Договор: Доверие

      Лайт прижал к месту укола ватку, наблюдая, как Ватари убирает в холодильник собранные образцы крови.              — Я отправлю их в клинику доктора Кадахари, чтобы там провели более детальные исследования, — бодро сказал Квилш. — Лаборатория у них весьма впечатляющая. В Англии у нас не было возможности провести настолько тщательные анализы.              — Вы думаете, выяснится, что со мной что-то не так? Или… — Лайт запнулся, и его рука защитным жестом легла на живот.              — Я уверен, что у вас обоих всё в порядке. Однако было бы полезно получить более полное представление о твоих феромонах, а также гормональном уровне, — успокоил его Квилш, заклеивая прокол в вене пластырем. — И если ты не против, я также попрошу её взять на анализ кровь из брачной метки. Учитывая то сочетание запахов, которое ты теперь носишь, да и в целом твой нетрадиционный опыт вязки, я считаю, что очень важно задокументировать всё, что можно.              Лайт согласно кивнул, одёрнул рукав рубашки и поднялся с дивана, очень радуясь тому, что с забором крови покончено, и можно немного перекусить. Он был ужасно счастлив от того, что у него снова появился аппетит. За последние сутки ему пару раз приходилось мчаться к унитазу, но в целом почти всё, что он съел, ему удалось благополучно удержать в себе благодаря постоянному присутствию запаха L.              На полпути к кухне до него донёсся дразнящий запах кофе. Лайт невольно заулыбался, вошёл в двери и остановился на пороге, захваченный ностальгией. Кухня была залита ярким светом утреннего солнца, тёплые лучи падали через окно на пол, согревая кафельные плитки, а у кухонной тумбы рядом френч-прессом стоял в одних пижамных штанах Бейонд. Лайту сразу же вспомнились дни в Бьюде, когда он заставал альфу за приготовлением утреннего кофе.              «Ему ведь больше не нужно делать ничего такого… и всё же он делает», — подумал Лайт, чувствуя, как начинает быстрее биться сердце. Бейонд по-прежнему старался сделать ему приятное, и это подсказывало омеге, что, может быть, во время их совместной жизни в Бьюде не всё было притворством.              Юноша сделал шаг вперёд и откашлялся, привлекая внимание альфы. Бейонд удивлённо оглянулся, после чего с улыбкой налил ему кофе.              — Надеюсь, я не напортачил. Давно уже этого не делал, — пробормотал он, когда омега подошёл ближе.              Лайт импульсивно наклонился и поцеловал его обнажённое плечо, потом взял в руки кружку. Его взгляд с удивлением скользнул по тому месту, где некогда была страшная колотая рана, и юноша провёл по нему пальцем. Теперь там была только блестящая, гладкая полоска шрама.              — Ого, у тебя и правда всё быстро заживает, — подивился Лайт и, отхлебнув кофе, зашагал к холодильнику. Нужно было что-нибудь поесть перед тем, как отправляться на встречу с матерью и сестрой.       

***

      Макс, хмурясь, просматривал информацию, которую получил из архивов стаи. Кое-какие абзацы он перечитывал дважды, не в силах поверить тому, что видел. Многое из этого никогда не преподавалось в школе и полностью противоречило той информации, что была доступна в широких кругах современного общества.              Двойные и мультисвязи…              Эфирные нити…              Синдром покинутости…              Ситуация не была идеальной, и всё же, если эти данные были точными, то план повязаться с Лайтом, а после устранить Бейонда имел очень высокие шансы на успех. Макс почувствовал, как в груди расцветает надежда, и улыбнулся.              «Я могу спасти его. Освободить. Мы можем быть вместе».              «Осталось лишь найти его».              Мужчина нахмурился, понимая, что сделать это будет не так-то легко. Его взгляд опустился вниз, на всё ещё обмотанный бинтами живот. Благодаря тому, что врач вводил ему специальную сыворотку, рана Макса затягивалась гораздо быстрее, чем обычно, и всё же, пройдёт ещё несколько дней, прежде чем он полностью поправится. Повезло ещё, что Бейонд каким-то чудом не задел жизненно важных органов, иначе заживление заняло бы больше времени.              Вздохнув, Макс захлопнул крышку ноутбука. Оставалось надеяться, что обширные связи, которыми он обладал, помогут ему отыскать молодого человека.              «Я тебя не подведу, Лайт. Я найду тебя, обещаю».       

