На краю обрыва

Арсений провел парня на кухню и из морозилки достал пакет с замороженными овощами. — На, приложи к глазу. Затем ушел к себе в комнату и вскоре вернулся с аптечкой в руках. Он смочил ватку перекисью, свернул ее трубочкой и запихнул Антону в нос. Тот сморщился от неприятных ощущений. Мужчина аккуратно прощупал переносицу. Перелома не было. Затем намочил вторую ватку и ею протер кровь на губе и возле носа. После чего, присел на рядом стоящий стул и спросил. — Ну что, откуда такой красивый пришел? — За девчонку заступился, — тихо ответил парень. Арсений расплылся в улыбке. — Не ожидал. Но приятно удивлен. Что за девчонка? — Учится со мной в универе. Пацаны приставали к ней. Ну я сказал им, чтобы отвалили от нее. Вот и получил. — Тебе она нравится? — Арсений Сергеевич? Что за допрос? Нравится, не нравится... симпатичная, вроде. Мужчина положил руку ему на плечо и с улыбкой сказал. — Антонь, если ты думаешь, что не хочешь встречаться с девушкой из-за меня, то ты ошибаешься. Я не запрещаю тебе, я не против, пожалуйста! Если она тебе нравится - почему бы и нет? — Как вы себе это представляете, спать с вами и с ней? Арсений засмеялся, чем немного смутил Антона. — Ох, ты молодой и классный парень, у тебя вся жизнь впереди. То, что происходит между нами - не больше, чем увлечение. В нашей с тобой истории никакого развития не будет, а с девушкой у тебя есть возможность создать семью и детей. Я не говорю тебе переступать через себя, менять взгляды на жизнь. Не принуждаю тебя к тому, что дети это обязательно, нет! Каждый вправе сам выбирать свой жизненный путь. Я просто говорю тебе, что если ты чувствуешь что-то, то делай. Общайся, влюбляйся, дружи, развивайся. Наполняй свою жизнь яркими эмоциями. Я не против всего этого, наоборот, я поддержу тебя. Чтобы ты не сделал, с кем не встречался - с девочкой, с мальчиком. Я поддержу и не буду осуждать. Я по-прежнему останусь с тобой и не стану меньше тебя любить. Не бойся! Делай так, как чувствуешь, как говорит тебе сердце. Антон вздохнул и улыбнулся. — Я не знаю, что я чувствую. Мы просто общаемся как однокурсники. Хорошо общаемся. — Ну вот. Не сдерживай чувства из-за меня. Только, пожалуйста, воздержись пока от секса. А когда будет можно - помни о защите. Прежде всего это твоё здоровье, — он убрал руку Антона с холодом от глаза и посмотрел на синяк, — мда, красава, что еще скажешь?! Завтра то поедем или нет? — Едем, конечно. Что, отменять поездку из-за какого-то фингала?! — Только давай договоримся, что при Леоне ты будешь называть меня папой и на ты, хорошо? — Хорошо. А Леон ничего про меня не знает? — Нет. Утром, Антон вышел из ванной и, проходя мимо комнаты Арсения, невольно заглянул туда. Он увидел, что мужчина сидит к нему спиной и меряет себе давление. Парень молча ушел в свою комнату и стал собирать рюкзак в поездку. «Он же ещё совсем молодой, почему у него давление? Надеюсь, что это только сегодня», с этими переживаниями парень накинул кепку на голову и вышел вслед за Арсением из квартиры. Они сели в машину и направились к мертвому морю. Дорога уже подходила к концу и тут Арсений сказал. — Антонь, дай воды, — и протянул слегка дрожащую руку. Парень заметил это, но молча открутил крышку с бутылки и дал ее мужчине. — Чего такой грустный? - делая ещё один глоток, спросил Арсений. — Да так, — он предпочел промолчать. — Болит что-то? - он мельком бросил взгляд на парня. — Нет, все хорошо. Ничего не болит. Арсений отдал обратно бутылку и, включив поворотник, свернул с асфальтированной дороги. Проехав метров двести, он припарковал машину на стоянке и вышел на улицу. Солнце пекло как никогда сильно, духота говорила о том, что нужно брать с собой несколько бутылок воды, что мужчины и сделали. Пока Арсений доставал из багажника сумки, рядом припарковался синий седан. Из него вышел Леон, а следом Идан Захарович. — Привет, — хирург поприветствовал