Сегодня, завтра, всегда

— Долго он еще? — тоскливо спросил Питер в пустоту. — Что-то Сохатый задерживается, — бормотал Сириус сам себе, наворачивая круги вокруг Гремучей ивы. — Думаешь, Эванс ответила ему взаимностью? — Ты дурак? — небрежно бросил парень. — Он же не в любви ей признаваться пошел, а просто отвлечь. Мародеры добрались сюда минут двадцать назад, а Джеймс все не появлялся. Римус уже вошел в Визжащую хижину и обратился, а остальные ждали четвертого друга у самого входа. Сириус и Питер неловко бродили друг перед другом, пытаясь подобрать общие темы для разговора. — Скоро нужно будет вводить план по покорению Эванс, чтобы свести ее с нашим Джеймсом, — скучающе произнес Сириус, развеивая обстановку. — Может, предложить ему приехать к ней летом и сводить на свидание? — подхватил разговор Питер. — Это классно, но не думаю, что он отправится в такую даль. Эванс живет на другом конце страны. — Тогда пусть пишет ей любовные письма и все такое. — Романтическая переписка — это тема. Я могу оформить за него парочку, да так, что он ей точно будет сниться, — усмехнулся Сириус. Ведя обычный разговор, Мародеры не сразу заметили, как кое-кто подкрался к ним совсем близко. У них не возникло странного предчувствия, и даже слух подвел их в самый неподходящий момент. Они были спокойны, пока не услышали позади себя треск, как будто кто-то ступил на маленькую веточку, разломив ее пополам с характерным звуком. Сириус тут же обернулся, и интуиция заранее подсказала ему, что перед ним предстанет не Джеймс. Так и случилось. Увидев перед собой Снейпа, он мгновенно навел на него волшебную палочку. — Экспеллиармус! — выкрикнул Слизеринец, опередив обоих соперников. Палочка Сириуса отлетела далеко в сторону. Питер начал неуклюже пытаться достать свою в задних карманах штанов; Северус не стал дожидаться его, применив заклинание «Эверте Статум», которое отбросило юношу назад с такой силой, что тот дважды перевернулся в воздухе. От мощного падения Питер взвизгнул, словно грызун, и остался лежать на земле, повредив копчик. Мародеры оказались обезоружены. Сириус с ненавистью смотрел на заклятого врага, который держал их под контролем. Снейп выглядел растерянно, будто не хотел, чтобы его раскрыли так быстро. Не сложно было догадаться, чего он добивался. Он хотел разоблачить Мародеров в чем-то страшном. Ему нужны были тайны, которые можно было бы использовать против них. Сириус вспомнил его слова на уроке зельеварения, а ведь тогда ему даже в голову не пришло, что парень решится следить за ними ночью за пределами Хогвартса. — Что вы там прячете? — наконец-то спросил Северус после длительного молчания. Сириус прекрасно понимал, что если Нюниус узнает о болезни Римуса, то расскажет всей школе о нем и их ночных вылазках. В таком случае жизнь для всех Мародеров в Хогвартсе превратится в ад, наполненный осуждением и ненавистью, даже со стороны профессоров. Сириус осознавал это, и надо было что-то решать, искать компромиссы, но ярость, которую он испытывал именно сейчас, затмила его разум, и здравый смысл отошел на второй план. Ему не хотелось задумываться о последствиях. В его голове возникла интересная идея — жестокая и опасная. — Хочешь взглянуть? — хитро улыбнулся Сириус, указывая на Гремучую иву. Снейп не сводил с него взгляда; в его глазах не было ни капли доверия. Он внимательно следил за тем, как неприятель начал осторожно отходить в сторону, указывая на определенное место под деревом. Сириус отошел еще дальше, пропуская Слизеринца вперед. — Видишь маленький сучок? За него мы дергаем, чтобы успокоить иву, — проинформировал его Мародер с азартом.