S.T.A.Y

На лобовое стекло накрапывала липкая морось. Тревожно подгоняемое порывами ветра небо хмурилось ещё с самого утра. Крис махнул дворниками. Те неприятно скрипнули по влажному стеклу. Ехали в тишине, не торопясь. – Кого-нибудь видишь? – прервал беспокойное молчание Бин, обернувшись на сидящего сзади Сынмина. Не сводя взгляда с трёхмерного голограммного изображения над пультом контроля, Мин облетел квартал. – Сворачивай направо, – приказал он Крису, – впереди слева блок военных и район коматозных. Крис крутанул руль вправо. Петляя между брошенных машин, он пробирался к следующему перекрёстку. На удивление парней, районы, по которым они проезжали, казались вполне себе уцелевшими. Пара разбитых витрин. А в основном: морось, тревожный шелест листвы и пугающая тишина. Многомиллионный Сеул превратился в безлюдные стеклянные джунгли. – Впереди в этом направлении никого, – почти уже заверил Сынмин, как… – Стой! – резко приказал он. Мимо его дрона пронеслось два вражеских. – Через минуту будут в лобовую, – быстро донёс информацию парень. Крис дал по тормозам и заглушил авто. Включив тонировку лобового стекла, он вжался в водительское кресло. Заметили? Сердце Кристофера выдавало беспокойную автоматную очередь. Стараясь утихомирить тревожное дыхание, он посмотрел на браслет защиты от тепловизора. Индикатор горел рабочим зелёным. Только бы не заметили. Парень зажмурил глаза, чувствуя, как рядом на соседнем сидении притаился Бин. Заметив ещё горячий мотор, дроны закружили вокруг джипа. Но, просканировав автомобиль на наличие внутри людей, ничего не обнаружили. Покружив какое-то время вокруг машины, скорее всего дожидаясь возможного появления водителя, никого не обнаружив, они всё же продолжили патрулирование района. Парни выдохнули. Придерживая больное плечо, Сынмин поднялся первым и проверил зависший в режиме ожидания дрон. – На протяжении двух кварталов никого, – заверил парень, – придётся сделать петлю. Через полчаса скитаний синий джип наконец-то въехал в нужный им жилой район. На улицах было тихо: ни коматозных, ни дронов, ни военных. – Как-то слишком уж тут пусто, – с подозрением проговорил Бин. – Возможно, уже успели зачистить, – монотонно предположил Сынмин. Бин бросил хмурый взгляд на друга, но ничего не сказал. Тревога безвольной птицей забилась в груди парня. – Интересно, куда они девают такое количество тел… – без каких либо эмоций проговорил Сынмин, щёлкая джойстиками на пульте управления дрона. В салоне повисла тишина. А в мыслях Криса целая вереница предположений: на опыты? Сжигают заживо? В братскую могилу? Но не в больницу же всех, столько-то тел. – На военные базы? – озвучил свой вариант Бин. – Одновременно несколько миллионов? – усомнился Кристофер. – Ты не хочешь знать, на что способны военные, – заверил Бин, покачав головой. Да, Крис точно не хотел об этом знать, так же, как и не хотел верить даже в предположение, что они могут оказаться в числе заражённых коматозных. Впереди появился небольшой придорожный супермаркет. Парень притормозил и вырулил на парковку. Взяв оружие, они, тревожно оглядываясь по сторонам, вылезли из машины. Пусто. Только несколько воронов беспокойно каркали на липких от мороси проводах, наблюдая за непрошенными гостями, которые вторглись в их царство пустоты. Крис поёжился. Внутри никого не оказалось. Кристофер выдохнул и опустил пушку. Оглядев полки с продуктами, Бин присвистнул: – Это мало похоже на каноны постапокалиптики. – Если бо́льшая часть населения в коме, то кому нужны продукты, – монотонно проговорил Сынмин. По-хозяйски заглянув в подсобное помещение, он вытащил оттуда несколько пустых коробок и, бросив одну из них Бину, направился к полкам с предметами первой необходимости. – Берём в первую очередь продукты долгого хранения и рамён, – озвучил Кристофер вслух. На что получил согласный кивок Бина и полный игнор со стороны Сынмина. Похоже, у последнего были свои планы на магазин. Набрав несколько полных коробок, парни замерли на кассе. Сканеры сетчатки и отпечатка пальцев не работали, монитор выдавал ошибку сети. – И