Моменты истины

Lucius *по коже Люциуса мурашками прошелся вздох защитной системы дома, вынудив отвлечься от созерцания ровного полета снежинок за окном; в немом недоумении мужчина отвернулся от окна и уставился не на кого-нибудь, а на Гермиону Грейнджер, стоящую посреди его огромного гостинного камина. Люциус несколько раз моргнул, полагая, что это странное видение в сполохах пламени рассеется, но, кажется, все было на самом деле, и охранная система не врала. Мужчина приложил палец к губам, веля ей не произносить звука, и бросил быстрый взгляд наверх - Драко тоже должен был почувствовать визитера. Проявит ли он любопытство? Мужчина отсчитал десять секунд, все было тихо. Видимо, Драко посчитал неинтересным чей-то приход в поздний час Рождественской ночью. Сделав неуловимый жест рукой, Люциус снял барьер с камина, позволяя девушке ступить на ковер. - Мисс Грейнджер. Сказать, что я удивлен - не сказать ничего. Что заставило Вас покинуть семейный очаг и прийти сюда? - левая бровь поползла вверх* Hermione * Гермиона словно ждала этого вопроса. На лице гриффиндорки играла лукавая улыбка, еле вырисовывающаяся в свете пламени. Она вышла из каминной сети, ловко поставив на дубовый паркет сначала одну ногу, затем - другую. Как и полгода назад, она стояла, не двигаясь, повинуясь соблюдать роковую тишину по жесту мужчины напротив. Сердце прыгало, как на углях. "Спустится, сейчас спустится" - вертелось в голосе, но долгожданных шагов по винтовой лестнице не послышалось ни через минуту, ни через две. Когда Люциус Малфой закономерно приподнял бровь, она подошла ближе к креслу, чтобы разглядеть его лицо. Без страха и сожаления. Посмотрев ему в глаза, она молча протянула ему руку, разжав пальцы: на ладони лежал крохотный венок из омелы с фамильной серебристой лентой. - Отдаете свое благословение? - голос прозвучал по-дрезки весело и даже шуточно* Lucius *смерил её колючим взглядом, даже не улыбнувшись. Любопытно, что это она о себе возомнила? Люциус молча забрал из её руки уменьшенную версию венка и забросил его в камин, позволив весело затрещать, разнося по комнате пряный запах омелы; сделав полшага назад, он все также молча указал ладонью на дверь, ведущую к лестнице на второй этаж, мол, прошу, пользуйся благословением на здоровье, если он не спустит тебя по лестнице головой вниз* Hermione * Какой-то десяток ступеней отделяет ее от заветной цели. Наплевать на снобское отношение со стороны Малфоя-старшего, броситься наверх, остановить, рассказать, попросить, сделать все, чтобы превратить это Рождество в Сказку...Но тут перед глазами пронесся далекий Драко Малфой, не взглянувший на нее на платформе. Не спустившийся вниз, хотя, должно быть, был осведомлен о том, что кто-то рвется к нему в дом. Не сделавший ничего из того, что принято назвать прощением. Гермиона стояла неподвижно и смотрела куда-то сквозь Люциуса, беспомощно растопырив пальцы, и провожая взглядом горящий в пламени венок. Она сделала шаг назад. Глупости. Все это глупости. Опять она подумала невесть чего. Так и оставшись стоять на месте, девушка сделала глубокий вдох. От былой веселости и решительности не осталось и следа. - Нет, - голос прозвучал с нажимом - Нет, позвольте...Мистер Малфой, позвольте мне...остаться здесь. И, не веря, что сказала эта, ошеломленно уставилась перед собой, глядя на хозяина дома, затаив дыхание* Lucius * - Зачем? - он поморщился, складывая руки на груд. - Вы явно не здесь хотите быть. Все её замешательство, все её маленькие желания, стремления и страхи были так явно написаны на лице, что не интересно было даже читать. Воистину - запретный плод сладок. Разумеется, она и не думала держаться от Драко подальше. Судя по всему, это он сейчас держался подальше от неё. Кажется, в кои-то веки у него был повод похвалить сына. Ему вдруг со всей отчетностью увиделась ситуация, и он понял, какой дурацкой была затея и насколько зря он