Моя любовь к тебе / Без грани во времени

Перемены. Меня всегда тревожили мысли перед сном, но этот день был особенным. Прошла уже неделя после того, как я увидела ее, и после того, что сказал мне Марк, в уютном уголке кафе, за столиком возле окна. «Черт!» - думала я каждый раз. «Лучше бы он ничего не говорил! Теперь мне еще тяжелей это вынести. Вынести все, что происходило со мной». Но я не могла злиться на него. Во-первых, потому что не знала, как. Во-вторых, не знала за что. Каждый раз, вспоминая его слова перед сном, вставал ком в горле. Так было и раньше. Каждый вечер. На глаза накатывались слезы, потом они стекали по бледному лицу, градом падая мне на подушку, оставляя на ней мокрые следы, которые, как мне казалось, уже совсем не успевают сохнуть. Каждый гребанный раз, хотелось прижаться к подушке так, чтобы можно было задохнуться. Я не обижалась на Марка. Нет. Он сказал правду. Горькую правду. Правду, которая давит на мозг. Не дает уснуть. Слова постоянно крутятся в мыслях: - А как ее зовут? - Я не знаю… - Серьезно? Не похоже на тебя. - Черт, Марк, ты же знаешь, сколько на меня свалилось. Не начинай… - Я знаю, прости. Но… тебе не кажется, что это рискованно? - Что именно? - Ну, раз ты говоришь, что тебе «понравилась» девушка неземной красоты, то наверняка, у тебя будет много соперников, а может даже соперниц — вот, что может быть опасным. - Не думаю, что она мне «понравилась». Я не умею любить, забыл? Марк заткнулся и опустил взгляд. Этот момент я помню прекрасно. Даже уткнувшись в подушку, я вижу его перед глазами, слышу его слова. «А что ты будешь делать, если она не любит подобных тебе?». Я не смогла ответь на этот вопрос даже сама себе. А когда он продолжил, я уже не знала, что делать дальше. - Раз ты не знаешь ее имени, то, наверное, не знаешь и ее круг общения, не так ли? - Нет. – подкатила глаза. – Я точно знаю, что она общается с Элей из их «компашки». В этот момент Марк поменялся в лице, оно так и говорило- «Все потеряно». Я, как всегда, ничего не почувствовала, ни грусти, ни разочарования, даже когда смогла уловить эмоции другого человека. - Эля, с которой общается твоя «девушка» … - Не называй ее «моей девушкой». – резко перебила я. - Ладно. В общем, Эля- самый ярый гомофоб в нашем техникуме. Я, конечно, понимаю, что судить твою пассию по ее подруге — это абсурд, но ты и сама знаешь, как это чаще всего бывает… «Мысли моей подруги- мои мысли» … И раз уж мы говорим об Эле, то она не только гомофобка, она еще и стерва. Прискорбно, но у тебя маленькие шансы. «Где-то 5% из 100», —сказав это, он взял меня за руку и добавил. – Я верю в тебя. Тебе просто нужно узнать ее получше. Начни хотя бы с имени, если что, я помогу. В ту же секунду, я почувствовала мимолетное смущение, впервые, за долгое время. Я знала, Марк дарит мне тепло и поддержку, но мне не было легче. Марк знал. Знал обо всем, и все равно был рядом — вот, что я действительно могу назвать дружбой. - Спасибо, Марк. - сказала я, засмотревшись на чашку с кофе, но мои слова прозвучали наигранно. Не могла я сказать от всего сердца. Не умею. После этого разговора, кажется, прошла неделя. Больше не могу пить кофе, даже на еду смотреть не могу, не сплю и минуты, хотя чувствую, что скоро свалюсь. Я и раньше не спала, но теперь это не просто бессонница, теперь я дошла до стадии, когда врешь «все нормально», но тебя разрывает изнутри. Мама ничего не знает. Не знает, как мне тяжело и больно, как плохо. Знает, что любит меня, но я не могу сказать, как мне страшно. Я