— А рядом есть секретный проход. Видишь? Снейп осторожно оторвал взгляд от него и посмотрел на указанные места. Убедившись в правдивости слов Блэка, он заметил небольшую ямку под деревом — именно туда можно было легко пролезть. — И что там? — настороженно спросил Снейп, посматривая то на проход, то на Блэка. — Если зайдешь туда — увидишь длинный, подземный коридор, ведущий в наше потайное место. Северус с огромным сомнением покосился на него, ожидая подвоха. Он понимал, что Мародеры могли бы проделать какой-то фокус, но что они могут сделать без волшебства? — Акцио волшебные палочки! — громко произнес Слизеринец, и предметы тут же оказались в его руке. Сириус обомлел. Такого он предвидеть не смог. Гнев захлестнул его с новой силой, и предложение подвести своего ненавистника к логову опасного оборотня перестало казаться такой уж варварской идеей. Он посчитал, что Нюниус вполне заслуживал такой промывки мозгов. Напоследок Снейп зло усмехнулся и все-таки решился зайти в секретное ущелье, не предвещая никакой беды. *** Джеймс позабыл о всей своей ненависти к Северусу в тот миг, как увидел, в какой опасности тот оказался. Он мчался по коридорам Хогвартса; отзвук его шагов раздавался в непрерывном эхо по всей школе. Вряд ли кто-то из оставшихся за пределами своих гостиных не услышал бы его, но в этот момент его ничего не волновало. Все будущие проблемы из-за немыслимого нарушения правил казались несущественными. Пусть хоть его выгонят из школы. Черт с ним. Это куда лучше, чем всю жизнь сожалеть о смерти человека, и не так больно, как смотреть на терзания близкого друга, причастного к этому самому убийству. Джеймс легко пробежал большую часть пути, но паника взяла верх еще в начале, и сбившееся дыхание начало причинять боль. Воздуха не хватало. Кислород бил ему в горло холодным порывом. Он задыхался, но не снижал скорости. В таком бешеном темпе совсем неудобно было сверяться с ситуацией, но время от времени его глаза все же падали на карту: Снейп медленно приближался к Визжащей хижине и своей страшной участи. Джеймс спотыкался и бился об углы, кричал профессорам, чтобы они уступили ему дорогу — те удивленно поглядывали на него. Минерва МакГонагалл что-то разъяренно крикнула ему вслед, но он ее не услышал. Все его мышцы работали до предела, легкие готовы были разорваться от напряжения, но он не останавливался. Парень выбежал на улицу, игнорируя холод, преодолел все сопки и не замедлялся даже на склонах, жестко скатившись с одного из них. Он быстро поднялся. Неподалеку уже виднелась отключенная Гремучая ива. Самое удивительное, что рядом с ней находились Сириус и Питер, и выглядели они даже весело и непринужденно. — Сириус!!! — заорал Джеймс на полпути к ним. — В хижине...!! Снейп… Прямо там...! Живот скрутил резкий спазм, и какое-то время он не мог говорить, только бежать навстречу друзьям, обратившим на него все свое внимание. Джеймс настиг их, врезавшись прямо в Питера, и еле удержался на ногах, хватаясь за его плечи. Когда он остановился, боль пронзила тело в два раза сильнее. Горло ныло нещадно, в глазах мутнело, но легкие снова начали заполняться кислородом. Джеймс жадно глотал воздух, чувствуя на языке яркий металлический привкус. — Ты чего? — удивился Сириус, посмеявшись над ним. — Выглядишь ужасно, и кричишь громче некуда. Хочешь, чтобы нас заметили? — Мы тебя ждали, — с улыбкой добавил Питер. — Чего ты так долго? Джеймс взглянул на карту, увидев, что Северус уже почти у входа в хижину. Резким движением он ткнул карту в лицо друзьям, указав на нужное место. Сириус и Питер взглянули туда, а затем оба расплылись в неприятных ухмылках и переглянулись между собой. Джеймс ожидал любой реакции, но только не такой. — Вы что, не видите?! — хрипло выкрикнул Джеймс. — Какого черта Снейп сейчас в хижине?! — Ну и что? — безразлично бросил Сириус. — «И что»?! — возмущению не было предела. — Как… Как он мог проскочить через вас?! Почему вам плевать?! — Нюниус оказался слишком любопытным, — отметил Питер, и голос его впервые показался Джеймсу таким отталкивающим. — Так что Бродяга решил предложить ему войти, чтобы он… — Вы что, совсем идиоты?! — перебил его