послал к ней домовика. Кстати, где он? Уши ему оторвет, это минимум. Люциус внутренне поежился, будто снова сработала сигнализация - ему стало резко некомфортно от её присутствия в его доме* Hermione * И впервые за последнее время Гермионе и вправду расхотелось делать свои мало что меняющие попытки - начиная от робких шагов навстречу до сумасбродных, по истине безрассудных, вторжений в его дом. Точнее, в дом его отца, но это уже детали, это не столь важно. Девушка отчаянно боролась внутри себя с еще одной навязчивой причиной своего интереса - того самого, который смотрел на нее с вселенским холодом во взгляде. И как бы она не отодвигала эту мысль на антресоли своего сознания, как бы не боролась с абсурдностью ее формулировки, сейчас она действительно поняла, ч т о еще за эти месяцы оказалось важным. Объясниться перед отцом, ставшим свидетелем всей этой предыстории, даже не хотелось. Хотелось поговорить. По-человечески поговорить, оставив после этого в душе хоть какое-то успокоение. - Мистер Малфой, позвольте поблагодарить Вас за угощение. Я.…не знаю, зачем я аппарировала к Вам. И даже не солгала. Драко? Да, это было причиной. Но что-то еще мешало развязать язык до конца* Lucius *он продолжал смотреть на неё с холодной отстраненностью, кажется, даже не слышал её слов. В конце концов, что бы она ни сказала - её лицо говорило ему намного больше. Скорее всего, в это Рождество она одна, и подобное явно нелегко ей дается - девушка привыкла к семье и друзьям. Раз родители её так и не встретили, и дома её никто не ждал, значит, их взяли под усиленную охрану. Лорд взял дом Грейнджеров под контроль? Люциус не знал, задевает ли его тот факт, что ему самому об этом известно не было. Видимо, дела были плохи, и его немилость вовсе не напускная. Вот только теперь Люциусу стало все равно. Впервые за почти двадцать лет ему было плевать, что думает и делает Лорд. И что будет с ним лично. И что будет с Грейнджерами. Ему захотелось остаться одному, захотелось ощутить покой. Забыть о напряжении, бывшем ему верным спутником всю жизнь. Что делает здесь эта девочка? Зачем он проявил к ней интерес? Зачем она так глупо пытается скрыть, что ежесекундно прислушивается, а не раздастся ли наверху шум? Хотелось сесть в кресло и потереть виски. Вместо этого он продолжал стоять и смотреть на неё - не может же она находиться тут вечно? * Hermione * Чувствуя неловкость от затянувшегося молчания, Гермиона скользнула взглядом по его лицу еще раз. Скорее всего, именно сейчас Люциус Малфой бил невероятные рекорды по демонстрации терпения. Ну а чего она ожидала? Светской беседы или приглашения на чай? Чушь какая. Несмотря на необъяснимые жесты в виде надменных, колких замечаний в ее сторону сегодня вечером на вокзале или вот, взять хотя бы, к примеру, присланную ей весточку на дом, перед ней стоял все тот же человек, которого она впервые увидела в Косом переулке. "Зачем марать имя волшебника, если за это даже не платят сверхурочные?" И острые черты лица тронула холодная насмешка. Что ей от него нужно и почему уже который раз ее так безосновательно тянет с ним поговорить? Гермиона не знала. Пока что она просто ощущала несправедливость этого мира в плохо освещенной гостиной огромного дома, стоя напротив все еще хранящего молчания мистер Малфоя. Нарцисса Малфой, должно быть, вне этих стен Замка, иначе бы она не застала его здесь в гордом одиночестве. Неужели...ему и вправду нравится встречать Рождество вот так, в одиночестве? Даже собственный сын предпочел уединение у себя в покоях. Похоже, она снова загнала себя в западню. Извиняющимся движением она проскользнула мимо него, на секунду затаив дыхание, и прошла в каминной полке. Настала пора закругляться. Гермиона оглянулась. - Доброй ночи...и..ну...