Дожить до выпускного. Часть II

Шейла встретилась с Карлом в «Баре», и на этот раз заведение показалось не таким ужасным, как в первый. За стойкой сидела женщина с сухими волосами цвета сепии и худосочный мужчина в синей рубашке в клеточку. Они оба хлестали пиво и смотрели в подвешенный под потолком телевизор вместе с барменом. Тема утренней передачи: «ПОРОДИСТЫЕ СОБАЧКИ — МИЛОТА ИЛИ ПРОДУКТ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ИЗУВЕРСТВ?» Пока Карл заказывал пиво, Шейла смотрела на мопса, чьё тяжёлое дыхание превращало любые льющиеся из неё звуки в похрюкивания. От вида этой жалкой собачонки под трагичный аккомпанемент на заднем фоне, становилось как-то тоскливо и грустно. Шейла и представь себе не могла, что она чувствует, живя такой жизнью. — Ты всегда рядом, когда дело касается чего-то стрёмного? — спросила Шейла, когда они усаживались за столик в углу. От этого замечания Карл не смог сдержать смеющейся улыбки. — Мне просто нравится мысль о том, что я многого могу добиться благодаря своему незаурядному подходу ко всему. — Это не ответ на мой вопрос, — подловила она, но в этот раз Карл не улыбнулся. — Знаешь, боль — это ничто, она проходит рано или поздно, а переломы зарастают. Поэтому нет смысла бояться риска. — На твоём месте я бы боялась не риска, а самонадеянности. Но Карл только пожал плечами, мол, чего ещё ты хочешь от меня услышать? Шейла не знала, почему не может получить ответа на такой простой, казалось бы, вопрос, но настаивать дальше не стала. И без того ясно, что игра в упрямство обретёт победителя в лице Уайтхауса. Звонить Купперу Блантовичу стала Шейла. Ей не хотелось — мерзкий холодок оставил склизкий след между её лопаток — но она должна. Это не сложно, размышляла она, Куппер ведь не потащит её в постель после первого же гудка. Выпив стакан пива для смелости, Шейла подумала: «зачем я вообще это делаю?», а потом Куппер ответил на звонок, и ей пришлось втянуться в какое-то нелепое и, как ей самой казалось, неуместное кокетство. Они договорились встретиться через полчаса на заправке. — Как тебе добавки? — спросил Рикман и, судя по голосу, улыбнулся. — Супер. Просто отвал башки. — Шейла посмотрела на Карла. Тот кашлянул в кулак, советуя сворачиваться. — Но сейчас мне пора бежать, поэтому давай! До встречи! — Полдела сделано, — сказал Карл, улыбнулся, и хотел было отпить из своего стакана, но Шейла перехватила чужую порцию и осушила её в один заход. Наружу попросилась отрыжка, но она прикрыла рот и в носу защипало. — На твоём месте я бы боялся не риска, а самонадеянности. Он с намёком посмотрел на две пустые пинты пива: белёсая пена плавно стекала по стенкам, и Шейла поняла, что изрядно захмелела. Карл заверил, что времени прийти в себя у неё достаточно, и они стали обсуждать, что нужно говорить на встрече. — Попытайся выяснить у него, где они с братом живут. Но не вызывая подозрений. Аарон очень подозрительный, но Куппер всегда казался мне идиотом, поэтому это не должно быть слишком сложно. — И как мне это выяснить? — спросила Шейла, дёргая себя за заусенцы. На самом деле, ей хотелось выпить ещё. — Да скажи, что хочешь курнуть где-нибудь, но тебе негде. Родители — козлы. — Не умею я врать. Даже идиот поймёт, что я вру. Карл как-то обессиленно вздохнул, и тень разочарования опустилась на его глаза, но он быстро взял себя в руки и в очередной раз выдавил насмешливую улыбку. Развёл руками. — Представь, что ты не Шейла, а жуткая наркоманка, жадная до травки, которую кошмарят собственные родители. Примерь на себя роль кого-то другого. Представь, что у тебя есть сумасшедший двойник, и этот двойник — ты. Когда они выходили из бара, Шейла думала о Ванессе: что бы сделала старшая, оказавшись в такой ситуации? Изначально она бы встретила Карла каким-нибудь скандалом, но кроме того — смогла бы Ванесса врать и притворяться? Нет, это казалось невозможным. В своей искренности старшая сестра достигла таких вершин, что любое недовольство, даже маленькое и незаметное, о каком люди могут и умолчать, она приправляет порцией гнева и вываливает на собеседника целиком. Кто бы не смог обмануть — так это Ванесса. Карл протянул Шейле шлем, и та нелепо обхватила его двумя руками, как арбуз. — Мы поедем на этом? — спросила она, глядя на мотоцикл. В ответ Карл состроил гримасу, полную негодования и обиды, потом посмотрел на свой байк и бережно провёл рукой по блестящему чёрному сиденью. — Что значит этом? — обиженно взвыл он, пытаясь найти какой-либо недостаток в своём железном коне: царапину, выбоину, мёртвого койота, закрученного на колесе. — Я имею в виду, что никогда не ездила на байке. К тому же мне не нравится, что водителем будет человек, которому нравятся неприятности. — Надевай шлем, — буркнул он и отряхнул руки, словно провёл важную операцию. — Я отличный водитель. — А права у тебя есть? — Мы живём в США, — фыркнул он и повседневно перекинул одну ногу через байк. — Здесь у людей есть только право хранить молчание, и я советую тебе им воспользоваться. Шейлу поражало и одновременно восхищало умение Карла не отвечать на вопросы. В её голове даже промелькнула идея допытываться правды и наблюдать, сколько ещё отмазок он сможет найти, лишь бы не говорить прямо. Она надела шлем и несколько секунд топталась, не зная, как ей сесть. Карл подсказал: «просто опусти зад». Это казалось жутко неловким, но ей пришлось обхватить его талию, чтобы держаться, и чёрная кожа куртки скрипела от этих движений. — Ну как, держишься? — спросил он и байк зарычал под ним. — Да, — неуверенно ответила Шейла. — Хм-м-м, это шоколадный батончик у тебя в кармане или ты так рада меня видеть? — Прекрати, — буркнула она недовольно и Карл, рассмеявшись, тронулся с места.

