the Eye of Eywa

На следующий день Ло’ак разбудил Нетеяма рано. – Рея пригласила нас понырять с ними! – взволнованно сказал он, встряхивая своего сонного брата. – Ммм... Она уже "Рея", брат? – лукаво подметил Нетеям. Он знал, что его брату нравилась эта девушка с длинными волосами и голубыми глазами. Ее глаза были темнее, почти зеленые, и круглее, чем у ее братьев. Волосы ее брата могли бы быть длиннее. По мнению Нетеяма, так оно и было. Ему понравилась идея о суровом и задумчивом меткайнанском принце, который ухаживает за своими волосами и заплетает их в косы. Скакуны рифового народа сильно отличались от их икранов. Илу, как называли их меткайина, были послушными существами, достаточно крупными, чтобы с невероятной скоростью перемещать своего наездника по океану, но с зубами, слишком маленькими, чтобы причинить вред больше, чем рыбе. Они общались различными щелчками и свистками. Ао'нунг стоял на коленях на мелководье у берега, проводя рукой по поверхности воды. Нетеям наблюдал, как юноша призвал своего илу с ошейником, который соответствовал нарукавной повязке его всадника. – Тактуктуктуктук, – щелкнул он, успокаивая своего скакуна. Он ритмично шептал, будто пел песню. – Брат, сегодня нам не нужны верховые животные. Мы учим их нырять, – позвала его сестра. При звуке ее голоса Ло’ак поднял голову и ухмыльнулся. – Как глупо с моей стороны! – пошутил наследник. – Конечно, они еще не могут ездить верхом – слишком слабы. – Мальчик дразняще раскатал свои буквы "р". Цирея резко ударила его рукой по лицу. – Эй, ау-! – Этого достаточно", – зашипела она на брата. Он подчинился и отослал своего илу прочь. – Лучший способ научиться – это просто позволить своим инстинктам взять верх, – объяснила она, ведя их к скалистому плато дальше по пляжу. – Сейчас мы все погрузимся в это дело. Вода глубокая, поэтому вы не ударитесь головой. Следуйте за мной! – крикнула она, ныряя в воду. Ло’ак быстро вскочил, за ним последовала Кири, которая держала Тук за руку. Нетеям с опаской заглянул за край. Вода была далеко внизу. Хотя юноша умел плавать достаточно хорошо, но тогда это было в неглубоких лесных реках. – Испугался? – поинтересовался Ао’нунг. – В твоих самых смелых мечтах, – парировал Нетеям, но Ао’нунг уже не слышал его. В мгновение ока крупный мальчик грациозно прыгнул головой вперед, как щучкой. Гладкое тело вошло в воду с точностью пули, не оставив даже ряби, свидетельствующей о его плавании. Нетеям почувствовал, как его рот открылся от благоговейного трепета. Ао'нунг вынырнул, смеясь. Несколько прядей его волос выбились из прически, свисая идеальными локонами вокруг его самодовольного лица. – В чем дело, качающийся на дереве? – крикнул он насмешливым тоном. Нетеям знал, что собирается выставить себя дураком. – Эйва, дай мне благодать, – пробормотал он себе под нос. Парень отступил на несколько шагов и сделал прыжок с разбега, пытаясь подражать мальчику. Спускаясь он почувствовал, как его тело наклонилось вперед. Ноги пытались повернуть, а спина с гулким шлепком ударилась о воду. Нетеям был ошеломлен всего на мгновение под поверхностью, морщась больше от шока и унижения, чем от боли. Он поднял глаза и увидел Ао’нунга всего в нескольких футах над собой, смеющегося под водой. Его смех был запечатлен пузырьками воздуха, злобно вырывающимися у него изо рта. С рычанием Нетеям вынырнул на поверхность. –Я никогда, никогда не видел, чтобы кто-то так сильно облажался! – Ао'нунг, казалось, находил всю эту ситуацию чрезвычайно забавной. – Ротксо, ты это видел? – крикнул он своему другу, который ждал на вершине утеса. – Нет, но я это слышал! – крикнул в ответ юноша. – Ты полный придурок, Нетеям, – мальчик произнес его имя как проклятие. Нетеям не сдавался. Он перестал приземляться на спину еще после двух