в общем, спасибо Вам еще раз... Она отодвинула в сторону решетку, чтобы сгореть не то от обжигающих языков пламени, не то от собственного стыда * Lucius * - Доброй ночи, - пронаблюдав её прогулку до камина, Люциус отвернулся обратно к окну. Всё правильно, пусть она уходит отсюда и из жизни его семьи. Так проще будет сохранить безразличие, проще будет направить на неё палочку, когда придет срок, произнести последние заклинания. Она снова станет просто лицом из толпы. Толпы, до которой ему не будет дела, - будет ли она жить или умрет. Этот день все равно настанет, и единственное, что может сделать Люциус, это организовать все так, чтобы Драко в этот день был как можно дальше, и не ему пришлось бы поднимать палочку. Для сына еще был шанс, и мужчина его не упустит. Люциус считал про себя секунды, ожидая в любую из них знака от охранной системы, что гость ушел* Hermione * Заметив рядом догорающий венок омелы, девушка, не зная, что на нее нашло, схватила его в руки, словно это был последний шанс для тонкой серебряной ленточки не сгореть дотла, последний шанс исправить хоть что-то за этот длинный и до нелепости странный день. Желание достучаться до бывалого слизеринца сменилось разочарованием. Что она ему могла сказать такого, что он не слышал? Все верно. Все уже было сказано, и Люциус Малфой все и сам отлично знал. Его реакция, его действия, его непроницаемость — это все его выбор. Как и выбор его сына. А она должна пока перестать пытаться перебраться за черту непонимания и подумать о том, кто у нее остался. Мерлин, она же просто обязана уберечь родителей! А Гарри? Вот кому придется несладко в последующие месяцы. А Рон? Ему не лучше. Нет, она подумает о них. Она им нужна. Снова зациклится и попытается вернуться к истокам, где есть друзья и семья. И думать забудет про этот блеск равнодушия в глазах Малфоя старшего, и про бездействие Малфоя младшего тоже забудет. Она сможет. Она же сильная. Громкий хлопок вперемешку с треском камина возвестил о том, что она снова дома * Lucius *сова* Грейнджер, если Вы решили, что отделались своим ответом, то зря. Hermione *Гермиона держала в руках клочок пергамента и ощущала себя полной дурой. Только она могла наспех выложить всю правду и свято верить, что вопросов не будет. Переведя взгляд на сову, в свое время не спускающую с девушки своих пронзительных светящихся глаз, Гермиона снова посмотрела на письмо. Ответить на бумаге? Она, как говорят, все стерпит. Камин? Слишком самонадеянно. Прогуляться до бара, где по субботам собирались многие чистокровные особы по субботам? На данных момент это выглядело самым адекватным решением. Намотав кое-как на шею гриффиндорский шарф, девушка выбежала из замка, сверяя по пути свой маршрут с картой.* Lucius *он, конечно, не ожидал, что она ответит ему сразу, но что проигнорирует вовсе - совершенно точно нет. Что за наглость? Не то, чтобы его письмо располагало к ответу - оно вполне могло напугать девушку. Напугать? Грейнджер? Люциус усмехнулся. Эту безрассудную девушку ничто не в состоянии напугать. От всей ситуации его обуял гнев, и он не придумал ничего лучше, чем пойти туда, где не был уже лет пять - в бар* Hermione * Стоя около прозрачной оконной рамы высокого помещения, откуда доносится гомон оживленной толпы и торжественная музыка, Гермиона только сейчас поняла, что отыскать мистера Малфоя здесь будет непросто: все дамы, посещавшие подобные места, всегда приходили в сопровождении кавалеров, гриффиндорка сама нередко наблюдала, как хлопотно собиралась на торжества в уикенд Блез. Вздохнув, она отошла чуть поодаль, порывисто снимая с шеи шарф. Еще не хватало, чтобы она была объектом внимания/недоумения здешней публики. Вдруг она заметила, как к бару направлялась знакомая ей фигура человека. Не медля ни минуты, она вышла из своего укрытия и подошла сзади. - Мистер Малфой? - голос прозвучал уверенно, но немного тише, чем хотелось. - Добрый вечер. * Lucius *он бы вздрогнул, но выдержка не подвела. Медленно стянув с обеих рук перчатки, он лишь затем обернулся на голос; Покрытая