Yoshiko, или Счастье

      На стоянке Пляжа было как никогда безлюдно. Все игроки, что ездили сегодня за картами для Короля, уже давно приехали. Правда, были и те, кто никогда не вернётся домой. Большие и обделанные золотом настенные часы в холле отеля показывали без четверти пять, а значит, руководство этого места должно скоро начать их каждодневную встречу. Вот только в комнате собраний было необычно тихо, и напряжение веяло изо всех её углов. Шляпник нервно расхаживал по комнате, привлекая внимание и раздражая Агуни всё больше и больше. Как бы ни хотелось верить, но с каждой минутой их надежда на то, что Ёсика и Нираги вернутся, таяла, словно мороженое под лучами июльского солнца. Никто не хотел произносить это вслух. Даже Шунтаро Чишия, что казался всегда таким холодным и отстранённым, часто поглядывал на часы, что стояли на большом овальном столе в этой комнате.

***

      Безумие затмивало рациональность. Сейчас для Сугуру Нираги важнее было выпустить пар, а как и с кем он это сделает, ему было абсолютно плевать. Свободной рукой он расстёгивает ширинку своих брюк, запускает свои пальцы под резинку нижнего белья и достаёт своего уже готового дружка. Глаза девушки расширились от осознания того, что её ждёт. Воздуха катастрофически не хватало. Рука на её шее слегка ослабила хватку, и тут же сжала ещё сильнее, заставляя хозяйку шеи слегка вскрикнуть. Этот звук возбудил парня ещё сильнее.       — Если ты снова пикнешь, — губы брюнета приблизились к левому уху своей жертвы, — я выебу тебя так, что ты потом неделю встать не сможешь. — Парень провёл языком по мочке девушки, и тут же его зубы прикусили её.       — Нира…       — Я сказал, заткнись! — лицо боевика поравнялось с лицом оппонентки, — Или ты хочешь, чтобы малышка Хаори познакомилась с папочкой?       Ёсика непроизвольно сжалась. Этот Сугуру… Нет. Этот мудак, что водит прямо сейчас своим членом между её ног по её грязным джинсам, явно не раскидывается угрозами просто так. Девушка проклинала себя за то, что оставила свой излюбленный скальпель в номере. Она и подумать не могла, что сегодняшняя игра закончится этим.       — Куколка, — Нираги берёт её больную руку, кладёт на свой член, и их руки прижимают этот разгорячённый кусок плоти к её животу, — я всего лишь хочу, чтобы ты была мила со мной. Помоги своему жениху кончить. — Так мерзко Сато себя никогда не чувствовала. Лучше бы он её придушил.       Член боевика интенсивно двигался под их ладонями. То вверх, то вниз. Вверх, вниз. Парень стонал, напирая всем телом на Ёсику, а та лишь безэмоционально смотрела в сторону. Поскорее бы это закончилось. Будь проклят Агуни-сан и её враньё, которые привели девушку к этой ситуации.       Плечо стало болеть ещё сильнее, хватка на шее ослабла, только вот следы от удушья сто процентов останутся с ней надолго. Свободная рука сжимала подол толстовки. Такой маленький жест, что помогал ей не тешить самомнение брюнета, дабы не показывать её истинных эмоций: обиду и страх не только за свою жизнь, но и за жизнь своей маленькой знакомой. Нираги проводил своим языком по её щеке. Она была такая сладкая и солёная одновременно. Это ещё больше его заводило. Он нагнулся к ней ещё сильнее, чтобы найти губы «невесты». Этот поцелуй не был таким, как тот, что произошёл у них недавно. Он был грубый, жестокий, безумный. Девушка продолжала никак не реагировать на ситуацию. Сейчас она только хотела, чтобы этот придурок поскорее кончил.       — Нираги.       Парочка одновременно повернулась на звук, который донёсся из-за угла парковки. Из темноты к ним вышел невысокий лысый японец. Его тело и лицо были покрыты многочисленными татуировками, а в правой руке он сжимал свою любимую катану. Из-за тату нельзя было понять эмоций на его лице. Он смотрел на пару и чувствовал, как рвота подступает к горлу. Да, он знал, каким человеком был его брат по оружию, вот только он никогда бы не мог подумать, что увидит такую картину перед собой. Нираги часто ныл своему другу на то, что Сато не обращает на него внимания, даже спрашивал у Ласт Босса совета. А сейчас он просто насилует девушку. Да, боевик не имеет японку непосредственно в её лоно, но пограничный самурай понимал, что для неё в этом нет разницы.       — Чего тебе? — Сугуру продолжал трахать руку девушки, но смотрел он в глаза своего товарища.       — Вас заждались.       — Минутку, — брюнет чувствовал, что вот-вот достигнет оргазма, — Чего смотришь? Присоединяйся!       Ласт Босс промолчал. За всё время его пребывания в Пограничье он никогда не опускался до уровня его напарников. Лучше он каждый день будет оттачивать свои навыки владения клинком, чем будет насиловать какую-нибудь девушку.       И вот, последний толчок: сперма Нираги покрывает всю толстовку и руку его напарницы. Он отпускает её, и та падает на колени, стараясь как можно более бесшумно хватать свои ртом спасительный воздух. Она не хотела смотреть в его сторону. Сугуру Нираги больше не достоин того, чтобы она называла его имя.       — Отлично повеселились, сладкая, — от голоса брюнета к её горлу подступала рвота, — Можешь с ней поиграть, — Нираги похлопал Ласт Босса по плечу и завернул за угол.       Боевик бесшумно подошёл к девушке и стал гладить ту по спине, успокаивая. Всё-таки Ёсика не выдержала, и содержимое её желудка вышло наружу. Ей хотелось поскорее подняться в номер и смыть с себя весь этот вечер. Мягко поддерживая её, Ласт Босс помог ей встать.       Они шли молча. Каждый думал о чём-то своём. Только когда они зашли в лифт, японец проговорил:       — Извините, надо было прийти раньше, — девушка подняла на него свой измученный взгляд и постаралась улыбнуться.       Ей нравился этот парень. Нет, они не были хорошо знакомы и не сильно много общались. На самом деле, эти двое познакомились совершенно случайно. Произошло это в первую неделю пребывания Ёсики на Пляже. Она блуждала по отелю и набрела на спортзал, в то время там тренировался боевик. Девушка тихо зашла и села возле стенки, заворожённо наблюдая за тренировкой японца. Его движения были плавными, но резкими. Он уверенно настигал грушу и наносил точные удары деревянной катаной. Когда он заметил своего тихого зрителя, Ласт Босс даже немного смутился. Из-за его угрожающего вида мало кто к нему приближался, он сам специально выстроил возле себя такое амплуа. Но племянница Шляпника смотрела на него таким восхищённым взглядом и так воодушевлённо вела с ним беседу, что тот невольно улыбнулся, а потом и не заметил, как прикипел всей душой к молодой особе. Сато попросила научить её паре приёмов, и парень не смог ей отказать. Их общение происходило только во время тренировок.       — Не корите себя, Самура-сан, — в этом мире он раскрыл своё истинное имя только Ёсике, и она обращалась к нему так, только когда они были наедине, — никто не мог предугадать, что это случится, — боевик лишь кивнул.       — Постойте. — Ласт Босс снял с себя свою чёрную безрукавку и протянул девушке, — Наденьте. Нехорошо вам попадаться на глаза руководства в таком виде, — самурай тактично отвернулся и нажал на кнопку «стоп» лифта, дабы у девушки было достаточно времени переодеться.       — Спасибо. — Ёсика с трудом накинула на себя вещь и застегнула молнию, — Я верну её, только постираю.       — Не надо, — лифт снова тронулся, — оставьте себе. Это подарок.       Он проводил девушку до номера и направился к залу собраний. Когда пограничный самурай почти дошёл до нужного кабинета, оттуда уже выходили люди, и Ласт Босс остановил только одного человека. Человека, с которым так часто японец видел свою приятельницу.       — Вы нужны вашей знакомой. — Чишия вопросительно посмотрел на боевика, а потом до него дошло, о ком он говорит. Не просто так Нираги прибыл в зал собраний один.