Джеймс яростным криком. — Что вы наделали?! Что вы…! — Хватит орать, Сохатый! — остановил его Сириус. — Нюниус не тупой, чтобы подходить к оборотню вплотную! Увидит его — и тут же убежит! Поттер был в шоке и не мог поверить, что сейчас перед ним стояли его друзья. Они общались много лет, считая друг друга братьями, но оказалось, что компания еще может неприятно удивить его своими поступками. Впервые Джеймс осознал, насколько их вражда со Снейпом вышла из-под контроля. — Вы не подумали, что он может умереть? — сквозь зубы проговорил Джеймс, еле сдерживая себя. — Вам не приходило в голову, как Римус будет себя чувствовать?! Сириус и Питер начали меняться в лице. — С чего вы взяли, что ситуация под контролем?! Его смерть будет на вашей совести!! На твоей, Сириус!!! Джеймс подорвался с места, подхватил с земли свою мантию-невидимку и вбежал в проход под Гремучей ивой. Друзья что-то кричали ему вслед, но различил он только: «Джеймс, мы не хотели!». Что-то было еще, но он бежал достаточно быстро, чтобы отдаленные крики стали неразборчивыми, как белый шум. Раньше подземный коридор никогда не казался таким длинным. Магическим образом он будто бы удлинялся, оттягивая Джеймса от входа в Визжащую хижину. Он натянул на себя мантию-невидимку и уже приближался к двери, за которой надеялся тут же увидеть Северуса, взять под локоть и увести из этого жуткого места. Еще чуть-чуть. Осталось совсем немного... и бах! Скрип! Парень влетел в хижину и замер. Вокруг стояла гробовая тишина. На первом этаже никого не было. Джеймс стоял на месте и не слышал ничего, кроме собственного судорожного дыхания. Тревожное чувство захватило его. Может быть, он опоздал, и Северус мертв?... В панике Джеймс побежал к лестнице и начал быстро взбираться по ней, не обращая внимания на создаваемый шум. Вдруг, он различил чей-то топот, и остановился ближе к углу лестничной площадки. Кто-то или что-то направлялось к нему, спускаясь по лестнице. Джеймс попятился назад, лихорадочно вертясь по сторонам. Убегать было нельзя, но вдруг это оборотень! В миг, когда он повернулся назад, смотря на выход, что-то врезалось в него с такой силой, что он полетел вниз, едва успев ухватиться за перила. Джеймс со страхом посмотрел вперед. Через прозрачно мутную ткань он увидел перед собой Северуса, так же как и он упавшего на лестничную площадку. Джеймс не верил своим глазам. Перед ним сидел испуганный Северус, целый и невредимый. В бесконечной радости за своего недруга, Джеймс не сразу понял, почему Северус отползает от него и смотрит куда-то вдаль, пытаясь различить что-то невидимое глазу. — Это я, — негромко выдохнул парень, стянув с себя мантию-невидимку. — Все хорошо. Это я. Все нормально! Снейп вздрогнул, когда перед ним внезапно возник Поттер. Лицо его не выразило злости: оно по-прежнему было окрашено страхом. Он что-то прошептал, но так тихо, что Джеймс не расслышал. — Что? — переспросил парень, слегка приблизившись к нему. — Он не спит… — вполголоса проговорил Снейп. Как только эти слова были произнесены, над их головами послышалось рычание. Юноши застыли от ужаса. Сердца бешено застучали от страха. Они продолжали смотреть друг другу в глаза, и Джеймс был уверен, что в голове Северуса крутился тот же вопрос: «С какого момента он на нас смотрит?». Они не осмеливались посмотреть наверх и встретиться с ним. С оборотнем. Рычание становилось все громче, настолько, что кровь стыла в жилах. Они одновременно подняли головы, медленно, будто таким образом могли бы остаться незамеченными. На самой лестнице второго этажа они увидели оборотня, морда которого находилась всего в нескольких ярдах от макушки Джеймса. Хищный взгляд был устремлен прямо на него. Разделял их только поручень, к которым прижимались длинные, худые звериные лапы с острыми как нож когтями. Джеймс постоянно видел Римуса в волчьем обличии, но никогда прежде он не казался ему таким