет разобраться со своими мыслями, прежде чем делиться ими.       Красные глаза непоколебимо смотрели на собеседницу. - Эти статьи, листы из книг, свитки, письма... И всё из Сумеру, в особенности о пустынном регионе. - Ты мне запрещаешь получать новые знания? Расширять свой кругозор? Ничего в этом запретного не вижу. - Пока я о тебе забочусь и поддерживаю твое здоровье, ты обязана мне говорить о том, что замышляешь. - А то что? Проведешь обратный ритуал Нубиса, и лишишь источника моей жизненной энергии? Я благодарна тебе за твою заботу и помощь, что ты мне оказываешь, но не забывай, что не в моем характере перед кем-либо отчитываться. - Я волнуюсь за тебя, как же ты не понимаешь... - Не надо, Хатше. Не надо лезть в мои дела; не надо пытаться подключать в это других, и не надо мной командовать.       Ученая тяжело вздохнула и с громким стуком покинула девушку, оставляя ту в легком напряжении после "весьма продуктивного" разговора.       Поморщившись от пульсирующей боли, Фара как можно осторожней подползла к раскинутым бумагам, стараясь собрать всё обратно воедино, в том же порядке, что оставила.       Что-то не так. До того, как она влюбилась, тем самым вылезая из скорлупы - ей было по большей части всё безразлично. Но сейчас, девушка всё чаще стала подмечать в поведении сестры кое-что действительно странное.       Были моменты, когда они беседовали о прошлом и Хатше начинала заметно нервничать, когда доходило дело конкретно о событиях, связанных с Сёгун, семьи и... Да и, в принципе о всей жизни, что у неё когда-то была.       Никаких четких картин, связанных между собой фрагментами воспоминаний. Только туманные обрывки, кошмары, догадки и угнетающее чувство, без устали преследующее её ровно с того дня, как она очнулась будучи в ужасном состоянии.       Фара понимала - ей бросают пыль в глаза.       Нужно попытаться вспомнить всё...