Мёртвый брат?

— Ещё секунда, и упал бы на колени. Смешно даже. — усмехался Айвен, нагоняя Лектора. — Всё же, приятно иногда видеть, как память о тебе всё ещё жива, — с ноткой усталости ответил Лектор. Его голос был спокойным, но в нём таилась какая-то горькая ностальгия. — Хотя, если быть честным, я просто хотел убедиться, что страх по-прежнему сильнее ненависти. — Ты это серьёзно? — усмехнулся Айвен. — Мы же просто гуляем. Или ты хочешь чего-то больше? Лектор слегка приподнял голову, вдыхая запах пыли, копчёного мяса и дешёвого ладана. Улицы Мамиту были шумными, пёстрыми, как и прежде, но сквозь всё это он чувствовал что-то чужое. — Мамит изменился, — прошептал он. — Или это я стал чужим. — Мы все изменились, — сказал Лоргон, поравнявшись с ними. — Только вот места, которые мы когда-то считали домом, не обязаны нас ждать. Они остановились у старого каменного колодца. Айвен присел на край и вытащил трубку, но тут же вспомнил, что не захватил табак. — Чёрт, — выругался он и бросил трубку обратно в сумку. — Всё забываю. Всё, кроме старых привычек. — У тебя хоть остались привычки, — тихо сказал Лектор. — У меня осталась только память. Он посмотрел на тени, ползущие по булыжникам, и на мгновение замер. Лицо его оставалось непроницаемым, но Айвен знал — за этой маской скрывается нечто большее. — Ты вернулся сюда, чтобы что-то вспомнить, или чтобы попрощаться? — спросил Айвен. — А разве это не одно и то же? Лектор отвернулся и пошёл дальше, мимо домов, лавок, уличных детей. Толпа расступалась перед ним, словно инстинктами чувствуя, что с этим человеком лучше не сталкиваться. Айвен и Лоргон молча шли за ним, каждый думая о своём. И только ветер знал, кого из них троих вела по улицам эта затерянная, незабытая реальность. Они не успели пройти и половины улицы, как из бокового переулка к ним бросился мальчишка лет десяти. Грязный, босой, но с глазами, полными узнавания и дикого восторга. Он подскочил к Лектору и, едва не споткнувшись, выкрикнул: — Это вы! Вы же Доктор Г! Вы — тот самый! — Голос дрожал. — Папа рассказывал! Он говорил, что вы всех спасли, что вы… Лектор остановился, и ребёнок замолк под тяжестью его взгляда. — Я никого не спасал, — спокойно произнёс он. — Просто делал, что должен. Мальчик вдруг сник, будто его одёрнули, но в ту же секунду собрался и выпрямился: — Но вы всё равно герой! Папа говорил, что если бы не вы, нас бы всех... Он прав! Правда же? Айвен, нахмурившись, обернулся через плечо. В переулке виднелась женщина — видно, мать мальчишки. Она вытаращенными глазами смотрела на Лектора, потом поспешно схватила сына за плечо и дёрнула его назад: — Простите нас… он не хотел… просто… идём, Томас, быстро! — Но ма-ма! — пытался сопротивляться мальчик, но женщина не слушала. Она почти потащила его за собой, как щенка, бросив лишь: — Простите нас… простите... — Вот она, суть людей, — сказал Лектор, даже не повернув головы. — Сначала поклоняются, потом боятся, потом бегут. Всё в рамках цикла. — Или пытаются заработать, — добавил Айвен, указывая на одного из торговцев, что внимательно наблюдал за ними с прилавка, где лежали мешки с зерном, сушёное мясо и нечто, отдалённо напоминающее специи. — Пошли, спросим дорогу. Они подошли ближе. Торговец — жилистый, с хитрыми глазами и морщинами от улыбок, которых на лице сейчас не было — не отступил, но напрягся, как пружина. — Добро пожаловать… странники, — сказал он осторожно, и взглянул в глаза Айвену, затем — на лицо Лектора. Его зрачки дрогнули, как у зверя, распознавшего хищника. — Не часто такие, как вы, появляются здесь. — Такие, как мы, не появляются. Мы возвращаемся, — отозвался Лектор, чуть склонив голову. — Нам нужно несколько ответов. И товар, если он у тебя не только для вида. Торговец сглотнул, взгляд метнулся к амулету, висевшему на цепочке у него на груди. — За ответы придётся платить. Здесь… всё по правилам. — И что ты хочешь? — спросил Айвен, скрестив руки на груди. — Пять золотых. И отвечу на семь вопросов. Честно. Клянусь именем своей дочери. Лектор уже открыл рот, но Айвен опередил его: — Почему не сразу десять? Или голову Лоргона в придачу? — Потому что я не идиот, — торговец усмехнулся. — Я знаю, кто передо мной. Лектор, глядя прямо ему в глаза, тихо произнёс: — Не все, кто знает, выживают. Торговец побледнел, губы задрожали, но он держался. Потом резко упал на одно колено, сжал руки: — Простите! Простите... Я… я