III. Истории. Глава 0
1 апреля 2025 г., 13:00
Рюсуй сидел непривычно серьёзный, сложив руки на столе. Камуи чувствовал, как напряжена Рин рядом — она явно готовилась к худшему.
— Прежде чем вы что-то скажете, — начал Рюсуй, и в его голосе прозвучали незнакомые нотки, — у меня есть пара слов.
Он помолчал. Камуи скрестил руки на груди — эта пауза казалась затянутой.
— Мелкий... — Рюсуй слегка усмехнулся, — оказался чертовски полезным членом команды. Вы зря так переживали.
Рин небрежно махнула рукой:
— А мы и не переживали.
Камуи едва сдержал усмешку. Конечно, "не переживали". Особенно когда нашли записку Соры.
***
Он до сих пор помнил эту картину: Рин, застывшая на стуле как изваяние, с таким взглядом, что ни одна фурия не сравнится. Вокруг неё металась Минами, то размахивая веером, то подсовывая стакан с водой: — Может валерьянки? Или ромашки? Или... что покрепче? — Я его убью, — тихо и очень спокойно произнесла Рин. Настолько спокойно, что Минами чуть не выронила стакан. — Сначала его. Потом себя. — Ну-ну, — Минами снова замахала веером с удвоенной силой. — Давай сначала успокоимся... — Я спокойна, — тем же пугающе ровным голосом ответила Рин. — Абсолютно. После третьего часа "спокойствия" Минами уже всерьез подумывала о том, чтобы самой выпить успокоительное.***
— Что? — Рин заметила взгляд Камуи на себе. — Ничего, — он усмехнулся. — В общем так, — Рюсуй откинулся на спинку стула с видом человека, объявляющего приговор, — жду вас обоих на корабле. Отказы не принимаются, апелляции не рассматриваются, жалобы можете написать и скормить рыбам. — А как же... — начала Рин. — Сора? — Рюсуй усмехнулся. — Беру под свою ответственность. — Но... — Никаких "но", — отрезал Рюсуй. — Мальчишка мне нужен. А вы двое, — он обвёл их насмешливым взглядом, — нужны ещё больше. Нас ждёт Америка. Такое нельзя пропустить, такое нужно видеть своими глазами. Он подался вперёд, и в его глазах появился знакомый азартный блеск: — К тому же, как я без вас? Рин — единственный толковый лекарь на всю команду. Камуи, — он кивнул в его сторону, — будешь помогать с организацией. Касеки рыдал всё путешествие, говорил, без твоего глаза за порядком всё разваливается. Рюсуй откинулся на спинку стула и широко улыбнулся: — Хотя знаете что? К чёрту все эти причины. Просто собирайте вещи и на борт. Решено — В твоей голове всё так просто, Рюсуй, — сказал Камуи. В его сознании пронеслись все те годы, когда они с Рин пытались сохранить хоть какое-то подобие нормальной семьи. Дом, безопасность, стабильность... просто бросить и уплыть? — Да, всё просто, — вдруг произнесла Рин, прерывая поток его мыслей. Она посмотрела на Камуи — в её взгляде была та особая уверенность, которую он знал с детства. Тот самый взгляд, который говорил "я всё решила и сделаю это в любом случае". Затем она повернулась к Рюсую: — Я согласна. Камуи ничего не ответил. Он знал причину такого поведения. И всё было далеко не просто.***
Цукаса сидел на холодном камне, всё ещё чувствуя слабость после пробуждения. Мирай порхала вокруг него, не замолкая ни на секунду: — И представляешь, братик, Сора просто взял и уплыл на корабле! С Суйкой! — Подожди, — Цукаса нахмурился. — Какой корабль? Кто такая Суйка? — Ой, ну Суйка! — махнула рукой Мирай, словно это всё объясняло. — Которая с арбузом ходила. А теперь она с ним постоянно вместе! Представляешь? Вообще от него не отходит! А я как дура перед Рин выгораживала его... — Кто это? — Ну, сестра Соры! — Мирай закатила глаза. — Такой он дурак, конечно... Поэтому я на него и обиделась. Цукаса чувствовал, как тяжелеет его взгляд. Он смотрел на сестру и видел уже не маленькую девочку, а подростка, погруженного в