Нож и револьвер

Мальчик семи лет сидел на качели и медленно раскачивался туда-обратно. Вокруг ребятня резвилась, бегала и кричала. Кто-то собирался кучками на лавочках и в песочнице и болтал обо всём на свете. Но только Данил сидел на качелях один и ни с кем не общался. –Привет!–поздаровалась с ним девочка и села на соседние качели.–Ты новенький? –Да,–ответил Данил, рассматривая девчонку. У неё были рыжие кудрявые волосы чуть ниже плеч, карие глаза и яркая улыбка на губах, окружённая весёлыми россыпями веснушек. Она поправила своё зелёное платье и легонько оттолкнулась ногами от земли. –Тебя как зовут?–спросила девочка, пытаясь по-сильнее расскачаться. –Данил, а тебя? –Варя. А ты как сюда попал? –У меня родители погибли в самолёте. Варя, раскачившись, спрыгнула с качели, раскинув руки в стороны. –Варя!–крикнула воспитательница.–Сколько раз я тебе говорила, не прыгай с качелей. Сломаешь себе что-то, а мне потом тебя в больницу везти! –Я больше не буду,–беспечно сказала девочка и подошла к Данилу.–В каком ещё самолёте? –Они летели с Москвы. Там самолёт разбился или ещё что-то...–Данил начал ковырять носком сандали песок.–Ну, короче говоря, погибли они. А больше у меня никого и нет. –Ты только не плач,–Варя обняла Данила и продолжила говорить ему на ухо.–У меня тоже родителей нет. Мама умерла, когда я было ещё совсем маленькая, а про папу я ничего не знаю. У меня есть бабушка, но она почему-то не может меня забрать. Я только изредка могу ходить к ней в гости. Вот сейчас на выходные к ней уезжала. А так у меня тоже больше никого нет. –А давай мы будем друг у друга?–тихо прошептал Данил. –Давай. И больше нам никого не надо. –Никого.–Варя отстранилась и широко улыбнулась Данилу, а потом села на вторую качель и долго ещё болтала с ним обо всём на свете. *** Данил шёл по коридору, когда услышал вдалеке чей-то плач. Он повернул налево и около большого окна увидел Варю. –Варя, ты чего? Ты плачешь что-ли?–Данил был удивлён. За год дружбы он никогда не видел девочку грустной. И уж тем более не видел, чтобы она плакала. –Ничего.–пролепетала Варя, не убирая руки от лица. –Тебя кто-то обидел? Ты только скажи кто, я уж ему так покажу! –Никто меня не обижал!–вскрикнула девочка. –Тогда я вообще ничего не понимаю.–Данил сел на подоконник.–Что случилось то? –Олег из параллельного класса сказал, что у меня волосы страшные. И что они вообще как лапша. –И всего то?–протянул Даня. –Что значит всего-то?!–всхлипнула Варя и села рядом на подоконник.–А если он прав? –Ну ты смеёшься? У тебя очень, очень-очень-очень красивые волосы. Они такие мягкие и их весело перебирать. Так они ещё и яркие, рыжие. Я бы тоже себе такие хотел. –Правда? –Конечно.–Данил улыбнулся.–А то у меня какие-то белые, их почти не видно. –Неправда, у тебя они тоже красивые. –А ещё я слышал, что девочки обсуждали твою шевелюру и завидывали. Тоже такие густые хотят. –Врёшь!–сказала Варя, мило улыбнувшись. –Честно-честно. Какое-то время они просто молча сидели и улыбались. Потом Данила будто осенило: –А у тебя есть краска? –Какая краска? –Оранжевая. –Нет. У меня вообще красок нет. Мои кончились, а новые бабушка ещё не купила. У меня блёстки есть. Я ими рисунки украшаю. –Тащи! Варя убежала в рекреацию девочек, а через пять минут вернулась с коробкой блёсток. Данил вытащил из коробки баночку с оранжевыми, открыл и высыпал половину себе на волосы. –Ты что творишь?! –Густыми я их не сделаю, а вот рыжими могу попробовать. Данил почесал волосы, равномерно распределив по ним блёстки, а потом высыпал вторую половину. –Добавь красных,–предложила Варя. Даня взял баночку с красными блёстками и повторил процедуру. –Ну что, теперь я похожу на рыжего? –Ну разве что чуть-чуть,–ответила Варя, заливисто смеясь. Долго ещё эти блёстки не смывались с волос Данила. *** –Эй, Данилка, а чего ты только с этой Морковкой общаешься, больше не с кем? –Отстань, Куграмин, я к тебе не лезу. –Ещё бы ты лез.–мальчик подошёл к парте Данила и скинул пенал.