Влюбить за 10 дней

Антон сидит за столом, что-то активное печатая в ноутбуке. Шмыгает носом, доставая носовой платок. Слышит тихие шаги сзади, но почти никак не реагирует, продолжая работать удаленно. Арсений кладет ему руку на лоб, проверяя температуру, и мужчина замирает, не шевелясь. Омега аккуратно проводит ладошкой вниз, к подбородку, поглаживая щеку и разворачивает мужа к себе лицом. – Антош, у тебя температура, давай выпьешь жаропонижающее? – Все в порядке, Арсюш. – Ну сколько можно, – грустно спрашивает Арсений, обходя диван и усаживаясь рядом, – Ты уже неделю ходишь в таком состоянии, ничего не пьешь, сидишь на горячем чае с лимоном. Думаешь вылечишься? – Я не болею. – Да что как дитя-то, Шастун? Я только что проверил, у тебя жар, а ты сидишь заливаешь мне про то, что не болеешь. – Да в порядке я, говорю же! – Антон резко встает со своего места, смотря на мужа сверху вниз, – Я прекрасно себя чувствую, да, насморк есть, и все. Со мной все нормально! – Отец! – еще громче проговаривает девочка, стоя на лестнице. Антон поворачивает в ее сторону голову, понимая, как сильно сейчас виноват, – Не кричи на папу. – Он не кричит, золотце, все хорошо, – улыбается Арсений, аккуратно вставая с дивана. Антон протягивает ему руку, но омега полностью ее игнорирует, поднимаясь сам, – Пошли, баиньки, пусть папа болеет, то есть работает. Диана быстро поднимается по лестнице, торопясь спрятаться в комнате, пока ее папа еле как встает с дивана и, кладя руку под живот, волочится в сторону лестницы на второй этаж. – Арсюш… – Работай, Тош, я пойду лягу. Арсений медленно поднимается по лестнице, прячась в коридорах. Антон глубоко вздыхает, откидывая голову назад, и смотрит на беременного мужа, что медленными шагами поднимается по прямой лестнице. Арсений заходит в комнату и подходит к комоду, доставая оттуда аптечку. Находит внутри упаковку парацетамола и кладет внутрь прикроватной тумбы. Укладывается ровно на кровати, включая телефон и что-то начиная там рассматривать.

***

Антон стоит посреди гостиной и смотрит в ту сторону, куда ушел злой на него ребенок и расстроенный муж. Потирает глаза и, чихая, уходит на кухню, решив набрать в бокал воды. Поднимается на второй этаж и подходит к своей комнате, не сразу открывая дверь. Видит, что из комнаты горит свет, поэтому медленно открывает дверь и входит внутрь, тихо постукивая. – Прости. – Я не злюсь, – спокойно отвечает Арсений, кладя телефон на свой живот, – Я переживаю за тебя, а ты истеричка. – Со мной правда все хорошо, я не чувствую температуры, мне не плохо, – проговаривает Шастун, подходит к кровати и садится на край, накрывая своей ладонью ладонь мужа, – Я не хотел на тебя кричать, просто не люблю вот это состояние, когда люди со мной начинают возиться, а я не понимаю почему. – Ну как не понимаешь, в смысле возиться, Антон? Я не вожусь с тобой, я о тебе забочусь. Ты хочешь, чтобы я спокойно ходил дальше, пока ты тут сидишь с температурой, кашляешь и чихаешь? – Арсений мягко тянет руки в сторону Антона и тот, быстро понимая, что от него хотят, сам идет в руки своего омеги, чувствуя, как его тут же обняли, – У тебя все тело горит, Диана вздрагивает, когда ты чихаешь, а ты говоришь, что не болеешь. Антон утыкается кончиком носа в сгиб шеи, продолжая слушать нотации от мужа. Арсений, жестикулируя руками, активно рассказывает альфе тысячу и один признак того, что у того ничто иное, как простуда. – Стой, помоги. Антон отодвигается от мужа, смотря как тот смешно перекатывается по кровати, чуть чуть мучаясь из-за своего большого живота. Шастун наклоняет голову вбок и любовно улыбается, смотря на своего колобка, в то время, пока Арсений открывает ту самую прикроватную тумбу и достает оттуда блистер с парацетамолом. – Молодец, что принес воды, запьешь таблетку, – Омега выдавливает белую пластинку из своего домика, разрывая тонкий слой фольги, и подносит руку с таблеткой ко рту мужа, грозно смотря на того, – Пей, пока я не покатился из этого дома. Но пить не получается, Антона прорывает на дикий смех, когда до него доходит небольшой каламбур с животом, похожим на колобок. Арсений! – От бабушки и дедушки ушел? – Да, и к волку попал, – спокойно отвечает Арсений, все же заставляя Антона проглотить несчастную таблетку. – Я не волк, я хьюмэн, а волк - это гулять. Шастун смотрит на альфу печальным взглядом и, изображая звонок врачу, тихо шепчет в руку, которая у него идет как телефон, что у его мужа сильный жар. Два ребенка. Антон досмеивает свое и падает горизонтально кровати, смотря на мужа снизу вверх. Недолго лежит, чувствуя, как его тело чуть развезло. – Что ты мне дал? – Яд, – спокойно ответил Арсений, – Ты даже не посмотрел, что я тебе даю. – Из твоих рук хоть яд. Спокойно проговаривает Шастун и поворачивается на спину, чувствуя слабый пинок в плечо. Тихо смеется, но больше никак не реагирует. Чувствует, как Арсений с ним разговаривает о чем-то, но от усталости и еще сильнее поднявшейся температуры, Антон погружается в сон, накрываясь одеялом. Арсений натягивает одеяло выше, укладывается рядом. Носом утыкается в колючую шею альфы и, кладя ладонь на, не менее колючую, щеку, мягко поглаживает. – Ты дурак мой, – совсем тихо шепчет Шастун, аккуратно подталкивая руку мужа под свою шею, чтобы улечься более комфортно обоим и, при этом, не навредить малышу, – До тридцати шести дожил, а болеть не научился. Чувствует, как на его лоб стекает капля пота и понимает: лекарство начало действовать на его мужа. Главное, чтобы тот не выпутался из одеяла и хорошо пропотелся.

