За фасадами

      На этот раз Гермиона не собиралась скрываться, даже и не думала прятаться. К черту внезапность, к черту дезиллюминационные чары!.. Она трансгрессировала в самое начало подъездной дорожки: пусть этот слизняк знает, что она идет, пусть наконец поймет, что его игры закончились! Гермиона не боялась, что Малфой просто-напросто сбежит: если не сбежал до сих пор, не сбежит и сейчас. Останется, чтобы снова попытаться заморочить ей голову, словить свой извращенный, больной кайф от того, что снова и снова заставлял её попадаться на одну и ту же приманку, глотать один и тот же крючок. Вот только на этот раз ничего не выйдет!..       Она уже подняла палочку, чтобы вынести дверь Бомбардой — к черту Статут, обливиаторы потом все подчистят! — когда Малфой вышел. Сам.       — Экспеллиармус!       Ничего не произошло — только Малфой отлетел, впечатавшись спиной в только что закрытую им за собой дверь.       — Акцио палочка Драко Малфоя!       Древко вырвалось откуда-то из-за его спины и послушно влетело в её раскрытую ладонь.       — Инкарцеро!       Тугие веревки стянули его руки и ноги — теперь, даже если бы он наконец догадался сбежать, уже бы не смог. С каждым заклинанием Гермиона подходила все ближе, пока наконец острие её волшебной палочки не уткнулось ему под подбородок. Малфой поднял голову, пытаясь избежать нежеланного контакта — но не отвернулся. На лице проступили холодность и упрямство — и Гермиона вдруг поняла, что не может так же легко, как когда-то давно, ударить его, как бы ей этого ни хотелось. Не сейчас, когда он прямо и так нагло смотрит ей в глаза. Он больше не тот мальчишка. Но и она больше не та девочка.       — Грейнджер, Скай дома. Давай обойдемся без этого. Я прошу тебя.       — Ах, ты меня просишь?! — взвилась она. — Как удобно прятаться за спину ребенка! Тебе не надоело, Малфой?! Всю жизнь за кем-то прятаться — сначала за отца, потом за Снейпа, даже за спиной матери! Но прикрываться собственным сыном!.. Это переходит все границы!       — Да к черту! — выплюнул он. — Надоело. Хочешь меня арестовать? Арестовывай.       — Что, вот так просто? — она удивленно вздернула брови. — И на этот раз не будет обязательной программы: «Это не я, меня подставили, поверь мне?..»       — А какой смысл? Чтобы завтра все повторилось? Меня это задолбало, Грейнджер. Ты же ведешь себя, как девчонка-третьекурсница, которая мечется между двумя платьями для Святочного бала и никак не может выбрать! Но я — не платье, я — живой человек, и я устал жить, как в пасти дракона: вроде тепло, но в любую минуту может рвануть. Давай покончим с этим хоть как-то. Раз верить мне ты не можешь, тогда сдай меня мракоборцам — и все. Может, хоть у них найдется капля объективности и непредвзятости.       — Да как я могу тебе верить?! Как?! Только потому, что ты говоришь, что ни при чем?!       — А как ты верила Поттеру? Когда не верил никто, когда он ничем не мог доказать свои слова — но ты ведь верила ему, ни минуты не сомневалась! Потому что это Поттер, да? А я — Малфой, и потому твоего доверия не достоин по определению! Мы теряем время, Грейнджер. Просто признай уже, что ты, как и все люди, необъективна и пристрастна, и дай мне пятнадцать минут, чтобы уладить дела. Это все. О большем не прошу.       — Я необъективна?! Ты убил двоих, а сегодня ночью чуть не убил третьего — между прочим, близкого мне человека! А я, по-твоему, необъективна?! К твоему сведению, Джастин выжил, он сможет тебя опознать! А что можешь предъявить в свою защиту ты? Очередные невнятные оправдания про Оборотное и то, что тебя подставили — и никакого алиби, как всегда?!       — Вообще-то как раз на эту ночь алиби у меня есть… — заметил он.       — О Мерлин, серьезно?! Я прекрасно знаю, как спит Скай — ты мог хоть всю ночь заниматься, чем угодно, он бы даже не услышал!..       В этот момент дверь, на которую опирался Малфой, приоткрылась, и в образовавшуюся щель высунулась хорошенькая светловолосая женская головка.       — Извините, что вмешиваюсь, но вы ссоритесь — и мне кажется, из-за меня. Дерек ни в чем перед вами не виноват, мисс, поверьте ему! Кстати, я — Мередит.       Гермиона так оторопела, что не сразу сообразила отдернуть палочку и спрятать её за спину. Малфой покачнулся, с трудом удержавшись на ногах, и она все-таки украдкой бросила в него «Фините», убрав с рук и ног стягивавшие их веревки.       — Познакомься, Грейнджер, — издевательски поддакнул Малфой. — Это Мередит. И она была со мной со вчерашнего вечера. Все это время. И она бы точно заметила, если бы я ушел куда-то ночью.       Гермиона отступила на шаг и оценивающе оглядела молодую женщину, которая уже вышла на ступеньки и встала рядом с Малфоем. Невысокая, очень хорошенькая, с милым улыбчивым личиком. Она уже сменила футболку Малфоя на симпатичное платье с крупным цветочным принтом, которое очень ей шло: теперь она вовсе не выглядела толстой; этакая аппетитная булочка. Если так посмотреть, полная противоположность ей самой…       — Когда вы приехали сюда, Мередит? — спросила Гермиона и одновременно сделала волшебной палочкой затейливый росчерк, повернувшись так, чтобы это не слишком бросалось в глаза. Голубые глаза Мередит подернулись дымкой, рот приоткрылся, и слова хлынули из него сплошным потоком:       — О, я приехала в Лондон последним поездом и сразу же взяла такси! Конечно, можно было выбрать поезд пораньше, но тогда было бы странно, если бы я поехала прямо к Дереку, а не в гостиницу, ведь у него только две спальни, а мне так хотелось остановиться у него! Ну, вы понимаете: он так давно один, а я развелась, и тоже одна, и мы знакомы столько лет, а тут он сам позвал меня, и было бы глупо не попробовать, правда? Вот я и подумала: Дерек такой вежливый и так ценит нашу дружбу, что сам он никогда не осмелится. Да что там, ему даже в голову не придет! Мужчины всегда такие глупые — ну, в некоторых вопросах, я имею в виду. А было бы так славно: наши дети знакомы с детства, и моя Элис всего на пару месяцев старше Ская, они бы прекрасно ужились вместе, а Дерек такой замечательный!.. Вот я и подумала: попробую-ка я еще раз! Я ведь не знала, что он уже приглядел себе кого-то, хотя вы, конечно, красивая, нечего и говорить, и пироги печете замечательные — я попробовала! Дерек не хотел делиться, я видела, но он такой вежливый, такой галантный, так замечательно воспитан — разве мог он отказать?..       — Так когда же вы приехали? — повторила вопрос Гермиона, слегка сбитая с толку этой лавиной откровений.       — Ну, во сколько — дайте-ка подумать! Поезд прибыл на вокзал Кингс-кросс в девять пятьдесят пять — знаете, это совершенно поразительно! Эти поезда прибывают точно по расписанию, минута в минуту — и как им это удается? Я вот всегда хоть немного, но опоздаю, иногда даже и не немного, а тут целый поезд, этакая махина — и всегда вовремя! И ведь ладно бы шел прямиком, без остановок, но ведь нет же, на всех станциях останавливается... Так вот, поезд прибыл, я вышла на перрон, и ко мне сразу же подбежал носильщик — терпеть не могу эту братию, они такие назойливые, если у тебя всего-навсего одна сумка или чемоданчик! Зато, когда едешь с горой багажа и ребенком, они как нарочно отворачиваются и делают вид, что вовсе не замечают тебя!.. Ох уж и трудно было мне от него отвязаться! А вот оно мне нужно — лишние деньги тратить? Да и сумка у меня легкая совсем... Ну вот, потом я взяла такси и приехала прямехонько сюда. Во сколько это было?.. Ну, может, в половину одиннадцатого, может, чуть позже — я не очень-то привыкла все время поглядывать на часы, как делают некоторые. Вот Дерек — он ужасно пунктуальный! Кажется, ни разу никуда не опоздал — да что я вам рассказываю, вы и сами знаете!.. Когда я еще жила в Лондоне, и мы договаривались о встрече, например, в три часа, он приходил ровно в три — просто поразительно, правда? В Лондоне вечно такие пробки, и толпы народа везде...       — И вы оставались здесь до утра? — перебила Гермиона, уже начиная жалеть о том, что применила всего-навсего Болтливые чары, а не Империус — так было бы быстрее и намного проще.       — Ну конечно! Сначала Дерек накормил меня ужином — не то, чтобы я была голодна, да и вообще мне нельзя есть после шести: представляете, только-только понюхаю сэндвич — и сразу плюс килограмм! Хотя, конечно, откуда вам знать, у вас-то фигурка просто загляденье!.. А я уж все диеты перепробовала, и хоть бы что! Но, когда мужчина для тебя готовит — это что-то!.. Разве можно отказаться? Впрочем, зачем я вам об этом говорю, вы и сами знаете. А потом мы сидели в гостиной и болтали почти до четырех утра! Мы так давно не виделись, и я хотела обо всем ему рассказать!.. И он тоже многое мне рассказывал, вот только о вас почему-то ни словечка не обронил — вот я и подумала, что путь свободен, вы уж не обижайтесь. Мне казалось, что уж такому старому другу, как я, Дерек мог бы рассказать о таких грандиозных переменах! Вы ведь знаете — все эти годы он был совершенно один, ну как монах, честное слово! Представляете: такой мужчина — и один! Нет, я понимаю, расставание с Шейлой очень сильно на него подействовало, но, согласитесь, это было вполне ожидаемо: молодая женщина, ведь понятно было, что рано или поздно она захочет собственных детей. И почему Дерек так уперся тогда, я не понимаю? Конечно, со Скаем ему было тяжело, шутка ли — младенец на руках, и без матери! А ведь он, когда мы встретились, даже не знал, чем его кормить и как подгузники менять! Но тут ведь совсем другое дело, и Скай уже подрос, самое время было бы сделать ему братика или сестричку — так нет ведь, не захотел, и, конечно, она ушла! Шейла еще долго ждала, что он одумается — но нет, не так уж, видно, и нужна она ему была. Интересно, а вы-то с ним это уже обсудили?.. Неужели передумал? Вы-то такая хорошенькая, и детки у вас получатся —загляденье! Так бывает, конечно, и нередко: ребеночек подрос, хлопот от него поменьше, только затрат, конечно, побольше, но все же уже не так трудно, как с малышом — можно и о втором подумать! Тем более с таким, как Дерек: он все сам знает, все умеет, а не как мой бывший муж. Говорит: о чем, дескать, мне с малявкой разговаривать? Как будто мне очень нужны были его разговоры!..       Гермиона украдкой взглянула на Малфоя. Он стоял, засунув руки в карманы, и отчаянно делал вид, что к нему вся эта болтовня не имеет ни малейшего отношения, но ярко-розовые пятна, горевшие на скулах, бессовестно его выдавали. Мередит говорила все, что в голову взбредет — но говорила правду, и Гермиона не смогла сдержать любопытства:       — А как вы вообще познакомились с Дереком?       — О, это было давным-давно! — рассмеялась Мередит. — Представьте: иду я с коляской через парк, вечер уже, почти что ночь, нормальные люди спать ложатся — но Элис спать ни в какую не желала! Она тогда засыпала только в коляске, и только если её постоянно катить — вот я и катала. И утром, в пять утра, катала, и потом в восемь, и в одиннадцать, и днем, и на ночь… Ох, и ненавидела я тогда эту коляску!.. Но, если бы не она, ума не приложу, как бы мы справились. Так вот, иду я, значит, Элис уже заснула, я думаю: ну пару кругов, и домой, уже, наверное, не проснется, хоть