что теперь, – замялся Бин, – как это всё оплатить? – Никак, – заверил Сынмин, – просто пошли. – Я так не могу, – упёрся Бин, – я будущий полицейский, а если мы просто так уйдём, будет считаться за воровство. – Ты ненормальный? – Сынмин вопросительно вздёрнул бровь. – Это посягательство на… – Думаю, Сынмин прав, – поддержал парня Крис, – у нас чрезвычайная ситуация, Бин. – Но всё же… это неправильно, – не согласился Бин, – у этого магазина есть хозяин. Остановившись возле самого выхода, Сынмин развернулся: – Неправильно, Бинни, это запирать людей по домам без каких-либо объяснений и при этом не предоставлять ни питание, ни протекцию. Не страдай хернёй. Пошли. Мин вышел из магазина, бросив Крису на ходу: – И забери оставленные этим идиотом деньги со стола. – Как он… – удивился Кристофер. Бин фыркнул и засунул кошелёк в задний карман джинсов. Сынмин слишком хорошо знал «своего идиота». **** Дом Бина находился в конце узкой улочки, по две стороны которой ютились старенькие, но ещё вполне себе живые коттеджи. На всякий случай припарковав машину чуть подальше от входных ворот, Кристофер заглушил двигатель. На улицу тихо садился туман. Смеркалось. Бин бросил взгляд на родной дом. На кухне горел свет. Надежда затрепетала в душе парня. Только бы отец оказался жив. Несмотря на все их разногласия и обиды сына на диктаторскую семейную политику хозяина дома, Бин беспокоился за отца. Да и на то, что тот без спросу отправил сына в армию, он уже почти не злился. Особенно, в нынешних обстоятельствах: опыт пройденного спецназа оказался для Бина как-никак кстати. – Пошли, – решился парень и, схватив АК, направился в сторону своего дома. Дверь оказалась не заперта. Сделав знак парням, чтобы они проверили тёмный зал направо и прямо — коридор со спальней, сам Бин направился на залитую тёплым светом скромную кухоньку. – Отец, – осторожно позвал парень, держа автомат на прицеле и… Какое же это облегчение — увидеть родную широкую спину и седоватые, курчавые волосы родного человека. Одетый в полицейскую форму отец что-то кашеварил на плите. – Отец! – радостно выкрикнул Бин и, отбросив автомат, устремился к повернувшемуся на зов сына мужчине. – Бинни, – выдохнул он, крепко сжимая в объятьях сына, – ты, целый, – и отстранившись, оглядел: – нигде не ранен? – Нет-нет, я в порядке, а ты? – Бин заглянул в глаза отца. – Цел, – успокоил сына мужчина, – я был на службе, когда всё произошло. В коридоре послышался шум, и в кухне появились Сынмин с Крисом. – Это… – мужчина настороженно посмотрел на парней, машинально потянувшись к лежащему на столешнице пистолету. – Всё в порядке, это мои друзья, – успокоил мужчину Бин, и тут же перевёл встревоженный взгляд на отца, – папа, что происходит? – Целых трое… – мужчина окинул беспокойным взглядом парней, – разговор не быстрый, – предупредил он, – давайте так, ребятки: я сейчас схожу в погреб за соленьями, вы наверняка ничего не ели целый день. И… поговорим. Парни переглянулись. Перспектива была заманчивой. Желудки урчали от голода. А Бин заверил друзей, что папино кимчи самое лучшее. Мужчина вернулся минут через пять с несколькими контейнерами солений. За это время Бин успел собрать рюкзак вещей и прихватить зарядку для телефона и лазерного лука. – Рис почти готов, – сообщил мужчина и пригласил парней за стол. – Так что происходит? – с нетерпением опять спросил Бин. – Ситуация сложная, – выдохнул полицейский и, воровато оглядевшись по сторонам, как будто их может кто-то подслушать, понизив голос, добавил, – вам что-нибудь известно об организации VENOM？ – VENOM? – Бин неуверенно посмотрел на друзей, – это вроде «яд» на английском? – Совершенно верно, – согласился мужчина. – Первый раз слышу, – покачал головой Бин. И, судя по растерянным лицам друзей, парни были с ним солидарны. – В общем, – мужчина нервно повёл плечом, – это неправительственная организация террористического характера. – Хочешь сказать, что всё, что происходит с людьми – это дело рук террористов? –выдохнул Бин. – Не совсем так, но те, кто стоит за VENOM, преследуют абсолютно из ряда вон выходящие цели, идущие в разрез с политикой правительства. Такого человечеству ещё и не снилось, и если они преуспеют в своих замыслах, боюсь, что большинству из нас уже никогда не вернуться к привычному образу жизни, – мужчина нервно бросил взгляд на висевшие на стене кухни часы. – Вы кого-то ждёте, господин Со? – тут же отреагировал на взгляд мужчины Сынмин. – Я? – каким-то явно слишком высоким голосом ответил полицейский, – нет, конечно, нет. Все, кого я ждал, уже здесь. – Отец? – Бин вопросительно приподнял бровь, – с тобой всё в порядке? Ты неважно выглядишь. Парень только сейчас заметил испарину на лбу мужчины и его какой-то затуманенный взгляд. – Нет-нет, я в порядке… – вдруг всего на долю секунды радужка глаз мужчины блеснула голубым, и он подскочил со своего места, – Бин, вам нельзя здесь находиться. Вы должны немедленно уйти, – затараторил отец сбившейся речью, – они скоро будут здесь, они заберут вас. – Кто будет здесь? – Сынмин встал следом за мужчиной, направив на него пистолет. – Минни, ты чего творишь?! – вскричал Бин, вскакивая вслед за другом. – Военные, – выпалил полицейский, – мне было приказано немедленно сообщить о выживших. Я не хотел, но их приказам невозможно не повиноваться. – Чьим приказам, мистер Со? – вмешался уже Кристофер. В воздухе над домом послышался гул двигателей дронов. А сквозь жалюзи кухонных окон замелькали прожекторы. – Бегите, глупцы! – крикнул мужчина, хватая рюкзак и бросая его в руки сына, – бегите через заднюю дверь, через сад, прикроетесь деревьями. В сумерках, возможно, вас не заметят. Парни кинулись к выходу. Мужчина схватил Бина за плечо: – И помни: никому не верьте. Нас теперь таких много! Слышишь? И будет больше! – Бежим с нами! – выпалил Бин. – О нет, Бинни, меня уже не спасти, я заражён. Смотря в глаза отца, Бин заметил, как его ясный, по-отечески переживающий за сына взгляд снова блеснул голубым. И взор мужчины подчинился безволью. Он потянулся за пистолетом на столе. – Идиот, – сильная рука Минни схватила парня и рванула из кухни, – бежим, Бин. Надо бежать. **** Они стояли возле запертого входа в аптеку. Хозяин лавки, как оказалось, испарился в неизвестном направлении ещё тогда, когда Феликс приходил за пробиотиками. По словам последнего, продавец ушёл со словами на устах: «а если набегут коматозные, а у меня ещё и лекарств то нет от такого, а если заразят…» – Так и сказал, что набегут и заразят? – усмехнулся Минхо, наблюдая, как Феликс орудует отмычкой в замке. – Зуб даю, – посасывая Чупа-чупс, подтвердил свой рассказ менеджер. – И где ты такому научился? – сузив глаза, кошатник с подозрением и нескрываемым восхищением наблюдал за чёткими действиями парня. – Ааа, это. Джинни у нас барышня капризная, чуть что не по его – сразу на замок. Вот и пришлось осваивать, – не моргнув глазом, соврал Феликс, вызвав возмущённый возглас тут же насупившегося айдола. Пробравшись в аптеку, парни оглядели просторное светлое помещение. Пахло какими-то травами и настоями. Узрев отдел традиционной медицины, Минхо довольно расплылся в улыбке. – Держи, – разорвав список на три части, доктор вручил один кусок айдолу, – это твоя часть. – Ципро… чего? – попытался разобраться в почерке доктора Джинни, – нацарапал, как курица лапой. – Какого чёрта ты его с собой вообще потащил? – недовольно фыркнул в сторону Феликса Минхо. – Тебе напомнить, как он тут оказался? – парировал менеджер, заглядывая в нижний шкафчик с надписью «противовирусные». В воспоминаниях парней всплыла картина не столь далёкой давности. – Если ты меня с собой не возьмёшь, я… – Джинни в спешке соображал, чем бы таким пригрозить Феликсу, но у него плохо выходило. Вдруг его глаза засветились, и он приблизил свои пухлые губы к проколотому уху менеджера: – я расскажу, что ты не мой менеджер... – Устарело, Джинни, – Феликс пристально посмотрел в красивые глаза-полумесяцы айдола и расплылся в ангельской улыбке, – и куда ты теперь без меня, господин «а с тобой мне не страшно»? В глазах Джинни сверкнула молния. Он густо покраснел. Теперь этот бандюга ещё и припоминать ему это