Цветочек

Джуён кучу раз падал в обмороки в руках Чонсу. Просто он всегда был рядом. А когда губы Джуёна бледнели, он совсем ничего не слышал и скулил от ужасного состояния, Чонсу хватал его, укладывал на пол и старался привести в чувства. Джуён много раз падал из-за переутомления. Он старался успеть все. Помочь родителям, выучить уроки на зубок, сходить погулять, сделать тяжёлую тренировку. Уроки занимали у него почти все свободное время. Он мог не спать пару ночей подряд. Ещё больше раз он падал от голода. В погоне за красивым телом он голодал и тренировался. Иногда садился на жестокие диеты, вместо голодания. Чонсу со временем научился распознавать, когда Джуён снова начинал голодать. Отводил его кушать и постоянно говорил о том, что он самый красивый мальчик планеты. А он плакал, съедая то, что ему покупал Чонсу. *** Много времени они прожили вместе ещё учась в школе. Джуён редко заглядывал домой. Да и его там не ждали. Даже не здоровались, не спрашивали о том, как его дела. Он плакал каждый раз, когда приходил обратно к Чонсу. Ему хочется, чтобы там его тоже любили. Хотя бы чтобы знали, что ему очень плохо. Что, будь они немного ласковее к маленькому Джуёну, сейчас он бы страдал немного меньше. После посещения собственной квартиры, он часто звал маму во сне. Совсем неслышно, тихо. Он сжимался под боком Чонсу и крепко прижимался к нему. Ему в те моменты снилось, что это была мама. И он так трепетно прижимался.. улыбался во сне. Наверное, в своих снах он был ещё совсем совсем маленьким ребёнком, что искренне любит свою родительницу и верит, что она защитит его от всех проблем. Не защитила. Маленький хрупкий мальчик, совсем не готовый к самостоятельному существованию и одиночеству, остаётся совсем один. Им никто не занимается, всем глубоко плевать где он, с кем он и чем занимается. Никому нет дела до его оценок, до его самочувствия. Словно его и нет. Ему дают деньги на карманные расходы, покупают то, что ему нужно. Но больше всего он нуждался в безвозмездной родительской любви. Из-за работы родители почти не появлялись дома и совсем не общались с сыном. Он буквально умолял о внимании. Он редко хвастался, но родителям постоянно говорил о том, что учится без троек совсем. Ни одной в течение четверти. Он получал лишь сухое "понятно" и уходил со слезами на глазах. Плакал в подушку, а потом снова садился за уроки, чтобы не портить успеваемость. Мальчик стремился к красному аттестату, пусть и за девятый класс. Он хотел побыстрее уехать и начать жить заново. Без родителей. Ему всегда хотелось быть маленьким. Хотелось защиты и заботы. Хотелось чтобы его утешили, во время жуткой истерики или панической атаки. А вместе с вечными насмешками.. все это вылилось в бесконечное улучшение себя. Депиляция, немного макияжа, уход за кожей, всегда чистая и выглаженная одежда. Звучит хорошо. Но кроме этого: вечные диеты, голодание, линзы, постоянный недосып от занятий спортом, чтения книжек и занятия всем, чем только можно было. Он потерял себя полностью. Его волосы постоянно меняли свой цвет, он не выходил на улицу без линз и почти не смотрел на себя в зеркало без макияжа. Так прошёл весь его шестой класс. В седьмой он перешёл с новой причёской, новой одеждой. Но его по прежнему не замечали. Совсем никто. Он уже переставал понимать, что происходит с ним, его мыслями. И о том, что происходит вокруг. Его вес стремительно снижался. А он все больше ненавидел себя. В глазах вечно темнело, он постоянно уходил с уроков в полуобморочном состоянии. Его успеваемости ухудшилась. Даже учителя стали переживать за мальчишку. Его буквально трясло, когда он выходил к доске. Порой он и слова сказать не мог. Словно забывал, как разговаривать. На какой-то момент его похудение прекратилось, и он разрешил себе есть. Но к восьмому классу все вернулось на круги своя. Более того, добавилось множество страхов. Он боялся всего и всех. Боялся сказать лишнее слово, боялся, что его изобьют. На него часто замахивались одноклассники, с усмешкой наблюдая за паническим страхом мальчика, что тут же сжимался и начинал плакать и дрожать от безысходности. Он боялся впускать в свой круг общения хотя бы кого-то. Боялся, что тот, кого он все же пустит, причинит ему боль. Но Чонсу.. не выглядел тем, кто сможет сделать больно. Чонсу всегда улыбался ему. Всегда давал отпор тем, кто стремился унизить запуганного мальчишку. Чонсу стал единственным другом Джуёна. Единственным, с кем он мог поговорить, провести время, поплакаться. В его кругу общения не