***

      — Ёсика, открой! — Куина стучалась в закрытую дверь ванной комнаты подруги, но та не открывала. Из-за двери доносился звук воды и чересчур сильные звуки трения щётки о что-то мягкое. Что-то явно плохое случилось с девушкой на этой игре.       — Сестрёнка! — на кровати Сато сидела испуганная Хаори и жалобно просила открыть дверь.       Когда Ласт Босс довёл девушку до её апартаментов и она зашла во внутрь, взору японки открылась очень милая картина: подруга мирно сопела вместе с малышкой на кровати девушки, обнимая с двух сторон её дакимакуру. Вот только чуткий слух Куины разбудил её сразу же, как только дверь номера закрылась. Перед взором девушки с дредами предстала ужасная картина: измученное лицо её подруги, окровавленный рукав толстовки и — что удивительно — безрукавка третьего по опасности боевика этого места. Ёсика пулей влетела в ванную комнату и заперлась в ней. «Хаори не должна видеть меня такой», — единственная мысль, что занимала сейчас её голову.       Девушка не снимала с себя вещей. В первую очередь ей хотелось оттереть свою руку от недавнего «приключения». Но как бы она ни тёрла щёткой свою бедную конечность, чувство того, что она всё ещё грязная и лежит на члене брюнета, не пропадало. Так же её начал раздражать постоянный стук в дверь.       — Уходите! — слишком озлобленно вскрикнула Ёсика. Она не могла увидеть, как из глаз маленькой девочки потекли слёзы. Хаори никогда не слышала, чтобы старшая на кого-либо кричала.       В комнату тихо вошёл Чишия. Хвостик Ёсики тут же прижался к нему, и блондин почувствовал, как под слезами девочки намокает его верхняя одежда. Вопросительный взгляд был направлен на его подругу, но та лишь пожала плечами и снова заколотила в дверь.       — Сато Ёсика, если ты сейчас же не откроешь эту чёртову дверь, я её выбью!       — Я сказала, убирайтесь прочь! — и со звонким звуком в дверь прилетел стакан для зубных щёток. Осколки тут же посыпались на мраморный пол ванной.       Японец нахмурился. Впервые на его памяти девушка за дверью так бурно реагировала на происходящее. Даже после её появления на Пляже она более сдержанно вела себя — поведение японки не предвещало того прыжка в бассейн.       — Куина, — девушка обернулась к своему другу, — отведи Хаори в её комнату. — Старшая только хотела открыть рот, но голос блондина стал твёрже, — Не спорь.       — Ёсика, мы не закончили! — девушка отпрянула от двери и взяла заплаканную малышку за руку, дабы вывести её из этого номера.       — Нет! Я не пойду!       — Хаори, — Чишия опустился на корточки, дабы их лица находились на одном уровне, — Ёсика пережила тяжёлый вечер и хочет остаться одна, понимаешь? Скорее всего, она ранена и не хочет, чтобы её маленький Хвостик увидел старшую в таком состоянии. — «Старший брат» погладил девочку по голове, и та практически перестала плакать.       — Братик, ты поможешь сестрёнке?       — Да, но тебе и Куине нужно уйти.       Девочка кивнула головой и последовала за уводящей её девушкой. Та в свою очередь кинула хмурый и обеспокоенный взгляд на дверь ванной комнаты, тяжело вздохнула и вышла из номера.       «Наконец-то, тишина», — мелькнула мысль в головах сразу двух персонажей нашей истории. Блондин тихо подошёл к закрытой двери и слегка постучал костяшкой пальца. Девушка молчала.       — Ёсика, открой дверь.       — Нет.       — Ты ранена?       — Нет. — Голос подруги предательски дрогнул, и блондин это заметил.       — Нираги? — девушку прошибла неприятная дрожь, но ответ на вопрос блондина не последовал. «Понятно», — Мне уйти?       — Да.       Блондин тихо прошёл от ванной комнаты к двери и хлопнул ею. Выходить он не собирался. Чишия прекрасно понимал, что сейчас Сато навострила свой слух, чтобы понять, точно ли он вышел. Прошло несколько минут, и молодой хирург услышал звуки трущей что-то щётки. «Запачкала толстовку?» — парень тихо снял свои кеды и бесшумно подошёл к письменному столу. На нём лежал скальпель, который был достаточно тонок для открытия двери ванной. Благо там была всего лишь перекидная задвижка и достаточно широкая щель, чтобы открыть её с другой стороны.       