–Ты же слабенький. Данил уже как три года жил в детдоме. С помощью Вари он познакомился со всеми ребятами, но по-настоящему дружил только с ней. Его никто не обижал. До последнего времени. Неделю назад в детдом приехал новый мальчик–Серёжа. Он напоминал колючку: на всё реагировал остро, на любые попытки наладить контакт дерзил, а потом и сам начал лезть с различными высказываниями. И Данилу он почему-то уделял большую часть своего внимания. –Тебе не надоело с этой рыжей везде шататься? Хоть бы с кем-то нормальным общался. –Почему тебя это так волнует? –Переживаю, что сам в морковку превратишься,–Серёжа разлохматил волосы Данила, а потом резко схватился за них и потянул вверх. Данил вскрикнул. В классе больше никого не было, и защищать его было не кому. Он исподлобья обиженно посмотрел на Серёжу. Тот нагло улыбался во весь рот. В этот момент Данил внезапно вспомнил слова Вари, которые она сказала ещё в начале их дружбы, когда кто-то подшучивал над ними:"Даня, запомни, самое главное–не давать никому себя обижать. Если они обидят тебя один раз, то потом обидят и второй, и третий, и четвёртый. Лучше сразу показать, что тебя нельзя обижать. И дать в нос." Вспомнив эти слова и увидев перед собой наглую ухмылку своего обидчика, Данил встал и неумело, но довольно сильно ударил Серёжу. К счастью или к сожалению, в нос он не попал, но попал в скулу. –Ты что делаешь?!–завопил Серёжа и бросился на Данила с кулаками. Посыпались различные удары и толчки. Они сцепились как кошка с собакой: толкали друг друга на парты, пинали, тянули за волосы и кусали. Вскоре на весь этот шум прибежали одноклассники и привели с собой учительницу, которая разняла ребят. Мария Валерьевна была в шоке, что Данил, такой спокойный и добрый мальчик, который за три года ни разу не лез в конфликты, вдруг подрался. Однако сам Данил, оглядев своего оппонента, остался довольным. Серёжа выглядил знатно помятым: волосы стояли дыбом, на руках виднелись укусы, а щека горела алым цветом. Данил самодовольно улыбнулся когда осознал, что вдобавок ко всему он прекрасно себя чувствует. Да, его одежда тоже была мятой, а нога немного саднила, но ему это казалась мелочами. Он надеялся, что после такого Серёжа никогда больше к нему не полезет. Ну, а в противном случае пусть знает, что Данил готов в любой момент повторить. *** Время шло. Данил взрослел, многое менялось, но кое-что оставалось неизменным–дружба с Варей. Им было уже пятнадцать, и их дружба не угасала. Они всегда помогали друг другу, поддерживали, вместе шутили и смеялись, вместе учились, вместе росли. Данил превращался в высокого парня-красавца, а Варя из маленькой милой девочки вырастала в статную, видную барышню. За что Данил и переживал. По детскому дому пошли слухи, что директриса стала промышлять недобрыми делами: за последнее время участились случаи удочерения, причём удочеряли девочек-подростков. Подростков, которых раньше никогда не усыновляли. И всё бы ничего, если бы не случай с Леной Виетниковой. До удочерения она была очень активной девочкой, участвовала в различных мероприятиях, без проблем общалась с одноклассниками и своими подружками. Но потом её взял под опеку какой-то мужчина тридцати пяти–сорока лет. Лена обещала, что будет писать своим друзьям, что они не перестанут общаться. Но как только девочка покинула стены детского дома, с ней никто не мог связаться: она просто стала везде недоступна. После этого удочерили его двух девочек. Одна также, как Лена, пропала со всех радаров, а вторая связь сохранила, но про свою "новую семью" ничего не рассказывала. Прошло полгода–и в детдом вернулась Лена. Вот только всем казалось, что это была не та Лена. Она больше нигде не участвовала, не общалась ни с кем, кроме двух своих подруг, и ничего не рассказывала про свою "семью". Данил нутром чувствовал, что происходит что-то нехорошее и очень боялся за Варю. И, видимо, не зря. –Даня, после урока в парке на нашей лавке, мне надо с тобой серьёзно поговорить,–сказала Аня однажды в столовой на обеде. Данил насторожился. Он не знал, что и думать, но явно не что-то хорошее. После урока Данил вышел в парк и пошёл к любимой лавочке. На ней не ребята очень часто могли сидеть на переменах или вечерами и болтать обо всём на свете. Или же просто молчать, наслаждаясь компанией друг друга. –И что ты хотела обсудить? –Садись.