Метро 2033 - Самара

Однажды мартовским вечером 2034 года Глава Метро Константин Иванович Меркулов сидел в своём рабочем кабинете в Ставке на станции Метро «Победа» за столом, покрытым зелёным сукном и хмуро смотрел на лежавший на столе календарь -"вечный», изданный еще в начале века и до 2050 года, нервно постукивая по полу подошвой черного, полуармейского образца ботинка. Одет этот немолодой и слегка полноватый, с изобильными нитями седины в волосах человек был в привычный всем его подчиненным черный камуфляж, который за долгие годы руководства Метро стал и его повседневной одеждой и элементом привычного образа. Вот только армейского образца рубашка была защитного цвета.Его голову венчал черный берет, который он сегодня даже не снимал — так ему лучше думалось. А думал он о том, что запасы патронов и бронежилетов, оставленные в Метро еще до Катастрофы МЧС России, также как и принесенные потом Изыскателями, подходят к концу. «Слава Богу, ресурса атомного реактора хватит еще на десяток лет, и без энергии мы не останемся. Однако накопительные аккумуляторы для его энергии в последнее время один за другим выходят из строя. Чем же их заменить? Да и автоматных патронов у нас пока есть столько, чтоб отбиваться от мелких банд Наверху — а если нагрянет что-то более крупное? Крупные чудовища — мутанты за 20 лет не появились, но вдруг нагрянет из Подсамарья крупная банда бандюков? Отобьемся ли? Ох, как поразмыслить надо…» — тяжело думал он. Будучи уроженцем Подмосковья. он назвал округу Самары привычным ему словом и, потерев по-армейски гладко выбритую щеку, склонился над подробной картой Самары, занявшей почти всю площадь стола. Несколько отделений полиции, здания военных частей, школа ДОСААФ, даже помещения охраны космического завода «Прогресс» в этой, окраинной части города были выпотрошены на предмет поисков оружия и патронов уже давно. А дальше что делать? «Ну что же, — потерев высокий лоб, подумал он, — значит, надо созывать специальный отряд для дальних рейдов. Но из кого его формировать?» — он еще раз потёр лоб и стал усиленно думать. «Конечно — думалось ему, — это должны быть люди молодые, физически подготовленные, с крепкими нервами и мышцами. Это должны быть своего рода «искатели приключений», не боящиеся опасностей, но не безрассудные. И — неплохо, если бы они имели романтическую мечту — скажем, о восстановлении величия Верхней Самары, о возвращении туда. Эти люди должны с удовольствием выходить Наверх, для них это должно быть радостью. Это должны быть мужчины, хотя одну женщину в их составе я бы рассмотрел. Итак, сильные молодые мужчины, тяготящиеся нашим кротовым бытием… Где же таких взять? Меркулов не был разведчиком. Но волею судеб до Катастрофы он был интендантом Поволжского округа Вооруженных Сил Российской Федерации, по счастью, выжившим в Метро в момент, когда перестал существовать и сам Поволжский военный округ, и вся страна Россия в целом. Осталось только Метро под разрушенным городом, наполненное бедными, бледными, полуголодными, угнетенными заточением в подземных стенах, но, по счастью, вменяемыми людьми — и полчища начавших мутировать бродяг Наверху. Прибывших, кстати, уже после Катастрофы из Подсамарья. И требуются сейчас элементарные боеприпасы, чтоб отбиваться от этой нечисти. И как раз Меркулов знал, где можно разжиться множеством патронов и другой нужного снаряжения. Меркулов знал, и где «ключи от квартиры, где деньги лежат» — помнил коды сейфов и оружейных комнат… Конечно, все это богатство лежало в штабе Поволжского округа, вот только это было далековато от мест обычных рейдов Изыскателей! За почти двадцать лет после Катастрофы так далеко никто не ходил, разве что ходили байки о двух-трех нелегальных рейдах отчаянных сорвиголов в первые годы после Взрывов… По тем же легендам, из них вернулись далеко не все… Да, отчаянные ребята нужны… Подумав так, Меркулов даже долбанул по зеленому сукну стола кулаком. Где, однако, их взять? Константин Иванович был человеком военным, уставным.Он любил военную форму — то защитного, то черного цвета, в которой его чаще всего его и видели его подданные — метровцы. И в управлении он прежде всего любил четкость и ясность. Установленный им строй не был деспотическим. Собрания граждан Метро нередко направляли ему свои прошения, но и на довоенную демократию этот строй не походил. И еще при жизни Наверху с подозрением относился Константин Иванович ко всяким хиппи и панкам, адептам индуистских и радикально — протестантских сект, позднее — к готам и эмо… Но последние, как и индуисты, в вихре Катастрофы не выжили… И тут Меркулов вспомнил о единственной в Метро рок-панк-группе «Непонятные Люди».