ужасающим и свирепым, как сейчас. Перед ним был не его близкий друг, не спокойное животное, а кровожадный убийца, жаждущий человеческой крови. Этот зверь смотрел на него, оскалив зубы. Из его рта текла вязкая слюна, а в бешеных глазах не было ничего, кроме желания растерзать свою жертву. Северус и Джеймс оцепенели от страха. Они не подорвались с места, в попытке сбежать, а просто смотрели в глаза хищника, находя в них саму смерть. Они боялись спровоцировать его резкими движениями. Нужно было подобрать удобный момент для спасения, которого, казалось, у них не имелся. Гриффиндорец смотрел на оборотня, не сводя с него глаз, и медленно тянул руку в сторону Снейпа, стараясь справиться с внутренней дрожью. Дыхание Слизеринца стало громким, и зверь больше не мог оставлять без внимания добычу, находившуюся к нему куда ближе, чем голова Джеймса. За какое-то мгновение он стал агрессивнее: раскрыл пасть и зарычал так сильно, что слюни разлетелись по сторонам. Джеймс понял, что медлить больше нельзя, и схватил Северуса за жилетку, с силой потянув его на себя. За какую-то миллисекунду до этого оборотень прыгнул на лестничную площадку и попытался вонзить в Северуса клыки, но не успел. Все происходило быстро. Зверь оттолкнулся задними лапами и снова перепрыгнул лестницу. Он мог бы укусить кого-то, если бы Джеймс не отбежал в сторону, грохнувшись вместе с Северусом на пол. Не рассчитав силу своего прыжка, оборотень врезался в стену и разъяренно завыл от боли, царапая когтями стены и мотаясь по сторонам в попытке отыскать своих жертв. Джеймс навис над Северусом, успев натянуть на себя мантию-невидимку. Оборотень, метающийся по всему пространству, начал выть так громко, что заложило уши. Парни уставились на него и увидели, как он снова побежал в их сторону, слепо размахивая огромными лапищами вокруг себя, терзая воздух. Джеймс и Северус быстро поднялись и боязливо отбежали в сторону, в самый угол под лестницей, споткнувшись о ноги друг друга. Парни упали и прильнули к стене, зажмурившись, когда зверь замахнулся на них. Когти его оставили глубокие порезы на древесине, но никого не задели. Убедившись, что в этой стороне никого нет, оборотень снова отбежал от них. Поведение его стало еще агрессивнее: он терзал себя, бился о стены и выл как раненый, испытывая невыносимое мучение от самого нахождения в этой шкуре. Испуганные мальчишки продолжали сидеть в углу под мантией-невидимкой, понимая, что сейчас лучше притаиться и подождать, когда зверь успокоится и отойдет от двери, дав им возможность сбежать. Мантия была не настолько длинной, чтобы позволить парням создать хоть какое-то пространство между собой. Джеймс уселся на корточках между ног Северуса, прижимая того к стене. Вид его был совсем исстрадавшимся. Слизеринец прижимался к стене так сильно, будто желал слиться с ней воедино, лишь бы не находиться в такой близости с ненавистным Мародером. Джеймс чувствовал себя так, будто от него плохо пахло. Хотелось бы сказать, что ему тоже не приносило удовольствия находиться со Снейпом в таком положении, но издавать звуков было нельзя, да и врать не хотелось. Как-никак Джеймс был безумно счастлив тому, что Северус жив, и он может видеть, как его грудь вздымается, наполняя легкие кислородом, и смотреть в его живые глаза, горящие ненавистью. «Ну ничего. Потом он точно меня отблагодарит», — думал Джеймс. — «Ситуация нас сплотит, и все изменится». С каждой секундой лицо Северуса становилось все более кислым и недовольным. Тогда Джеймс заметил, что неотрывно смотрит на него прямо в упор уже долгое время, а тот и сказать ничего не мог. Джеймс смутился и отвел взгляд. Руки ужасно затекли, скрюченная спина начала ныть, а ноги дрожали из-за напряжения. Оборотень замучил себя настолько, что по всей его морде растекалась кровь. Он выл от боли, но не мог перестать наказывать себя. Джеймс смотрел на него с сожалением, осознавая, что