будет? – Сволочь, – прошипел сквозь зубы айдол и отвернулся под раскатистый смех Феликса. Похоже, что парня забавлял потерянный и озлобленный вид Джинни. Взгляд айдола тут же остановился на следующей жертве террора. Возле барной стойки в медицинском чемоданчике копошился Минхо. Недолго думая, Джинни подошёл к доктору и, облизнув губы, осторожно похлопал того по плечу. – Чего тебе? – недовольный, что его отвлекли от пересчёта лекарств, огрызнулся Минхо. – Возьмите меня с собой, – потребовал Джинни. – Вот ещё, – фыркнул ветеринар, – я пока ещё в своём уме. – Или я иду с вами, или за Суни я не ручаюсь… – заговорщицки процедил айдол, а в глазах сверкнула искра зарождающегося пожара. – Да уж, угрожать котом – верх гениальности, – заключил Минхо, направляясь в сторону традиционных трав, – это так у вас айдолов воспитывают? – Да ничего бы он твоему коту не сделал, – отмахнулся Феликс, складывая бинты в пакет, – ты видел, чтобы он к нему ближе, чем на пять метров подходил? Тебя развели, как лоха. – Эй! Я вообще-то всё слышу! – возмутился Джинни. Конечно же, ничего он коту делать не собирался. У Джинни с чувством самосохранения было всё хорошо, а вот у Минхо был скальпель, шприцы и много ещё всяких разных страшных инструментов. Да и Феликса бы он ни за что не выдал, которому он, кстати, рассказал, что Крис подозревает о непричастности Феликса к к-поп индустрии. Просто… просто ему было обидно. Каждому нашлось дело. Только он один так и болтался без дела, как... в общем, болтался. Вот Бин с Крисом и Минни – сильные. Хан с Чонином – мозги. Минхо – лекарь. Даже Феликс в телохранители заделался, вон какая пушка сзади за ремнём. И только он, Джинни, не при делах. А ведь ему срочно нужно найти своё место в этом новом мире. А выходит, что даже сам Крис, раздавая распоряжения, как-то обошёл айдола стороной, негласно предоставляя парню свободу выбора. Вот и пришлось Джинни самому как-то выбирать, выцарапывая своё место под солнцем. Да и… А если Феликс не вернётся? – Ты закончил? – проговорил над ухом айдола беззвучно подкравшийся к нему Минхо, заставив Джинни вздрогнуть от неожиданности. Парень кивнул и в знак доказательства протянул полный пакет лекарств. Всучив в руки Джинни какой-то бумажный свёрток, Минхо с невозмутимым видом направился к выходу: – И не льсти себе, это чтобы Суни жилось легче, – пояснил доктор и вышел из аптеки. Взглянув на содержимое свёртка, парень неосознанно улыбнулся, а глаза наполнились умилительной влагой. Пусть этот кошатник и крыл его на чём свет стоит, но пробиотики и лекарства от аллергии, припасённые доктором специально для него, заметно согрели обиженное сердце айдола. Этот ворчливый кошатник не такой уж и безнадёжный, каким показался парню при первой встрече, хоть и прикрывается непробиваемым безразличием. – Чего тут ухмыляешься, как барышня на выданье? – пробасил подошедший к нему Феликс, – идти не собираешься? Джинни бросил на него какой-то загадочно-задумчивый взгляд и, ничего не говоря, направился к выходу, оставив Феликса в недоумении. Снаружи было мерзко. Бросив вышедшему из аптеки айдолу, что он заглянет в соседнюю дверь за кормами коту, Минхо устремился по сырому асфальту в зоомаркет. Липкая морось осела мокрыми каплями на перилах лестницы, за которые успел ухватиться Джинни. И теперь ругаясь и пытаясь вытереть руку о затянутые на тонкой талии мешковатые брендовые джинсы Криса, он почти не заметил, как на эти самые перила сел лоснящийся иссиня-чёрный ворон. – Кар, – ворон раскрыл свой огромный острый клюв и посмотрел на уже замершего от страха перед ним Джинни. Это только кажется, что вороны просто птицы, живущие в городе и питающиеся на помойках падалью, а вот в голове айдола сразу всплыла картина из фильма «Птицы». Ворон опасно разглядывал парня своими чёрными глазами-бусинами. – Фе… Фе… – начал, было, Джинни хриплым из-за пересохшего горла голосом в поисках защиты своего менеджера, как ворон подскочил на своих цепких лапах ещё ближе к айдолу. – Кар-кар-карлла. Джинни прищурился. Ворон, что, разговаривал с ним? А клюв у него такой огромный