Всё случится в Детройте

      Кажется, Дин на мгновение потерял сознание, но быстро взял себя в руки. Последнее, что он запомнил, был ослепляющий свет, наполнивший номер. Глаза словно склеили, но Винчестер с трудом, но смог их разлепить.       Первое, что он увидел, был его младший брат, стоящий в центре комнаты и лежащее рядом тело того незнакомца, которому Сэм сказал одно единственное слово – "Да". До Дина не сразу дошло, что именно и кому именно он это сказал, но потом...       Глаза Сэма сверкнули красным пламенем, а за спиной появились две чёрные тени, напоминающие крылья и ярко контрастирующие на фоне света, исходящего от их обладателя. То, чем сейчас являлся младший Винчестер, высокомерно и обворожительно улыбнулось. Дин был не в силах пошевелиться от сковавшего его страха. Но потом живо собрался и рванул вперёд с занесённым кулаком. Люцифер мягко, почти играючи перехватил его и отвёл в сторону. Лёгкий толчок в грудь заставил старшего Винчестера буквально отлететь к противоположной стене.       Падший в теле Сэма медленно, словно хищник к жертве, подошёл к нему.       – Знаешь, Дин, мне достаточно щёлкнуть пальцами, чтобы тебя убить, – Люцифер демонстративно соединил пальцы на своей руке. – Но, боюсь, что Сэмми будет против. Я ведь прав? – Сатана поднял глаза вверх, заглядывая в глубь своего сознания. После нескольких секунд молчания, он расплылся в лучшей улыбке, на которую только было способно лицо младшего Винчестера, и энергично закивал головой. – О да, Сэмми. Вижу ты со мной согласен. Ну что ж... – Падший вернул свой взгляд на Дина. В нём не читалось ничего, кроме предвкушения, возможно битвы, возможно победы в ней же, и чего-то ещё, что мужчина не мог уловить. – Увидимся позже, Диана.       Люцифер растворился в воздухе, оставив охотника одного. Шок медленно, но верно спадал, сменяясь пониманием, затем разочарованием, отчаянием и подступающей истерикой. Дин завёл свои руки себе на голову и с силой сжал волосы в своих пальцах, дабы заглушить душевную боль физической, но это не помогало. Винчестер медленно скатился вниз по стене. Дыхание сбилось окончательно и не собиралось приходить в норму. От этого ярость, кипящая внутри, усилилась, и выплеснулась в виде сильного удара о близлежащую тумбочку. Хотелось разнести этот номер на атомы, но сил как таковых не было и поэтому Дин продолжал сидеть на холодном полу мотеля в не таком уж и гордом одиночестве.       – Дин! Ушёл ты ничего не сказав и я... – как гром среди ясного неба послышался голос Кастиэля. Винчестер поднял на него глаза полные мольбы и встретился с голубыми глазами, которые выражали сочувствие. Либо его реакция стала медленнее, либо это Кас настолько быстро подошёл, но через секунду Дин ощутил прикосновение к своему плечу, а затем руки, сцепившиеся за его спиной.       Охотник хотел было напомнить ему про личное пространство, но резко передумал. Вместо этого он буквально вцепился в ангела и облокотился своим лбом о его плечо. Кастиэль не говорил ему ничего, просто молча сидел, обнимая Винчестера, просто медленно поглаживал своей рукой по его спине, просто был...       Может Сэм и сказал Люциферу "да", но он не сделает такого же для Михаила. Может его брат и допустил ошибку, но он поможет её исправить. И пусть он не знает, как это сделать, но Дин мать его Винчестер никогда не остановится и даже если придётся убить своего самого близкого человека, он...       Нет. Никогда. Он найдет другой способ. Его же слова о том, что вместе они слабость, сейчас дополнялись до полноценного предложения – "Пусть вместе они слабость, но они же сила." И эта самая сила способна разрушить все мыслимые и немыслимые правила... А сейчас, прямо сейчас, в дешёвом номере с заиндевевшими окнами, есть только он и его ангел, успокаивающий одним только своим присутствием.