коллегу рукопожатием и тут же похлопал Антона по плечу, — ну что, как ты? — Как видите, хорошо, — улыбнулся тот. — Леон, — парень протянул руку Антону для знакомства. — Антон, очень приятно. И, взяв вещи, все вместе направились к пляжу. Найдя свободный квадратик суши, они постелили пляжный коврик. Песчаным этот пляж назвать было нельзя. Скорее очень хорошо утрамбованная смесь соли, песка и глины. Людей было настолько много, что Антон вспомнил свою детскую поездку в Анапу. Там не то, чтобы лечь, встать было сложно. Здесь по большей части находились туристы, местные тоже приезжали оздоровиться, но многие уезжали на другую часть берега. Там не очень комфортный пляж, но зато нет людей. Оставив вещи на коврике, все вчетвером направились к морю. — Ты когда будешь заходить в воду - не пугайся, — предупредил Антона Леон. — А что такое? — Тебе покажется, что ты заходишь в масло. Антон аккуратно коснулся пальцами ноги этой мутновато-белесой жидкости, и удивлённо опустил уголки губ. — Офигеть! Реально, как масло, — он присел и рукой провел по воде, а затем потер пальцы друг об друга, как бы втирая масло в кожу. — Заходи, не бойся, — позвал его Леон, стоящий уже по колено в воде. Антон медленно пошел к нему. Передвигать ноги в такой тёплой тяжелой воде оказалось очень сложно. Жидкость оказалась настолько плотной, что было ощущение не воды, а какого-то желе или пюре. Вся кожа становилась масляной, а палец, на котором был оторван заусенец, щипал так, что сводило зубы. Антон скривил лицо. — Ты чего? - поинтересовался Леон. — Щипет. Палец на ноге. — Аааа! Это соль. Любая трещинка на теле будет казаться огромной открытой раной. Пойдем дальше. Но как только отметка воды превысила середину бедра, нога Антона взлетела вверх и застыла на поверхности. — Э! - усмехнулся он. — Забыл сказать, да! Ноги не надо сильно отрывать от дна. Теперь напряги все мышцы, чтобы опустить ее. А вообще… ложись на спину. Антон немного помедлил, но выполнил просьбу. Он присел в воду и попытался лечь. Но остался на поверхности в полу сидячем положении. Вода вытолкнула его словно поплавок. — Офигеть! - эмоции парня были настолько сильными и искренними, что он даже не старался их скрывать. Детская удивленность и радость переполняли его. — А как встать то теперь? - он попытался опустить ноги, его тут же перевернуло на живот. — Давай помогу, — Леон подошел к парню, нажал одной рукой на ноги, а другой придержал на плечо. Антон быстро смог принять вертикальное положение и немного отошел в сторону. — Кхм… спасибо. — Антооон! - послышался с берега знакомый голос, — из воды выходи! Парня аж перекоробило. Последний раз эту фразу он слышал лет в 7, когда они с родителями ездили на юг. Там он часами плескался возле берега, строил замки из песка и сидел в воде, не давая плавкам просохнуть. Но ослушаться он не мог и медленно побрел на сушу. Подойдя к Арсению, удивлённо спросил. — Что случилось? Что за спешка? Мне не семь лет! — Это слишком соленое море, дорогой мой. Дольше пяти минут нельзя находится, тем более с твоими почками. Лучше в несколько заходов с перерывами. Душ там, — и он указал рукой на общественные кабинки. — Понятно. Антон облился прохладной пресной водой и вернулся к своей компании. Арсений и Идан Захарович стояли немного поодаль. Хирург выдувал в сторону клубы табачного дыма и беседовал с коллегой. — Слышал, что нам ограничили доступ к некоторым препаратам? — К анестетикам? — Ага, — и он выпустил еще один клубок, — Виктория там что-то оформляла, заходила к Давиду Ароновичу. Она отдала какие-то документы и сказала, что его личности это никак не коснется. Только я не понял, что она имела в виду. — Слушай, Идан Захарович, а мы какой анестетик кололи Ромке? Тот сделал затяжку и ответил. — Лидокаин, а что? — Извини за вопрос, а дочке твоей? — Тоже его. Арсений задумался. — Это ты к чему? - напрягся хирург, туша сигарету в