все события этой ночи останутся в его памяти навсегда, а в сознании поселится еще большее чувство вины за то, какой он есть. Злость на Сириуса возросла с невообразимой силой, и он не представлял, как будет общаться с ним после всего этого кошмара. Вдруг, оборотень замер, и с каким-то игривым интересом уставился на что-то под собой. Джеймс сощурился, в попытке разглядеть, что же привлекло внимание хищника, и увидел, как под его лапами пробегает толстенная крыса, которой явно являлся Петтигрю. Грызун прыгал вокруг зверя, сделав его дружелюбным. Оборотень внимательно следил за грызуном, обнюхивал и шел к нему навстречу. Крыса пробежала к лестнице, начав прыгать по ступенькам вверх, и зверь пошел за ней. Джеймс понял — это их шанс. Он начал медленно подниматься и тянуть за собой Северуса, держа его под локтем. Парень не сопротивлялся. Они встали и пошли вперед. Еще чуть-чуть, и тварь скроется на втором этаже, позволив им благополучно сбежать. Выход уже совсем близко. Еще немного, и можно отступать без оглядки по узкому проходу, где зверь их не сможет достать. Думая о спасении, Джеймс и Северус потеряли бдительность, не обратив внимание на скрип позади себя и на громкий крысиный писк. Они шли ускоряя шаг, совсем не заметив, что мантия начала стягиваться с них. Они обомлели, когда перед их глазами пропала размытая пелена. Юноши тут же обернулись и увидели перед собой оборотня, наступившего лапой на самый край мантии. Обоих окатил ледяной ужас. Оборотень стоял к ним совсем близко, и пасть его дрожала от неутолимой ярости. Он смотрел на них сумасшедшими глазами, пробирающими до мозга костей. Мальчишки задрожали, судорожно отходя от твари назад. От чрезвычайного страха Джеймс и Северус прижались друг к другу, почти обнявшись, и смотрели своей смерти прямо в лицо. Крыса пищала без передышки, пытаясь отвлечь обезумевшего оборотня, но все без толку. Он заревел, разинув пасть, и громкий звук сработал на парней отрезвляюще, будто пробудив их от кошмарного сна. — Бежим!!! — заорал Джеймс, моментально развернувшись к выходу. Парень подтолкнул Слизеринца вперед, выталкивая его оцепеневшее от ужаса тело. Оборотень кинулся за ними и замахнулся огромной лапой, поразив спину Джеймса острыми как лезвия когтями. Он и не понял, насколько это было больно из-за адреналина, бушующего в крови. От сильного удара Джеймс полетел вперед. Северус тут же обернулся. Он схватил его за руку и потянул на себя. Стоять на месте было нельзя. Тоннель начинал сужаться, и оборотень уже еле пробирался сквозь узкий проход. Джеймс выровнял темп и пробежал вперед, чтобы вести Северуса за собой. Бегал он куда лучше даже с кровоточащей раной на спине. Темнота подземного прохода давила на них, а сильное эхо заставляло их верить, что оборотень до сих пор гнался за ними. Впереди стал виднеться лучик лунного света — после мрака даже он показался им слишком ярким. Еще немного, и они очутились прямо под Гремучей ивой. Джеймс вылез первый и помог выбраться Северусу. — Джеймс! — беспокойно выкрикнул Сириус, как только его увидел. — Я не хотел этого делать! Правда не хотел, но… Стойте, куда это вы? Вместо того, чтобы остановиться, Джеймс и Северус продолжили бежать дальше от Визжащий хижины и Гремучей ивы, дальше от оборотня. Они по-прежнему чувствовали угрозу, и только бесконечный, мучительный бег мог унять их эмоции. Только на него они могли перенаправить все свои избыточные чувства. Пот заливал лицо, ледяной ветер разлохмачивал их волосы, а лунный свет освещал им путь в самое надежное место. Только оно могло принять их, успокоить и расслабить ー Хогвартс. Парни не сразу начали осознавать, что все опасности позади, и боялись, думая о звере, который, возможно, смог как-то выбраться из хижины, отправившись прямо за ними… Это беспокойство, этот бег, и эта ночь, казалось, не имели конца. И все это время Джеймс не отпускал руки Северуса.