снежинками непослушная шевелюра поблескивала в мягком свете ламповых свечей. Выражение лица было не то решительное, не то сосредоточенное, что в целом придавало девушке сердитый вид. Вечер выходного дня выдался морозным, что вынудило большинство людей найти укрытие в теплых помещениях за кружечкой эля - в баре было людно. Люциус окинул ленивым взглядом общество, которое, по счастью, было достаточно поглощено собой, чтобы обратить внимание на то, с кем он тут разговаривает. Наконец, взгляд остановился на гриффиндорке. - Раз Вы его таким считаете, мисс, - едва заметно дернув головой, он направился в сторону небольшой двери возле лестницы - входа в его личный кабинет здесь* Hermione * Она знала о гнусном изяществе его игры, о таком холоде и показной непричастности к тому, что она была здесь - каждый раз увидев Люциуса Малфоя перед собой, девушка раз за разом сталкивалась с этими показным равнодушием. Чувствовала буквально кожей, что он ожидает от нее - окликов, эмоциональных объяснений, привлечения с себе внимания. Чтобы потом так же отстраненно поджать губы и сделать вид "когда-же-ты-наконец-перестанешь-появляться-в-моей-жизни". Набрав в легкие морозного воздуха, она даже поддалась: - Сэр... - потребовалось сосредоточиться на том, как его спина медленно разворачивается снова, - сэр, постойте. Я не займу у Вас много времени... И тут она протянула ему потрепанную страницу из Ежедневного Пророка, на которой был виден клочок статьи: "...из списка желающих прибыть на завершение обучения в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс не появились в стенах следующие ученики..." На пятой строчке красовалось выведенное курсивом имя Драко Малфоя. Со снимка он возвращал репортеру надменный взгляд и взмах рукой, явно дававший понять, чтобы от него отстали. Прежде чем мужчина что-либо сказал, прочитав заголовок, Гермиона решительно окликнула его: - Я сейчас все объясню. Если позволите...мы можем поговорить вдали отсюда? Мне кажется, по вполне разумный причинам, Вам ни к чему, чтобы Вас заметили в моем...окружении. * Lucius *мужчина раздраженно вдохнул и выдохнул: - Мисс Грейнджер, Вам нужно пальцем указать? - он вновь отвернулся, пряча гнев, проступивший на лице, открыл дверь в кабинет и вызывающе-выжидательно посмотрел на неё, уже совладав с собой. - Вам нужно особое приглашение? Из-за двери падал едва заметный свет - там явно горели свечи, словно Люциуса тут ждали в любую минуту; он очень надеялся, что за руку тащить её не придется, ведь кое-кто уже с любопытством оглядывался на Малфоя. Он этих людей не знал, но это не значит, что не узнали его* Hermione * Гермиона перевела недоуменный взгляд с Люциуса на дверь и обратно. Поежилась. Не то от колючего холода, не то от воспоминаний, когда они последний раз разговаривали наедине. Не став тянуть время и что-либо отвечать (все равно она удостоится какой-нибудь очередной колкости), гриффиндорка шмыгнула внутрь просторной комнаты, чем-то сильно смахивающей на персональный кабинет. Удержавшись от восхищенного вздоха, она стянула алые шерстяные перчатки и вопросительно уставилась на Малфоя-старшего, когда тот уже вошел следом и успел закрыть дверь * Lucius * - Желаете чего-нибудь выпить? Или съесть? - на автомате спросил мужчина, заперев дверь и наложив на нее запирающие чары; после следующего взмаха палочкой в камине затрещало пламя, и мужчина подошел к одному из кресел, уперев ладони в спинку и вопросительно глядя на девушку* Hermione * - Нет, благодарю. Иной раз Гермиона бы еще раз ненароком удивилась манерам чистокровного чародея даже в моменты, когда он говорил с ней, но сейчас ей не терпелось узнать ответ на свой вопрос. Она подошла чуть ближе, стараясь разглядеть лицо волшебника. - Скажите, это правда? Смотря в лицо, не проронившее ни одной из эмоций, она затараторила: - В сентябре каждому из учеников пришла сова, чтобы составить список из желающих продолжить обучение после... - фразу "решающей битвы" она решила проигнорировать - и в ноябре все должны были преступить к занятиям. Я была накануне в Министерстве по учебным вопросам и мне на глаза попала эта листовка. Ее решили не печатать. Оттуда же и ваша фотография с зачеркнутыми адресами. Я не смогла не проверить, сэр, но Ваше поместье...