***

      — Мда, не такие уж они неприметные, но, пожалуй, сойдут, — пробормотал Лайт, окидывая взглядом двух мускулистых телохранителей-бет, после чего забрался на заднее сиденье чёрной «Хонды Пилот». L настоял, чтобы они взяли именно эту машину, объяснив, что она укреплена пуленепробиваемыми стёклами, а также имеет под полом несколько отсеков с оружием. При всём своём безобидном виде машина была оборудована, как танк.              Пока телохранители занимали места впереди, L наклонился к открытому окну:       — Лайт, спасибо, что понимаешь, как мне это нужно. Мне необходимо знать, что ты защищён.              Омега поцеловал его в щёку, глубоко вдохнул запах, чтобы хоть на время унять тошноту.              — Со мной всё будет нормально, и если мы решим сменить планы и поехать в другое место, я попрошу, чтобы они тебе сообщили, — заверил он супруга. L кивнул и отступил назад, услышав, как заработал двигатель. — Увидимся через пару часов на встрече с доктором, да?              — Да, конечно.              Пока машина везла Лайта по улицам Токио, он задумчиво смотрел в окно, на шумный и суетливый город, и узнавал те места, где бывал в детстве. Из воспоминаний его выдернул звонок мобильного.              — Привет, Саю.              — Привет, Лайт! Мы с мамой уже пришли. Ты где?              — Уже подъезжаю. Увидимся через минуту.              Мать и сестра, нетерпеливые и взволнованные, уже ждали его у дверей магазина недалеко от парковки. Машина остановилась, но Лайт заставил себя оставаться в салоне и ждать, пока ему откроют дверь. Он решил, что будет делать всё так, как просил L… хотя бы до тех пор, пока это не станет вконец невыносимым. Шагая к магазину в сопровождении обоих телохранителей, юноша пытался напомнить себе, что в этом нет ничего необычного, богатые альфы часто нанимают охрану для своих омег.              В следующую секунду он увидел вывеску магазина и оторопел. «О, нет…»              — Магазин для беременных? — выдавил он тонким голосом.              — Ну, не только, там и детские вещи продают! — защебетала Саю, хватая его за руку и затаскивая внутрь. — Идём, будет весело!              — Ага, уже предвкушаю, — уныло вздохнул Лайт, но покорно поволокся следом за сестрой.       

***

      Стоящий метрах в пятнадцати от магазина альфа разинул рот, провожая взглядом пропавшего в дверях омегу. Двое мужчин, что шли за ним следом, могли быть только телохранителями.              Нырнув под козырёк ближайшей витрины, альфа несколько секунд размышлял о том, что увидел, после чего с широкой улыбкой полез в карман за телефоном.              — Лайт Ягами, у нас с тобой есть незаконченное дельце, — пробормотал он, набирая номер.              — Слушаю, — прозвучал в трубке резкий женский голос.              — Привет, Анна! Как твои дела этим чудесным днём? — проворковал альфа.              Блондинка-помощница раздражённо фыркнула:       — Чего тебе, Шу? Максу… нездоровится, и он сейчас не может говорить.              — Эй, у меня есть, чем скрасить его недомогание! — хихикнул Шу. После того, что произошло во время того краткого видеочата с Лайтом, он стремился вернуть себе хорошее расположение лидера синдиката. Пусть даже Макс не хотел больше покупать омег для себя, но Шу надеялся, что он всё же подумает о том, чтобы приобретать их в качестве подарков для кого-нибудь или просто затем, чтобы иногда выпускать пар. Дилер был бы рад и счастлив за соответствующую цену предоставить ему материал для выплеска агрессии.              — Его больше не интересуют твои шлю…              — Я знаю, где Лайт, — перебил Шу, и на том конце линии на несколько долгих секунд повисло молчание.              — Я скажу ему, чтобы перезвонил тебе по защищённой линии, — тихо проговорила Анна и повесила трубку. Не прошло и тридцати секунд, как мобильник Шу зазвонил.              — Приветик, Макс, — самодовольно усмехнулся Шу.              — Говори! — прорычали в ответ.              — Он в Токио. Я только что видел, как он зашёл в магазин вместе с матерью и сестрой… и парой телохранителей на буксире.               — У тебя есть люди, которые могут незаметно проследить за ним оттуда? Если он остановился не в доме своих родных, то нужно выяснить, где, — резким голосом сказал Макс. Дилер от его тона напрягся, но решил, что ради восстановления партнёрства с лидером «Западного Берега» можно и потерпеть.              — Да, я сейчас вызову сюда кого-нибудь, а пока что сам послежу, — заверил Шу.              — Спасибо. Я помню, что наш прошлый разговор закончился не на самой позитивной ноте, но сейчас вижу, что могу на тебя положиться, — сказал Макс. — Я немедленно вылетаю в Токио. Дам тебе знать, когда приземлюсь.              Шу, услышав об этом, несколько обалдел. Он, конечно, знал, что от одного только упоминания Лайта у Макса возникает нехилый стояк, но то, что он готов вот так всё бросить, говорило о чём-то большем, чем просто влечение.              — Да, и если ты увидишь возможность забрать его, не рискуя его здоровьем, будь добр это сделать, — добавил Макс. — У L повсюду глаза и уши, так что он наверняка сразу узнает, если я покину Англию. А выяснив, что я в Токио, он усилит защиту в десятки раз.              — Понял, — ответил Шу, прогулочным шагом направляясь ко входу в магазин. Заметив название вывески, он изумлённо округлил глаза. «Магазин для беременных и новорождённых. Хм… Думаю, я пока что придержу эту информацию у себя. Не факт, что он беременный. Он ведь вполне может делать покупки для кого-то, верно?» — попытался убедить себя дилер, не желая лишний раз выводить из себя вспыльчивого альфу на другом конце линии.              — Я скоро с тобой свяжусь, — бросил Макс и повесил трубку. Шу, решив, что не стоит упускать подвернувшийся второй шанс, тут же принялся звонить своим людям.       