–Варя указала на место возле себя. –Всё настолько серьёзно,–хмыкнул парень, присаживаясь на лавочку.–Неужели у тебя появился парень? –Меня берут под опеку. И тишина. Варя молча разглядывала свои ботинки, пока Данил прожигал её взглядом. Прямо сейчас Варя озвучила его самый главный страх за последнее время. –То есть...как? Кто?–внезапно все членораздельные слова вылетели из головы, а вместо них поселилась тревога за подругу. –Какой-то мужчина,–беспечно ответила Варя, продолжался ковырять землю носком ботинка. Данил взял девушку за плечи и развернул к себе лицом. Взглянув в её глаза, парень пытался найти хотя бы что-то, что могло бы сказать ему о этих словах как о идиотском розыгрыше. Он ждал, когда Варя начнёт заливисто смеяться, скажет, что это – полная чушь, и вообще "видел бы ты своё лицо". Но этого не происходило. В карих глазах читалось какое-то пугающее спокойствие, граничащее с полным равнодушием. Девушка мягко улыбнулась: –Да ладно тебе, не переживай. По виду этот мужик нормальный, не бомж и не пьяница вроде, так что всё со мной будет хорошо. Будем переписываться, а на выходных – гулять. Я же не собираюсь пропадать. –Лена тоже пропадать не собиралась,–зло прошипел Данил, не понимая такого спокойствия.–И как давно ты об этом знаешь? –В первый раз Жиневская сказала дней десять назад. На прошлой неделе я познакомилась с этим мужиком. Через пять дней он меня забирает. –Как оперативно наша Жаба оформила опеку какому-то одинокому мужчине. –Послушай,–мягко сказала Варя, нежно поглаживая рукой плечо Данила.–Я понимаю, о чём ты думаешь. Сама об этом не раз уже подумывала. Но вот только у меня выбора нет. Ты ведь знаешь, здесь с нами никто считаться не будет. Пока нам нет восемнадцати, мы ничего не значим. Меня забирают, но ты то пока останешься здесь. Я тебя очень прошу, не порть себе жизнь. Не надо идти сейчас пытаться что-то изменить. Это ничего не даст, но тебе будет только хуже. Лучше просто переждать до нашего совершеннолетия. –А тебе не приходила в голову мысль, что ты там можешь просто не дожить но своего совершеннолетия?–зло выплюнул Данил, смотря на Варю исподлобья. –Приходила,–тихо ответила Аня после минутного молчания.–Но, опять же, у меня нет выбора. –И что ты предлагаешь делать? –Верить,–Варя немного сжала плечо Данила и заглянула ему в глаза.–Верить и надеяться, что всё будет хорошо. Или хотя бы приемлимо. Может, я ему через три дня уже надоем, и он меня обратно сдаст. Данил молча смотрел, как широко сейчас Варя улыбается и старается внушить веру в хорошее, пряча под этим уже пережитые ночные слёзы, переживания и страх неизвестности. Парень притянул девушки к себе и обнял. Сейчас ей как никогда нужна была его поддержка. От понимания, что ему не под силу что либо изменить, Данилу становилось физически плохо. –Даня, ты меня сейчас задушишь,–пропыхтела Варя куда в грудь парню. –Если он что-то с тобой сделает, я лично его в лесу закопаю. *** –Даня, блять, подвинься, заебал на меня наваливаться. –Сорян. Эй, парень, повтори. И ещё плюс отдельно виски мне. Музыка звенела в ушах, свет мерцал со всех сторон, а позади на танцполе куча людей бессвязно двигались, пытаясь то ли забыться, то ли, наоборот, запомнить эту ночь на всю жизнь. Данил сидел за барной стойкой и вместе со своим одногруппником Родионом заканчивал уже второй поднос шотов. Алкоголь знатно бил в голову, помогая убрать все ненужные мысли. –Вот скажи мне, мы со завтра делать будем...У нас три пары. Нас этот дед по механике сожрёт. –Мне похуй,–ответил Данил между шотами.