свою мобильную пепельницу. — Да нет, просто. Этот ответ насторожил Идана Захаровича, но он решил не продолжать разговор и перевел тему. В это время, недалеко от своих родителей, Леон с Антоном сидели на коврике и рассказывали друг другу о себе, чтобы поближе познакомится. — А ты на сколько здесь? - поинтересовался Леон. — Не знаю, до Нового Года точно, а там как пойдет. — Если ты имеешь в виду Новый Год как у вас, то у нас он осенью. А в декабре уже Рождество, потом сочельник. Тут немного иначе. — Значит до Рождества, — улыбнулся Антон, — ну мы будем праздновать как в России, 31 декабря. — Ну да. А ты где учишься? Не успел Антон ответить на этот вопрос, как мимо пробегающая девочка, лет четырех, упала прям перед ним. Она поскользнулась на лужице и шлёпнулась вперед головой, вытянув руки. Антон не раздумывая встал, взял ее под подмышками и поставил на ножки. Он аккуратно отряхнул ее маленький пухлый животик и улыбнулся, смотря в ее черные глаза с большими ресницами. Девочка смущенно улыбнулась в ответ и быстро убежала к родителям. Антон невольно обернулся и зачем-то посмотрел на Арсения. Тот, слушая коллегу, улыбаясь, смотрел на парня. Антон обратился к Леону, не присаживаясь на коврик. — Может еще один заход сделаем? — Пойдем. — Мы с вами! - вступил в их разговор Арсений и направился в сторону моря. Все вчетвером зашли по колено в воду и Антон сказал. — Арсений Сергеевич, а тут вообще возможно утонуть? Мужчина посмотрел на него недовольным взглядом, но все же ответил. — Конечно. Если на животе плавать будешь и вода случайно попадет в рот, то от такого количества соли дышать не сможешь. Антон понял его взгляд. Он совсем забыл про уговор - называть Арсения папой. — Антон! - обратился к нему Леон, — а почему ты к папе по имени отчеству и на вы? Парень снова словил взгляд Арсения, который был понятен без слов и достаточно уверенно ответил. — У меня родители умерли в детстве, а Арсений Сергеевич меня усыновил. Мы жили вместе, потом я поступил в России в университет, он уехал сюда. Затем у меня появились проблемы со здоровьем и вот я здесь. Арсений с улыбкой поднял брови наверх, положил руку на плечо Антона и направил его к берегу. — Пойдем, уже достаточно. Как только они отошли от Леона с Иданом Захаровичем, Арсений продолжил. — Мда, сказочник мой. — Ну извините, я не привык. Забыл. А потом, это от части правда! — Угу. Они вышли на берег, Антон тут же пошел в душ, а Арсений остановился и положил левую руку на сердце. Выходящий следом хирург, спросил. — Ты чего? — Да что-то последнее время давление высокое и сердце иногда защемляет. Они неспешно направились к коврику. Антон увидел всю эту ситуацию и взволнованно наблюдал за мужчиной, что держался за сердце. — Слушай, сходи в понедельник, провериться! - переживал за коллегу Идан Захарович. — Да это так - стресс, переживания. — Все равно сходи. — Подумаю, спасибо! В этот момент подошел Антон и взволнованно посмотрел в глаза Арсению. Тот, конечно понял взгляд, но сделал вид, что не заметил его. — Давай, собирайся. Домой поедем. Вскоре, Арсений Сергеевич с парнем уже стояли возле машины и укладывали сумки в багажник. Леон подошел к Антону и спросил. — Слушай, а ты не хочешь завтра пойти со мной на тусу? — Ну, не знаю. — Пойдем! Весело будет, поверь! — Мне алкоголь нельзя. — Можешь не пить, там и так будет классно. Много с кем познакомлю. — Ну, наверное. — Я тебе напишу, короче. Они обменялись телефонами, попрощались и каждый сел в свою машину. Вырулив на асфальтированную дорогу, Арсений спросил. — Ну как тебе море? — Офигенное, — улыбнулся парень, — я не ожидал. Это какие-то странные ощущения. — Да. Я тоже когда первый раз побывал на нем, то был приятно удивлен. А как Леон? Познакомились поближе? — Ну так, нормальный пацан, вроде. Он сказал мне, что учится в меде и хочет тоже стать хирургом, но не как отец. — Не знал. Интересно. — Сказал, что