Блондин открыл дверь. Девушка резко обернулась и чуть не расплакалась. На неё снова смотрели сочувствующим взглядом. Но это были глаза не её подруги. Это был взгляд Шунтаро Чишии — единственного друга, который не должен был видеть её в таком состоянии.       Друзья долго смотрели друг другу в глаза. Молчание было красноречивее тысячи слов. Блондин нахмурился, на мгновение пропал из дверного проёма, но тут же вернулся, уже в кедах, и смёл ботинками острые осколки в сторону.       — Пожалуйста, не подходи, — тихо проговорила Ёсика, но её друг уже стоял рядом и внимательно осматривал руку, что девушка стёрла практически в кровь. Он поднял взгляд выше и ещё больше нахмурился, увидев окровавленный рукав.       — Ты же понимаешь, что моё врачебное прошлое обязывает меня обработать рану? — девушка тяжело вздохнула, — А как твоего друга, — парень слегка замялся, — убедиться, что ты в порядке. Поэтому будь хорошей девочкой: снимай свои вещи и безрукавку Ласт Босса. Надеюсь, ты потом мне об этом расскажешь. Залазь в ванну, и мы осмотрим твою рану. Что-то мне подсказывает, что её сначала надо хорошенько отмыть.       Девушка поморщилась, но спорить не стала. Рука ужасно болела и тряслась, а замок на джинсах никак не поддавался на её манипуляции. Чишия тяжело вздохнул и присел на корточки. Мягко убрав руки девушки, он открыл замок её джинс и стянул их. «Хах, те самые уточки», — парень слегка улыбнулся при виде нижнего белья подруги. Он вспомнил, как Хаори ходила с ним и Куиной по заброшенным магазинам Токио и выбирала подарок для Ёсики. А когда мелкая увидела набор нижнего белья с жёлтыми утятами, то тут же схватила, не понимая, как сконфуженно будет принимать этот подарок из её рук старшая.       — Я сама могу раздеться. — Сато слегка покраснела. Она знала, что блондин уже видел её без штанов, причём дважды, но вот, чтобы вот так… Это уж слишком!       — Да-да, я вижу! — подразнил её парень, — Сато-сан, не спорьте с врачом! — он уже расстегнул молнию на безрукавке Ласт Босса и замер.       Пятно. Не трудно было догадаться, от чего оно. Откуда-то взявшаяся злоба обдала с ног до головы Чишию, и он до скрежета стиснул зубы. Значит, Нираги всё-таки не смог сдержаться и обидел его подругу.       — Он тебя…       — Нет, — голос девушки был практически беззвучный, а взгляд был направлен в пол, — всего лишь подрочил себе моей рукой. — Только сейчас блондин увидел синяки от рук этого ублюдка на шее Ёсики.       Злоба переросла в гнев. Но сейчас не время для этого. В первую очередь нужно успокоить его подругу и обработать рану. Мягко взяв ту за подбородок, он заставил их глаза встретиться.       — Главное, что ты жива, — такая нежность со стороны друга ввела девушку в ступор. «Что за вечер такой? Одни сюрпризы», — залезай в ванну, твоя толстовка присохла к ране, её будет больно снимать, не намочив.       Зеленоглазая могла лишь безмолвно повиноваться. Она уже сидела в ванной, когда Чишия поднёс руку к замку, дабы расстегнуть верхнюю часть её гардероба, но девушка остановила его здоровой рукой.       — Постой, я сама. Не хочу, чтобы ты касался этого, — блондин тут же направил струю тёплой воды на её живот.       — Проблема решена, — он уже расстёгивает молнию под бурчание своей подруги. Его взгляд поднялся к груди девушки и наткнулся на торчащую из-под ткани спортивного топа карту червей. — Да вы полны сюрпризов, мадмуазель.       — Он не сказал? — девушка думала, что озлобленный напарник специально распиздит всем на собрании про масть её игры.       — Нет, он сказал, что у вас была бубновая игра, — тут в сознании блондина что-то щёлкнуло, — ты его попросила?       — Я сказала, что забыла забрать карту, и он вспылил.       — Ты смерти хотела? — парень, конечно, знал, что девушка не хочет рассказывать дяде про свою предыдущую игру червей, но чтобы скрыть ещё и вторую, да и со знавшим о ней Нираги… — Я даже не знаю, восхищаться мне тобою или отругать.       — Всё, что угодно, только не пизди! — девушка слегка улыбнулась, пытаясь разрядить атмосферу своей шуткой.       — Ха-ха, очень смешно, — парень уже аккуратно снимал с девушки часть верхнего гардероба.       Сато Ёсика была очень красивой девушкой, и сейчас Шунтаро это окончательно понял. Её тело было идеальным в понимании врачебной практики. Практически нагая девушка не могла не взбудоражить его нутро, но блондин держал себя в руках. Только сейчас он смог увидеть шрамы на верхней половине тела подруги, и в его сознании поселилась одна странная мысль. Парень поднёс ладонь девушки к губам и оставил на ней лёгкий поцелуй. Мягко говоря, тёмноволосая была в полном шоке, и раскрытый рот от удивления был тому наглядным доказательством.       — Помни только об этом, — невозмутимо ответил её друг и начал мягко обмывать раненое плечо своей подруги. Ранение было глубокое, но кости были целы, и это не могло его не радовать. — Вылезай, а я пока выкину эту толстовку, — рука девушки тут же схватила его запястье.       — Не надо! Я её отстираю!       — Но…       — Эта вещь дорога мне, — блондин кивнул и помог вылезти подруге из ванной.       Парочка уже сидела на кровати, и молодой врач обрабатывал рану. Его движения были мягкими и нежными. Шунтаро не хотел, чтобы его подруга снова испытывала боль сегодня. Слишком много страданий было в её жизни, и блондин испытывал какое-то собственническое чувство, которое требовало, чтобы он защищал подругу. Ох, и не нравится ему это, ей-Богу.       — И почему эта толстовка тебе дорога?       Ёсика немного замялась. Чишия, которого она уже достаточно хорошо знает, может посмеяться над такой банальностью. Но он уже вёл себя достаточно странно, поэтому девушка подумала, что можно ему рассказать.       — Когда мне было девять, я первый раз сбежала из дома. Был сезон дождей, я вся вымокла. — Чишия внимательно слушал, — Мой дом находился недалеко от парка Уэно, и я села на одну из лавочек, горько разрыдалась. Конечно, я очень боялась, что меня найдут, но понимаешь, — девушка указала на шрам от ожога на своем левом плече, — утюжка для волос моей матери я боялась ещё больше. Ауч!       — Прошу прощения, я не хотел, — парень виновато поднял глаза, — продолжай.       — Так вот, — девушка глубоко вдохнула, — я сидела на этой лавочке несколько часов, и никого там, конечно же, больше не было. Правда, потом до меня донеслись чьи-то всхлипы. Когда я нашла источник звука, им оказался маленький мальчик лет так пяти или шести. Он потерялся, и я отвела его домой. В его доме меня тепло встретили. Было грустно, что отца мальчика не было: он был каким-то врачом и практически не появлялся дома — был погружён в работу с головой. А вот мама малыша была очень добра ко мне. Правда, пришлось соврать, что я сама игралась с материнским гарнитуром, но что поделаешь. Меня переодели в эту толстовку, (кажется, это была вещь отца) накормили, и я немного поспала на их диване. Знаешь, мальчик был очень застенчив... — девушка удивлённо посмотрела на друга, — Ты чего?       — Да так, просто вспоминал, где нужная мазь.       Но Чишия соврал. Он помнил ту девочку, помнил тот день. Маленький мальчик действительно потерялся, правда, специально. Он надеялся, что отец тут же вернётся с работы и найдёт его. Однако маленькая девочка его опередила. Блондин вспомнил эту тёплую и нежную улыбку, этот ласковый голос своей спасительницы. И этот страх в её глазах, когда за ней пришёл уже её отец. «Мир действительно слишком тесен».       — Тебя забрали у них?       — Конечно, я чуть ли не разрыдалась перед его семьёй от безысходности. — Девушка грустно улыбнулась, — Меня потом ещё сильнее избили и хотели выбросить эту толстовку. Но я выкрала её из мусорного ведра и спрятала. Начала носить только после того, как сбежала, — Ёсика подняла свои глаза на друга, — она напоминает мне о той любви, с которой ко мне отнеслись совсем чужие люди. Ну, и… — на её щеках появился лёгкий румянец, — Я бы хотела снова встретиться с тем мальчуганом и поблагодарить его.       