сколько, а поспит. И тут гляжу: парень сидит на скамейке. Молоденький совсем, волосы белые-белые, а на руках — младенец! Только не спит, а плачет-заливается! А у парнишки ни коляски, ни переноски — ничего. Сумка одна, да разве положишь все нужное в такую сумку? А у меня и бутылочки с собой, и салфетки, и подгузники, и вообще — чего только я тогда с собой не таскала!.. Ну, я подошла, спросила — может, чем помочь? Так и познакомились. Да… Я то время как-то плохо помню — усталость, недосып и прочие прелести младенчества… да…       Поток слов начал иссякать, но Гермиона не снимала заклинания — и потому подозрительно покосилась на Малфоя, который розовел с каждой минутой все больше и больше. Видимо, в те далекие времена Мередит помогла ему не только по доброте душевной, но и под действием волшебства, а потом с его же помощью забыла некоторые подробности — но у кого бы повернулся язык его осуждать?..       — Ну так вот, о чем это я. Шейла от Дерека ушла — так это когда было, почитай, уже три года прошло. И с тех пор — никого! Встретимся, спрошу: как дела? А дела все те же: работа да Скай, вот и все дела. А разве ж можно так жить молодому мужчине? Нехорошо это, да и мальчику без женской ласки тяжело. А я-то что, у меня-то уже Элис есть, и больше мне не надо — так что никакой проблемы бы не было! Я же не знала, что он, должно быть, передумал уже, — продолжала щебетать Мередит, у которой, похоже, открылось второе дыхание. — И ведь не то, чтобы я надеялась напрасно: говорят же, что не бывает просто дружбы между мужчиной и женщиной! А Дерек был всегда так внимателен, и когда я с мужем разводилась — так меня поддержал! И Элис к себе брал, когда я работу искала, присматривал за ней и все прочее, и помогал, чем мог, и ладят они отлично. А в последнее время появился у меня на работе один такой — симпатичный мужчина, что уж скрывать, вот только куда ему до Дерека! Боб и вполовину не такой умный и образованный, и с детьми не очень-то ловок, а уж про внешность и говорить нечего! Вот я и подумала: ну, попробую! Что я теряю? А если уж не выгорит, тогда уж выберу Боба, человек-то он неплохой, хороший даже… Вот мы и засиделись вчера до глубокой ночи, всё разговоры разговаривали — аж язык заболел! Нет, я ничего такого не хочу сказать, разговаривать с ним интересно — обо всем на свете забываешь! Глядь — уже и четвертый час утра, а все не наговорились. Но ничего такого не было, вы не подумайте! Я, конечно, пыталась — и так, и эдак, и даже футболку у него попросила, мол, пижаму взять забыла. Но он — ничего! Так что вы, мисс, не волнуйтесь — он не из таких! А то знаете, как бывает: увидит удобный случай, ну и воспользуется: все равно, мол, никто ничего не узнает!.. А Дерек вовсе не такой, и не глянул на меня даже в этом смысле — ну, вы понимаете, что я хочу сказать, и рук не распускал, и намеков никаких, к сожалению, не делал...       — Спасибо, Мередит, — улыбнулась Гермиона, и, уже не таясь, сняла заклинание — и тут же наложила другое. — Вы вышли познакомиться с одной знакомой Дерека, ничего такого, просто знакомая. Имя сложное, из головы вылетело. И вообще вы не помните, о чем мы тут говорили — да и не говорили мы ни о чем, так, о погоде. А сейчас вы хотите пойти к Скаю и немного с ним поиграть в шахматы. Ведь так?..       — Так, — зачарованно кивнула Мередит, а потом как будто спохватилась: — Ой, я пойду, меня ведь Скай ждет. Заболталась тут с вами! Я обещала ему сыграть партию в шахматы.       — Но ты ведь не умеешь, — вполголоса заметил Драко.       — Ой, ну уж шестилетку как-нибудь обыграю! — немного неестественно рассмеялась она и скрылась за дверью.       Гермиона и Драко остались наедине — но ни один из них не спешил продолжать разговор.