было совсем никого, кроме Чонсу. Джуён почти всегда был с Чонсу. Ходил за ним хвостиком, боясь снова остаться один на один с самим собой. Если в школе не было Чонсу - в ней автоматически не было и Джуёна. Он не появлялся там без друга. Только с Чонсу он мог ярко улыбаться. Только с Чонсу он иногда переставал тревожится. Только Чонсу он светился. Яркий, ослепляющий свет, что так долго копился в мальчике, светил одному только Чонсу. Уже тогда он жил одним Чонсу. Дышал им. Чонсу нравилось, что рядом с ним был Джуён. Нравился он целиком. Такой.. другой. За его ходом мыслей, действиями было интересно наблюдать. Он понимал, что на нем лежит огромная ответственность: быть единственным другом этого светлого, чувствовительного мальчика, что привязался к нему настолько, что без него сможет существовать. Иногда с ним нужно было вести себя как с ребёнком. Читать на ночь, напевать колыбельные, целовать в лоб на ночь. Готовить блины на завтрак в форме зверьков, покупать сладости, чтобы на пороге он радостно улыбнулся, открывая очередную вкусняшку. Мальчику не хватает этого. У него не было счастливого детства. Его не любили. Иногда нужно говорить самые простые вещи. Что его чувства - это важно, что в них нет ничего плохого. И что слезы - это не слабость. И что слабым показаться - не страшно. Иногда его нужно было уложить спать, настояв на этом. Он правда мог несколько ночей подряд провести за уроками. *** Джуён уходил к себе домой только на ночь. Его мама уже хорошо знала Джуёна и была рада его приходам. Она нередко болтала с ним, когда Чонсу не было дома. Джу считал её образцовой матерью. Она была бы не против считать Джуёна своим сыном. Ей хотелось, чтобы мальчик почувствовал семейный уют и материнскую любовь. Он столько плакал из-за отсутствия этих чувств ей в плечо.. Много раз говорил о том, что хотел бы, чтобы его мама была такой-же, как эта чудесная женщина. Когда она обнимала мальчишку, он так трепетно к ней прижимался.. От женщины всегда пахло теплом и нежность. Уютом и домашней едой.. Он полюбил этот запах всем сердцем. Решение перебраться к Чонсу жить на постоянной основе они приняли, после того как избитый, морально еле живой, пьяный мальчишка оказался на пороге уже родной квартиры. Его встретила женщина в фартуке. С кухни вкусно пахло едой, а она улыбалась. Пока не увидела, в каком состоянии Джуён. Фингал под глазом, синяк у виска, ссадины на щеках. Все остальное было закрыто одеждой. Она его под руку повела в гостиную. Джуён молчал. Даже не плакал. Он уснул, не проронив и слова, пока женщина обрабатывала повреждения. На столе оставила стакан воды, таблетки и чистую одежду. Она оставила его в белье и накрыла пледом. А ещё оставила тазик у дивана. Чонсу пришёл немного позже из-за небольших долгов по учёбе. Он просидел рядом все то время, пока Джуён спал. Джу проснулся почти ночью. Ребра ужасно болели и были покрыты синяками. Нет, родители его не били, им было все равно. Его избили по дороге домой за его вид. Те парни посчитали, что Джуён выглядит женоподобно. После этого он ушёл за пивом. Зачем? Как? Почему? Джуёну показалось, что так ему будет легче. До этого он не пил алкоголь в таком количестве. Чтобы опьянеть хватило двух бутылок. Да, когда он осознал, что произошло, стало страшно. Неимоверно. Стало страшно выходить из дома в одиночку, ходить по улицам. Да и с Чонсу он тоже боялся. Но рядом с ним было спокойнее. Он крепко сжимал его ладонь, когда мимо них проходил кто-то, невселяющий доверия. Уже тогда Чонсу пробовал уговорить его на психолога. Да, уже через пару дней Джуён перевез свои вещи в небольшом чемодане к Чонсу. Родители даже ничего не сказали ему. Он подошёл, сказать, что пока будет жить с другом. А они лишь кивнули. Даже синяки и ссадины не заинтересовали их. Но он больше не плакал от этого. Ему больше не нужно было их внимание и любовь. Теперь он любил Чонсу каждый клеточкой своего большого, но побитого сердца. Но сам никогда в этом не признается. Будет ждать признания с другой стороны. Или так и будет молча любить. Ему этого достаточно. Достаточно чувствовать, что он любит. По крайней мере, он так думает. Джуёну было хорошо жить с Чонсу и его мамой. Она считала его своим полноправным сыном и относилась к ним с Кимом одинаково. Женщина всегда успокаивала Джуёна, когда это требовалось. И даже спала рядом, когда Чонсу не было дома по той или иной причине. В такие моменты Джуён проваливался в детство. В то время, когда ему казалось, что мама и папа любят его. Тот Джуён любил прыгать