Ваш адрес был зачеркнут. Следовательно, Вы...должно быть, переехали. Все это не случайно, я ведь права? Только скажите, что Вы знаете где он, и что Вы в курсе того, что я сейчас сказала, и я незамедлительно Вас покину и больше не стану тратить Ваше время... Ее взгляд неотрывно буравил лицо мужчины, слушавшего ее сумбурную речь с непонятным видом* Lucius * - Рекомендую Вам выразить свой вопрос яснее, - он стиснул зубы, глядя мимо неё. - Знаю ли я, где мой сын? Да. Переехали ли мы? Нет. Будет ли он учиться в следующем году? Я этого не знаю, решать он будет сам. И раз это все, что Вас интересовало - не смею задерживать, - взмахом палочки снял с двери запирающие чары и развернулся к камину* Hermione *Гермиона пару секунд неотрывно смотрела на мага в упор, не мигая. Медленно отойдя к двери, она все же произнесла: - Но я посылала сову на адрес вашего поместья, и она вернулась обратно с письмом. Выходит, тот адрес недействителен. Она выдержала напряжённую паузу. - Что ж, сэр. Это действительно все, что я хотела узнать. Девушка развернулась, чтобы выйти, она уже протянула руку открыть дверь, как вдруг раздался короткий стук. Гермиона отдёрнула кисть, в ужасе отскочив в сторону. * Lucius * - Поместье закрыто от внешних воздействий, - он стоял близко к камину, и единственным звуком, достигавшим его ушей, был треск поленьев в огне; выждав несколько мгновений, которых вполне хватило бы девушке, чтобы уйти, он обернулся; и с удивлением обнаружил её посреди комнаты. - Вы еще здесь? - ноздри сами собой раздулись на вдохе - Вы, вроде бы, получили, что хотели.* Hermione *Гермиона в смятении посмотрела на ручку двери, которая, к ее ужасу, начала медленно опускаться (он же успел открыть её!) и не нашла ничего лучше, чем опрометью кинуться в свободное крохотное пространство между высоким книжным шкафом, стоящим за дверью, и тумбочкой, плотно прислонённой к стене. Объяснять что-то на ходу аристократу было явно излишним. * Lucius *моргнув от её стремительного перемещения, Люциус уставился на дверь; кто вообще может сметь вторгаться к нему без приглашения? Это частная территория его уединения. Рука невольно потянулась к трости и беззвучно извлекла палочку; указательный палец свободной руки он приложил к губам, делая жест девушке не издавать звуков. Хоть он и не смотрел в её сторону, испуганный взгляд ощущал на себе отчетливо. Кто бы не явился к нему без спроса, прием его ждет наихолоднейший* Hermione * Гриффиндорка молча предавалась панике, пока дверная ручка медленно опускалась до основания. Наконец, прозвучал характерный щелчок, и в комнату проникло свежее дыхание вот-вот вступающей в свои права зимы. Вместе с ним на порог вступил кое-кто еще. - Прости, что без приглашения. Люциус. - голос профессора зельеварения заполнил собой все пространство. Войдя внутрь, он захлопнул дверь и без промедления проследовал к хозяину кабинета, протягивая ему что-то в руке. - Увидел здесь свет, подумал, что тебе будет это интересно... - его угрюмый тон не обещал ничего хорошего. Краем глаза Гермиона заметила, как Северус Снейп потягивает слизеринцу вчерашнюю газету с точно такой же страницей, что буквально несколько минут назад вручила ему она. Зажав рот ладонью, она очень тихо воспользовалась заклинанием невидимости, которому научил ее Малфой-младший. А не то профессор Снейп удивится не на шутку, увидев ее здесь. * Lucius *Снейп все же что-то услышал, так как обернулся спустя мгновение после того, как девушка исчезла из вида; Люциус демонстрировал невозмутимость, и Снейпу пришлось решить, что