водоворот первых драм и переживаний. Тот самый период, которого он втайне боялся больше, чем всех врагов вместе взятых... Мирай продолжала щебетать: — А потом Кохаку сказала, что если Суйка будет так себя вести, то в команду разведки её не возьмут... Цукаса поднял взгляд на Сенку, который стоял неподалёку, опершись о дерево, и даже не пытался скрыть улыбку. — Я... ничего не понимаю, — признался Цукаса. — Совсем. Сенку сжалился: — Мирай, оставишь нас ненадолго? Нужно обсудить кое-что важное. Когда она упорхнула, Цукаса устало потёр виски: — Расскажи мне, как на самом деле обстоят дела. Только... попроще. — Ну, — Сенку небрежно пожал плечами, но Цукаса уже успел забыть, что такой жест обычно предшествовал чему-то безумному, — если вкратце, мы летим на Луну. Цукаса моргнул. Потом моргнул ещё раз: — Что? — На Луну, — повторил Сенку как ни в чём не бывало. — Правда, сначала придётся переплыть океан до Америки. — Ты серьёзно сейчас? — Десять миллиардов процентов, — Сенку усмехнулся. — Что, слишком просто для тебя? Можем ещё и на Марс заглянуть. — Я просыпаюсь после заморозки, — медленно произнёс Цукаса, — и первое, что ты мне говоришь — "мы летим на Луну"? — Это же не просто так, — Сенку достал что-то из кармана. — Пока ты отдыхал, мы тут немного... продвинулись. Поймали сигнал от того, кто всех окаменил. — Сигнал? — Ага. Всякие расплывчатые угрозы, — Сенку протянул ему странный предмет. — "Почему? Почему вы хотите умереть?" и всё в таком духе. А вот это, — он кивнул на вещицу в руках Цукасы, — устройство окаменения, медуза. Цукаса повертел медузу, разглядывая необычный узор на поверхности. Что-то в нём казалось... неестественным. Будто сама вещь не из этого мира. — И ты думаешь... что этот тип сидит на Луне? — Сомнений нет, — Сенку пожал плечами. — Сигнал идёт оттуда. Так что придётся нанести ему визит. — Братик! — вдруг раздался возмущённый голос Мирай. — Я тут вообще-то жду! Она подбежала к ним, упирая руки в бока: — Вы тут секретничаете, а я между прочим хотела рассказать что-то важное! — Важное? — Цукаса приподнял бровь. — Важнее полёта на Луну? — Конечно! — фыркнула Мирай. — Я такой секрет узнала... Сенку усмехнулся, поднимаясь: — Ладно, оставлю вас с этими важными новостями. Мне ещё нужно разобраться кое с чем. Развлекайся, Цукаса. С этими словами он удалился, а Мирай тут же встала прямо перед братом, внимательно вглядываясь в его лицо: — Ты вообще хорошо себя чувствуешь? Какой-то ты... растерянный. — Хорошо, Мирай, не переживай, — Цукаса мягко улыбнулся, но сестра не отступала. — Точно? — она нахмурилась. — А то ты как будто не здесь. Может, тебе отдохнуть надо? Или есть хочешь? Франсуа такой рамен готовит... — Мирай, — он осторожно положил руку ей на голову, как делал раньше. — Просто нужно время привыкнуть. Столько всего изменилось. — А! — она просияла. — Тогда я тебе всё покажу! Тут всего понастроили, пока ты спал. И познакомить тебя со всеми надо, и... Цукаса кивнул: — Хорошо. Будешь моим гидом.***
Камуи стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на младшего брата с какой-то странной усмешкой: — Ну что, поплавал? — Да, — Сора не отвёл взгляд. В этот раз он не собирался бояться. Раньше он бы сразу занял оборонительную позицию, попытался оправдаться или просто не смел поднять глаза. Но что-то изменилось. То, что он принимал за равнодушие, было не просто частью характера Камуи — это его способ справляться с миром. И теперь, глядя прямо в глаза старшему брату, Сора чувствовал странную уверенность: что бы ни сделает Камуи, это никогда не будет из злобы. За каждым его действием стояли забота и необходимость. А это... это давало ощущение надёжности, которого Сора