Охота

После телефонного звонка Арсений пребывал в стадии отрицания. Ехать куда-то совсем не хотелось, тем более в Москву. Да, там к охотникам относились уважительнее: принимали, верили, что они занимаются не чепухой, платили зарплату. Но и требовали куда больше. Каждый шаг нужно было задокументировать и отправить в отчёт, каждое действие — согласовать с начальством. Но они не справлялись. Вот и вызвали охотника из Петербурга, который хоть и колесил по всей России вместе с Сергеем и Антоном, но всё же оставался привязан к Питеру — своему месту силы. — Вставай, — Сергей кинул паспорт Арсению на живот, грубо прервав его спокойствие. — Поезд через четыре часа. — Не хочу. Почему Матвиенко и Захарьина не позвали — загадка. Но у тех намечалось дело в Пушкине: вроде бы объявился леший. Так что скучать им точно не придётся. — Арс, хватит хандрить, — продолжал Сергей. — Поезжай в Москву. Считай, повышение. — Ага, личный охотник на цепи. Для них бюрократия важнее человеческих жизней. — Не строй из себя святого, будто сам ради людей жопу рвёшь, — огрызнулся Сергей, и был в этом прав. Арсений присоединился к нему лишь после переезда из Омска восемь лет назад. Именно Сергей посвятил его в тайны, скрытые от остальных. Рассказал о монстрах, что до сих пор бродят рядом, оставаясь невидимыми для большинства. Арс тогда не поверил, списав всё на бред сумасшедшего. Пока однажды русалка не попыталась утянуть его на дно. И это была совсем не добрая дева с рыбьим хвостом из сказок — никакого хвоста у неё не было, в отличие от сирены. Это был мстительный дух, жалеющий убить любого. Попов примкнул к охотникам сначала от скуки, а потом нашёл в этом своё призвание. В каком-то смысле он и без того был изгоем — из-за своей ориентации. Но среди новых друзей обрёл поддержку, впервые почувствовал себя нужным и важным. Не таким одиноким «больным» человеком, каким его считало общество. Отношения с Антоном казались выходом, спасением. Но ничего серьёзного из этого не получилось: их связывало лишь общее дело и одинаковые тайные желания. Арс слишком долго принимал это за любовь, пока не устал притворяться. — Я боюсь, — признался он наконец. И нет, не монстра, которого предстояло выслеживать. С этим он смирился давно, понимая: каждый день может стать последним. Страх был иным — перед новыми знакомыми, перед людьми. Перед их реакцией. Он боялся снова оказаться отвергнутым. Больше всего не хотел, чтобы на него смотрели, как на прокажённого. — Я буду на связи. Ты же понимаешь, что в любой момент можешь вернуться? — тихо сказал собеседник. Арсений лишь кивнул.

