На краю обрыва

Зайдя в оперблок, через стеклянные двери он увидел Марка, лежащего на столе. Рядом с ним стоял анестезиолог. Он внимательно стал наблюдать за подготовкой парня к операции. Все тело мужчины пульсировало, во рту пересохло, а кончики пальцев на руках стали холодными и мокрыми. Он сжал их в кулаки и сунул в карман. Не отрываясь, Арсений наблюдал за каждым движением анестезиолога. И вот, она достала из набора ампулу, надломила ее и ввела мальчику через катетер. Мужчина в этот момент затаил дыхание. Он не увидел, какой именно анестетик ввела женщина. Арсений перевернулся от легкого хлопка по спине. — Ну что? - спросил Идан Захарович, — готов? — Да, — еле слышно ответил тот. Он снял с себя халат, переоделся в операционный костюм и подошел к раковине. Намыливая тщательно руки, в голове вертелось: «Если она взяла не ту? Что делать? Все зря?» Арсений локтем выключил воду, с поднятыми ладонями к верху подошел к одноразовым полотенцами и насухо вытер руки. Затем медсестры помогли ему надеть фартук, маску, перчатки, и он зашел в саму операционную. Взгляд его сразу же упал на медицинский набор. Ампула с раствором стояла на месте. Сердце опустилось в пятки. Он понял, что план провалился. Началась операция. Арсений то и дело активно помогал Идану Захаровичу: пережать артерию, подержать инструмент, сделать отсос крови. Но внезапно анестезиолог сообщила. — Давление не держит. Вам еще долго? — Ну… прилично, — ответил хирург. — Тогда я добавлю наркоза, — и женщина потянулась к медицинскому набору. Арсений устремил свой взгляд на ее руки. Она взяла его ампулу, посмотрела название… и… Сердце Арсения колотилось, руки слегка задрожали, на лбу выступила испарина. И женщина надломила ампулу, а затем ввела раствор парню в катетер. — Арсений Сергеевич! - окликнул его хирург, — все нормально? — А? Да! - обернулся мужчина. — Что с тобой? — Да ничего, что-то анализы Антона вспомнил, — и повернулся в сторону медсестры, чтобы та промокнула ему потный лоб марлей. — Ну давай мы с тобой после побеседуем? Я посмотрю, что там, — предложил Идан Захарович. — Угу. Арсений с облегчением выдохнул. Первый этап миновал. Теперь осталось ждать результата. Действие препарата должно было начаться через… — Ассистолия! Все от стола! - крикуна анестезиолог и подвезла тележку с дефибриллятором. Медсестра тут же поспешила к ней и встала за прибор. Анестезиолог взяла в руки две металлические пластины и крикнула. — Сто! Разряд! Тело Марка выгнулось и упало на стол. — Сто пятьдесят! Разряд! Все внимательно следили за мониторами, но там бежала прямая линия, а в ушах стоял противный монотонный звук. — Двести! Разряд! Женщина снова прижала пластины к грудной клетке, но реакции не последовало. — Атропин, адреналин! - крикнула она и протянула руку, чтобы взять готовый раствор. Медсестра быстро смешала лекарства и передала ей шприц. Анестезиолог ввела иглу и катетер и посмотрела на монитор. Ничего. Тогда она взяла адреналин и вонзила шприц в сердце. Но завести его не получилось. Мозг не отдавал импульсы. Сердце не качало кровь. Тело не снабжалось кислородом. Марк остался бездыханно лежать на операционном столе. — Время смерти четыре часа сорок семь минут, — тихо произнес хирург. Арсений посмотрел в его грустные глаза и поспешил выйти следом. — Идан Захарович… - попытался сказать он. — Арсений Сергеевич, не стоит меня утешать. Я предполагал такой исход. Метастазов было слишком много. Тут ни операция, ни радио-, ни химиотерапия не помогли бы. Оставив его так, он умер бы через пару-тройку месяцев. А так, мы попробовали дать ему шанс. Иногда чудеса случаются, но не сегодня. — Ты был уверен в его смерти? — Нет, но я надеялся помочь. Я не убиваюсь, нет. Конечно, грустно, когда пациент умирает на столе, но мы сделали все возможное. Я уверен, что он недолго прожил бы после, если операция прошла успешно. Максимум год. — Год? Я думал меньше. Они сняли с себя хирургическую одежду и, надев халаты, направились в кабинет к Идану Захаровичу. — Да может и меньше, кто знает. Ладно! Все это уже не важно. Грустно, конечно. Жалко парня, но что теперь поделаешь. Что там с твоим? - тяжело вздохнув, спросил хирург. — Пересадка почки нужна. Поставил его на учет, в очередь. Завтра еще один гемодиализ должен быть. — Совсем все плохо? — Ну да. Только я не знаю, как он в этот раз перенесет операцию. В прошлый клиническая была. — После или во время? Мужчины стояли возле дверей кабинета и общались, Арсений не хотел заходить. Ему хотелось поскорее скрыться, но обсудить пересадку почек было