единственная дочь, прилежная и, как говорят родные, не редко являюсь примером для подражания. Возможно, это просто иллюзия, и они видят меня такой из-за того, что любят, но, по-моему, я всем своим видом так и кричу «Не будь как я! Не стоит равняться на меня! Я- никто, и никем никогда не буду!». Я люблю своих родных, но рядом с ними не могу быть собой, как бы мне того не хотелось. Я вновь закрываю глаза в надежде уснуть, забыть все тяжелые мысли, но веки раз за разом открываются и на глаза наворачиваются слезы. Я вновь кричу в подушку так, что голос срывается на нет. «За что! В чем я так виновата! Я не хочу делать больно!». Мои собственные чувства пожирают меня изнутри, но уже не больно, лишь сильная усталость в глазах. Я заснула. Нет. Я упала в обморок. ***** На следующее утро, я встала намного позже обычного. Раньше, я вставала в 5 утра, но на то не было причин. Я просто просыпалась, собиралась на учебу и уходила, пока мама еще спала. Сегодня, я встала в 8:15, хотя успевала на первую пару. В теле была ужасная бол и усталость, как будто бы ломка, но я встала с кровати, и все также лениво пошла к зеркалу в ванной. Раньше, я видела в отражении довольно симпатичную девушку, пусть, и немного растрепанную, правда, это было несколько лет назад. Сейчас, я готова была кричать. Разбить зеркало в дребезги, лишь бы не видеть «это». - О боже, нет…нет… прошу… скажите, что это не я… - прошептала я, глядя в зеркало. От увиденного я хотела вновь расплакаться, но плакать уже нечем. Адски болели глаза. - Черт!!! – вскрикнула я, пытаясь не разбудить мать. «Она ничего не услышала. Вот и хорошо». Я мигом стала умываться, а после этого, прикладывать к отекшим глазам лед, все время бормоча: «Нельзя, чтобы она увидела… Нельзя, чтобы Марк заметил… Нельзя, чтобы кто-то догадался… Всем только на руку твоя слабость. Ты слабая и беспомощная. Никто тебе не поможет…». Не знаю, сколько раз я повторила эти слова, но, видимо, много, потому что мой язык стал все сильнее и сильнее заплетаться, путая все те же слова: «Нельзя…», «Узнал…», «Заметил…». Посмотрела на часы в телефоне. 8:30 И тут я стала рассуждать: до техникума где-то 10-15 минут, остается еще 15 минут. Я не особо переживала. Во мне вообще не было эмоций. Я быстро накрасилась, оделась, собрала сумку и по привычке закинула ее себе на плечо. На улице пасмурно, казалось, вот-вот пойдет дождь, как и в тот день, год назад. Воспоминания о том дне отдавались пульсирующей болью в голове, заставляя зажмурить глаза. «Забудь и не вспоминай!» – проорала я у себя в голове. – «Забудь!». Не помню, как, но я все же добралась до техникума. Стоило мне только подняться на первый этаж, как меня сразу встретил Марк. - Привет, пошли быстрее! – сказал он немного посмеиваясь. Марк — это человек свободный от чужих мыслей и стереотипов. Модный, рыжий, кудрявый парень, который носит большие круглые очки, веснушки рассыпаны по всему лицу, оптимист, да еще и какой… таких нужно поискать… Гей, причем открытый, на то и с тяжелым детством, несущий огромную ношу из издевательств и побоев, на своем теле и душе. Этого я никогда не понимала, но сейчас, и только сейчас, спустя десять лет дружбы, я поняла, что он вовсе не глупый, нет… он независимый и чересчур смелый, это всегда притягивало мое внимание к нему. Он как лучик солнца. - Куда?..