Вспомнил, что видел вроде на Советской, куда приезжал с инспекцией, плакатик с их портретами и с оповещением о концерте буквально через пару дней…"Может быть, — подумал он, -идея Отряда Дальнего Поиска окажется как раз для них?» — и тут же понял трубку черного телефона в эбонитовом корпусе, вызвал своего адъютанта и поручил ему найти досье на членов группы, предположив, что кто- то из этих парней должен был работать в Охране. Доверительно, скорчив веселую гримасу, он сказал адъютанту — «Ну, ты хоть для начала плакатик сорви!» Адъютант, щеголеватого вида молодец лет 35 с тонкими усиками, в пятнистом «цифровом» камуфляже и в ботинках на каблуках, еле успел подавить на своем лице гримасу неудовольствия. Меркулов дал ему срок до завтрашнего утра и «более не задерживал». Адъютант со звучным именем Эдгар четко развернулся на каблуках и почти строевым шагом покинул Ставку. Выйдя от Меркулова, адъютант прошелся по перрону станции Победа. У левого торца, рядом с лестницей наверх, он увидел плакатик, сорвал его и, ни на кого из перронных жителей не глядя, пошел к начальнику Охраны Богдану Мельниченко — вислоусому, коренастому сорокапятилетнему крепышу, человеку бывалому и почти всех в Охране всех станций знавшему. Тот мгновенно опознал двоих — Сида и Артура — и в точности назвал их имена. Эдгар поблагодарил и, выйдя от Богдана, направился в архив Охраны, где бледная, со стертой внешностью и тусклыми глазами дама — архивистка быстро выдала ему папки досье с нужными фамилиями. Адъютант изучил их и просиял — эти двое не только имели хорошие отзывы по службе в Охране, но и регулярно ходили в «качалку», а значит, были очень крепкими ребятами! Порадовавшись так и потрогав лежавшую в кармане афишу с датой концерта через два дня, Эдгар вернулся к себе, в жилой блок недалеко от ставки Меркулова, где он жил один. Войдя к себе, он включил 40-ваттную лампочку на потолке, прилег на диван и очень скоро при этом тусклом свете заснул, последним усилием положив папки с досье на стоявший рядом стол. По времени был уже вечер, затем он перешел в ночь, а адъютант все спал, провалившись в эту ночь как в темный колодец. Только в шестом часу утра он встал, удивившись, что заснул в полной униформе, и, омыв пригоршней воды из умывальника лицо, сел за стол, где и просидел до девятого часа утра в раздумьях. Наконец, ровно в девять утра он взял черную трубку телефона связи со Ставкой и набрал номер Меркулова.Меркулов тут же взял трубку и бодрым голосом выспавшегося человека спросил: «Утро доброе, и как же у нас, Эдгар, дела с музыкантами?» Эдгар вкратце изложил ему досье на двух «шансонье» и новость, что они еще и любители «покачаться», Меркулов воскликнул:"Великолепно!» Известие о том, что до концерта остались всего сутки, он воспринял с воодушевлением и условился встретиться с ним совместно с их личными полувзводами охраны у концертной площадки на Победе в 6 часов вечера. Концерт же начинался там же, в Зале Общественных Собраний, в 19.00. Затем Меркулов услал своего адъютанта опять в Архив Охраны поискать еще кое-какие документы, где вполне буднично в шесть часов вечера и закончился его рабочий день. Меркулов же работал с документами до самого позднего вечера и только около полуночи, тяжко потерев уставшие глаза, направился спать. Следующий день до вечера прошел для адъютанта так же буднично — Эдгар сидел в Ставке Меркулова за телефонами, получал сообщения о текущей жизни Метро и докладывал самое важное Меркулову. Так продолжалось до момента, когда надо было навестить музыкантов на концерте. В пол-седьмого вечера в Ставку явились полувзводы охраны Главы Метро и адъютанта — по 4 человека в каждом — и в их сопровождении Меркулов и Эдгар прошли в Зал Собраний. Появление Главы Метро в зале Собраний вызвало фурор — собравшаяся там молодежь и представить не могла, чего Константину Ивановичу там было нужно.Меркулов и адъютант с охраной сели в последнем ряду. Люди — и молодые, и среднего возраста, вот пожилых там не было — в их присутствии смущались, и поэтому концерт прошел с меньшим накалом страстей, чем обычно, хотя в ответ на мощный вокал Сида, гитарные запилы Артура и искусную игру Димы на синтезаторе зрители очень часто разражались апплодисментами. В конце концерта адъютант подошел к Сиду, в котором безошибочно выделил лидера группы и сказал, что «имеет нечто сказать» музыкантам. Затем удивленная публика покинула зал. Сид прямо в потной после концерта черной рубашке сел на предпоследний ряд, повернувшись к Меркулову, и спросил, чем обязан ему вниманию. Меркулов похвалил его за концерт, за стремление к творчеству, и изложил свою идею об Отряде Дальнего Поиска. Разгоряченный Сид выпалил «Вот это здорово!» и сразу же согласился участвовать. Так и состоялся этот разговор. Меркулов сидел на первом ряду на широкой скамье зала Собраний, а музыканты группы уселись перед ним на приставных стульях, изъятых из углов комнаты. Адъютант и охрана сели на последнем ряду, у входа в помещение.