необходимо. — После. — Ну так это еще поправимо. А кто оперировал? — Давид Аронович. — Ну он должен был конфетку сделать! — Он сделал. После, в реанимации ему терапию поставили и не доглядели. Из морга парня забирал. — Ничего себе! Это я в отпуске что ли был? — Угу. — Слууушай, а давай мы проверим его на совместимость с Марком? Может подойдет?! — Думаешь? - проявил актерскую игру Арсений. — Так давай, а что? Анализы у него пусть возьмут сейчас и мы посмотрим. — Ну давай. — Ну вот. Сейчас сделают все. Давай, спасибо тебе, Арсений Сергеевич. Не переживай сильно. Я знаю, как ты ко всему этому относишься. Иногда надо быть проще. Ему все равно не помогли бы до конца, — он похлопал коллегу по плечу и зашел к себе в кабинет. Арсений направился дальше по коридору. Только сейчас к нему приходило осознание случившегося. Голова гудела, виски сдавливало, в глазах мутнело. Он шел на автопилоте. Заперевшись на замок в своем кабинете, он взял стола кружку и яростно швырнул ее в пол. Куски керамики разлетелись по всему помещению. Арсений сел на пол, облокотился на шкаф с документами, закрыл лицо руками и заплакал. Затем яростно несколько раз стукнул кулаком об пол. Рука покраснела, но его это не волновало. В голове летала только одна мысль: «Я убийца!» Он не мог встать, ноги тряслись, руки тоже. Силы покинули его моментально. Сознание путалось, а дыхание превратилось в нервные резкие вдохи. Тут в дверь постучали. — Нет! - твердо и громко сказал Арсений. — Арсений Сергеевич! Мужчина узнал знакомый голос и подполз к двери. Он провернул ключи и нажал на ручку, на большее его сил не хватило. В кабинет зашел Антон и, увидев мужчину на полу, испугался. — Что с вами? — Закрой дверь на ключ. Парень поспешно выполнил просьбу и присел на пол. — Что случилось? Почему вы плачете? Вы весь бледный. Вам плохо? Арсений молча смотрел на Антона. Затем обеими руками взял его за голову и прислонился своим лбом к его. Глаза парня находились настолько близко, что зрение не могло сфокусироваться. Тогда он закрыл веки и шепотом сказал. — Я убил его. Парень молчал. — Я убил его, понимаешь? - повторил мужчина. — Арсений Сергеевич? Может позвать на помощь? — Нет! - он отпустил парня и глубоко вздохнул, — пообещай мне, что ни одна душа в мире не узнает о том, что я тебе расскажу сейчас. — Я клянусь! — Антон. Тебе нужна пересадка почки. Если этого не сделать как можно раньше, то с каждым днем тебе будет становиться все хуже. Этот пацан, которого мы оперировали сейчас, был неизлечимо болен. Операция дала бы ему в лучшем случае год жизни. У него была здоровая почка. Он подходит тебе как донор. Но никто еще об этом не знает. — Поэтому у меня сейчас взяли анализы? — Да. Завтра скорее всего решат и дадут добро на пересадку. После чего, ты заживешь полноценно и все будет хорошо, — по щекам мужчины стекали слезы. Он не мог их сдерживать. — Арсений Сергеевич. Не вините себя. Вы поступили так, как нужно было. Если ему все равно не жить… я уверен, что другой врач на вашем месте поступил бы похожим образом. — Я хочу, чтобы ты был здоров. Чтобы не мучался от боли, не был прикован к трубкам. Чтобы смог полететь в Россию и увидеть своих родителей, друзей, родственников. — Арсений Сергеевич… если нужно было бы спасать вам жизнь за счет чьей-то, то я не раздумывая это сделал. Вы мне очень дороги. Мужчина крепко прижал к себе пацана и зажмурил глаза полные слез. Он провел рукой по волосам Антона, а потом тихо сказал. — Я люблю тебя. Ты мне слишком дорог. Но я убил человека. Я не знаю, как теперь с этим жить. — Так же, как если бы вы его не смогли спасти, — прошептал Антон. Арсений ничего не ответил на это. Он отпустил парня и протер рукой слезы. — Тебе надо лечь. Иди к себе. — Я не оставлю вас в таком состоянии. — Иди в палату, Антон. Я пойду домой. Хочу в душ. — Тогда я пойду с вами. — Не неси глупостей. — Вы не в состоянии. А если с вами случится что-то? — Все со мной будет хорошо, не переживай. — Не пейте только. — Одну бутылку пива. Не больше. Мне очень тяжело, поверь. Я должен расслабиться и снять стресс. Антон тяжело вздохнул и ответил. — Если я посчитаю нужным, то приду домой вас проверить. Сегодня гемодиализа не будет, других процедур тоже. Чувствую я себя хорошо. Поэтому если что… вы меня услышали, — парень встал, открыл кабинет и вышел. Арсений ещё какое-то время сидел на полу. В голове даже уже не крутились мысли. Так, какие-то отрывки сегодняшнего дня. Он повесил халат на вешалку, взял сумку и направился домой. Зайдя в квартиру, он тут же достал из холодильника бутылку