раньше не замечал. Камуи хмыкнул. Ему нечего было возразить — он уже знал, что Сора отлично справился. И всё же... — В следующий раз, — он слегка наклонил голову, — скажи сам, а не записки оставляй. Решения сообщают в лицо. Сора моргнул, не веря своим ушам: — Ты... ты не злишься? — Злюсь, — спокойно ответил Камуи. — Но ты вернулся. Живой, — он сделал паузу. — И даже немного повзрослевший. В его голосе проскользнуло что-то похожее на гордость, хотя он старательно пытался это скрыть. Сора расправил плечи: — Я готов к наказанию, если нужно. — Сейчас есть дела поважнее твоих приключений, — Камуи внимательно посмотрел на него. — Ты уже видел Рин? — Нет, — Сора поёжился. — Я думал, сначала к тебе, потому что... — Страшнее? Распереживался... Сходи к сестре. Сора нахмурился, заметив что-то неуловимое в голосе брата: — Что-то случилось? — Просто поговори с ней, — Камуи похлопал его по плечу. — Она у себя. — У себя... значит занята, — Сора почесал затылок. — Может, попозже зайду... — Сам разбирайся. А мне пора, — Камуи пожал плечами и ушёл, оставив брата наедине с его сомнениями. Сора стоял, переминаясь с ноги на ногу. Конечно, он хотел увидеть Рин. Блин, да он скучал по ней всё это время. И так хотелось всё рассказать, всё, что приключилась с ними за время путешествия... Он заметил идущих навстречу Мирай и её брата. Обрадовался. — Мирай! — помахал он. Мирай демонстративно отвернулась и прошла мимо, высоко задрав нос. Цукаса наблюдал за этой сценой с едва заметной усмешкой. "А эта почему злится-то", — подумал Сора.***
Рин и Минами сидели друг напротив друга, лениво мотая канаты в клубки. Минами то и дело бросала взгляды в сторону, где Цукаса уже тренировался. — Минами, — протянула Рин, наблюдая, как подруга в третий раз скручивает один и тот же канат. — Если будешь так пялиться, он может и заметить. — Я не пялюсь! — Минами покраснела. — Просто... проверяю, в порядке ли он. — Ага, — Рин усмехнулась. — И как, в порядке? — Очень, — мечтательно протянула Минами, но тут же спохватилась. — В смысле, да, всё нормально. — Так у вас что-то было? — Рин подалась вперёд. Минами загадочно улыбнулась: — Что-то было... А чего-то не было. — О, какие мы таинственные, — Рин закатила глаза. — Хотя бы скажи — он правда такой серьёзный, каким кажется? — Я не буду это обсуждать, — Минами попыталась сохранить достоинство. — И ты вот так просто отмалчиваешься? — возмутилась Рин. — Между прочим, меня весь лагерь обсуждает, а тебя, значит, никто не должен трогать? — Ой, всё, — Минами отбросила свой канат. — Ты бы сначала со своими делами разобралась, а потом уже ко мне лезла. — С какими это делами? — Рин насторожилась. — С научными, — Минами язвительно улыбнулась. — Которые допоздна в лаборатории проводятся. Внезапно их прервали. — Девочки, нам нужно серьёзно поговорить, — Юдзуриха плюхнулась рядом. За ней подтянулись Никки, Кохаку и Франсуа. — О, я уже боюсь, — усмехнулась Минами, глядя на их решительные лица. — На корабле вышла... неприятная ситуация, — Никки пожала плечами. — И мы решили, что хватит это терпеть. — Мы не разговариваем с парнями, — просто сказала Кохаку. — И давно? — Рин приподняла бровь. — Пару дней, — вздохнула Юдзуриха. — А почему? — Ну... — протянула Франсуа. — Это сложно объяснить... — начала Юдзуриха. — Они просто... — Кохаку нахмурилась. — Они идиоты, — подвела итог Никки. — И долго вы планируете... не разговаривать? — осторожно спросила Минами. — Пока не поймут! — решительно заявила Кохаку. — Что именно? — уточнила Рин. — Ну... что они идиоты, — неуверенно предположила Никки. — Думаю, они это и так знают, — фыркнула Минами. — Мне-то без разницы, а вот эту, — она кивнула на Рин, — надо в клетке запереть. Сейчас же первым делом побежит к своему... — Насчёт Сенку, — вдруг перебила её Юдзуриха, и что-то в её голосе заставило всех затаить дыхание. — Тут кое-что серьёзное...***