…

Заправка представляла из себя непосредственно бензоколонку и мини-маркет. Машин тут практически не было, как и людей, и только средних лет латинос стоял на кассе, старомодно почитывая журнальчик. Карл сходу завел с ним беседу на испанском: — Hola, como estas? Мужчина удостоил его тяжёлым, как чугунная наковальня, взглядом и спросил: — Вам чего? Так как Карл считал себя приверженцем правила «если начал позориться, то позорься до конца», он стал прощупывать весь свой арсенал школьного испанского и отвлекать кассира болтовней. Таким образом он хотел «затеряться» среди пачек с чипсами, замороженных наггетсов и пакетов молока: как ни погляди, Карл казался огромным чёрным пятном среди ярких рекламных упаковок. Последний штрих вносил кассир, чьё желание разговаривать сводилось к нулю, отчего попытка замаскироваться за его счёт так же с треском провалилась. Повезло лишь, что когда Куппер начал говорить с Шейлой, его глазные орбиты чётко нацелились на две большие окружности чуть ниже её ключиц. Наблюдая за их разговором, Карл понял, что даже если бы он извалялся в мазуте с перьями и принялся бы бегать вокруг них с индейскими воплями, то вряд ли смог бы привлечь к себе хоть кроху внимания. Они делали вид, что гуляют по мини-маркету. Шейла купила несколько косяков по «скидке» и паршиво играла доброжелательность, фальшиво гогоча с откровенно оскорбительных комплиментов. «Ты, в общем, красивая, — смущался Куппер. — Ну пипец просто. Прям как моя бывшая»; «тебе надо больше улыбаться, ты прямо жесть… короче, тебе идёт!» Даже Карл, вполуха слушая их разговор, подумал, что смог бы куда лучше произвести на девушку впечатление. Неудивительно, почему Куппер так отчаянно рвался к Шейле и двум конкретным её полукружиям. — Не хочешь покурить вместе? — внезапно спросила Шейла. — Конечно, можем у меня в машине. — В машине я не смогу, мне будет некомфортно… — А… ну, да. — Он сделал вид, словно понял, но на деле ветер визгливо насвистывал в его голове. — Ну, тогда я знаю ещё пару мест, которые… — А у тебя дома мы не сможем? — Это было ударом ниже пояса. Куппер даже хрюкнул от смеха и огляделся по сторонам, будто бы в поиске скрытых камер. — Что? Прикалываешься? — Нет, я серьёзно. — Да можно, конечно. — Потом Куппер качнул головой, вспомнив что-то. — Блин, только не сейчас. Мой брат придёт в бешенство, если увидит, что мы с тобой курим дома. Аарон вообще козёл. — Правда? Почему? — Да он… Знаешь, если тусовку затевает он, то всё в порядке, но если у нас дома веселюсь я — то я сразу тупой гандон. — Это ужасно. Она сочувствующе погладила его по плечу, и это произвело на Куппера странное впечатление. Этот почти материнский жест неожиданно умерил его пыл, и он не мог больше глядеть на сиськи; всё его возбуждение спало, он охладел и принялся вяло теребить пачку кукурузных чипсов. Неумелый флирт Куппера превратился в сеанс психотерапии, на котором он безостановочно жаловался на старшего брата: «я, блин, даже не хочу этим всем заниматься», «а потом говорит, что я тупорылый, хотя он сам сказал мне это сделать», «ну употребляю я, и что, это же просто травка», «блин, Шейла, ты ваще меня понимаешь». Он оказался неплохим парнем, но — Карл оказался прав — до ужаса тупым. Его очаровательная мордашка преобразилась в детское лицо, когда он округлил свои большие серые глаза и стал без умолку болтать обо всём, что происходило в его жизни (с подачи Шейлы, конечно же). Он рассказал и про то, как задолбали его «говнари из автомастерской», и что мужик, работающий неподалёку («ну, что-то там с кондиционерами делает»), задолжал Аарону сотню, которая точно у него есть, он просто забил на долг. В конце концов Куппер проговорился, что жизнь в их городе просто «жопа», и что геморроем на этой жопе является ненавистный им Кэпл-Лэйн. Шейла так устала от этого разговора, что под конец походила на выжатый лимон и всерьёз думала выкурить купленный для вида косячок. — Ну лады, что-то я ваще заболтался, — сказал Куппер. — И продавец уже странно пялит на нас. Он купил кукурузные чипсы и упаковку пива, потом вышел из магазина, сел в машину и уехал. Шейла вышла следом, а Карл вынырнул из мини-маркета только через пару минут, засовывая в рот жевательные конфеты. Он предложил одну из них подруге, но та отказалась и села на бордюр, закрывая лицо руками. — Господи, — выдохнула она. — Да уж. — Карл чавкнул конфетой. — Как-то быстро он соскочил с настроения тебя выебать на консультацию у психотерапевта. Шейла зачесала волосы назад, пробубнила что-то и подняла взгляд на Карла. У них ничего не вышло, сказала она, нихрена ей узнать не удалось. Она хотела выпытать у Куппера, где он живёт, а в итоге выслушала монолог обиженного подростка. Но Карл в ответ почему-то улыбнулся дикой, клыкастой улыбкой и проглотил ещё пару конфет, пряча пачку в карман. — О, он выдал достаточно. Аарон стопудово твердил ему не разбрасываться их адресом, но он не учёл, что его младший братишка чуть умнее кольчатого червя. Карл протянул Шейле руку и помог ей подняться. Оглядев её, сказал: — Порой ради дела приходится лезть во всякие дыры. Но ты неплохо справилась. — Оно вообще того стоит? — натужно спросила она. — Не знаю, — пожал плечами Карл. — Но надеюсь, что да.