попыток. Это было неплохо. Он знал, что если он даже не сможет освоить вход в воду, то наверняка потерпит еще большие неудачи в плавании и верховой езде. Он знал, что его братья и сестры покидают утес, чтобы пойти посмотреть на скакунов. Тук не переставала говорить о них с тех пор, как увидела Ао’нунга, и, конечно же, Цирея потакала ей. Он остался, чтобы продолжать практиковаться. С шестой попытки Ао’нунг подплыл к нему и на его лице отразилась целеустремленность. – Я никудышный пловец, – заявил Нетеям. – Конечно, это так, – ледяным тоном ответил Ао'нунг. Его лицо почти незаметно смягчилось, – ты научился нырять только сегодня утром. Вот, – сказал он, хватая Нетеяма за руку. Парень был удивлен быстротой его действий. – Ты должен представить, что плаваешь вместе с водой, а не только в ней, – Ао’нунг обхватил своей рукой кулак Нетеяма и опустил его в воду. Это произвело фурор, облив обоих мальчиков. – Этот кулак – ты. Видишь, какая большая площадь поверхности ударяется о воду? Когда ты пытаешься войти в воду таким образом, она разбрызгивается и создает сопротивление в воде, – Ао’нунг разжал кулак, но осторожно сжал пальцы Нетеяма. – Но если ты входишь в воду вот так, это почти не создает тяги. Ты можешь двигаться быстрее и с большей ловкостью. И никакого всплеска, который насторожил бы морскую живность. – Ао’нунг опустил кулак. – Ты покажешь мне, как нырять еще раз? – спросил Нетеям. Он хотел доказать мальчику, что может это сделать. – Без проблем. Но после этого нам придется присоединиться к моей сестре. Теперь ты должен научиться дышать. – Мы уже знаем, как дышать. – Не думай, что сможешь дышать на суше так же, как ты дышишь, когда пытаешься плавать, skxawng (придурок). Нетеям невольно расхохотался. Ему показалось, что он увидел, как Ао’нунг улыбнулся на это. Они вдвоем обнаружили, что Ротксо, Цирея и семья Нетеяма собрались в круг, скрестив ноги, сидя в позе лотоса. Одна ее рука лежала у него на животе, а другая – на груди. – Вы должны научиться замедлять свое сердцебиение, – сказала она группе. – Успокой свое сердце. Это позволит вам дольше продержаться с небольшим количеством воздуха. Прошел такт. – Ло’ак... твое сердце бьется очень быстро. – Прости, – пробормотал смущенный Ло'ак, опустив кончики ушей. Нетеям хихикнул на это, слегка ударив Ао’нунга по ноге, чтобы убедиться, что он это увидел. Он и Ротксо оба ухмылялись. Кири вздохнула, ее тошнило от незрелости мальчиков. Незрелость Ротксо – это все, о чем она могла говорить вчера вечером за ужином. Ротксо показывал Кири, откуда дышать, хотя и не осмеливался прикоснуться к ней, как Цирея делала с Ло'аком на глазах у двух ее братьев. Нетеям положил руку себе на живот, пытаясь подражать движениям мальчика пониже ростом. Он продолжал расслабляться, забывая, что ему полагалось дышать по-другому, и возвращаясь к своему неглубокому дыханию верхними отделами легких. Внезапно он почувствовал, как к его груди прижалась плоская ладонь. Он увидел толстую ладонь, покрывающую его руку, и понял, кто к нему прикасался. Нетеям испуганно поднял на него глаза, увидев, что мальчик склонился над ним с закрытыми глазами. Внезапно он открыл их. По контрасту с его темными ресницами они казались еще светлее, еще более поразительными. Он не оттолкнул его. Он увидел, как глаза Ао'нунга быстро, на мгновение, обежали лицо Нетеяма, прежде чем он отдернул руку. Юноша видел, как он огляделся, его плечи быстро поднимались и опускались. Взгляд остановился на сестре, которая смотрела на него понимающими глазами. Нетеям посмотрел на своего собственного брата и увидел, что Ло’ак уже печально смотрит на него, поджав губы. – Замедли свое сердцебиение, – пробормотал он. Его светло-голубые глаза еще секунду смотрели в глаза Нетеяму, прежде чем он умчался прочь.