и страшный. Парень застыл в оцепенении, боясь лишний раз пошевелиться. Колокольчик на двери аптеки звякнул, и на крыльце появился Феликс. Недолго думая, он слетел по лестнице и, схватив Джинни за руку, завёл его за свою спину. Внимательно смотря на птицу, Феликс как заворожённый слушал ворона. – Ала-ауа-кар-кааар, – проговорил ворон, а потом и вовсе перешёл на гортанное рычание, после чего, – карауа-кар-кар. Наблюдавший за этой странной картиной Джинни от удивления открыл рот. А челюсть ему пришлось ловить уже на полу, когда Феликс: – Карлуа-алла, – утробным голосом ответил ворону. Птица ещё пару раз что-то прокаркала, после чего взмыла в небо и улетела в неизвестном направлении. – Это что это… – начал отмерший Джинни, тыча пальцем в сторону улетевшего ворона, – это ты сейчас… с ним вот что… разговаривал, что ли? – Ага, точно, – согласился всё ещё стоящий к нему спиной менеджер, – разговаривал. Повернувшись к Джинни, Феликс поймал ошарашенный взгляд парня на себе и, не сдержавшись, прыснул со смеху: – А ты разве в детстве воронам в ответ не каркал? – Хочешь сказать, что ты только что так прикалывался? – парень с подозрением сузил глаза. – А ты повёлся? – хитро прищурился менеджер. – Ну, выглядело это всё как-то… да, – кивнул Джинни. – И не удивительно, – к парням подошёл довольный Минхо, во второй руке у него был пакет, полностью набитый кормом для кошек, – учёными подтверждено, что вороны – очень умные птицы. Они не только первоклассно имитируют речь человека и разные звуки, но у них ещё есть свой язык. Они общаются между собой. А ещё они мыслят и могут передавать друг другу информацию. Вот проводили один опыт в… – Ну развёл тут демагогию, – вмешался Феликс, закатив глаза, – я всего-то пару раз каркнул в шутку птице. Нам пора бы возвращаться. Не дай Бог наткнуться на полицию в комендантский час. – С чего это тебя вдруг полиция стала волновать? – удивился Минхо. – Полиция в последнее время всегда волнует, – хмыкнул парень, и развернулся, чтобы направиться по дороге в направлении фабрики, как… – Феликс? Это ты? – перед парнями стоял среднего роста лысоватый мужчина в оранжевой шёлковой рубахе с принтом зелёных пальм. На его предплечье красовалась татуировка дракона. – Феликс, ты его знаешь? – осторожно уточнил ничего не понимающий Минхо. А вот начинающий понимать Джинни бросил испуганный взгляд на менеджера. – Луи, брат, какими судьбами в этом районе? – Феликс расплылся в широкой улыбке, тем временем нащупывая за поясом пушку. – Возвращался с задания, а тут такое, – раздосадовано пожаловался Луи, – а ты, говорят, в розыске у наших… – вдруг сузив глаза, низким голосом проговорил мужчина. – Я? – Феликс начал отступать назад, тем самым оттесняя Джинни с Минхо к углу аптеки, – кто такое наговорил, с чего бы это меня искать? – Так я встретил братанов, а они сказали, что ты списки какие-то спёр у Чёрной вдовы, – пояснил Луи и тут же смягчился, – ты это, смотри, аккуратней. Я-то тебя по старой дружбе не трону, а вот ребята через квартал отсюда… – Ты как всегда великодушен, Луи, – опять широко улыбнулся Феликс, всё ещё держа руку на пистолете за спиной, – я запомню твою доброту, мой названный брат. – Ну, валяй, братишка, – улыбнулся Луи и, подмигнув съёжившемуся от страха Джинни, направился вниз по дороге. Феликс убрал руку с пушки только тогда, когда мужчина скрылся за поворотом. И Джинни тут же выдохнул. – Никто не хочет мне ничего объяснить? – первым нарушил тишину Минхо, сощурив взгляд на молчавшем Феликсе. – Аааа, это, – отмер Джинни, – это менеджер… да, менеджер из нашего агентства, – поспешил заверить Минхо айдол. – Менеджер? – переспросил Минхо. – Да, он это… отвечает за… – Джинни замолчал, пытаясь подобрать более подходящую ложь. – За трот направление, – подхватил Феликс наглое и откровенное враньё айдола, прекрасно понимая, что это сработает, если только на самом айдоле. – Да, трот, точно, – согласился Джинни, усиленно кивая головой. – Вы меня за идиота держите? – прошипел Минхо, переводя взгляд с одного парня на другого, – вернёмся домой, требую объяснений.