За фасадами

      Результаты вскрытия никакой ясности не внесли.       Прошло слишком много времени с момента смерти, поэтому о том, чтобы определить точное время смерти, можно было даже не мечтать. Впрочем, кое-что полезное в отчете коронера все же было: особенности перелома шейных позвонков не соответствовали предполагаемому способу их получения. Иными словами, при падении с лестницы шея старика Гранта должна была переломиться совершенно иначе. Проще говоря, его убили.       Как только отчет коронера был готов, все собрались на совещание у Кингсли, который тоже считал выходные дни в сложившихся обстоятельствах слишком большой роскошью.       — Давайте сначала пройдемся по фактам, — угрюмо потребовал Бруствер. — Что мы знаем точно?       — Мортимер Грант был убит в собственном доме утром в четверг в промежуток между девятью и тринадцатью часами. Смерть наступила в результате критической травмы спинного мозга шейного отдела позвоночника и была, вероятнее всего, насильственной, но убийца попытался представить все как несчастный случай — падение с лестницы. В ходе осмотра дома Гранта были обнаружены смазанные отпечатки Джона Фэйрфакса на внутренней стороне ручки кресла, что доказывает, что Фэйрфакс по крайней мере один раз был там. На многих поверхностях отпечатки пальцев были намеренно стерты, что позволяет предполагать, что убийца хотел скрыть следы своего присутствия.       — Мог ли стереть отпечатки сам Фэйрфакс? — уточнил Кингсли. — А про ручку кресла просто забыть?..       — Теоретически — мог, — кивнул Гарри. — Кресло находится в кухне, так что, вполне возможно, они о чем-то беседовали с Грантом, пили чай или ели — но больше мы не нашли ни единого следа, что свидетельствует о том, что их убрали намеренно, причем убрал тот, кто знал точно, где они должны были находиться. Но с практической точки зрения… Представьте: Фэйрфакс приходит к Гранту в среду днем, проводит с ним несколько часов, на следующее утро показывается на работе, после чего возвращается к Гранту, убивает его, стирает все отпечатки — и опять спешит на работу, где его, в свою очередь, убивают? Это даже звучит, как бред.       — А что, если кто-то увидел, как Фэйрфакс убил Гранта? — подал голос Джастин. — Или, скорее, заметил его уходящим, вошел в дом, обнаружил труп — и погнался за Фэйрфаксом, чтобы отомстить за смерть старика?..       — В таком случае этот кто-то, во-первых, должен был быть достаточно близок с Грантом, чтобы мстить за него, и во-вторых, знать Фэйрфакса — иначе откуда он мог догадаться, где его искать?.. — заметила Гермиона. — Если волшебник трансгрессировал, за ним не очень-то погонишься.       — Тогда мы быстро его найдем, — хмыкнул Гарри. — Круг знакомств Фэйрфакса уже проработан достаточно глубоко, и мы продолжаем копать. А близких людей у Гранта, судя по всему, было не так уж много. Но я не думаю, что нам так повезет. Не говоря уже о том, что у Джона Фэйрфакса вообще не было ни одной причины убивать Гранта — если, конечно, мы не рассматриваем всерьез вариант, что проклятие наложил сам Фэйрфакс, что, согласитесь, вряд ли.       — Ладно, — кивнул Кингсли. — Твоя версия?       — У меня их много, — вздохнул Гарри. — Если мы рассматриваем версию, что Фэйрфакс мог убить Гранта, то должны принять во внимание и обратную: Грант мог убить Фэйрфакса. Это вполне укладывается в нашу основную версию о том, что Фэйрфакса убил тот, кто наложил проклятие. Допустим, Фэйрфакс пришел к Гранту за помощью, но понимает, что тот и есть проклявший. Грант обещает все объяснить, Фэйрфакс уходит и никому не сообщает о своих подозрениях. На следующее утро Грант приходит якобы затем, чтобы оправдаться — и убивает Фэйрфакса. Все логично, но никак не объясняет смерть самого Гранта. Не сам ведь он упал с этой лестницы!..       — А что, если Фэйрфакс все-таки успел кому-то рассказать о своих подозрениях насчет Гранта? — предположил Джастин. — И разговор, скажем, подслушал кто-то из проклятых и узнал, кто виноват в его несчастье.       — Может, он думал, что таким образом снимет проклятие? — подхватила Гермиона. — Ведь действие большинства заклинаний заканчивается со смертью волшебника. Тогда убийство Гранта вполне имело смысл!       — Гермиона, такие проклятия работают иначе, — поморщился Бруствер. — Они, как правило, завязаны на магию проклятого, а не проклявшего, так что смысла убивать того, кто наложил проклятие... Тьфу, язык сломаешь, пока выговоришь! В общем, для проклятого смысла не было никакого. Живым от него пользы больше — он может сказать, какое именно заклинание использовал, что даст возможность хотя бы попытаться разрушить чары.       — Но убийца мог об этом не знать! — возразила она. — Подумайте, ну кто у нас в списке пострадавших от проклятия? Флинт, Монтегю, Булстроуд!.. Не думаю, что они отличаются большим умом, честно говоря.       — Хорошо, мы проверим алиби на утро четверга всех, кого затронуло проклятие, — кивнул Гарри, делая очередные пометки в блокноте. — Тоже не очень сложно, хотя доказать причастность Гранта к убийству Фэйрфакса будет практически невозможно, но, может, хоть убийство самого Гранта раскроем. Но все равно остается еще одна версия. Если Фэйрфакс и Грант не убивали один другого, то, значит, в деле есть кто-то третий. Он их обоих и убил. И, признаться, эта версия кажется мне самой перспективной.       — Мотив? — коротко спросил Кингсли.       — Самый очевидный, — пожал плечами Гарри. — Убийца — тот, кто наложил наше проклятие... Может, мы придумаем ему какое-нибудь имя уже? Покороче?! Сил никаких нет каждый раз повторять одно и то же!       — Может, Маледиктор?.. — неуверенно предложила Гермиона. — Это от латинского...       — Отлично! — воодушевился Гарри и даже не удосужился дослушать её. — Так вот, я думаю, что убийца — наш Маледиктор. Фэйрфакса он убил потому, что тот сумел опознать его по следам темной магии. Гранта — потому, что он мог помочь нам выйти на него или разрушить проклятие.       — Но как он узнал о Гранте? — воскликнула Гермиона. — До сегодняшнего утра мы и сами о нем не знали! Грант давно отошел от дел, не практиковал, не участвовал ни в каких делах. Почему из всех, кто имел дело с ликвидацией проклятий, убили именно его?!       — Потому что он был единственным, кто мог помочь? — высказал предположение Джастин. — У остальных недостаточно знаний или опыта…       — Но мы не знаем этого! — возразила она. — Мы еще не консультировались у ликвидаторов проклятий, не спрашивали их мнения, не оценивали их умений. Может быть, кто-то еще способен справиться с таким проклятием! Но убили именно Гранта. Почему?       — Два варианта, — подумав, ответил Гарри. — Либо Маледиктор вышел на Гранта через Фэйрфакса и решил, что Грант для него опасен. Либо он был знаком с Грантом и точно знал, на что тот способен — и, когда к Гранту обратился Фэйрфакс, избавился от обоих.       — Но Фэйрфакс никому не успел сказать, что он собирается проконсультироваться с Грантом! — не отступала Гермиона. — Вы ведь опросили всех знакомых Фэйрфакса, и о Гранте никто не упомянул, ведь так?       — Так, — кивнул Джастин. — Никто из тех, с кем мы разговаривали, не смог даже предположить, где Фэйрфакс мог быть в среду после обеда.       — И, тем не менее, Фэйрфакс пошел именно к нему. Почему к нему?       — Может быть, Грант был его давним наставником. Или консультировал Фэйрфакса. Или наоборот, Грант лечился у него... Надо все проверять, но, судя по всему, если и было что-то, то было давно, так что на быстрый результат я бы не рассчитывал, — вздохнул Джастин.       — Тогда мы возвращаемся к тому, с чего начали: как же убийца узнал о Гранте?       Вопрос повис в воздухе, оставив после себя шлейф звенящей тишины. Ответ лежал на поверхности и был столь же неприятным, сколь очевидным, и никто из присутствующих не хотел быть тем, кто его озвучит.       — Получается, за Фэйрфаксом следили, — подытожил немые раздумья Кингсли. — И, возможно, не только за Фэйрфаксом. Мисс Морланд не замечала ничего странного? А ты, Гермиона?..       — Я не замечала, — фальшиво заявила та. Странного в её жизни в последнее время было с лихвой, вот только как разобраться, что относится к делу, а что — нет? Когда в дом к Малфою проникли, она ведь подозревала, что могла привести взломщика за собой, проверялась на наличие следящих чар — но тогда она и понятия не имела о группе, и даже предположить не могла, что её подключат к работе. Значит, это не связано. Никак не могло быть связано!       — У доктора Морланд мы об этом не спрашивали, — с досадой сообщил Джастин. — На тот момент мы и подумать не могли… Я отправлю к ней Харриса, он все проверит.       — Проверь сам, — распорядился Гарри. — А парни пусть еще раз опросят персонал Мунго и соседей Фэйрфакса. Если за ним следили, то, возможно, кто-то мог заметить одного и того же человека, отиравшегося поблизости. Кинг, я думаю, что к Гермионе нужно приставить охрану.       — Согласен, — кивнул он, но тут сама Гермиона взвилась:       — Не нужно мне никакой охраны! Вы что, совсем с ума сошли?!       — Гермиона, давай смотреть на вещи трезво, — вздохнул Бруствер. — У нас был Фэйрфакс, который в силу природных способностей мог помочь нам опознать Маледиктора. Фэйрфакс мертв. У нас мог быть Грант, который благодаря своим знаниям мог найти способ отыскать Маледиктора или разрушить проклятие. Он тоже мертв. Что у нас осталось? Разумеется, если мы поймаем их убийцу, и он окажется Маледиктором — нам повезет. Но что, если нет? Останется только искать ответы в книгах и записях Гранта, и угадай с трех раз, кто способен сделать это — а значит, опасен для Маледиктора почти так же, как Грант?       — Думаю, все же сперва стоит спросить у тех, кто занимается разрушением проклятий профессионально, — поджала губы Гермиона. — Ты не видел, сколько книг у Гранта, а я видела! Поиск решения в них может занять месяцы, если не годы! И это при том, что мы даже не знаем, есть ли оно там вообще.       — Если мы обратимся к ликвидаторам проклятий, то через пару дней о нашей проблеме узнает вся магическая Британия, — поморщился Кингсли. — А у нас на руках два трупа, целая россыпь версий и ни одного ответа!..       — Но это и правда могло бы помочь, — заметил Гарри. — Если бы удалось через проклятие выйти на Маледиктора…       — А если нет? — парировал Бруствер.       — Можем стирать им память, — предложил Джастин. — Вызывать в Министерство, информировать, потом вводить в курс дела — и, если кандидат ничем не сможет нам помочь, то применить Обливиэйт. Тогда те, кто не подошел, не смогут ничего разболтать.       — Хорошо, — подумав, согласился министр. — Но еще предварительно допрашивать с веритасерумом. Версия, что Маледиктор может быть разрушителем проклятий, не опровергнута, и мы должны полностью исключить возможность того, что по неведению подключим к работе убийцу. Я надеюсь, вы понимаете, что, если об этом пронюхают, то от меня мокрого места не останется? Так что делать все придется своими силами и очень-очень аккуратно. Гермиона, займешься? Цель — найти того, кто потенциально способен разобраться в проблеме, даже если ему не хватает знаний.       — Да, — кивнула она. — Да, конечно.       — И все же насчет охраны… — осторожно напомнил Джастин. Гермиона метнула в него полный укоризны взгляд, но он не возымел должного действия. — Львенок, я все понимаю! Но на свободе разгуливает убийца, совершивший минимум одно, а скорее всего — два убийства! Ты что, хочешь оказаться следующей?       — Я считаю, что вероятность такого развития событий крайне мала, — процедила она. — Я провожу все свое время в Министерстве либо участвую в расследовании вместе с вами, и почти никогда не остаюсь одна. И, кроме того, смею тебя заверить, могу постоять за себя. А вот доктору Морланд и в самом деле нужна защита — и, осмелюсь спросить, где вы возьмете столько людей? Нужно проверить огромное количество вещей, у тебя, Гарри, уже половина блокнота исписана — и кто станет этим всем заниматься, если авроры будут бессмысленно торчать у меня за спиной?       — Ну хорошо, — уступил Гарри. — Людей и в самом деле не хватает... Но, если появится новая информация…       — То мы вернемся к обсуждению этого вопроса, — поспешила закрыть дискуссию Гермиона.       Они еще раз обсудили список вопросов, расставили приоритеты и договорились о плане последующих действий. Гермионе предстояло разослать сов всем известным ликвидаторам проклятий с приглашением посетить Министерство, а потом, пока не пришли ответы, она планировала вернуться в дом Гранта и детальнее ознакомиться с его бумагами и библиотекой. Никаких новых улик, которые поставили бы под сомнение невиновность Малфоя или опровергли его слова, не всплыло, и Гермиона сосредоточилась на предстоящих задачах, совершенно избавившись от угрызений совести по поводу того, что она утаивает информацию от остальных. Она обязательно доведет до конца свое расследование и выяснит, каким образом флэшка из дома Малфоя попала к Фэйрфаксу, но пока это могло подождать — найти Маледиктора и разобраться с проклятием было важнее.       Они уже вышли из кабинета министра, и Джастин с Гарри направились к лифтам, когда последний окликнул Гермиону, что-то вспомнив.       — Кстати, ты просила выяснить, не прилетала ли к Фэйрфаксу сова в четверг утром. Сова была! Принесла что-то небольшое, короткое письмо или вообще записку. Фэйрфаксу передали её, когда он пришел на работу. Это важно?       Важно ли это?! Гермиона чуть не поперхнулась воздухом от возмущения. Он еще спрашивает!..       — Никакой записки ни у Фэйрфакса, ни в его кабинете обнаружено не было, — напомнила она. — А значит, её забрал с собой убийца. И если записку прислал Грант — то, собственно, вот тебе и ответ на вопрос, как убийца вышел на него. Совсем не обязательно было следить за Фэйрфаксом — хотя полностью этого исключать, конечно, нельзя.       — Твою мать!.. — выругался Гарри себе под нос. — Значит, надо еще выяснить, была ли у Гранта сова, и та ли это сова, что принесла письмо. Потому что если нет — где-то может лежать еще один труп, о котором мы еще не знаем.       Такого поворота событий Гермиона не предусмотрела, но, поразмыслив, не сочла его невозможным. В конце концов, Фэйрфакс отсутствовал в среду больше трех часов. Что, если он успел заглянуть не только к Гранту?..       — Я разберусь с письмами ликвидаторам, а потом займусь совой, — предложила она. — Я все равно собиралась к Гранту, посмотреть его бумаги и книги.       — Гермиона, пожалуйста, будь осторожна! — встревоженно попросил Джастин, на что она ответила ироничной улыбкой.       В конце концов, она Гермиона Грейнджер. И, хотя на душе было далеко не так спокойно, как она стремилась показать — слишком уж хорошо она помнила, как ловко справился с ней Малфой, — знать об этом Джастину было вовсе необязательно.