–Я не пойду завтра. Дойти бы до общаги блять. Бармен поставил перед ним стакан с виски, который Данил мгновенно опорожнил. –У тебя цель в хлам напиться что-ли?–спросил Родион, наблюдая за такой скоростью. –Будь другом, завались, а,–прохрипел Данил, морщась от очередного шота. –Ты в последние разы сильно упиваться стал. –Интересно, почему?–Данил подозвал бармена и попросил принести Апероль. –Я всё понимаю, но тебя так из универа на раз два выпнут. –Тебе не кажется странным идти со мной в бар и читать нравоучения, что я слишком часто хожу в бар? Ответа не последовало, а он никому и не нужен был. Опрокинув очередной шот, Данил почувствовал, как жидкость обжигает горло, поподая в желудок. Учитывая, что он не пил ничего, кроме алкоголя, на следующей день похмелье ещё долго будет ходить вместе с ним за ручку. Благо, что помимо шотов ребята вкушали и нормальную еду. Но больная голова, слабость, сухость во рту и другие не менее прекрасные симптомы похмелья будут потом. А сейчас есть только громкая музыка в ушах, разноцветие перед глазами, кучи людей вокруг, алкоголь в венах и нет ни единой мысли в голове. Это именно то, чего и добивался Данил в последнее время. Все размышления просто сводили его с ума. Сводили настолько, что он решился рассказать всё Родиону–соседу по комнате в общежитии и по совместительству одногруппнику. Он рассказал ему всё, что с ним произошло и даже не надеялся особо на поддержку. Но он её получил. Парни очень быстро сдружились и довольно неплохо общались. И когда Данил написал Родиону, что устал про всё это думать и хочет пойти в бар, тот сразу же согласился, хоть и сказал, что это отнюдь не самая хорошая идея. –Пошли протресёмся, а то у меня денег больше на питьё нет.–Данил встал и пошёл ближе к музыке, в буквальном смысле ныряя в море из людей. Двигаясь максимально развязно–собственно, как и все вокруг,–парень пробивался куда-то вперёд, не имея точной цели. Ему на глаза попалась какая-то симпатичная девушка-брюнетка в короткой юбке и с длинными ногами. Наверняка она тоже была изрядно выпившей, но уж точно не в дрова–на ногах стояла и даже очень пластично двигалась. –Привет,–подходя к ней поближе, поздоровался Данил. Он не знал, что будет делать дольше, но почему-то захотелось с ней познакомиться. –Привет,–ответила девушка. Оглядев парня с головы до ног, она улыбнулась и сказала:–а ты симпатичный. –Спасибо, ты тоже красивая вроде.–Данил говорил это без какого либо смущения. Наоборот, чувствуя даже какую-то гордость, ведь девушка действительно была красивая. Взгляд парня упал на пухлые губы, на который была вишнёвая помада. Не раздумывая слишком долго, он притянул девушку за плечи и поцеловал. Его движения были скомканными и неуверенными, так как целовался он не слишком много–только с одной девочкой из детдома, с которой они встречали полторы недели. Через полминуты он отступил, ведь начал понимать, что ещё чуть-чуть, и он может зайти дальше, а насиловать кого-то явно не входило в его планы. Однако как только Данил отстранился, девушка впилась своими губами в его и продолжила поцелуй. Было видно, что она была немного старше Данила. Да и опыта у неё в этом деле было побольше. Переняв инициативу на себя, девушка со страстью сминала то одну, то другую губу, потихоньку покусывая их и зализывая место укуса. Спустя какой-то время Данил тоже подключился в процесс, обняв одной рукой её за талию, а вторую положив на ягодицы. В один момент Данил осознал, что ему становится недостаточно поцелуев, что он хочет чего-то большего. Девушка отстранилась и спросила: –Не хочешь уединиться? Этот вопрос поставил парня в тупик. До этого у него ещё не было секса и перспектива первого раза с какой-то неизвестной девушкой в туалете клуба не особо радовала. Однако возбуждение, алкоголь и страшное желание не думать ни о чем хотя бы в этуночь взяли верх, и он согласился. Девушка взяла его за руку и потащила в какой-то закуток справа от танцпола. Зайдя в боковую кабинку туалета и закрыв за собой