***

За три с лишним часа он добрался до Москвы, даже успел подремать в вагоне, после неудачной попытки почитать. В какой-то момент Арсений поймал себя на тревожной мысли: раньше он «глотал» по три книги в месяц, а теперь едва справлялся с двумя за год. На станции его встретил Руслан. Они уже сталкивались пару раз, и Белый оставил о себе не самое приятное впечатление. Арсению всегда казалось, что тот слишком любит лезть в чужие дела. К тому же он раздражал ещё и тем, что не был охотником. Не марал руки в схватках с тварями, не копал могилы, не собирал самодельные бомбы, не месил грязь в болотах и лесах. Он лишь фиксировал улики на местах преступлений, копался в литературе, писал отчёты. Всё остальное оставалось на плечах таких, как Арсений. Тем не менее он вежливо поздоровался и забрался в новенький салон иномарки. Душа жаждала горячего душа, но Белый повёз его прямо в участок, чтобы сразу обсудить дело. Внутри его встретили жадные взгляды незнакомцев. Те с интересом рассматривали охотника, призванного на помощь. Арсений нервно одёрнул рубашку, расправляя складку, оставшуюся после долгой дороги, и двинулся вслед за Русланом к кабинету. — Располагайся, — детектив указал на кресло напротив стола. Арс бросил дорожную сумку у ног и сел. Он скользнул взглядом по небольшому офису. Тот выглядел безлико, словно здесь никто не жил. Ни фоторамки, ни кружки с надписью «лучший босс», ни пальто на крючке. Стандартная комнатка: ноутбук без стикеров, скудный стол с минимумом канцелярии и шкаф за спиной, заваленный папками. — Оксана, — нажал Руслан на селектор, — позови Шастуна. Арсений прикусил внутреннюю часть щеки, надеясь, что ослышался. Может, речь шла о другом Шастуне? Но дверь открылась, и в кабинет вошла знакомая фигура. Кудрявая шевелюра, чуть небрежная походка — сомнений не оставалось. Антон. Он устроился на кресле рядом, будто так и должно быть. Арс уставился на колени, проглядывающиеся сквозь дыры в узких чёрных джинсах. В сотый раз мысленно выругал себя за такую нелепую одежду: выглядел глупо, особенно сейчас, в официальной обстановке. Но изменить уже ничего было нельзя. — Привет, — негромко произнёс Антон. В его голосе сквозил тот же самый шок, что и у Арсения. — Привет, — выдавил тот в ответ. — Рад, что вы знакомы, — с оттенком удовлетворения сказал Руслан. — Значит, сработаетесь быстрее. Арсений едва удержался, чтобы не усмехнуться. Знакомству он бы был рад меньше всего. Но судьба, как всегда, распорядилась по-своему. И дело вовсе не в том, что Антон был хамоватым быдлом или некомпетентным напарником — так было бы проще. Нет. Всё оказалось куда сложнее. Их первое столкновение произошло около года назад, в Сочи. Тогда Арсений приехал по наводке: в газетах писали о серии загадочных утоплений среди моряков. Он надеялся найти след, но, как оказалось, интересовался этим не один. Там же оказались Шастун и его напарник Дима. С самого начала между охотниками вспыхнуло соперничество. Каждый был уверен, что именно он лучше справится, что поступить следует именно его способом. Серёжа с Арсом предлагали использовать приманку — живого моряка, который мог бы выманить тварь из глубины. Антон и Дима, напротив, категорически возражали: втягивать постороннего в смертельную игру они считали безумием. Спор длился недолго. Полная луна подступала, и времени на пререкания больше не оставалось. Пришлось принять вариант Антона и Димы. И тогда Арсений впервые понял, что терпеть этих двоих будет непросто. Споры не утихли и в пучине, когда стая сирен напала на дерзких охотников, почуяв подвох. Беруши вылетели из ушей, и Антон мгновенно пал жертвой чар одной из морских девиц. Русалки — это призраки утопленниц, девушек, покончивших с собой и заманивающих к воде одиноких мужчин с разбитыми сердцами. Сирены же — совсем другое: чудовища с рыбьими хвостами и голосами, способными сводить с ума. Они манили, топили, а потом вырывали из грудей сердца, чтобы насытиться ими. Арсений, в силу своей ориентации, обладал своеобразным иммунитетом к их песням. Проткнув копьём одно из созданий, он поплыл к Антону, к которому липкими бледными руками прижималась сирена. Попытался нанести удар, но другая тварь отшвырнула его, оставив кровавую полосу на груди. Оружие выскользнуло и ушло ко дну. Солёные волны захлёстывали рот и нос, холод сковывал мышцы, приближая судороги. Но желание спасти Антона оказалось сильнее инстинкта самосохранения. Безоружный, он нырнул глубже, ухватил Шастуна за талию и прижал к себе, словно участвовал в смертельном перетягивании каната, где роль верёвки играл сам Антон. Арс проиграл бы, если бы Дима, вырвавшись из хватки, не всадил клинок в сирену, метившуюся на второй раунд с Арсом. Сестра погибшей издала жуткий, гортанный вой, и, испугавшись, скрылась в пучинах, оставив жертву. Измотанный боем, Арсений продолжал держать бездыханное тело Антона, которое тяжким камнем тянуло его на дно. С помощью Матвиенко он сумел выбраться на лодку, втащив Шастуна на палубу. Упал рядом. Антон приходил в себя, тяжело дышал, а соль нещадно щекотала свежие порезы. Сергей стоял с копьём, сжимая его так, что костяшки побелели. По руке тонкой струйкой стекала кровь, но он словно не замечал. Дима с сигаретой в зубах шарил в куче одежды в поисках зажигалки, будто только что не участвовал в схватке. Да, они упустили одну сирену — формально это поражение. Но без стаи она слаба. Остальные уже лежали брюхом кверху, окрашивая солёную воду в зеленовато-красный цвет. Через пару часов трупы начнут разлагаться, и нужно было как можно быстрее избавиться от них, пока прибой не вынесет чудовищ к пляжам, полным отдыхающих. Антон, придя в себя окончательно, резко оттолкнул чужие руки и отполз. Арс почувствовал на себе взгляд зелёных глаз, острый, как нож. — Ты был без беруш, — обвиняюще бросил Шастун. — Я… — слова застряли, лёгкие будто снова наполнились водой. Этого оказалось достаточно. Антон отполз дальше, оставив Арсения под тяжестью его осуждающего взгляда. Дима докуривал сигарету и, кажется, вовсе не собирался вмешиваться. Для Антона он оказался не лучше тех чудовищ, с которыми они боролись. «Больной ублюдок, извращенец» — именно так общество привыкло говорить о таких, как Арсений. И от этого снова стало мерзко, до тошноты. Хотелось выть. Спасённая жизнь меркла на фоне той внутренней боли, что поднималась из глубины груди. — Надо разобраться с телами, — холодно произнёс Сергей, возвращая разговор к делу. Антон бросил на него взгляд, но Матвиенко всё ещё был в берушах и оставался спокойным. Они разделились, даже не попрощавшись. Ни одной фразы на прощание. Одни уехали в Воронеж, другие — в Петербург. И вот он — в Москве, рядом с Антоном. Тот сидел тихо, не возмущался, что им придётся работать вместе, не психовал, выглядел собранным. Будто ничего в Сочи и не случилось. Будто прошлое было лишь сном. Руслан раскладывал на столе фотографии. — Обескровленные жертвы, — сказал он. — Двенадцать человек за два месяца. Почти все — пары. — Вампиры? — предположил Арсений. Белый отрицательно качнул головой: — Нет следов укусов. — Какие-то следы вообще были? — осторожно спросил Антон. — От иглы. — И почему решили, что это не маньяк? — вмешался Арс. — Есть ли что-то, что указывает на сверхъестественное? — Ритуальность, — Руслан подвинул ближе снимки. — Жертвы найдены в лесу, привязанные к деревьям. Ни синяков, ни травм, ни следов борьбы. Из них буквально высосали жизнь, а тела украсили рунами. И самое странное — никто из них не сопротивлялся. — Всё ещё похоже на вампиров, — нахмурился Арсений. — Они умеют вводить жертв в транс. — Да, но тут нет укусов, — напомнил Белый. — И ещё: по две жертвы за раз. Вампиры работают в одиночку. — Они, как и мы, умеют адаптироваться, — упрямо возразил Арсений. — Знают, что за ними охотятся, вот и меняют привычки. Руслан задумчиво щёлкнул ручкой. — В любом случае, — произнёс он наконец, — вам нужно с этим разобраться. Сутки на подготовку. Вам выдадут необходимое оружие. Выезд — во вторник, в обед. — Хорошо, — коротко ответил Арс. На том они и разошлись. Ни одного лишнего слова. Лишь в ночь перед выездом Арс получил сообщение от Антона: «Поедем на моей. Пригнал из Воронежа. У тебя машины нет». Арсений согласился. Он и представить себе не мог, как выдержит несколько часов дороги, а потом ещё охоту рядом с человеком, который презирает его одним лишь взглядом.