пива, лег на кровать и сделал несколько глотков. После чего стянул себя одежду, оставшись в один трусах и снова выпил. Он хотел пойти в душ, но решил сделать ещё глоток. Бутылка ушла незаметно. Эффекта никакого. Он взял еще одну. А потом еще. Арсений сидел полуголый на полу, смотрел в одну точку, а рядом с ним лежали пустые бутылки из-под пива. Внезапно раздался звонок в дверь. Мужчина, пошатываясь встал и посмотрел в глазок. — Тебе чего? - попытался четко спросить он. — Открой! — Зачем ты пришла? — Я забыла у тебя свою панаму! Мужчина повернул голову на вешалку и глазами нашел яркий головной убор. Он повернул замок. Как только дверь открылась, Вика чуть не потеряла дар речи. Перед ней стоял далеко не трезвый Арсений, в одних облегающих черных боксерах и с бутылкой пива в руке. Дама прошла в коридор, взяла шляпу и улыбнулась в глаза мужчине. — Взяла? Вали! — Ты когда пьян, очень груб, — она легко провела ногтем указательного пальца по центру его грудной клетки и улыбнулась. Помятый, небритый, не трезвый мужчина возбуждал ее еще больше, чем в тот раз. Она закрыла дверь, повесила шляпу обратно и страстно вовлекла Арсения в поцелуй. Их губы таяли друг об друга, языки сплетались воедино. Арсений невольно положил одну руку ей на талию, другой все еще держал бутылку. Вика запустила пальцы в его трусы и нежно сжала теплый член. Она достала его из боксеров, хотела опуститься ниже, чтобы доставить удовольствие, но Арсений грубо взял ее за руку и сказал. — Если я пьян, это не значит, что я трахну тебя, приму твоего сопляка и заживем вместе долго и счастливо. Шляпу взяла? Вали! Женщина обиженно посмотрела на него, надела на себя головной убор и вышла. Затем обернулась и сказала. — Ты очень изменился. Ты перестал уметь любить. — Ты даже не представляешь, как я умею это делать! - и он захлопнул дверь. Не успел он уйти к себе в комнату, как дверь открылась. Ключами. На пороге стоял Антон и недоумевающе смотрел на мужчину. На лестничной площадке он сначала встретил Вику, а затем в квартире перед ним стоял полуголый пьяный Арсений Сергеевич. Мужчина провел рукой по волосам. — Антон, я все объясню! Парень прошел в комнату и увидел количество выпитого алкоголя. Он выхватил у мужчины недопитую бутылку и унес всю стеклотару на кухню. Остатки вылил в раковину и вернулся. — Вы обещали одну. А сами? — Мне было очень плохо. А Вика… я не звал ее. Она сама. — Не надо оправдываться. Даже если что-то у вас и было сейчас, то… — Ничего не было. — Если что-то и было, то это от алкоголя. Как в тот раз, со мной. Вы себя не контролируете. Но я знаю, что вы не хотели этого. Пока вы еще совсем не опьянели, пойдемте на улицу. Посидим на берегу моря. Вам надо проветриться. Арсений улыбнулся. Он был рад, что парень понял его и не держит зла. Ему было крайне приятно, что есть человек, который проявляет заботу, ни смотря ни на что. Мужчины неспешно шли босиком по теплому песку. Вечернее солнце утопало в морской глади. Они присели на песок недалеко от воды и уставились на горизонт. — Антон, у нас правда ничего не было, — оправдывался Арсений. — А голым вы просто так ходили? - усмехнулся тот. — Я хотел пойти в душ, разделся, завалился на кровать, а тут она за своей шляпой пришла. Да, мы целовались, но как только она залезла в трусы ко мне, я выставил ее за дверь. — Я встретил ее. Она даже не поздоровалась со мной, вся недовольная была. Я догадался, что она не получила того, чего хотела. Не переживайте, я не злюсь на вас и не обижаюсь, — Антон сделал паузу, а потом добавил, — у вас даже не встал на нее. Арсений улыбнулся и ответил. — Хах, засранец. Антон засмеялся и погрузил ладони в песок. Мужчина стянул с себя футболку и шорты, а затем с разбегу плюхнулся в море. Парень, улыбаясь, наблюдал за ним. Ему нравилось проводить время с этим человеком. Вот так беззаботно, ни о чем не переживая, просто наслаждаться каждым мгновением. Арсений вышел из воды и потрепал свои мокрые волосы. Затем встал напротив Антона, который сидел и смотрел на него снизу вверх, и сказал. — Если бы не ты, то я бы наверное помер. — Да прям уж! — В холодильнике еще одна бутылка пива оставалась. — Завтра бы пришли красавцем на работу. А какой был бы аромат?! Мужчина присел на корточки, стараясь не касаться песка, и прямо в глаза парню сказал. — Если бы мне сказали, что какой-то мелкий чужой парнишка сможет меня искренне полюбить, а я его, то я бы не поверил. У Арсения зазвонил телефон и, вытерев руки об футболку, он взял трубку. — Арсений Сергеевич! — Да, Идан Захарович. — Марк не подходит Антону.