ЯЛТА

— Тьфу на вас, Александр Сергеевич! — Баярунас бросает карты на стол и вскакивает, впиваясь пальцами в столешницу. — Руки побереги, Яра, — хитро улыбается Казьмин, устраивая свой подбородок на ладони.       И это «руки побереги» звучит так, словно Саша подошёл, взял худую яриковскую ладошку и поцеловал сейчас побелевшие костяшки пальцев… — Ты всё ещё на Земле? — так же тепло и с той же иронией спрашивает старший коллега, отрывая Ярослава от мечт. — Да, я просто… — Баярунас резко меняет тон на подчёркнуто-весёлый. — Просто всё ещё не верю, что вы выиграли честно!       И это «не верю» звучит как вызов к игре, словно Ярик хочет, чтобы за ним побежали, догнали и прижали к себе… — Сделать на вас чай, Александр Сергеевич? — Казьмина почти жалит этот официальный тон. — Да, чайные пакетики вон в том шкафу, справа… Да, вот тут.       Приятно наблюдать, как на кухне хозяйничает ловкий мальчишка, уважающий личное пространство. Ярослав не лазает по всем ящикам подряд, напротив, всегда терпеливо ждёт указаний хозяина квартиры; и, разумеется, безошибочно всё находит. — Ваш чай, — Баярунас делает изящный поклон, причудливым образом выкручивая кисть свободной руки. — Спасибо, Ярослав, — Казьмин улыбается. – Слушай, я поговорить с тобой хотел…       Ярослав чуть не падает с табуретки, но подвигает её ближе к столу и направляет чуть встревоженный взор на Александра. Саша не знает, нравится ему власть в его руках или он бы предпочёл чуть меньше тревожить младшего коллегу. — Дело в том, что мы вроде как… достаточно познакомились, ты вот у меня в квартире сидишь… Я бы хотел, если ты не против, убавить официальность твоих обращений ко мне. — Что? — Баярунас моргает и делает глоток чая. Тут же дёргается и высовывает язык. — Совсем ты себя не бережёшь. Говорю, давай на «ты» перейдём или хотя бы без отчества. — Ты, Александр, — констатирует Ярик, после реплики снова высовывая кончик языка изо рта. — Там лёд есть в морозилке, — Баярунас кивает и подходит к гудящему холодильнику. — А вообще ты не против, что я тебя Ярой называю?       «Слава Богам я стою к нему спиной,» — проносится в яриковской голове, потому что в щёки ударяет жар. Ярой. Яра. Лучшая форма его имени, о которой он до появления Казьмина в своей жизни и не знал. Был один вечер, перевернувший вообще всё в жизни Ярика. — Ну так? — Баярунас оборачивается и делает несколько шагов назад, упираясь руками о кухонную столешницу.       «Интересно… взгляд напряжённый,» — Александр поворачивает стул так, чтобы смотреть прямо на собеседника. – Тот вечер, Александр... Я всё хотел спросить про него, но боялся что ли? Да и не к месту, не ко времени... Какой-то я весь нелепый, да? В общем, в тот вечер... в тот, когда вы... ты меня Ярой впервый раз назвал... Мне нравится, но... почему ты был там?       Казьмин поёжился. Разговор ушёл в лично-серьёзный. Мальчишка напротив него выглядел серьёзно и почти угрожающе, хотя в дрожащих пальцах проскальзывал страх быть просто выброшенным из чужого дома. – Я, право, не думаю, что это тема для сегодняшнего вечера, – Сашка вымученно улыбается. – Ладно, – а Ярик сдаётся. Отходит от столешницы, садится, пьёт чай. – Ты прости, что... я на тебя тогда много взвалил, да? Ты меня уводил, уговаривал... сопровождал ещё домой... – Не тема для сегодняшнего вечера, – Ярик поджимает губы.       Ему пора к себе домой.