***

— Как Позов? — нарушил звенящую тишину Арсений спустя несколько минут пути. После схватки с сиренами они разделились на пары: Арс с Димой, Сергей с Антоном. Тогда-то Арс и разговорился с Позом — тот оказался простым, добродушным парнем. И главное — ему было абсолютно всё равно, с кем и как спит Арсений. — У него недавно сын родился, — пожал плечами Антон, не отрывая взгляда от дороги. — Он пока отошёл от охоты. Катя не пускает. Катя… если Арс правильно понял, жена Димы. — Понятно, — коротко отозвался он. Неловкости можно было бы избежать, если бы Арс сел сзади. Но Шастун заранее забросил туда свои вещи, а потом и его сумку. Багажник же был доверху набит снаряжением: оружие всех мастей, фонари, лопаты, канистры с керосином, книги в потрёпанных обложках. Всё то, без чего не обходится ни один охотник. Лет пять назад их бы мигом приняли за террористов, если бы остановил патруль. Сейчас же было официальное разрешение от московских властей. Пусть и без расшифровки, зачем это всё. Да и правильно — простым людям знать про нечисть незачем. И без того народ охотно верит гадалкам, ищет чудеса там, где их нет, и любую нелепицу принимает за волшебство. — Значит, ты сейчас один? — спросил Арс, и тут же пожалел. Звучало так, словно он предлагает себя на замену. Натуралы ведь всегда думают: дай только повод — и гей начнёт приставать. — Да… — неуверенно ответил Шастун, явно уловив тот же подтекст. — Стас Шеминов звал к себе. Ты его знаешь? У охотников вообще было принято считать, что все обязаны знать друг друга. И Арсений действительно что-то слышал о Шеминове, но вспомнить подробности не смог. — Он из Воронежа? — Ага. Там ещё Дрон и Краб. Но… не сложилось. Поэтому я и обрадовался, когда позвали в Москву. Арсений на секунду отвёл взгляд в окно. Возможно, он ошибался. Вот они едут, разговаривают спокойно, без ненависти, без язвительных колкостей. Будто бы Сочи никогда не было. Будто впереди их ждёт всего лишь обычная охота на вампира. Закончат дело — и разъедутся по разным городам, чтобы больше никогда не встретиться.