дело в сквозняке. - Я вообще удивлен увидеть тебя в подобном месте, Северус. Видимо, ты очень хотел меня видеть, - Люциус без особого интереса пробежал глазами то, что, по словам гриффиндорки, печатать были не должны, и воззрился на профессора с выражением неудовольствия на лице. - И что ты хочешь мне этим донести? Что я должен больше влияния оказывать на сына? Я всю жизнь только и делал, что строил его жизнь. И добился лишь того, что он перестал воспринимать меня вовсе. Черта с два я буду пытаться впихнуть в эту пустую голову свой разум, - мужчина сложил руки на груди. - Вообще, ты не вовремя. Я кое-кого жду.* Hermione * Северус Снейп стоял спиной к девушке, и она не могла разглядеть выражение его лица, но что-то подсказывало ей в его напряженной позе, что удовольствия от беседы он испытывает мало. Все, что он сказал напоследок, было вежливое пожелание приятно провести вечер. В дверях он обернулся, чтобы что-то добавить, но, поколебавшись мгновение, он плотнее запахнулся в отвороты мантии и вышел так же быстро, как и появился. Гермиона знала, что действие заклинания будет продолжаться еще какое-то время. Она чувствовала себя безумно неловко в сложившейся обстановке. Чтобы дать знак, что она все еще здесь, она не бесслышно переместилась из "укрытия" в противоположный угол комнаты, не зная, стоит ли произносить еще хоть слово. * Lucius *Люциус направил на девушку палочку и снял с неё заклинание. - Печатать не стали, да? - в голосе осталась лишь усталость, взгляд путешествовал по её лицу даже с неким любопытством: он не знал, сможет ли она что-то сказать вообще* Hermione * На то, чтобы осознать, что она снова стала в зоне видимости, ушло до обидного мало времени. Прикусив губу, гриффиндорка скользнула взглядом по полке с книгами, рядом с которой она находилась буквально пару минут назад, и наконец, обратила взор на Люциуса. Что он сейчас чувствовал? Тревогу? Беспокойстве? Злость? Равнодушие? Ни одну догадку его лицо не выдавало, кроме усталости. Отчего-то стало совестно. - Но сэр...буквально позавчера она еще была в неопубликованных рукописях... Должно быть, этот выпуск кто-то правил второпях... - она развела руками, понимая, как беспомощно выглядит. * Lucius *он, было, хотел сказать резкость, но понял, что смысла в этом нет. - В любом случае, Вы не имеете отношения к этой газете и её решениям о публикациях, - Люциус качнул головой, вкладывая палочку обратно в трость. - Были времена, когда имел я, но воды с тех пор много утекло. Когда-то я думал, что мне подконтрольно все.. - мужчина хмыкнул, прислоняя трость к креслу* Hermione * - Мистер Малфой.. Лучше бы она оставалась невидимой. Теперь думалось, чтобы уж лучше он сказал что-то в привычной манере, едкое и малоприятное. Как реагировать на его слова, девушка не знала. Она просто продолжала стоять застывшей статуей посреди этой величественной комнаты, смотря из-под опущенных ресниц на не менее величественного господина этих стен. Оставить его наедине с собой и уйти чинно, по-английски? Или не дать ему потерять последнюю нить понимания с сыном и.…с собой. Мысль обожгла. А потом она выдала вслух то, что беспокоило больше всего: - Вы не думаете, что это...это...похищение? Голос дрогнул. Она посмотрела ему прямо в глаза. * Lucius * - Грейнджер, Вы рехнулись? - он был так удивлен нелепостью предположения, что даже не совладал с мимикой. - Мой сын дома, он полном здравии. Хотя за рассудок Драко он бы ручаться не стал. - Вы думаете, что знаете о том, что творится в его голове? Так вот смиритесь с тем, что ошибаетесь. Вы ничего не знаете об этом человеке. Что это вообще такое все для Вас? - его вдруг прорвало. - Некий социальный эксперимент? Это такое гриффиндорское развлечение? Знаешь, ты очень на неё похожа. Hermione * Ее щеки пылали. Она никогда не видела Люциуса Малфоя в таком расположении духа, по крайней мере, с ней он всегда держался одной и той же линии