Молодой хирург уже накладывал повязку на её плечо. То, что рассказала ему Сато, не укладывалось в голове. Тот маленький мальчик тоже хотел снова встретиться с девочкой, но её родители не отвечали на звонки, и он постепенно забыл о ней. Потом его мать умерла, а отец окончательно погрузился в работу. Чишия назло ему пошёл учиться в медицинский университет, дабы затмить его. Он стал лучшим и самым молодым детским сердечно-сосудистым хирургом в истории Университетской больницы Сакурадзака. И если бы кто-то ему сказал, что он снова встретит ту девочку, парень бы рассмеялся ему в лицо — этот призрак из прошлого был ему не нужен.       Ёсика смотрела на Чишию с хитрой улыбкой. Она захотела снова его подразнить, а то слишком уж сильно он погрузился в свои мысли.       — Чишия, — парень вернулся к ней, и они смотрели друг другу в глаза.       — Сато Ёсика, у вас слишком хитрый взгляд и ухмылка.       — Ты можешь закрыть глаза? — парень вопросительно приподнял бровь, — Ну, пожалуйста! — её друг тяжело вздохнул и повиновался просьбе подруги.       Девушка ласково положила свои ладони на его лицо и наклонилась. Лёгкий поцелуй в кончик носа заставил открыть глаза парня. Чего-чего, а вот этого он точно не ожидал. «Опять ты меня удивляешь».       — Прости, ты так сильно задумался, я снова не смогла удержаться.       — Дразнить друг друга у нас теперь традиция, не находишь? — девушка лишь улыбнулась в ответ, — закрой глаза.       — Ну уж нет! Я не дам тебе целовать мой сопливый нос! — девушка слегка засмеялась.       — Ёсика, пожалуйста.       Девушка закрыла глаза и пробурчала:       — Хорошо-хорошо.       Шунтаро Чишия заправил прядь волос за её ухо и накрыл своими губами губы подруги. Он не понимал зачем, не понимал почему. Он просто хотел. Несмотря на то что они находятся в этом мире, полном жестоких и смертельных игр, им нужно было найти тех, кому бы они доверяли. И блондин нашёл.       Девушка робко открыла глаза, но поцелуй прерывать не стала. Это её сейчас Шунтаро целует?! Этот поцелуй ей нравился куда больше, чем с Нираги. Её друг (а точно ли друг?) был таким нежным и слегка сдержанным. Его запах опьянял — аромат опавших листьев и дождя. Две вещи, которые она так любила. А может, уже три? Чишия тоже открыл глаза и мягко отстранился.       — Прости.       — Да, ничего страшного. — Ёсика заправила уже его прядь за ухо, — Мне даже понравилось.       Неловкая тишина поселилась в комнате. Они смотрели друг на друга и не знали, что делать. Первым нарушил тишину парень, собирая в аптечку медицинские принадлежности, девушка в свою очередь просто наблюдала за ним. Он был чертовски красив. Почему она не замечала этого раньше?       Когда парень встал с кровати, дабы поставить коробочку на место, его остановила рука подруги. Их глаза снова встретились.       — Чишия, — девушка застенчиво закусила губу, а позже продолжила, — можно я подразню тебя ещё немного?

***

      В кабинете Кано Миры находилось две персоны. Сама психиатр и её напарник — Кейити Кузурю. Они хмуро смотрели друг на друга.       — Мира-сан, вы слишком хорошо выполняете свою работу, — проговорил японец, — девушка должна была вспомнить то, зачем она появилась в этом месте, а не счастливо проводить время в компании друзей. Мы отходим от плана.       — Кузурю-сан, — девушка слегка улыбнулась, — всё как раз-таки идёт по нашему с вами плану. Ведь чем больше она расслабится и прикипит ко всем душой, тем сильнее она захочет уничтожить это место. И тем сильнее изменится эта утопия от её предательства.       Кузурю хмуро посмотрел на неё.       — Вы что-то задумали?       — Да, и вы скоро узнаете что, — улыбка на лице доктора заставила вздрогнуть даже столь хладнокровного адвоката.