…

Даже с примерным описанием местности поиски могли возыметь результат. Карл не рассчитывал обнаружить конуру Рикманов сразу же, но судьба благоволила ему, и он был ей благодарен. Этим же днём, расставшись с Шейлой у «Пиццы Хат», где она встретилась с Кензи и мимолётом объяснила, что им с другом нужно было «закончить кое-какие дела», Карл отправился на Кэпл-Лейн. Проехал мимо прачечной с вывеской, гласящей «СУПЕР ПРАЧЕЧНАЯ. Часы работы: ЗАКРЫТО НАВСЕГДА», завернул с шоссе на узкую улочку и въехал в многоквартирный район. Двухэтажные дома с белым сайдингом и небольшими парковками на фоне грязных дорог и унылых серых деревьев выглядели убого, но жить здесь дёшево. Карл проехал дальше, остановился у дома, который в Гугл-картах так и забит: «подрядчик по установке кондиционеров». Постучался в дверь. Ему открыл мужчина в свитере с нашивкой местного колледжа и сразу же осмотрелся. — Добрый день, — поздоровался Карл. — Привет, — настороженно ответил мужчина. — Вы кто? — Бой-скаут, — пошутил он без улыбки. — Староват ты что-то для Бой-скаута. — А вы староваты для этого свитера. Они обменялись многозначительными взглядами, а потом Карл спросил: — Мне нужно узнать только, далеко ли здесь Рикманы? — Не знаю я никаких Рикманов, — фыркнул мужчина. — А что там тогда с сотней долларов долга? Как только Карл сказал об этом, из дома послышался женский голос и мужчина резко вышел, прикрывая за собой дверь. Он вдруг взбеленился, и Карл отступил на шаг, рискуя получить по морде, но должник Рикманов стал ядовито шептать: — Вот что, в этом дело? Щупловат ты что-то. Я считал, они наймут кого-нибудь покрупнее, чтобы трясти с должников. — Он шумно выдохнул, потом продолжил. — Нихрена я ничего им не должен, так и скажи, это всё хренова подстава. — Ладно, я им передам… — Слегка сконфуженный вид Карла заставил мужчину так же сконфуженно нахмуриться. — Скажи только, где мне их найти. Это было просто, слишком уж просто. Это больше походило на шутку, и Карл по дороге домой не мог избавиться от мысли, будто что-то здесь идёт неправильно.