Камуи нашёл Касеки в его мастерской. Он сел на один из деревянных ящиков, наблюдая, как старик сортирует материалы. — Всё, как ты просил, — он указал на аккуратно сложенные инструменты. — Рюсуй сказал, тебе понадобится для работы на корабле. — Хм? — Камуи приподнял бровь. — Забавно. А мне он сказал, что это ты не справляешься без меня. Касеки на секунду замер, а потом рассмеялся, качая головой: — Этот хитрец... Умеет же он всех расставить по местам, а? Камуи фыркнул. Действительно, Рюсуй знал, как заставить людей делать то, что нужно, даже не говоря напрямую. Взгляд упал на странную конструкцию с лопастями. — А это что? — А! — Касеки просиял, подхватывая устройство. — Это летающая машинка, беспилотник. Смотри, — его пальцы любовно погладили механизм. — Главное в таких штуках - идеальный баланс. Вот здесь, — он указал на центральную ось, — стоит подшипник. Если его неправильно установить, даже на полмиллиметра, вся конструкция пойдёт вразнос. Он бережно повернул пропеллер: — Видишь, как плавно движется? Это потому что между внешним и внутренним кольцом подшипника должен быть идеальный зазор. Не слишком большой — иначе он начнет болтаться. Но и не слишком маленький — тогда он будет клинить. Камуи подался вперед с интересом. — А вот здесь самое интересное, — Касеки указал на центральную часть конструкции. — Центр тяжести должен быть идеально выверен... — он покачал головой. — Знаешь, как в танце - одно неверное движение, и вся гармония нарушается. Его глаза вдруг загорелись, словно его осенило: — Ох! Кстати, о танцах! Я же тебе не рассказывал! Там на острове такие девахи были... — Касеки, — предупреждающе начал Камуи, — давай лучше про машинку. — Нет-нет, ты должен это услышать! — он разошёлся не на шутку. — Такие формы! А как они двигались... — Старик, серьёзно... — И знаешь, что самое удивительное? — Касеки словно не слышал его протестов, его глаза мечтательно затуманились. — Как они купались... — Так, я пойду, — Камуи начал подниматься. — Да подожди ты! — Касеки ухватил его за рукав. — Я ещё не рассказал про то, как они... — Нет! — Камуи попытался высвободиться, но хватка у старика была на удивление крепкой. — Ты только представь: лунная ночь, водопад, и эти прекрасные... — Касеки! — ...изящные... — Тебе сколько лет? — ...грациозные... Камуи наконец вырвался и направился к двери, качая головой. Позади него радостный голос Касеки всё ещё продолжал восторженно описывать прелести островитянок. Уже в дверях он обернулся — старик, забыв про свой беспилотник, размахивал руками, очерчивая в воздухе какие-то подозрительные силуэты и оставлял подробные комментарии. — Касеки, ты вообще себя слышишь? Старик вдруг остановился: — Ну ладно, ладно... Тогда вот тебе задачка посерьёзнее. Присмотрись к Кирисаме. Хорошенькая, да? — Что? — Камуи прищурился. — Ну, — продолжил Касеки, хитро улыбаясь, — она сильная, умная, красивая... — Ты серьёзно? — А что? — не унимался старик. — Вот смотри: стоит себе, грозная такая, всё видит, всё знает. Тебе же такая и нужна, чтоб тебя к земле прижимала... Камуи усмехнулся: — Что у тебя вообще в голове... — Ладно! — махнул рукой Касеки. — Кирисаме не нравится, я тебе в Америке кого найду. — Ты даже не знаешь, где это. Касеки фыркнул, будто его это нисколько не смутило: — Да какая разница! Девки везде девки! Главное, чтоб характер хороший, а то ты ходишь тут, как волк-одиночка. — Мне и так нормально, — отрезал Камуи, снова направляясь к выходу. Но Касеки не унимался: — Нормально, говоришь? Смотри, однажды проснёшься старым, как я, а вокруг ни одной милой девчонки, чтобы тебе бульон подогреть. Камуи вышел и закрыл дверь.***