папа не смог спасти его младшую сестру на операции. Арсений вздохнул и немного откашлялся. Парень посмотрел на него, а затем аккуратно спросил. — Что такое? — Ничего. Просто в смерти дочки нет его вины. — Почему? — Я не буду вдаваться в подробности, но произошла одна история, которая убила ее. То же самое произошло и с моим другом. Только ни Леон, ни Идан Захарович об этом знать не должны. Понял? — Да. В машине воцарилась тишина. Оба молчали и думали о чем то своем, но потом Арсений спросил. — Антонь? — Да? — Ты бы хотел младшую сестру? Парень удивился такому внезапному вопросу и немного замешкался. — А… а что, у вас кто-то есть, кто беременна? — Дурачок! - засмеялся мужчина, — просто спросил. Увидел, как ты мило и нежно помогал девочке, вот и все. — Ааа, — расслабился парень, — не знаю. Чисто теоретически, если бы у меня была сестра, я был бы не против… наверное. Но сейчас это никак не получится, — парень отвернулся к окну и немного загрустил. Арсений мельком глянул на него и, не отрывая взгляда от дороги, положил руку на его голову. Он перебирал пальцами волосы и молчал. Иногда лучше без слов поддержать человека, тем утешать его. Так они и доехали до дома. Приняв душ, Арсений завалился к себе на кровать и закрыл глаза. Парень тихо прошел и присел с другой стороны. — С вами все хорошо? Мужчина открыл глаза и с легкой улыбкой посмотрел на мальчика. — Да. Ложись ко мне. Антон прилег рядом и положил голову на руку Арсения. Свободной рукой, мужчина расчесал мокрые волосы парня и поцеловал его в лоб. Антон невольно сжал свой пах рукой. — Я знаю, что тебе хочется. Но еще рано. — Я действительно этого очень хочу. Мужчина тяжело вздохнул и сказал. — Все, что я могу позволить сейчас сделать, это погладить рукой. Но тем самым, я только заведу тебя. — Мне и этого будет достаточно. — Как знаешь, — и Арсений легко дотронулся до паха парня. У того тут же пробежали мурашки по коже. Мужчина чуть сильнее сжал бугор через шорты, а затем запустил руку в трусы. Он слегка провел пальцами по горячему члену и, нащупав нежную кожу яичек, сжал их в кулак. Парень закрыл глаза и издал еле слышный стон. Мужчина достал руку из трусов, поцеловал мальчика в лоб и сказал. — Антонь, я не хочу тебя дразнить. Правда еще рано. Хотя бы еще недельки две-три. Там можно будет проверить насколько активны твои выделения и присутствуют ли они. — Чего? - насторожился парень. — Успокойся. Первое время после пересадки у тебя будет снижено спермоотеделение. Оно обязательно восстановится. Не все так быстро и сразу. Не переживай. Я знаю, насколько для тебя это важно… да и вообще, как мужчина понимаю. У тебя все на месте, все в порядке. Надо немного подождать. Антон тяжело вздохнул и положил руки под голову. — Леон пригласил меня завтра на какую-то вечеринку, — резко сменил он тему, — даже не знаю, идти или нет. — А где будет? — Не знаю. Он зайдёт за мной. — Ну иди, развлеклись, отдохни. Познакомишься с ребятами. Только без алкоголя! — Да это я помню. А как же вы? — А что я? — Я не хочу вас оставлять одного. — Не понял! — Арсений Сергеевич, — Антон перевернулся на бок и посмотрел ему в глаза, — что с вами происходит? То вы давление утром мерили, в машине руки тряслись, на пляже за сердце хватались! Если я уйду, а с вами что-то случится? Я не переживу! И так родители умерли, я не хочу еще вас потерять. — Спокойно. Что ты кричишь? Что ты завелся так? Бывает да, давление, сердце. Сегодня очень жарко, у меня был долгий стресс. Но не стоит так переживать. Слышишь меня? — Нет. Я буду переживать, потому что люблю вас! Вы единственный родной мне человек. — Все! Со мной все хорошо! Завтра сходи с Леоном, отдохни и ни о чем не переживай. Если что-то вдруг случится, то я тебе сразу позвоню. Договорились? — Да. — Давай, иди спать, спокойной ночи. Антон направился к себе в комнату и завалился на диван. Его не оставляло в покое здоровье Арсения.