За фасадами

      — Какими судьбами тебя к нам занесло? — удивленно спросил Билл, но, несмотря на подчеркнутое добродушие в голосе, Гермионе показалось, что взгляд его был настороженным и подозрительным.       — Да вот, знаешь… — замялась она. Нужно было придумать что-то безобидное, неопасное — и сделать это быстро. Впрочем, если Фэйрфакс и в самом деле встречался именно с Биллом, то он и так знает о работе группы, скрывать нет смысла. — Занимаюсь сейчас одним делом, и мне понадобились книги по проклятиям. В министерской библиотеке мало что нашлось, вот я и подумала: может, у тебя есть? Ну, что-то профессиональное?..       Билл бросил выразительный взгляд на часы, и Гермиона поспешила воскликнуть:       — Ой, как поздно уже! А я и не заметила… Знаешь, я, наверное, лучше пойду, а насчет книг — пришли мне сову, ладно?       — Да нет, что ты! — улыбнулся Билл. — Еще совсем не поздно. Просто дети уже спят, так что не шуми. Проходи на кухню, там поговорим. Есть хочешь?       Есть она хотела, а вот оставаться в этом доме, да еще наедине с возможным убийцей — как-то не очень. Гермиона уже открыла было рот, чтобы рассыпаться в извинениях и отказаться, но тут на лестнице появилась Флер.       — Гег'миона! Какой сюг'пг'из! Что-то случилось?..       — Привет, Флер! Нет-нет, ничего не случилось. Я просто хотела посоветоваться с Биллом, но совсем забыла о времени…       — Здесь вы никому не помешаете, — гостеприимно улыбнулась Флер. — Пг'исаживайся, я пг'инесу вам чай.       — Не нужно, — остановил её Билл. — Мы посидим на кухне, хорошо? Отдыхай, ты и без того устала за день. Я сам все сделаю.       Флер кивнула и вновь ушла наверх, а в Гермионе вспыхнуло угасшее было беспокойство. Впрочем, еще раз перебрав в памяти обстоятельства гибели Фэйрфакса, она все же пришла к выводу, что бояться ей нечего. Он был опасен тем, что мог увидеть правду своими глазами безо всяких вопросов. А она… Ей просто нужна книжка. Ничего необычного. Никакой опасности. Главное, вести себя благоразумно и ничем не выдать подозрений.       Билл провел её на маленькую кухоньку, взмахнул палочкой — и все вокруг пришло в движение. Не прошло и пяти минут, как перед Гермионой оказалась тарелка ароматного рагу, нарезанный тонкими ломтиками свежий хлеб, чашка с чаем и блюдце с домашним печеньем. По рецепту Молли — Гермиона узнала его моментально.       — Знаю я, как ты сидишь в Министерстве до позднего вечера без обеда и ужина, Рон рассказывал, — усмехнулся Билл, поймав её удивленный взгляд. — Давай ты объяснишь конкретнее, что тебя интересует, а я подумаю, пока ты ешь.       «А я подумаю, как выкрутиться», — перевела про себя Гермиона. Мысль о том, что Билл, тот самый Билл, на чьей свадьбе она танцевала, может оказаться убийцей, пугала — но не казалась невероятной. Она видела своими глазами, как смерть Фреда повлияла на семью Уизли, едва не разрушив каждого из них. Видела, как за считанные часы постарел Артур, превратившись в рассеянного, отрешенного от мира старика. Помнила, как Молли сутками лежала, не вставая с кровати и не произнося ни слова. Знала со слов Рона, как Джордж напивался до потери сознания — изо дня в день. Билл и Чарли, приехавший на похороны, перенесли потерю более стойко — но кто может знать, что творилось у них внутри?.. И на что мог пойти каждый из них, чтобы отомстить не только за Фреда, но и за убитых горем близких?.. И ведь даже не отомстить — просто сделать так, чтобы весь этот кошмар не имел шанса повториться. В глубине души Гермиона начинала понимать мотивы того, кто наложил такое страшное проклятие. Нет, не оправдывала, не считала правильным — но с зарождавшимся сочувствием ничего поделать не могла. Если бы только он не начал убивать…       — Есть вероятность, что нам удалось выявить группу людей, на которых наложено проклятие, — осторожно сообщила она, тщательно подбирая слова. — И теперь есть несколько задач: как-то проверить, что они и в самом деле прокляты, и это не ошибка и не стечение обстоятельств, понять, какое именно проклятие было использовано и по возможности его отменить. Вот информацию об этом я и ищу.       — А того, кто их проклял, ты, значит, не ищешь? — усмехнулся Билл.       Гермиона тщательно прожевала и проглотила рагу, прежде чем ответить.       — Такая задача перед нами, безусловно, стоит, но, на мой взгляд, это вторично. Для нас важно помочь людям, потому что проклятие влияет на их жизнь. Если при этом получится найти проклявшего их — хорошо. Но я отдаю себе отчет в том, что искать мы можем очень долго, и большой вопрос, найдем ли. В любом случае, этим занимается Гарри. Моя часть работы — попытаться выяснить все, что можно, о самом проклятии.       — Снова работаете вместе? — хмыкнул Билл. — Как в старые добрые времена?       Невинная подколка отозвалась в ней острой душевной болью. Нежные тушеные овощи встали поперек горла, но Гермиона сделала над собой усилие и выдавила дежурную улыбку.       — Увы, но нет. В старые времена нас было трое. Рон сейчас занят магазином и семьей. Да и добрыми, знаешь, те времена не были.       — Да, — помрачнел Билл. — Не были, это уж точно.       — Прости, — виновато извинилась Гермиона. — Я не хотела напоминать…       — Ну, ты-то не должна извиняться, — широко улыбнулся Билл. — Сама знаешь, если бы не вы… Ну ты ешь, ешь. Что касается твоего вопроса: кое-какие книги у меня, конечно, имеются, но они в основном не о том, что тебе нужно. Видишь ли, я в основном занимаюсь драгоценностями, кладами, гробницами. Проще говоря — вещами, предметами. Проклясть предмет совсем не то, что человека. Поэтому, боюсь, я ничем не смогу тебе помочь.       Гермиона кивнула. Примерно такого ответа она и ожидала — ничего не знаю, ни о чем не в курсе, ничем помочь не могу. Но, раз уж она все равно здесь, можно попытаться получить хотя бы немного информации. Которая, возможно, даже окажется полезной.       — Но ведь, если человек коснется проклятой вещи или зайдет в заколдованную гробницу — он получит проклятие, верно? И его можно разрушить. Например, когда мы учились на шестом курсе, одна девочка, Кэти Белл, коснулась проклятого ожерелья. И проклятие смогли снять! Я понимаю, тут другая ситуация: есть проклятый предмет как основа для работы. Но, может быть, в каких-то книгах описаны основные принципы, приемы, механизмы…       — Я понимаю, о чем ты, — серьезно кивнул Билл. — Но лично мне с этим сталкиваться не приходилось. Ты консультировалась с целителями? В Мунго есть целое отделение, в котором занимаются недугами от заклятий. Вероятно, они смогут помочь.       — К сожалению, не успела, — Гермиона закусила губу. — Тот специалист, который мог нам помочь, умер. Он был единственным, кто полагал, что можно найти способ снять проклятие. Остальные считают его необратимым.       — Но ты, разумеется, не хочешь их слушать, — усмехнулся Билл, продемонстрировав заостренные клыки. Ухмылка вышла опасной и угрожающей. Гермиона знала, что это всего лишь последствия встречи с Сивым, но все равно первобытный, инстинктивный страх пробрал её до костей. — Всегда восхищался этим в вашей троице. Для вас как будто не существует слова «невозможно». Что ж…       Он поднялся из-за стола, и Гермиона почувствовала, как все мышцы её тела напряглись, напружинились, готовясь в любой момент дать отпор — или по крайней мере сбежать. Она крепче сжала в ладони вилку — единственное доступное оружие, ведь волшебная палочка осталась в сумке. Билл обошел стол и… прошел дальше, в гостиную. Рука дернулась к сумочке — но не успела она её расстегнуть и вынуть палочку, как за спиной вновь раздались шаги. «Не успела!..» — пронеслось в голове, и Гермиона обернулась в полной готовности защищаться.       В руках у Билла было перо, чернильница и лист пергамента.       — Я набросаю тебе список тех, кто мог сталкиваться с последствиями проклятий на людях, и у кого могут найтись соответствующие книги, — проговорил он, но тут заметил её странную позу и зажатую в руке вилку и обеспокоенно спросил: — Гермиона, у тебя все в порядке?..       — Да! — с преувеличенным энтузиазмом воскликнула она. — Это так здорово! Большое тебе спасибо!       — Да, в общем-то, не за что, — удивленно приподнял брови Билл. — Пошли им сову, попроси о встрече. Вот, смотри: напротив этих фамилий я ставлю галочки, можешь ссылаться на меня, эти с радостью тебе помогут. А вот этих, — он подчеркнул два имени, — я пару раз обошел в Египте, так что, наверное, упоминать меня не стоит. Скажи, что наслышана об их потрясающих способностях и все такое прочее, и они ради того, чтобы доказать это, землю будут носом рыть.       