Дожить до выпускного. Часть II

…

Судьба — чертовски непредсказуемая штука. Интереснее всего она играется с людьми в маленьких городах, где жизнь одного жителя порой связана с жизнью каждого второго, и об этом знает каждая собака. Потому столь удивительно в таких условиях встречать тех, кто ещё умел хранить тайны. Но с собственными тайнами сложно расстаться, в отличие от собственной лжи.

…

Эшер вышел из машины, захлопнул дверь. Он выдохнул, и облачка пара стремительно растаяли у его губ, ноги ловко вознесли его по больничной лестнице в холл. Его сердце не трепетало на свиданиях, а сейчас металось в груди с мощностью лошадиного. Это чувство вины, спрашивал он себя, или любви? И есть ли разница, если его лицо всё равно стёрлось из памяти некогда лучшей подруги. Взяв дешёвый кофе из автомата, Эшер поднялся на второй этаж — за недели этот путь теперь казался ему привычным. Чувство анонимности дарило ему свободу передвижений — Ванесса никогда не узнает, что он был здесь, и никогда не узнает о его позорной слепой преданности, с которой он ожидал увидеть хотя бы её тень. Безуспешно. Она не выходила из палаты. Эшер знал, что не могла. «Сегодня наш последний день», — думал он, стоя возле стойки регистрации. Эш допил свой кофе, катапультировал бумажный стаканчик в мусорное ведро, промазал, подумал, чёрт с ним, затем пересилил себя, подошёл к нему и пустил по намеченному курсу. Всё его тело пронзила дрожь возбуждения, он был готов выпрыгнуть из окна и воспарить над всем городом, он казался себе таким лёгким и эфемерным, что это сводило его с ума. Наверное, следовало принять таблетки. — Снова ты? — отвлекла его медсестра: пухленькая женщина лет тридцати с ещё не угасшим блеском в глазах. — Мэй сейчас нет в палате, она на физиотерапии. — Привет, — выдал он, и его слова вышли из него неестественно легко. Кажется, он даже не дышал, его тело будто пропускало воздух сквозь себя. — Я пришёл по другой причине. В этот раз. Медсестра окинула его слегка заинтересованным взглядом. Эшер подумал, что, должно быть, выглядит странно, будто принял кокаин, но он не принимал сегодня. Он уже несколько недель ничего не принимал. И, может быть, это тоже одна из причин сегодняшнего его самочувствия. Длинные пальцы парня скользнули под его чёрную кожаную куртку, он выудил оттуда стильный картхолдер из кожи без лейбла. Серый пластиковый прямоугольник с глухим стуком соприкоснулся ребром со стойкой регистрации. Эшер сглотнул. — Хочу оплатить лечение. — Чьё? — Её. Ванессы Мэй. Медсестра растерянно обвела его глазами, затем спросила: — Что ты говоришь? Ты хоть знаешь, сколько это стоит? Возбуждение Эшера на короткий миг сменилось замешательством, но не из-за денег — он мало думал о деньгах в своей жизни — ему просто не понравилось, как эта женщина смотрела на него. Как на сумасшедшего. Эш тихо постучал карточкой по стойке, будто нервничал, затем улыбнулся, и вид его белых клыков вонзился ей в память. — Просто спишем, сколько нужно. Эшер не думал, что возникнут проблемы, и всё прошло гладко. Пришлось повозиться с подписями, но это, хоть и поубавило в нём романтичности, не стало слишком тяжёлым испытанием на пути к его благодетели. Несколько медсестёр глядели на него как на редкий музейный экспонат, не поддающийся описанию. Эшер наслаждался этим. Когда со счетами было покончено, Эш сунул свою карточку обратно в картхолдер. Незамедлительного звонка от своих родителей о вопросе списанной с его счёта кругленькой суммы он даже не ждал: финансовые вопросы их отпрыска, как и сам отпрыск, волновали их так же сильно, как возможность взрыва Солнца через шесть миллиардов лет. Взяв ещё один кофе, хотя Эшер считал здешние напитки лишь немного лучше рвоты из унитаза, он направился дальше по отделению. От мысли, что он сможет встретить Ванессу совершенно случайно, его бросало в дрожь. Если она прямо сейчас вернётся с физиотерапии, он посмотрит на неё, он встанет за углом и будет наблюдать, но так, чтобы не выглядеть жутко. Прямо как старый друг, снедаемый стыдом, не позволяющим ему подойти и поздороваться. Как знакомый незнакомец. И тогда он подумал, что Ванесса, должно быть, ужасно слаба, и несчастный случай превратил её былое великолепие в пыль, в тень самой себя. От этих мыслей его накрыла новая волна стыда, как будто он в очередной раз предал Ванессу, просто представив её такой слабой и уязвимой. Затем Эшер остановился. Перед ним не развёрзлась преисподняя, внезапный клоун не выскочил из-за угла, но его сердце ёкнуло, как будто интуиция шепнула ему: «Эй, на этот раз будь осторожен». Он прищурил свои зелёные глаза, прядь выбеленных на лбу волос мягко упала ему на лицо. Перед палатой Ванессы стоял мужчина в тёмном пальто, пряча руки в карманы. Его лицо скрывала больничная маска, на голове было что-то вроде берета, но какого-то нелепого, будто он пытался выглядеть модным, но у него не получалось. Этот берет не давал Эшеру покоя. Смелости у Волатти было не так много, как у Карла, он знал и признавал это где-то в глубине души, поэтому несколько мгновений просто стоял на месте, невольно оглядывая мужскую фигуру в пальто. Незнакомец не уходил. Его тело выглядело расслабленным, но готовым к прыжку в любой момент, как тело хищника на охоте. — Bonjour. — Эш почти вздрогнул от звука собственного голоса. Что-то говорило за него — возможно, это мужчина наконец-то начал пробиваться сквозь юношескую оболочку. Фигура в берете не спеша оглянулась, его пронзительный взгляд готов был проткнуть Эша насквозь. В глазах мужчины было что-то отдалённо знакомое, но Эшер не мог понять, что именно. В своей жизни он повидал слишком много глаз, чтобы быть уверенным в том, что ему не показалось. — Вам помочь? — продолжал Волатти. — Вы кого-то ищете, верно? Мужчина посмотрел на дверь палаты. Окно, ведущее туда, давало четкое представление о том, что Ванессы внутри не было. — Ничего особенного, — ответил незнакомец. — Забежал поздороваться. Холодок пробежал у Эшера по позвоночнику сверху донизу, от шеи до копчика, как ледяной склизкий угорь. Ему пришлось сглотнуть, чтобы протолкнуть необъяснимый страх в глотку, и заговорить снова. Это не могло быть совпадением, подумал Эш, всё это невольно превращалось во что-то неправильное. — Думаю, здесь уже никто не лежит. — Эшер солгал, участливо кивая. — Я появляюсь тут время от времени, чтобы навестить бабулю, эта палата несколько дней пустует. Взгляд мужчины упал на пол. «Он разочарован? — думал Эш. — Или он знает, что я просто лгу?» — Пойдёмте вместе к доктору Робинсону? — Эшер обворожительно улыбнулся. — Он мог бы вам помочь… Незнакомец покачал головой, затем повернулся и пошёл по коридору, как будто ни с кем не разговаривал. Эшер бросил на него взгляд, полный подозрения и неприязни. «Ну, и куда ты направляешься?» — Саркастическая мысль мелькнула в голове. Желваки его заходили, брови опустились. Затем его рука ловко выудила телефон из кармана, он позвонил Карлу. Это казалось единственным правильным поступком прямо сейчас.