***

      Сэм стоял на краю неизвестного ему обрыва. С него открывался живописнейший вид на густой хвойный лес, простирающийся на десятки километров вдаль. Винчестер ощущал тепло, исходящее из середины его грудной клетки, где-то в районе сердца. Сейчас он полностью контролировал своё тело, что достаточно настораживало.       – Как тебе вид, Сэмми? – Люцифер возник рядом в теле Ника и, с совершенно невозмутимым видом, смотрел то на охотника, то на лес.       – Но.. Как же?... – Сэм неопределённо замахал руками, пытаясь жестами высказать то, что не может словами.       – Не волнуйся, я по-прежнему внутри тебя. А это так.. Для твоего удобства. Чтобы тебе не казалось, что ты разговариваешь сам с собой, – падший улыбнулся одним уголком губ, искоса поглядывая на своего весселя. – Так что ты скажешь по поводу этого места, а, Сэмми?       – Здесь... – Сэм не мог подобрать слов. Являлось ли это причиной того, что он спокойно и непринуждённо разговаривает с сатаной, или того, что от открывающегося вида захватывало дух, сказать было сложно. На языке вертелись самые разные эпитеты и сравнения, но Винчестер сумел выдавить из себя лишь одно единственное слово. – Чудесно...       – Я рад, что тебе понравилось. Ну так что, Сэм, чем займёмся? Может пустим какой-нибудь вирус или натравим Голод на пару штатов?       – А разве у меня есть выбор? – ровным тоном произнёс охотник. В ответ на него уставились голубые глаза, полные непонимания и разочарования.       – Ты меня обижаешь, Сэмми, – Люцифер театрально насупился, словно маленький ребёнок, которому не разрешили пойти погулять с друзьями, а вместо этого заставили убираться. Сложил руки на груди и показывал всем своим видом, что он был обижен на столь безразличную реакцию. – Конечно есть, – резко выйдя из образа трудного подростка, как ни в чем не бывало продолжил он. – Мы можем ещё полетать по миру, походить по барам, поесть в кафе, если уж ты не хочешь начинать апокалипсис прямо сейчас. Сатана в твоём личном распоряжении, Сэмюэль.       – Когда я ставил условие о том, что я могу брать контроль над телом, я не думал, что это будет настолько... – фраза осталась без окончания. Винчестер лишь улыбался краешками губ, ощущая такую непривычную, но по-своему родную теплоту в душе.       – Настолько хорошо? – неожиданно продолжил дьявол и посмотрел на него глазами сосуда, которые не могли передать и доли той... Нежности? Заботы? Говорят, что ангелы не умеют чувствовать. Но Люцифер же отличается от прочих. Так может это они и есть? Чувства?       – Да... Именно. – робко и немного смущённо ответил Сэм и отвëл глаза, не в силах выдержать этого взгляда, разъедающего его изнутри. – Тогда, если мы не торопимся с Армагеддоном... Всё равно Михаил ещё не обрёл сосуд... – мысль о Дине неприятно кольнула, но быстро сошла на нет. Уже поздно, что-то исправлять. Или всë таки?... – Предлагаю отправиться в Лас-Вегас или может в Нью-Йорк. Покажу тебе все прелести жизни... Как ты там нас называл? Да, точно, обезьянок. Может, заставлю тебя передумать насчёт конца света.       – Ты правда надеешься переубедить меня? Самого Дьявола? Короля хитрости? Что ж... За этим будет интересно понаблюдать... – сказал Люцифер, и Сэма охватила до дрожи приятная и такая правильная невесомость.       Нежный, рассеянный свет восходящего солнца сменился резкими неоновыми вывесками баров и стрип-клубов настолько быстро, что глаза неприятно зажгло, но через пару секунд сошло на нет. Сэм осмотрелся и хмыкнул, увидев знакомое название улицы из трущоб. Недолго думая, он решил пойти вдоль неё.       "Чем тебе так приглянулся Сан-Франциско?"– мысленно спросил Винчестер.       Люцифер тут же появился рядом и с самым что ни на есть заинтересованным видом рассматривал каждую мелочь на стенах зданий бедняцких кварталов, на земле, на редко проходящих мимо них людях.       – В твоих воспоминаниях это место показалось мне привлекательным. Ну там, знаешь, мост Золотые Ворота, на который ты смотрел целых два часа, пока твой братец в очередной раз прогуливался по барам, пляж Оушен-Бич, на котором ты мечтал побывать с семи лет, залив Сан-Франциско со своим чудесным видом на Тихий Океан... Не хочу это признавать, но что-то у моего старика и вправду получилось... – Люцифер задумался, стуча указательным пальцем по губе, а потом неопределённо покачал рукой. – Неплохим.       "Ты... правда так считаешь?"– с трудом сохраняя невозмутимое лицо, чтобы не вызвать лишних вопросов у окружающих, спросил охотник.       – Сэмми, не надейся, что меня так легко переубедить насчёт нашей битвы со старшим братом... Кстати, – после недолгого молчания продолжил Люцифер, – твою подружку я тоже видел. Мэдисон, кажется? И... – падший не успел договорить, как на Сэма, когда тот проходил мимо угла здания, кто-то налетел и оба повалились на землю.       Винчестер быстро скинул с себя тело, откатился, вскочил на ноги и, схватив за ворот рубахи виновника происшествия, придавил его к стене. Обычный мужчина средних лет, одетый в потёртые старые вещи и с бутылкой виски в руках, которая не иначе, как чудом, не разбилась. Он был пьян в стельку, но к удивлению с силами. Ещё пару мгновений он пытался вырваться из цепкого хвата охотника, но прекратил, как только посмотрел в его глаза. Мужчина будто пытался слиться со стеной или стать её неотъемлемой частью, настолько сильно он в неё вжался.       – К-кто ты? – на удивление осмысленным тоном, хоть и с примесью страха, произнёс он.       Сэм не понимал, почему мужчина смотрит на него, как на настоящее чудовище. Посмотрев в мутное отражение стоящего рядом мусорного бака, Винчестер, пусть и не очень чётко, увидел два красных огонька.       "Ну что, Сэмми, убьём его?" – неожиданно, как гром среди ясного неба, и отчётливо, словно свой собственный, прозвучал голос в голове. Люцифер не спешил перехватывать контроль, давая охотнику выбор. Тот лишь энергично закачал головой из стороны в сторону, отгоняя даже мысль об убийстве невинного, хоть и со своими грехами, человека. Вновь обратив свой взгляд на перепуганного до смерти и резко протрезвевшего мужчину, Сэм с лёгким толчком выпустит его из рук.       – Вали отсюда, пока я не передумал.       Ему не пришлось повторять дважды. Чуть не упав, пьяница побежал в сторону главной улицы и быстро скрылся за углом ближайшего бара.       Дьявол вновь появился рядом. Он не спешил начинать разговор, но было видно, что его эта ситуация раздражала.       – Сэм, твой пацифизм будет только мешать нам... – максимально серьёзным голосом произнёс Люцифер. – Но... признаюсь честно, то, как ты смотрел на эту наглую, лысую обезьяну... Ух... Даже меня дрожь пробрала. Всё-таки ты можешь быть грозным, да, Сэмми? – полушутливо подмигнул и улыбнулся во все тридцать два.       "Разве ты хочешь тратить силы на такую мелочь, как этот пьяница? Я думал, что сатане нужны рыбы покрупнее." – саркастичная улыбка одним уголком губ тронула лицо Винчестера.       Люцифер ничего не ответил на это, что было крайне на него не похоже, а его лицо тронули какие-то новые, неизвестные эмоции. А эмоции ли? Сэм начал слегка беспокоиться. Что бы это могло означать? Винчестер смотрел в голубые глаза сосуда, в которых виднелись отголоски пламени, пытаясь найти там ответы, но... Говорят, глаза зеркало души. А что делать, если это не душа, а благодать? Тогда между ней и окружающим миром выстраивается стена, сложенная из множества кирпичиков, каждый из которых представляет определённую загадку, требующую решения. Но сдастся ли эта преграда охотнику? Ведь Люцифер мог солгать и запрятать душу Сэма куда-то глубоко в сознание, но он не стал этого делать. И поэтому нужно устанавливать обоюдное взаимопонимание. Но как это сделать? Как достучаться до обиженного, капризного, пусть и очень сильного ребёнка?       – Сэм... – Люцифер подошёл ближе. – Нам нужно поговорить.       – Прямо здесь? – машинально сказал вслух охотник.       Падший щёлкнул пальцами и они мигом оказались в номере с большой двухместной кроватью, застеленной красным покрывалом, дверью в ванную и небольшим холодильником.       – Не беспокойся, Сэмми, нас никто не побеспокоит, – Люцифер как-то вымученно улыбнулся.       – Так, что происходит? Ещё минуту назад ты острил и был похож на... Ну... На самого себя. – Винчестер высоко поднял брови и посмотрел на дьявола выразительным взглядом, не забывая при этом жестикулировать руками. – Что могло так резко измениться?       – Я лишь хочу, чтобы ты перестал воспринимать меня, как Всевышнее зло. – Люцифер подошёл ещё ближе и коснулся вытянутой рукой его груди. От места прикосновения стало излучаться тепло, расходившиеся по всему остальному телу и дающее такое успокоение. Но Сэм резко вынырнул из поглощающей его неги и медленно отстранился.       – Погоди... – охотник перехватил его руку. – Люцифер. Я не знаю тебя, но то, что делали твои приспешники, что они сделали с моей семьёй, я не могу просто взять и забыть. И если ты хотел...       – Нет, Сэмми. Пойми, я, как раз-таки хочу, чтобы ты узнал меня. Меня. Не Сатану, не падшего архангела, а Светоносного, коим я был до падения. Я не хочу, чтобы кто-то другой это знал. Я хочу, чтобы тем единственным, кому я мог довериться, был ты. Ты ведь понимаешь меня лучше других. Это и делает тебя моим подлинным сосудом. Наши судьбы схожи до мельчайших деталей. Сэм... – голос перешёл на едва различимый шёпот, и то, как Люцифер произнёс его имя, заставило Винчестера полностью сосредоточить своё внимание, которое было достаточно рассеянным. – Ты сказал мне "да". Я ждал этого момента с самого появления Творения. Я лишь хочу показать отцу, что он ошибался. Я лишь хочу, чтобы кто-то смог меня понять.       Люцифер смотрел на него глазами полными отчаяния. Сэм не мог поверить, но ему внезапно стало даже жаль его. Стена между ними потихоньку разрушалась, что наводило противоречивые чувства. Да, Люцифер был предан Богу и не смог преклониться перед Его Творением, за что и пал, да, он всегда шёл против своего отца, как и Сэм, но... Это не отменяет создание демонов, опорочение человечества, убийство Мэри Винчестер Азазелем, все те страдания, что пришлось пережить братьям...       Но ведь Сэм уже отдал своё тело Дьяволу. Значит ли это, что он ему доверяет? Сложно сказать с ходу. А готов ли довериться в будущем? Возможно...       – Но зачем тебе тогда устраивать Апокалипсис? – с подлинным непониманием спросил Сэм.       – Я не хочу... – голос мгновенно погрустнел. – Но наша битва с братишкой была предназначена ещё на заре времён моим папашей. Так что... – Люцифер легкомысленно пожал плечами.       Слишком много противоречий, а чёткой границы доверия и сомнений так и не наметилось. Ну что ж...       – Хорошо... – сдался Сэм. – Я... Попробую. Узнать тебя. – продолжил он, встречая непонимающий взгляд.       – Винчестеры не перестают меня удивлять, – тон Люцифера вновь стал привычно шутливым. Он, как будто не замечая, продолжал стоять в паре десятков сантиметров от охотника. И это не настораживало, что странно. Личное пространство и прочее должны были сыграть свою роль, но почему-то утихли. – Сэмми?       – Но знаешь... это всё странно. Очень, – как-то неопределённо сказал Сэм, когда понял, что он уже больше минуты смотрит в одну точку.       – Что ты имеешь в виду? – легко усмехнувшись и по-щенячьи наклонив голову, что выглядело до ужаса мило, спросил архангел.       – Я всегда думал, что создатель демонов, сам Дьявол, будет жестоким и... В общем настоящим дьяволом, каким его представляем мы - люди. То, что я вижу сейчас, меня немного настораживает.       – Если ты хочешь, я могу быть таким, каким ты сказал. Но я думаю, что ты этому вряд ли обрадуешься.       – Это уж точно. – Сэм почесал затылок, слегка взъерошив волосы, и искоса поглядел на Люцифера. Он спокойно, почти что умиротворенно, стоял рядом, по-прежнему склонив голову немного набок, пытаясь заглянуть ему в глаза. – И что, ты.. всегда будешь отдельно?       – Это уж как тебе будет удобно. Могу так, могу просто быть голосом в голове, шепчущем тебе всякие грандиозные идеи, – падший ехидно улыбнулся. – Кстати по поводу идей... – он подошёл совсем близко, наклонился к уху, почти коснувшись его губами, и прошептал заговорческим тоном. – Пойдём чего-нибудь поедим.       Сэм от такого предложения опешил, но через секунду засмеялся так, как не смеялся уже давно. Искренне и чисто.       Но всё же... Где-то в глубине скреблась совесть: "Как мог ты бросить Дина? Он же твой брат." Младший Винчестер ответил внутреннему голосу практически не задумываясь: "Он же сам хотел быть по раздельности. Мы не всегда должны быть рядом, и он это понимает, как и я. Может... Может всё-таки Дин когда-нибудь сможет понять меня..."

* * *

      Михаил парил над землёй, всматриваясь в каждого человека, который более или менее подходил под роль сосуда. После того, как Захария не смог справиться с, казалось бы, простейшим заданием – уговорить какого-то жалкого человека стать сосудом для архангела, чтобы побороть чистое зло в виде его ненаглядного младшего братца, Михаил стал искать самостоятельно. Странный человек этот Дин Винчестер. Для многих было бы честью послужить благому делу, но не для него. А есть ли альтернатива?...       Обратив свой взор обратно на небеса, к длинному коридору с миллиардами дверей, архангел нашёл то, что искал. Замену. И вполне неплохую.       "Оказывается, тайны Джона Винчестера такие же глубокие, как и Марианская впадина. Кто же ты такой, Адам Миллиган?"