Сора до ночи сидел на бревне, наблюдая за тренировкой. Он почти не шевелился — только напряженно следил за движениями бойцов, словно пытался найти в них ответ на какой-то важный вопрос. Юкио заметил его хмурый вид ещё в начале вечера, а когда все стали расходиться, он подсел к мальчишке: — А ты знал, — протянул он с усмешкой, — что если так долго сидеть на одном месте, можно и корни пустить. Сора вздрогнул: — А? Нет, я просто... — Прячешься от Рин, — закончил за него Юкио. — Не прячусь, — возмутился Сора, но как-то неубедительно. — Конечно-конечно, — Юкио хмыкнул. — Просто третий час подряд смотришь на нашу тренировку. Сора насупился, но возразить было нечего. Юкио легонько толкнул его плечом: — Эй, она же твоя сестра. Что самое страшное может случиться? — Ты просто не знаешь Рин, — пробурчал Сора. Цукаса осторожно складывал копья, краем уха прислушиваясь к разговору. Наконец его любопытство взяло верх: — А что случилось? — О, — Юкио расплылся в ухмылке. — Он просто случайно пробрался на корабль, случайно уплыл с нами, случайно геройствовал там... А теперь случайно не может найти дорогу к сестре, чтобы получить по шее за всё это. — Она настолько страшная? — Да, — Сора кивнул. — То есть... она не страшная, она... — он замялся, подбирая слова. — Понимаете, она всегда за меня волновалась. А тут я... — он невесело усмехнулся. — Стыдно что ли. Он тяжело вздохнул и продолжил: — Никто не может дать нормальный совет, — Сора запустил пальцы в волосы. — Рюсуй просто смеётся надо мной. А Сенку... Сенку вообще сказал "никто не будет тебя убивать буквально", как будто это должно успокоить и... Сора вдруг вскочил. — Стоп. Сенку же обещал подстраховать меня, — он огляделся. — А где он? — Ушёл куда-то, — пожал плечами Юкио. — Блин, — Сора плюхнулся обратно на бревно. — Так и знал, что он меня кинет. Цукаса вдруг посмотрел на Сору в упор: — Чего именно ты боишься? Сора поёжился под его тяжёлым взглядом. — Увечий? — продолжил Цукаса спокойно. — Могу сейчас побить тебя, чтобы потом не так больно было. В его голосе было что-то такое, от чего Сора не был уверен, шутит он или нет. — Нет... Не увечий... — Цукаса, — вмешался Юкио, — ты бы хоть намекал, когда у тебя сарказм, а когда ты реально предлагаешь кого-то побить. А то парень сейчас в обморок грохнется. — Это была шутка, — невозмутимо пояснил Цукаса и вновь обратился к Соре. — Тогда чего? Сора помолчал, потом тихо признался: — Того, что она расстроена. — А, — Цукаса кивнул. — Значит, ты не боишься её гнева. Ты боишься её боли. Сора опустил голову. Этот тип попал в точку, и от этого стало только хуже. — Тогда каждая минута, что ты здесь сидишь, — Цукаса говорил всё так же спокойно, — делает всё только хуже. — Да почему всё так сложно-то? — простонал Сора. — Раньше было проще: набедокурил, получил подзатыльник — и всё! Юкио сочувственно похлопал его по плечу: — Добро пожаловать во взрослую жизнь. Где нельзя просто получить по шее и забыть. Теперь у нас тут ответственность, — он картинно вздохнул. — И это только начало. Скоро начнут болеть зубы... — Спина, — невозмутимо добавил Цукаса. — Похмелье становится невыносимым... — Приходится самому готовить еду... — Просыпаешься в три ночи и уснуть не можешь... — Без причины, каждый день, в одно и то же время, — уточнил Цукаса. — А ещё налоги! — радостно добавил Юкио. — Хотя нет, этого в каменном мире нет. Повезло тебе. — Ладно, ладно, хватит! — Сора поднялся, отмахиваясь от этого потока "взрослых радостей". — Я понял. Пойду к ней. — Давай. — Удачи.