***

      — Мне жаль, что вам по-прежнему нельзя с ним встретиться. Но поймите, это ведь и ради вашей безопасности, — устало сказал Лайт, когда они выходили из третьего по счёту магазина. — Если кто-нибудь вдруг узнает, что вам известна его внешность…              — Всё нормально, Лайт. Мы понимаем, — улыбнулась Сатико.              Они шли по тротуару, держа в руках множество пакетов с покупками. Всё это, как хором уверяли Лайта его родные, было крайне необходимо как ему, так и ребёнку. Хотя юноша был вынужден признать, пусть и с большой неохотой, что кое-что из купленного ему и самому очень понравилось. Стоило ему увидеть детские вещи из кашемира, как он принялся восторгаться ими точно так же, как мать и сестра. Абсурдно высокий ценник его совершенно не волновал, главное, что это были самые мягкие, самые милые вещицы, какие он только видел в своей жизни.              «Не могу поверить, что мне придётся заботиться о ком-то настолько крошечном», — с благоговением думал он, глядя на маленький бежевый джемпер для новорождённых, который демонстрировала ему Саю.              Когда на кассе в первом магазине им озвучили сумму чека, Сатико потрясённо округлила глаза. Лайт же просто пожал плечами и вынул из кармана блестящую чёрную карточку «Amex», которую утром дал ему L.              — Всё нормально, мам… у него денег столько, что он не знает, что с ними делать.              — Что ж… это славно, — улыбнулась Сатико. — Приятно знать, что ты в хороших руках.              — Мама!.. — Лайт со стоном закатил глаза. — Не говори обо мне, как об одной из этих изнеженных омег-домохозяек!              Дойдя до машины, парень передал пакеты телохранителям, чтобы они погрузили их в багажник, и на прощание обнял мать и сестру.              — Дай мне знать, как пройдёт встреча с врачом, — строго сказала Сатико, похлопав сына по спине.              — Конечно, — с улыбкой кивнул Лайт, устроился на заднем сиденье и зевнул. Пока машина отъезжала, он продолжал смотреть на своих родных через тонированное стекло. Потом снова потянулись уличные пейзажи, и Лайт ощутил, как тяжелеют веки. Он сам не понял, в какой момент заснул, и проснулся уже от того, что кто-то на руках вытащил его из машины. Омегу окутал успокаивающий аромат яблок, и он инстинктивно прижался ближе.              — Я сам могу ходить, — проворчал он.               — Помолчи. Мне нравится о тебе заботиться, — игриво шикнул L, занося его в лифт.              — Так и быть, — сонно улыбнулся Лайт. — Разрешаю.