За фасадами

      — Папа, у вас что-то упало?..       На мгновение все замерли.       Гермиона смотрела на маленького мальчика в дверном проеме, как на боггарта. Он и был им — вот только никто не засмеется, не обратит ситуацию в безобидную шутку, не превратит в забавную игру. Она видела, как изумленно распахиваются глаза Ская. Как он переводит взгляд с отца, загнанного в угол, словно зверь, на незнакомого мужчину, угрожающего ему. Как слова застревают в горле, липнут к языку. Как в его детском мозгу начинают бешено вращаться шестеренки в попытке найти какое-то объяснение происходящему.       Это было крушение. Горный обвал. Сель, в котором утонет абсолютно все. Все усилия Драко, все его жертвы, все старания — всему придет конец, если сейчас отца арестуют и уведут отсюда на глазах его мальчика. И еще хуже будет, если он решит оказать сопротивление.       Краем глаза она заметила, как рука Драко дрогнула; палочка начала плавное, убийственно быстрое движение вниз. Времени на размышления не было. Меньшее из двух зол? Из трех, да хоть из бесконечности! Меньшее. Это все, что имело значение.       Теплое древко легло в ладонь так легко, так послушно, как будто только и ждало этой минуты.       — Петрификус Тоталус!..       Заклинание ударило Джастина в спину. Он застыл, покачнулся — и упал навзничь, уставившись остекленевшими глазами в потолок.       — У нас не так много времени, — отрывисто бросила она. — Возьмите вещи. Самое необходимое. Все, что дорого. В ближайшее время вы сюда не вернетесь, а через пару часов каждый дюйм здесь обшарят авроры.       Она не смотрела в сторону Драко, старательно отводила глаза. Она знала, что увидит там: ледяную ярость и бешенство. То, что она сделала, не могло быть прощено. Она не могла этого не сделать. Но Драко так и стоял там, в углу — и даже не пошевелился, как будто её заклинание поразило и его. Гермиона нашла в себе силы сделать два шага, обхватить холодными стылыми пальцами его запястье и тихо проговорить, не замечая, что голос срывается:       — Я все исправлю. Если ты захочешь. Сейчас главное — спасти тебя!..       Драко как будто не слышал её — стоял, застыв, точно статуя. Она сильнее сжала запястье — и наконец он оттаял. Молча кивнул, рывком высвободил руку, обошел Гермиону, будто она была табуреткой или каким-то другим, не менее нелепым препятствием на его пути, перелез через бесчувственное тело Джастина и подошел к сыну.       — Я все тебе объясню, я обещаю. Этот дядя будет в порядке, он полежит немножко, а потом придет в себя. С ним не случилось ничего плохого. А нам нужно уходить.       — Она ведьма?.. — свистящим шепотом спросил Скай. — Мисс Гермиона — настоящая ведьма?! А он... он колдун? Злой?..       — Я все тебе объясню, — повторил Драко. — Потом. Когда мы будем в безопасности. А теперь пойдем. Нам надо спешить.       Скай кивнул — неловко, не до конца осознанно, и позволил отцу взять себя за руку и увести. Но он не в силах был отвести взгляда от бесчувственного, будто окаменевшего тела — и непрестанно оборачивался, пока Драко не утянул его вслед за собой вверх по лестнице.       Гермиона прислушалась к удаляющимся шагам, и, только когда убедилась, что они стихли, позволила себе вдохнуть полной грудью. Ей хотелось сползти по стене, сжаться в комок на полу, вцепиться в волосы и завыть в голос — но ничего этого было нельзя. Она должна спасти Драко. Должна довести дело до конца.       — Прости меня, — проговорила она, присев на корточки возле окаменевшего тела Джастина. Он слышал её — это Гермиона знала точно. — Если можешь, прости. Я не хотела этого. Но стоять в стороне и смотреть на то, как ты совершаешь чудовищную ошибку, я не могу.       Она осторожно провела пальцами по его холодному лбу, смахнула упавшие пряди волос. Коснулась щеки, прощаясь. В последний раз. А потом встала, отошла, на сколько позволяла маленькая кухня, бросила в Джастина Фините Инкантатем, и сразу же, не дав ему возможности шевельнуться — Ступефай.       Он придет в себя минут через пятнадцать. Если она перед уходом добавит еще один Ступефай — в их распоряжении будет около получаса. Нужно найти место, где спрятать Драко и Ская… и спрятаться самой. Потому что, несмотря ни на какие извинения, удара в спину Джастин ей не простит. Да она и сама не простила бы…       Рука дернулась к сумке, которая так и висела на плече. Списки квартир в аренду все так же лежали там, как будто ожидая своего часа — и оказались как нельзя более кстати. К тому моменту, когда на лестнице вновь послышались шаги, она знала, куда им направиться.       Драко хотел было что-то сказать, но уперся взлядом в бесчувственное тело Джастина — и осекся.       — Можешь говорить свободно, — Гермиона поняла его опасения без слов. — Он... Я... В общем, он оглушен и ничего не услышит.       — Нужно поймать такси… — заговорил Драко, по-прежнему избегая глядеть на неё.       — Нельзя, — перебила она. — Джастин — магглорожденный, и ему удалось достаточно много узнать о тебе. Учитывая ситуацию, они с Гарри привлекут к поискам маггловскую полицию. Машину найдут и отследят. В гостиницы вам обращаться нельзя. Да и на улицах лучше не показываться — в Лондоне полно камер. И телефоны тоже придется оставить здесь. Если не хочешь, чтобы они нашли что-то личное — разбей или уничтожь.       — Просто великолепно! — процедил он сквозь зубы.       Гермиона бросила взгляд на притихшего Ская — он стоял чуть позади отца, крепко вцепившись в его руку, и казался задумчивым — но она была уверена, что мальчик жадно ловит каждое сказанное ею слово.       — Есть несколько вариантов квартир… В домах под аренду. Там никто нас не найдет. Но придется переместиться туда… ты понимаешь.       Драко наконец поднял на неё взгляд — и она едва не разрыдалась в голос. В нем было столько боли, столько муки, что хотелось лишь одного: упасть на колени перед ним и молить о прощении. Однако сейчас было не место. И не время.       — Скай, надень куртку, — коротко бросил он сыну. — И ботинки. Шапку не забудь.       — Я не хочу, — тихо ответил тот, упрямо глядя в пол. — Я хочу остаться дома. Я устал.       — Скай, так надо, — в голосе Драко зазвенела сталь.       Вероятно, в обычных ситуациях это работало, но сейчас Скай всхлипнул… и заревел, что было сил.       — Скай, пожалуйста, — громче повторил Драко, и это «пожалуйста» прозвучало почти как парселтанг — так много в нем было свистящих нот.       — Но я не хочу! — что было сил выкрикнул мальчик — Я никуда не пойду! Не пойду!.. Не пойду, не пойду, не пойду!.. — и разревелся еще горше.       Гермиона растерянно посмотрела на Драко — но одного взгляда хватило, чтобы понять, что сейчас он ей не помощник. Губы побелели от бешенства, руки сжаты в кулаки — он сам был на грани срыва и держался из последних сил. Нет, этого нельзя допустить.       Она взмахнула палочкой и затейливо закрутила кончик в воздухе. Из неё посыпались искорки — белые, голубые, золотистые… Подчиняясь движениям палочки, они закручивались в спираль, кружили и рассыпались звездочками на плечах Ская — и он застыл, раскрыв рот и начисто позабыв о том, что только что плакал.       — Я добрая ведьма, — проговорила Гермиона. — Я не причиню тебе зла. И буду защищать, что бы ни случилось.       — Как фея-крестная?..       — Только без кареты, — улыбнулась Гермиона.       Скай неуверенно улыбнулся вслед за ней, но почти сразу же улыбка начала таять, светлые брови нахмурились.       — Папа, а ты знал, что мисс Гермиона — ведьма?..       Его серые глаза устремились вверх, на отца — одновременно с недоверием и надеждой. Гермиона зажала рукой рот, чтобы не закричать: «Соври! Скажи, что ты ни о чем не знал! Что понятия не имел!.. Соври ему!..»       — Да, Скай. Я знал.       Слова упали тяжело — как падают первые капли весеннего ливня в сухую, растрескавшуюся землю. Маленький рот приоткрылся, глаза распахнулись.       — Но вы говорили, что волшебства не бывает! Что все это выдумки! Вы! Мне! Говорили!..       И он снова расплакался — на этот раз так горько, так безутешно, что было совершенно очевидно: фокусы здесь больше не помогут.       — Так, хватит! — рявкнул Драко, схватил захлебывающегося слезами сына за руку и потащил в прихожую.       Гермиона застыла, не понимая, что ей делать и надо ли вообще делать что-нибудь. Она смотрела, как Драко резкими и почти грубыми движениями одевал сына, не обращая никакого внимания на его слезы и сопротивление — и её сердце сжималось от боли и сочувствия им обоим.       — Адрес, — процедил он, набросив на себя куртку и закинув рюкзак на плечо.       — Я могу сама, — пробормотала Гермиона. — Перенести его. Чтобы, ну…       — Я сам, — отрезал Драко таким тоном, что больше она возражать не посмела — и молча протянула ему лист распечатки, на котором успела отметить адрес подходящей им квартиры.       Им пришлось выйти на улицу — Гермиона дождалась, пока Скай скроется из виду, прежде чем, зажмурившись, бросить в бесчувственного Джастина еще один Ступефай. Развеяла с помощью Редукто в пыль оба телефона — и все еще целый свой, и разбитый, принадлежавший Драко. Руки ходили ходуном, и она рефлекторно спрятала их в карманах куртки — но спокойствия это не добавило.       — Встретимся там, — отрывисто сказал Драко, подхватил заходящегося в плаче мальчика на руки, крепко прижал к себе — и исчез. Она глубоко вдохнула, стараясь набрать в легкие побольше воздуха — так, что в груди заломило — и последовала за ними.       Выбранная Гермионой квартира находилась в доме на противоположном конце Лондона — среди таких же точно домов, похожих друг на друга, как близнецы. Или, скорее, клоны. У них не было внимательного хозяина — лишь управляющая компания, а значит, и риск, что их присутствие будет замечено, был значительно ниже. Окна были темными, подъезд — пустым, в лифте им никто не встретился. Простая проверка подтвердила, что им повезло — квартира была пуста. Нужно лишь сделать так, чтобы её никто не смог найти, пока они там — но этим навыком Гермиона владела в совершенстве.       Алохоморы оказалось достаточно, чтобы открыть несложный замок. Две спальни, гостиная, кухня, небольшая прихожая. Не бог весть что, но она вполне удобно может устроиться на диване…       — Располагайтесь, — кивнула Гермиона. — Мне нужно еще кое-что сделать… Скоро вернусь. Не выходите из квартиры — вернуться вы не сможете.       Она не стала дожидаться ответа. Наложить защитные чары на квартиру, изменить нумерацию так, чтобы никто не заметил исчезновения одной из них, а еще купить продуктов и хотя бы зубную щетку… у Гермионы было еще очень много дел.