не хотел... Просто… если вы Доктор Г… пожалуйста, помогите моей дочери. Тишина повисла над прилавком. Все трое переглянулись. Лектор вздохнул — устало, почти по-человечески. — Где она? — В доме за лавкой. Пожалуйста... Я отдам вам всё, — торговец поднялся, залез под прилавок и вытащил мешочек с монетами, затем свёрток: карта, временный пропуск, кулон с чёрным камнем. — Здесь всё. Продукты, карта, защита. Кулон... настоящий. Смотрите. Он достал нож, поднёс к своему горлу — и резко провёл лезвием по коже. Словно всплеск — барьер вспыхнул и погас, не оставив ни царапины. Айвен присвистнул: — Не хухры-мухры. Лектор взял кулон в руки, внимательно осмотрел. — Слабая гравировка, дешёвая оправа… но работает. Подойдёт кому-то из наших. Он поднял глаза. — Ты заслужил ответ. Если девочка будет жива — получишь больше, чем думал. Покажи путь. Торговец провёл их в дом, скрытый за лавкой. Небольшая дверь, скрипящий пол, старый запах сырости и медикаментов. На кровати, под тёмным покрывалом, лежала девочка. Её кожа была бледна, почти прозрачна, кашель сотрясал её тело. — Отец?.. — прохрипела она, открывая глаза. — Кто это?.. Лектор, не отвечая, подошёл к ней, опустился на колени и коснулся её лба. Его пальцы чуть засветились — еле заметно, как лунный свет. — Гниль в лёгких. Старая. Медленная. Болезненная. Но обратимое, если вложить… силу недуга. Он закрыл глаза. Простая, почти невидимая нить света прошла от его руки к груди девочки. Та вздрогнула. Вдохнула. И не закашлялась. Её глаза раскрылись шире, с изумлением и — наконец — облегчением. — Мне... легче... — Тихо, — Лектор убрал руку. — Отдохни. Сила вернётся к тебе через пару дней. Отец упал на колени, не зная, то ли плакать, то ли молиться. — Спасибо… Доктор… Лектор встал, не ответив. Айвен посмотрел на него с уважением и лёгкой тревогой: — Ты в порядке? — Я? — Лектор слегка улыбнулся. — Нет. Но теперь она — да. — Что скажешь? Устроим ей новую жизнь в городе? — спросил Лоргон, глядя на отца и дочь. — Если доживём до города, — буркнул Айвен. — У нас шкура в цене. «Уши смерти» уже могут быть где-то рядом. Лектор смотрел в окно. Его лицо было бесстрастным, но в глазах вновь полыхнул золотой свет. — Тогда мы будем готовы. — Лоренция! Дочка моя, ты прямо на глазах возвращаешься ко мне! — Мужчина не сдержал слёз и рванул обнимать дочь. — Спасибо вам... Спасибо большое, доктор Г. — голос Лоренции дрожал от слабости, но в глазах светилась благодарность. — Вы спасли мою единственную дочь. Я никогда раньше не слышал о такой болезни, как туберкулёз. Приходите к нам ещё, мы с Лоренцией всегда будем рады вам. — Рад помочь, — тихо ответил Лектор, чувствуя, как горечь и усталость перемешиваются с облегчением. — Но будьте осторожны, сейчас по местам гуляет болезнь похуже. Очень важно рассказать всем, кого встретите, о том, как она распространяется — от мелких грызунов, которые уничтожают организм изнутри. Лекарства пока нет. Но поверьте, эта болезнь не сравнится со мной. Пусть Всевышний хранит вас. Нам пора. Лектор не мог дождаться момента чтобы уйти — тяжёлое предчувствие сжимало грудь. — Лектор, куда ты так спешишь? Всё прошло хорошо, ты в порядке? — встревоженно спросил Айвен, видя, как его брат выглядит иссохшим и больным. Хотя с плеч Айвена сняли груз ответственности, беспокойство не покидало его. Сейчас можно было положиться лишь на Лоргона, ведь Айвен ещё слаб, а Лектор истратил почти всю энергию. — Я вымотался, — выдохнул Лектор. — Сил скоро не останется. Тогда я не смогу гарантировать безопасность вам всем. Нужно быть тихими, незаметными, держаться в тени. Внезапно Лектор резко дернулся — в ушах вспыхнула острая боль, словно нож пронзил голову. «Опасность! Опасность!» — раздался громкий голос в голове. Сердце забилось быстрее, тревога стала почти невыносимой. — Лек… — начал было Лоргон, но Лектор схватил его и Айвена за талию и рванул вперёд. Скорость была бешеной, инстинкт самосохранения не позволял замедлиться или изменить курс. Энергия стремительно истощалась, но Лектор не останавливался. — Лектор! Объясни, что происходит! — недовольно крикнул Айвен. — Мы должны были быть в лагере, готовить ужин и отдыхать. — Я пытаюсь спасти нас! — задыхаясь, выдавил Лектор, кашляя от поднятой пыли. — Нужно найти безопасное место, иначе я не протяну долго. Айвен крепко сжал его лицо руками, требуя ясности. — Объясняй нормально! — Чёрт, что ты хочешь услышать?! — выдохнул