на кровати, громко смеятся. Тот Джуён не боялся быть собой, тот Джуён имел много друзей. Ещё любил пюре с куриной котлетой и кривлятся в зеркале. Джуён, что спит сейчас, сжавшись в клубочек в объятиях не своей родной матери, не прыгает на кровати, почти не смеётся и боится быть не таким, как все остальные. И друга у него всего два: Чонсу и его мама. А еду он не любит совсем, не получает от неё ничего, кроме ненависти к отражению в зеркале и боли в желудке. Джуён — самое настоящее солнце, что не имеет сил выпускать свой свет наружу. Так считает Чонсу. Он безумно любит его улыбку, его смех, который слышит так редко. Джуён правда красив и лицом, и телом. И нос у него красивый, и в животике, бедрах, которые и от природы пухлыми не были, нет ничего плохого. И пальцы у него красивые, и глаза. Он весь красивый, целиком. Только вот обладатель красоты её не замечает. И ненавидит всем своим нутром. Пытается сделать красоту ещё красивее. И только теряет свое здоровье и смысл существования. Однажды, после очередной вызванной рвоты, он расплакался на коленях Чонсу. Обычно он прячется, старается не попадаться на глаза, чтобы не поднимать тему его состояния. Но сейчас.. Он сам пришёл, лёг на кровать и уткнулся в чужие колени. — Может.. мне просто не суждено быть красивым? И все мои попытки ни к чему никогда не приведут? Чонсу.. — и смотрит в чужие глаза своими, красными и заплаканными. Сейчас его волосы начинают ломаться и выпадать, в уголках губ давно появились заеды, а глаза потеряли даже самый слабый огонёк. На лице были высыпания, кое-где она шелушилась. От этого Джуён ненавидел себя ещё больше и старательно пытался скрыть все это. Давно не ходил в распущенными волосами, собирается отстричь свою длинную шевелюру. Частенько наносит тон и пользуется тоннами всяких масок. И Чонсу до сих пор видит его красоту. Он по-прежнему красив. Правда выглядит не здоровым. И в этом главная проблема. — Ты от природы красив, Джуён. Твои попытки улучшить себя сейчас приведут только к ухудшению твоего морального и физического состояния.. Давай попробуем начать хорошо кушать? Пожалуйста.. Я с тобой начну хорошо питаться, чтобы тебе было легче Джуён промолчал. Ему не хотелось набирать вес. Он так много всего пережил, чтобы дойти до ** килограмм.. Таких желанных. Но что они ему дали? Ненависть и боль. *** Первый день рождения в новой семье.. Что-то новое, незабываемое. Джу не отмечает свой день рождения. Обычно он просто видел с утра подарочную коробку, записочку, в которой было написано лишь "с днем рождения". А ему хотелось торта.. вкусного торта, шариков и задувать свечи, загадывая желание. Чтобы все хлопали, после того, как свечи потухнут и громко поздравляли его. И подарок хотелось получать из теплых материнских рук, а не видеть коробку на столе. Не нужны ему были эти дорогие подарки. Он не просил. Ему были важны чувства. С утра его разбудили с шариками и улыбками. Первое, что он увидел — разноцветные шары. Он и забыл, что за день сегодня. А потом он сел на кровать и перед ним горели 16 свечей на шоколадном торте с надписью "С днём рождения, Джуён!" и маленьким сердечком. В носу защипало. Он плакал. Когда торт оказался в его руках, ему хлопали, кричали поздравление и говорили загадывать желание, перед тем как задуть свечи. Но его главное желание было исполнено. Он был дома. А после торт отнесли на кухню и сказали, что ждут его там. Он вышел к ним в слезах. Джуён благодарил их и говорил о том, что он никогда не отмечал свой день рождения. О благодарил их без остановки. А его обнимали с обеих сторон и гладили по голове. Говорили, что теперь они будут праздновать каждый его день рождения так. А после ему принесли подарок, со словами "извини, что это не дорогой подарок. Но мы старались". Ему подарили плюшевого медведя. Чонсу шил его сам. А одежда была связана руками его мамы. Еще был конверт с деньгами, но Джуён лишь отложил его в копилку, говоря, что это было необязательно. Джуён всегда держал игрушку в кровати. Спал с ним, иногда не выпускал его из рук совсем. Особенно, когда переживал. С этим медведем он смог спать один, когда рядом никого не было. Правда заменить родные тёплые руки после кошмара не мог. В такие моменты Джуён даже не ложился. Особенно, если ему снилось его детство. После таких снов даже Чонсу не всегда удавалось успокоить своего мальчика. Иногда оставалось лишь принести ему водички, глицин и лежать рядом, поглаживая его по спинке. Целовать его в лоб и щеки, говорить, что рядом и всегда будет здесь.