- я на его фоне выглядела мертвой. - В музыкальный клуб, там сейчас выступление. - Ну хочу, правда… - говорила я, пытаясь высвободиться от его сильных рук, которые крепкой хваткой тянули меня за рукав. - Пошли! Потом еще спасибо скажешь! – он снова схватил меня за руку и потащил в коридор. У меня не было сил отталкивать, поэтому я просто потащилась вслед за ним, как его тень. - Вот! – крикнул Марк, когда мы подходили к «Музыкальной» аудитории. - Что «вот»? – съязвила я. - Дверь открой, сама увидишь. Я открыла дверь, но никого не увидела. - Ну и что? Мне показалось, что Марк разыгрывает меня, поэтому мне сильно захотелось вмазать ему по белоснежной улыбке. - Как это «что»? Ты что, ослепла? – он говорил еле слышно и с небольшой насмешкой, это, мягко говоря, безумно выводило меня из себя, так сказать, на новый этап бешенства. Потом, я вновь заглянула в кабинет, и повернув голову в сторону, увидела девушку в бело-синем шелковом платье. Оно было роскошным. Длинное платье опускается чуть ниже колена. На спине был бант из синей, длинной, атласно-шелковой ленты. Когда девушка повернулась ко мне лицом, я не могла оторвать взгляд, да что там взгляд… Я забыла, как нужно дышать… спереди платье чем-то походило на школьный фартук 90-х годов. Верх был украшен большим количеством кружева, как и рукава, а пуговицы обшиты синей тканью. Все в этом платье было шикарно, как и в фигуре его обладательницы. Рассмотрев всю эту красоту, до меня наконец-таки дошло, что эта девушка стоит ко мне лицом вот уже несколько минут. Я подняла глаза и мгновенно встала в ступор. На меня смотрит она. Но теперь, ее взгляд не прожигает, теперь, она улыбается мне. Я успела рассмотреть ее глаза на расстоянии вытянутой руки. Лучи яркого солнца проходили сквозь тучи и тонкие оконные занавески, делая освещение в кабинете тусклым и пыльным. Было в этом что-то эстетичное, и в этой атмосфере она выглядела потрясающе, особенно, на фоне огромных книжных полок, полностью заставленных журналами, документами, старыми газетами и книгами о музыке. Чуть позже я поняла, что чересчур пялилась на нее, она это, естественно, заметила, а потому рассмеялась и спросила: - Красивое платье? - Оно шикарно! - слова прозвучали с неким, неподдельным восторгом. - Я знаю, что ты учишься в одной группе со мной, я перевелась в нее недавно. - А я тот думала, почему не видела тебя раньше?.. Я мельком, не отрываясь от разговора, посмотрела, стоит ли Марк в коридоре, но его там уже не было. - Вот же-ж дурак… - прошептала я. - Что-что? - Ничего, просто, мой друг ушел на пары без меня. - А. Может, мне пойти вместе с тобой? - спросила она, и легким движением руки убрала прядь волос с лица. Постояв немного, и переварив все, что она мне сказала, я подумала, что сплю, что я окончательно срехнулась, это ведь было так давно... «С чего ей быть такой вежливой и милой со мной? Она, типа, притворяется?» - Нет, все нормально. Мне все равно нужно зайти к одному из преподавателей. Иди сама, не жди. - Хорошо, тогда, еще увидимся. - Ага. Как тебя зовут то? - Тая! – донеслось в коридоре ее голосом. «Тая…» «ЧЕРТ! ЧЕРТ! ЧЕРТ! Я СОШЛА С УМА» Вы даже не представляете, как это имя ей подходит. Оно подходит ей полностью… От ее теплых глаз до ее нежных рук, от ее яркой улыбки до ее невероятной фигуры, вплоть до ее имени- все в ней прекрасно. Я соврала ей, сказав, что у меня есть дела, лишь по одной причине. Я знаю, что ее не достойна, и тянуть за собой такую, как она, я не хочу. Однажды, этот момент в моей жизни уже принял ужасный конец. Зачем мне снова повторять то, что не принесет никаких чувств, кроме опустошения? И даже если это мой «второй шанс», я отчаянно хочу найти кнопку «отмены». Я лучше умру, чем снова пройду через