Гермиона взяла у него листок с такой осторожностью, будто он был пропитан ядом. Бегло просмотрела — шесть человек. Если Билл виновен, то от них точно не будет никакого толку — все это для отвода глаз, только лишь затем, чтобы запутать их, сбить со следа. Правда, если все же нет — то, прежде чем к ним обратиться, нужно будет каждого проверить, узнать, не могли ли они иметь мотив… В любом случае, завтра нужно будет поговорить с Гарри, поделиться своими подозрениями и отдать список. Гарри…       Мысль о друге отозвалась все той же грызущей болью в груди. Может быть, Малфой и смог прожить без друзей столько лет, но ведь он даже не знает, чего лишился. Кто был рядом с ним с детства? Крэбб? Гойл?.. Они были скорее его телохранителями, чем друзьями. В их отношениях не было ни равенства, ни близости, ни тепла. Всего того, что так долго было одной из важнейших опор для неё самой — и что она совсем не готова была потерять.       — Гермиона?..       Оклик Билла вернул её к реальности. К той самой реальности, в которой она застыла с листком пергамента в руках под внимательным взглядом более чем вероятного убийцы. Она так долго всматривалась в этот листок, что он мог подумать… А что, собственно, он мог подумать?       — Прости, я размышляла о том, что делать дальше, — смущенно улыбнулась она. — Сегодня отправлять письма уже поздно, пожалуй, займусь этим с утра. А все эти люди — они ведь здесь, в Британии? Не в каком-нибудь Египте?       — Ну разумеется, я написал тебе только имена тех, кто сейчас здесь, — Билл издал короткий смешок. — Мастерс и Хиггинс работают со мной в Гринготтсе. Я бы предложил тебе зайти, но гоблинов до сих пор бросает в дрожь от ярости при упоминании ваших имен. Так что они, скорее всего, станут ходить за тобой по пятам и подслушивать каждое слово — вдруг ты опять что-то замышляешь? Вряд ли тебе это нужно.       — О, а они весь день на работе? — с напускным беспокойством спросила Гермиона. — Прямо с утра и до вечера, все строго, уйти нельзя?       — Да нет, конечно, — усмехнулся Билл. — Гоблинам важен только результат, наши отлучки никто не контролирует. Так что, я думаю, они найдут возможность с тобой встретиться в удобное время.       — Замечательно, — как можно шире улыбнулась она. — Кстати, а ты не обратил внимания случайно… Вчера утром эти двое были на работе?       — Понятия не имею, — пожал плечами он. — Вчера утром у меня самого были дела вне Гринготтса, я появился там только ближе к обеду.       Гермиона поблагодарила и, взглянув на часы, изумленно охнула — как же так, она и не заметила, что уже так поздно!.. Затем последовала еще одна порция извинений за вторжение, россыпь приветов Флер и детишкам, повторные благодарности — и, наконец, дверь «Ракушки» закрылась за ней, и Гермиона осталась одна в темноте сада. Она сразу же трансгрессировала — но не домой, а за пару кварталов до него, чтобы оставить себе возможность пройтись и немного собраться с мыслями.       Итак, алиби у Билла не было. Он не задал ни одного уточняющего вопроса — ни о внезапной смерти целителя из Мунго, ни о том, почему она вдруг спросила о сегодняшнем утре. Ничем не выдал удивления или интереса к тому, что целая группа людей оказалась проклята — хотя, казалось бы, это должно было заинтриговать его хотя бы с профессиональной точки зрения.       Все вместе это выглядело весьма подозрительно, а если сложить вместе с имеющимся у Билла мотивом и возможностями — и вовсе препаршиво. Но Гермиона слишком хорошо помнила, как они ошиблись в свое время в Северусе Снейпе. Тогда тоже казалось, что все обстоятельства говорят против него — но, как выяснилось, так только лишь казалось. И совершать ту же ошибку, обвиняя Билла на основе даже не косвенных улик, а просто ряда совпадений, она не собиралась. Нужно сохранять объективность. Нужно все проверить, прежде чем делать выводы. Кстати, и версию о том, что флэшка, найденная у Фэйрфакса, могла принадлежать Малфою — в том числе.       К тому моменту, когда Гермиона подошла к дому, ей удалось навести в мыслях хоть какое-то подобие порядка. Она несколько приободрилась при мысли, что все вопросы, связанные с Биллом, можно будет обсудить с Джастином, не откладывая на утро — кстати, неплохая тема для нейтрального разговора, но оказалось, что он уже спал. Что ж, неудивительно: день выдался насыщенным, а время, по его меркам, было уже позднее. Гермиона даже не вспомнила о том, что он так и не позвонил ей за весь день, не оставил традиционной записки на столе и даже не попытался её дождаться — просто вздохнула с облегчением, тихо радуясь, что сегодня не придется больше вести никаких разговоров, приняла душ и, последовав его примеру, тоже отправилась спать.       В гостевую спальню, куда с каждым днем перекочевывало все больше её вещей.