***

Арсений просыпается в кровати один. В последнее время слишком частое для него событие, поэтому даже не удивляется. Молча встает со своего места и выходит из комнаты. Снизу доносится музыка и Шастун, немного удивившись, начал аккуратно идти в сторону шума. Утренняя дискотека, на которую не пригласили Арсения, находилась на кухне. Антон готовил завтрак, пока Диана под музыку танцевала вокруг отца, ловя его улыбки. Мужчина быстро размешивает содержимое сковородки и начинает пританцовывать вместе с дочкой. – Кому-то стало намного лучше. Арсений заходит внутрь и тут же ловит счастливый взгляд своего мужа. Диана перебегает стол и обнимает папу за ноги, желая тому доброго утра. – Что готовите? Улыбается омега, заглядывая под руку Шастуну. Антон быстро щелкает мужа в его носик и подталкивает назад, помогая сесть за стул. Альфа быстро целует мужа в губы и уходит обратно к сковороде, открывая ее и помешивая омлет с помидорами и зеленью. – Ты скрыл яйца с помидорами? – Не скрыл, не хотел, чтобы вы обожглись. Арсений удобнее усаживается на стул и разворачивается к Антону. Диана убежала куда-то в зал, включая там мультики, чтобы не вникать в разговоры взрослых. Альфа перемешивает в последний раз и выключает сковородку, убирая с горячего стекла, только что работающей конфорки. Шастун разворачивается к беременному мужу и, прежде чем разложить всем домочадцам завтрак, подходит к нему. – Проснулся? – Сам не пойму, вроде тихо сидит, – спокойно отвечает Арсений, опуская взгляд к животу, – Кто знает, может он от вашей дискотеки затаился там и сидит тихо. – Малыш, доброе утро, – Антон присаживается на корточки, поглаживая ладонью ткань пижамы, – Давай вставать, твоя сестра уже не спит давно. В ответ Антону не приходит ничего, поэтому тот поднимает взгляд на Арсения, видя как тот мелко пожал плечами. – Спит, скорее всего. И тут в ладонь альфы ударяется то-ли маленькая ручка, то-ли маленькая ножка обитателя живота. Антон наклоняет голову в бок и нежно улыбается. Приподнимает мягкую ткань кофты и залезает рукой под нее, накрывая живот своей ладонью. – Проснулся? И снова мягкий пинок в ладонь. Арсений кладет свою руку на щеку мужа, замечая то, как сильно его мужчина сконцентрирован на общении с малышом внутри него. – Я тоже по тебе соскучился и уже жду тебя, – поднимает голову на Арсения, мнимо задавая свой вопрос и, заметив как муж показал ему одну ладонь со всеми поднятыми пальцами, опускает взгляд обратно вниз, – Посиди еще немного, хорошо? Никуда не торопись, мы тебя подождем. – Ну и зачем с ним говорить? Он же не слышит вас. На кухню вбегает маленькая девочка, привлекая все внимание на себя. Антон расставляет руки в сторону, приглашая малышку в свои объятия. – А вот и неправда, он нас слышит, – улыбается альфа, целуя дочку в висок, – И очень хорошо. – А зачем с ним разговаривать, он же вам все равно не ответит. – С тобой отец болтал круглые сутки и ты, кстати, была не менее общительная. Все время пиналась, – улыбается Арсений, смотря на дочь, – С такими детишками, которые еще не родились, полезно болтать. Они так хорошо растут. Хочешь тоже? Девочка вопросительно смотрит на отца, видя как тот ей весело подмигнул, и вернула взгляд обратно на живот. Смотрит-смотрит, а потом совсем тихо говорит: «Привет». Антон берет ладонь дочки и тянет в сторону живота, пока девочка не понимает, что она вообще здесь забыла. Кладет в самый низ животика, и мягко держит. Диана уже теряет терпение, ничего не чувствуя, но стоило малышу в это место со всей силы пнуть ножкой, девочка возмущенно завопила: – Ты чего дерешься? И Антон заливается смехом, слушая реакцию дочери. Диана хмуро смотрит на живот, скрестив руки на груди, и Арсения, от такого вида, тоже прорывает на хохот. – Только попробуй выйти, я тебе покажу! – Дина, он же с тобой поздоровался, – улыбается Арсений, кладя ладонь на голову девочки, – Он не дрался с тобой, наоборот, рад тебя видеть. – Я уж боялся, что их придется разнимать. Со смехом шепчет Антон, вставая рядом с омегой. Девочка мягко улыбается на такой ответ и, коротко погладив живот, убегает обратно в гостиную. – Я с ума с вами тремя сойду. – Мы не дадим, – серьезно проговаривает альфа. Арсений слегка прищуривает взгляд, ожидая, пока Антон договорит, – Оставаться одним адекватным человеком в доме! – Боже…