Лектор с раздражением. — Я почувствовал угрозу — слабее Вольды, но всё равно смертельную. Мы не справимся сейчас. Его эмоции метались, словно волны в шторме. Он был на пределе — силы почти не осталось. Если сейчас случится конец, то всё пропало. Но рядом с братьями он чувствовал безопасность — нельзя допустить, чтобы враги подошли слишком близко. — Лектор, мы уже достаточно ушли, остановись, — попытался унять Лоргон, хотя бежать с такой скоростью и напряжением было сложно. Лектор наконец остановился, но по-прежнему крепко держал их, готовый ринуться в бегство в любой момент. Его дыхание было ровным, а голос — холодным и бесстрастным: — На лагерь напали. Нам нужно ждать здесь. Взгляд Лектора стал каменным, и никто не мог переубедить его. — Что?! — воскликнул Айвен. — Ты бросаешь наших? Ты спасешь свою шкуру, а они там умрут? Лоргон пытался вырваться, но хватка Лектора была непреклонна. — Они справятся. Мы сейчас слабы, как букашки. Примите это. Я вас не отпущу, пока опасность не пройдет. Спасаю наши шкуры, — холодно сказал Лектор и больше молчал. — Обязательно держать так крепко? Мы ходить умеем, — Лоргон пытался разрядить обстановку. Айвен молчал, внутри росла обида. Как можно так легко оставить братьев и сестёр на войне в Мамите? Там есть те, кто способен сражаться один на один, а Лектор молчит, экономит силы. Желудок крутился от пустоты, мысли рисовали кровавые сцены мести врагам. Прошёл час, два. Лектор наконец отпустил их и побежал к лагерю. — Как и думал, наши победили. Вы слишком недооцениваете младших, — равнодушно заметил он. — Наконец, у меня все кости болят, — выдохнул Лоргон, чувствуя усталость. Вернувшись в лагерь, они увидели беспорядок, но без жертв. К ним подбежала Лиса, возбужденная и тревожная: — Где вы были?! Тут напали бандиты, но благодаря мистеру Зегелю обошлось без потерь! Это была её первая серьёзная битва. И она познакомилась с крестоносцем с двумя крестами на голове — Зегель. Её интерес и восхищение смешивались с тревогой. Лектор отпустил братьев и ушёл — выглядел тот ещё хуже, чем при первой встрече. — Ааа, думаю, он сломал мне пару ребер, — пожаловался Айвен, не в силах подняться. — Мы шли за провизией, но Лектор внезапно изменил маршрут. — Что с ними? — удивлялась Лиса, видя, как холодны и замкнуты Лектор и Айвен. — Они же совсем недавно были совсем другими. — Лектор сейчас без энергии, он отключает даже эмоции, — объяснил Лоргон, вставая с земли и потягиваясь. — Айвен обижен на него, но почему — я тебе не скажу. — Ну, уверена, помирятся, — улыбнулась Лиса и поспешила задать, другие свои интересующие вопрос. — Ты можешь рассказать… есть ли у мистера Зегеля девушка? — покраснев, спросила она. — А? Не знаю. Спроси его самого. — Лоргон хмыкнул. — Зегель — ученик Лектора и хочет быть похожим на него. Если он тебе кажется добрым, знай — это только фасад. — Почему? — удивилась Лиса. — Он очень милый и приятный. — Пха, у них характеры схожи. Если кажется добрым — значит, готов тебя сожрать. — Лоргон рассмеялся, не веря, что Лиса сможет долго с ним ладить. — Ладно, я пошёл. Но не успел он уйти, как услышал тихий, но устрашающий рык. — Я что, шучу?! — с хрипом сказал Лектор. Он готов был есть мясо двое суток без перерыва, лишь бы восстановить силы перед приходом Вольды. Он приказал Мерару принести еды, но тот вернулся с одной порцией. Лектор чуть не сорвался, но вовремя его остановили двое крестоносцев. — Старший брат, так можно только трату энергии усилить, — мягко сказал Зегель. — Брани тоде так считает, — добавил другой. Лектор впервые за долгое время улыбнулся. Внимание переключилось на них, и Мерар поспешил принести ещё еды. — Расскажите, как живёте, — призвал Лектор, садясь за стол, словно ничего не было. Он хотел услышать истории своих учеников — двоих единственных. Остальные предпочитали учиться у Айвена и Лоргона — они уделяли больше внимания боевым искусствам и манипуляциям. — Мало что изменилось, я стал царём и владею большими землями, — гордо начал Зегель, жаждя признания старшего брата. — Брани лечит людей, так же как и старший брат, — тихо добавил Брани. — Брани скучаю. Ты для него пример и учитель. Лектор улыбнулся, радуясь спокойствию в их жизнях. Когда разговор затих, все начали расходиться по палаткам, но Лектор остался сидеть. Его мучила обида Айвена, и он не хотел сразу ложиться. Взяв пару шоколадных конфет, он направился в палатку капитана.