поведения. Эта вспышка отозвалась мурашками по коже и недобрым огоньком в глазах девушки. Как много она хотела ответить этому человеку. Как горячо хотелось опровергнуть то, что он думал об ее отношении к своему сыну. Возмущение вскипало с каждой миллисекундой, заставляя грудную клетку вздыматься чаще. - А Вы так уверены в том, что это правда, что он под надежной защитой? Пророк не раз печатал клевету, но я ума не приложу, зачем на этот раз писать такое о в а ш е м сыне! - шатенка в запале шагнула навстречу, отчего ее волосы причудливым образом отливали густым шоколадом в свете огня. - Развлечение?! Мерлин! Вам даже не понять того, ч т о он для меня значит. Я.…Вы… - она закрыла лицо руками от нахлынувших на нее эмоций. - Я в жизни так не беспокоилась ни о Гарри, ни о Роне, ни об одном из тех, кто был мне дорог всю сознательную жизнь...Он вошел в число тех, кем я дорожу, очень стремительно. Я этого не предполагала...Все случилось так...Вы не понимаете. Считаете это глупым юношеским максимализмом, девичьим любопытством. Но это не так. Я даже откажусь от него, если это ему на благо. Как видите, уже сделала. Но эта чертова публикация заставила меня пойти напрямую к Вам, потому что...потому что в случае с Драко...мне не к кому больше идти. Понимаете, Вы моих мотивов или нет...но я хочу помочь...я готова... Она переводила дыхание. Слова комком застряли в горле и дышать было слишком тяжело. Жар камина обжигал кожу. Гермиона порывисто откинула волосы назад. * Lucius - Я об Эванс, если Вы вдруг не поняли. О святой мамаше Вашего дружка. Она тоже это любила - б е с п о к о и т ь с я, - он наклонился к ней достаточно близко, едва не выплевывая ей в лицо слова, - ставила свои эксперименты. З а б о т и л а с ь о Снейпе. О Блэке. О Люпине. О, и вершина её творения - Поттер. Вытащила кусок дерьма в люди. Очень гордилась тем, как она его п е р е в о с п и т а л а, - последнее слов он прошипел, - все жизни в руинах. Считаете её своим кумиром и примером, как я погляжу? Отказываться — вот, что такие, как Вы, лучше всего умеете. Дать надежду, а потом.. - он стиснул кулак возле её щеки, потирая пальцами так, словно что-то перемалывает. - Трусы. Все вы, - Люциус с отвращением отодвинулся от неё* Hermione * Опешив от негодования и захлебываясь возмущением, гриффиндорка лишь зло прожигала глазами лицо напротив. Чертова вуаль дорогого одеколона накрыла ее с головой, стоило чистокровному магу наклониться к ней вкупе со всем его презрением и ненавистью. - Поверить не могу... - она обронила эти слова негромко на выдохе. - И это говорите Вы! Вы не знали и толики правды о том, что связывало их всех. Я не утверждаю, что я знаю все, это было не мое время, меня тогда даже не было! Но чтобы Вы судили о той, которая и правда сделала слишком много для них всех..Вы...Вы - чудовище... Из глаз брызнули слезы. Она была в отчаянии. Унижение и отвращение от слов о матери ее лучшего друга кинжалами вонзились в сердце. Это все не так. Он ровным счетом ничего не знает. Джеймс Поттер, Сириус, Люпин...это ни в коем случае не ее вина. Нет. - Отказаться от него просили меня не кто иной, как Вы. И как бы сложно не было бы...я это приняла и отступила. Как Вы просили для него! Теперь же... Гермиона не заметила, что стояла почти вплотную к Люциусу, бойко задрав подбородок и не отрывая глаз от его лица. Смотря прямо в глаза. Не моргая и не отворачиваясь. * Lucius - Вот именно, - спокойствие возвращалось к нему медленно, но возвращалось. - Вас не было. А я - был. У меня нет желание рушить Ваши детские иллюзии. Видит Мерлин, найдется много людей, которые справятся с этой задачей лучше меня. Но никогда... никогда не доверяйте тому, чего не видели своими глазами. И никогда не будьте настолько самонадеянной, чтобы считать себя способной и в праве менять, исправлять, лепить чужие жизни. Это никогда не приводит ни к чему хорошему, - Люциус заправил девушке