дверь, она кинула свою маленькую сумку на пол и снова втянула его в поцелуй. Данил расстегнул её короткую рубашку и стянул бретели бюстгальтера, оголив пышную грудь. Одной рукой он начал сжимать левую грудь, пока второй приподнял рукой юбку и гладил ягодицы. –Зажми сосок. Данил прижал девушку к стене и начал неумело массировать соски, паралельно целуя её шею. Страсть к незнакомке вытеснила стеснение, и он был готов на всё. Он почувствовал, как в штанах становится тесно и хочется поскорее их снять. Данил выцеловывал шею девушки, оставляя на бледной и нежной коже розоватые следы и постепенно спускаясь ниже. Девушка перебирала его волосы, то немного оттягивая их, то отпуская. Когда её партнёр дошёл до ареолы из неё вырвался сладостный стон, что только ещё больше завело Данила. –Мне продолжить здесь? –Обхвати губами сосок. Данил поцеловал несколько раз сосок на правой груди и, обхватив его губами, начал посасывать. Чутка прикусывал и зализывал кончиком языка и повторял несколько раз, паралельно массируя левый сосок. Из уст девушки лились стоны, а сама она, закатив глаза от наслаждения, откинула голову назад и упёрлась макушкой в стену. Спустя несколько минут она задрала свою юбку и стянула чёрные капроновые колготки вниз вместе с чёрными трусами. Данил, увидев это, быстро стащил одежду до щиколоток, что вызвало у девушки улыбку. –Сними туфлю на одной ноге. Данил выполнил указание, и девушка полностью освободила правую ногу, оставив болтаться бельё и колготки на левой щиколотке. Она снова втянула его в поцелуй и в этот же время ловко растягнула молнию на джинсах парня и стянула их вниз вместе с боксерами. В этот момент Данил почувствовал стеснение и осознал, как далеко они уже зашли, и что останавливаться сейчас идея вообще не очень. С другой стороны, он понимал, что останавливаться и не желает. Вот только страх сделать что-то не так от этого не уходит. Подбодрив себя тем, что до этого момента он вроде как делал всё правильно, Данил опустил свою руку на обнажённые ягодицы девушки и начал их сминать, оставляя маленькие следы-полумесяцы от ногтей. –Подай мою сумку,–прошептала девушка, разорвав поцелуй. Парень судорожно поднял сумку, которая валялась в самом углу, и девушка достала оттуда несколько презервативов и баночку смазки. –Эсочка подойдёт? –Ээээ... ну наверно,–немного смущённо ответил парень. Девушка улыбнулась, положила остальные презервативы обратно в сумку и кинула её на пол. Поставив смазку на сливной бачок унитаза, она быстро вскрыла упаковку, присела на корточки и, сжимая кончик презерватива, раскатала его по длине уже колом стоящего члена Данила. Парень в этот момент был максимально растерян, так как в данный момент скорость девушки значительно превышала скорость работы его мозгов. Через несколько секунд девушка встала, обхватила лицо парня руками и утянула его в очередной поцелуй. Данил снова прижал её к стене и стал тереться своим пенисом об её промежность, задевая головку клитора. Из кабинки туалета доносились сладостные стоны. –Возьми смазку. Данил слегка дрожащими руками открыл банку смазки и щедро распределил её по всей длине полового органа. Девушка подошла ближе к унитазу и закинула ногу на сливной бочок. –Только входи медленно, не надо вдалбливаться как дятел в дерево. Сердце Данила бешено стучало, голова чутка кружилась от возбуждения и алкоголя, а внизу живота чувствовалось приятное натяжение. Головкой пениса он обвёл малые половые губы и медленно начал входить. Погрузив полностью головку, Данил оставил на шее девушки пару засосов. –Я не девственница, можно дальше,–с ухмылкой произнесла девушка. Данил продолжил и вошёл ещё на пару сантиметров. Он старался следить за реакцией его партнёрши и при этом не слишком выдавать своё волнение. Удостоверившись, что девушка вроде как не ощущает сильного дискомфорта, он продвинулся ещё на пару сантиметров. Девушка взяла его за подбородок и страстно поцеловала, по очереди прикусывая его губы. Через несколько секунды, не разрывая поцелуй, она притянула парня к себе, вынуждая войти до конца. Данил простонал прямо в поцелуй. Внутри неё было тесно и горячо. Ему сносило голову от переизбытка всех чувств. Спустя какое-то время Данил начал медленно двигаться. Девушка же стала неспеша стимулировать головку клитора. –Мхм...