все это. ***** Лекции шли слишком медленно, из-за чего я успела достаточно сильно проголодаться. «Я ведь ничего не ела и почти не спала за эту неделю». «Нужно зайти в магазин за кофе и чем-нибудь съедобным». Я начала оглядываться по сторонам. Пыталась глазами отыскать Марка в бесконечном потоке студентов, которые, будто стадом, передвигались через узенький коридор, ведущий из одного корпуса колледжа в другой. Спустя несколько минут я увидела совсем не обычную, но до жути знакомую толстовку, среди однотонных серых и черных кофт. На спине была надпись: «Lasu min sola, knabino, mi estas gejо». Эту толстовку я подарила ему, причем сделала это в шутку, но он видимо, так и не узнал перевод, хотя, может и знал, потому и носил с гордостью. «Хах, а ведь ему идет». Я позвала его, и уже через минуту он был готов идти со мной на край света. Он подошел ко мне и крепко прижал к себе. Посмотрев за спину, я увидела, как кто-то помахал мне рукой. Сначала я вообще не поняла, кто это, и не удивительно, у меня всегда были проблемы со зрением, но потом я все-же разглядела очертания и поняла, что это тот самый парень, который так сильно нравится Марку. Я пригляделась еще раз, сделав узкие прищуренные щелочки вместо глаз. В конце коридора стоял очень высокий парень, 192 полных сантиметра ростом, он был нашим одногодкой, хоть и не выглядел на 18, слишком красив.. Красивая и накаченная фигура, достаточно широкие плечи и довольно милое личико, в общем не парень, а сплошная услада для глаз многих девушек, но ведь все же мы наверняка понимаем, чем славиться факультет «Архитектуры» во многих учебных заведениях, хах… По первому впечатлению можно было сказать, что он слишком строг и консервативен к себе и к окружающим, но все не всегда так, как кажется на первый взгляд. Он был мягким и очень спокойным. Он улыбнулся мне и я поняла, что эта улыбка совсем не натянута и не наигранна, она была настоящей, и мне это понравилось. Позже, когда Марк расцепил свои удушающие объятия, он подозвал того парня и представил его мне, как оказалось, его зовут Эрнест. Совсем не распространенное имя у нас, но почему-то я так и думала. Оно несомненно подходило внешности, но никак не характеру, будто две стихии бьются в одном человеке. Это цепляет. Немного поговорив и познакомившись, я наконец сказала, что голодна и собиралась зайти в магазин. - Да без проблем, пошли вместе. – сказал Марк. Магазин был прямо напротив, через дорогу. Мы подошли к нему и открыли дверь, пропускаю очередную толпу голодных студентов. Вышла я весьма довольно, потому что растворимый кофе здесь был ничем не хуже того, что я беру в кофейне каждое утро. Мы болтали по дороге назад и подходя к пешеходному переходу, остановились на светофоре. ***** - Вы что-нибудь помните? – спрашивает незнакомец в бледно-голубом халате расплываясь пятном перед глазами. - Я помню... Помню, как меня толкнул парень на велосипеде, который проехал позади меня, я упала. «И видимо не совсем удачно, раз сейчас лежу здесь, с перебинтованной в гипсе правой рукой и катетером в левой». Все тело охватила жуткая боль и усталость, но вместе с тем было очень тепло из-за капельницы. Но далеко не тяжелое состояние волновало меня больше всего, последние несколько лет мое состояние волнует меня в принципе крайне редко и, как правило, лишь тогда, когда я понимаю, что не могу встать с кровати. Меня пугало, что возле моей койки сидит тот, кого я так сильно хотела увидеть, но только в последний раз. Мне так хотелось забыть о нем, жаль, что не могу…