за ухо выбившуюся прядь волос* Hermione *Дар речи она потеряла мгновенно. Хотелось закричать, хотелось встряхнуть за плечи этого человека, который знал слишком отчетливо, что видит всех насквозь. Как же он ошибался. Как много он не знал о жизнях Поттеров. Но как много не знала и она. Этот отеческий жест поверг в ступор, загнал в тупик. Пальцы Люциуса были холодными в то время, как ее кожа просто пылала. Чувства смешались в один многослойный ком нервов. Девушка продолжала тяжело дышать, сдвинув брови. Кричать, бить себя в грудь, спокойно и долго объяснять, приводить примеры, вспоминать прошлое. К чему это все? Результат будет нулевой. Это не приведет ни к чему. Он лишь лишний раз посмеется над ней. Грейнджер на секунду закрыла глаза. Если бы он хоть раз услышал, о чем она говорит. Если бы он хоть отдаленно понял...Он ведь знал, каково это. Он ведь любил. И помимо идеального брака, с виду святых супружеских будней, что они делили напополам с Нарциссой, в жизни этого человека была женщина, заставившего его поверить. Фрида. Короткое, терпкое имя. Почему же он не верит сейчас? Гермиона открыла глаза. Равнодушие и слепое безучастие. Она не стала больше разрывать связки и отнимать время у того, чье сердце сомкнуло вокруг себя замок. Она медленно подошла к двери и, не оборачиваясь, вышла наружу, подставив лицо первому снегу. * Lucius *юность... он хорошо помнил, как умеют гореть праведным гневом глаза, как уверенность в своей правоте ослепляет. И помнил, сколько смертей нужно пережить, чтобы начать видеть дальше своих убеждений; досчитав до пяти и приведя мысли в порядок, он вышел из комнаты, запер её за собой и шагнул на улицу, где возле фонарного столба все еще стояла девушка. - Гермиона, - он встал рядом, тоже ловя кожей снег и слегка щурясь на свет фонаря, - от моей жизни уже мало, что осталось. Мне теперь лишь дожить её надо. А Вы молоды. Вашему поколению строить этот новый непонятный мир. Не упустите свою собственную жизнь в попытках построить чужую.* Hermione * Звук собственного имени заставил ее вздрогнуть. Она не стала оборачиваться. Ей было неведомо, как обозвать то новое, теплящееся глубоко под ребрами ощущение беснующейся справедливости вперемешку с жалостью, отчаянием, желанием доказать и чем-то еще, так прочно впитавшимся под кожу с каждым новым появлением аристократа поблизости. Не то, чтобы ей хотелось поверить в искренность его тона, но сейчас было лучшее время, чтобы произнести вслух то, на что она никогда ранее не имела права. - Вы все еще помните то, ради чего жили все это время? - голос прозвучал глухо.* Lucius * - Уже не уверен, - его лицо выразило жест пожатия плечами; мужчина скосил на неё взгляд, а затем натянул перчатки. - Я желаю Вам как можно дольше сохранять свой огонь, и как можно меньше наломать от этого дров, мисс Грейнджер. Он тихо отступил из пятна света от фонаря обратно во тьму и неспешно направился вниз по улице* Hermione * - Не наломав дров, не зажжешь огонь, - с горькой усмешкой прошептала в темноте гриффиндорка, неотрывно следя за грациозной походкой человека, который ломал все барьеры восприятия своей сущности. Она знала его одним, а в свете обстоятельств пролился свет на другую сторону волшебника по имени Люциус Малфой. И она оказалась еще темнее. Оттого, что неизведаннее. Чужая душа - потемки. Драко перестал бороться уже сейчас, будучи в юном возрасте. Оставалось надеяться, что с ним и правда все хорошо. Его же отец...кажется, вера горела в нем дольше, чем могло показаться с виду. Захотелось догнать его и сказать, что все еще есть то, ради чего стоит бороться и дышать воздухом на этой грешной земле. Этой причиной был его сын. Этой же причиной был его сын и для нее. Когда силуэт слизеринца растворился в темноте окончательно, Гермиона тихо улыбнулась. Сегодня она еще раз словно прикоснулась к неприкосновенному, приблизилась к непостижимому. Познала неизведанное. *