Двоим — Андрею Сакалаускасу и Диме Минину, имена которых не вспомнил начальник Охраны Мельниченко, пришлось представиться «по всей форме». Андрей и Артур Козарян, яркий, небольшого роста брюнет с точеными чертами лица, были в сомнениях и говорили о них Меркулову: -Константин Иванович, спору нет, это большая честь, то, что вы нам предлагаете. Но почему Вы обратили свое внимание именно на вас, музыкантов? Неужели среди всех, кто служит в Охране, нет больше крепких и сообразительных парней? Почему мы? — по-восточному экспрессивно жестикулируя, спросил Артур. -Вы создаете музыку, вы творите новое, а мне для этого занятия и нужны люди, любящие творить новое, творчески подходить к возникающим задачам, — слегка усталым, но теплым голосом сказал Меркулов и покачал головой, глядя на внимавших каждому его слову музыкантов. Вы полны, как я вижу, творческого задора, вы пытаетесь расширить свой кругозор, рамки мира, в котором живете. Ведь я — то помню времена, когда мир не был ограничен бетонными стенами Метро. И вы, участвуя в делах Отряда, будете часто видеть тот Мир Наверху, хотя сейчас это всего лишь бледная копия того, чем он был до Катастрофы. - Вы ведь были Снаружи?» — задав этот вопрос, Меркулов окинул их взглядом. Все участники группы, кроме Димы, кивнули. - Дмитрий, а Вы Наверху не были? -обратился Меркулов к Диме. - Нет, я в Охране только штатную службу в три месяца провел. Я по склонностям скорее техник, чем следопыт. Да и стычек не люблю, весь этот мордобой на свежем воздухе… И сейчас я слежу за снабжением «Кировской» электричеством. И мне это нравится. Так что мой инструмент — не автомат, а плоскогубцы, — слегка смущенно улыбаясь, он открыто посмотрел в лицо Меркулову. -То есть вы, Дима, не хотите быть в составе Отряда? -Да, честно говоря, не очень. Нет, я не трус, — и он растерянно взмахнул рукой, — просто живу я с мамой, и она болеет, нередко в помощи нуждается. А что с ней будет, если со мной что-то случится? А я понимаю, что не бессмертен, и быть ухарем — купцом мне не с руки… -То есть, Дима, Вы отказываетесь? -Да. -Тем проще для меня. Ведь Вы не сотрудник Охраны, и к их дисциплине я Вас принудить не могу, — тут Дима удовлетворенно кивнул. - Все остальные будут участвовать? — и члены рок-группы почти синхронно кивнули. -Более того, создание Отряда Дальнего Поиска становится даже способом выживания не больше не меньше — он поднял вверх указательный палец, — чем средством выживания всего населения нашего Самарского Метро. -Ого…- рокеры притихли, потрясенные грандиозностью задачи. -В скором будущем в развалинах Верхней Самары надо будет добыть стратегические материалы, без которых Метро больше обходиться не может. Необходимость выживания ставит нам новые задачи. Я предлагаю вам в этом участвовать.Вы согласны? -Да! — почти в унисон выпалили Сема-Сид, Артур и Андрей. -Ну и отлично. Засим я удаляюсь, — церемонно произнес Меркулов, поднявшись и зашагав к двери.-Задача будет вам поставлена через неделю, — продолжил он, полуобернувшись.-Вашему начальству будет доложено о вашем спецзадании. Вы будете пока работать на прежних местах, просто будете исчезать иногда… И тренировок не прекращайте, вы должны быть крепкими телом и духом, — при этих словах Меркулов в сопровождении охраны и адъютанта вышел из комнаты и удалился. - Э-э, парни, что делать будем? — озадаченно протянул Сид, как только за Меркуловым со свитой захлопнулась дверь. - Что-что, уж не в репе чесать, а действовать, — прямо и открыто посмотрев на него, произнес Артур. Андрей же, как раз почесав в затылке, изрек: -Парни, все это, конечно, здорово, что задание нам дадут, про физподготовку мы и сами помним…но уж коли мы направляемся в дальний поход, то нам нужно снаряжение, и не абы какое, а удобное именно нам. Ну я, например. предпочитаю АКСУ со складным прикладом, ты, Артур — классический «Калаш» под трехлинейный патрон… В моем взводе два парня вообще имели при себе автоматы АК-12 2014 года — самую последнюю докатастрофную модель.На километр прицельно бьет! И, думаю, если у Меркулова такие еще есть, то нам их дадут! И пижонами нас не сочтут! Так что надо все продумать — про автоматы, про гранаты, про запасы патронов, какую форму выбрать — все это нам дадут! Меркулов, наверное, не хочет, чтобы мы попали под угрозу из-за какой-то ерунды — и он воспримет все серьезно! Так что, ребята, эту неделю подсчитываем, прикидываем, составляем списки — и сообщаем все Меркулову. У тебя, Сид, в квартире телефон связи со Ставкой есть? - Есть. - Ну так мозгуем, что нам надо! Тут Сид закончил убирать инструменты, и ребята вышли из Зала Собраний, в задумчивом молчании дошли до Кировской, разбрелись по своим жилищам на станции и все, как один, молча улеглись спать. А перед сном у них было над чем подумать…