ааамх..чуть быстрее... Данил слегка ускорился, продолжая оставлять засосы на бледной коже партнёрши. Девушка продолжала круговыми движениями ласкать клитор, надавливая чуть сильнее. Через несколько минут она закатила глаза от удовольствия. Казалось, её сладостные стоны слышал весь клуб. –Ах...мгм...аамамх... Девушка начала работать своими пальчиками ещё быстрее. При очередном толчке она громко застонала, утопая в волне оргазма. Чувствуя, как её влагалище сокращается вокруг его пениса, Данил окончательно сошёл с ума от жара. Сделав последний толчки, он кончил в презерватив, заливаясь стоном. Прижавшись к стене, они обнялись и молча старались восстановить дыхание. Через несколько минут Данил слегка отпрянул и, скользив, вышел из неё. –С почином,–хмыкнула девушка. –Так заметно?–смущённо улыбаясь спросил Данил. –Эту робость не удаётся скрыть никому. Но для первого раза очень даже неплохо. –Спасибо, что ли. Данил снял презерватив, выкинул его в мусорку и надел трусы. –Тебя как звать то, мальчик? –Данил,–ответил парень, застёгивая молнию на джинсах.–И почему это мальчик? –Ну не девочка же,–усмехнулась девушка.–Тебе 18 то хоть есть, или меня посадят? –Не посадят. 18 в июне исполнилось. А тебя как звать? –Лина. Мне 22. –Старушка. –Сам детсадовец. Данил облокотился спиной на противоположную стенку. Находясь в первый в такой ситуации, он не знал, что дальше делать. Наверное, уходить вот так вот не очень хорошо, а с другой стороны, что ещё делать. Лина стояла перед полуголая, когда он уже был полностью одет. –Что это за странный фетиш на засосы и поцелуи в шею? –Ээээ, да не знаю,–протянул Данил, потирая одной рукой предплечье другой.–Просто так вышло. –Но мне понравилось.–уверила Лина. Данил улыбнулся. –Ты красивая. –Спасибо, ты тоже ничего–засмеялась девушка.–Ладно, вали давай, мне ещё одеться надо. –Вот так просто? –А зачем усложнять?–Лина подошла к парню и обвила руками его шею.–Спасибо за неплохой секс. Сказать по правде, ты входишь в мою тройку лидеров клубных партнёров. Эту ночь я запомню. –Приятно слышать. –Поцелуемся на прощание? Данил прильнул к губам девушки, даря ей последний поцелуй. Через три минуты они расстались, и парень вышел из клубного туалета со смешанным чувствами и мыслями:"Значит, всё таки я не так плох. А Лина красивая, я бы даже повторил. Походу виски был лишний. И как щас здесь найти Родиона? Грёбаная механика, кто блять ставит пары с этим дедом в 8 утра" Казалась, он думал и не думал обо всём одновременно. Но самое главное, что он не думал о ней. *** Данил сидел в машине и наблюдал, как уже знакомая ему девушка с большим чемоданом подходит к жёлтой машине. Слишком часто в последнее время он вспоминал какие-то эпизоды своей жизни. Слишком часто задумывался обо всём, что было. Слишком часто задумывался о ней. В данный момент человек, который сломал его жизнь, в прямом смысле находился в руках этой с первого взгляда хрупкой девушки. Данил давно хотел отомстить Жиневской. Он давно ждал подходящего случая. Но сейчас, когда ему подвернулся этот случай, он просто сидел в машине во дворе, прячась за деревом, и смотрел, как кто-то делает за него всю работу. И это он лично позволил ей сделать всё за себя. Данил не знал, правильное ли это решение, но точно знал, что он обязан проконтролировать, какой исход событий ожидает этого человека. Даже после смерти по его мнению она не заслуживала покоя. Водитель жёлтой машины вышел и помог девушке положить чемодан в багажник. Перекинувшись парой фраз, они сели обратно в салон и поехали. Данил подождал пару минут, пока они уезжают со двора, и, глубоко вздохнув, начал следовать за ними.