Frostbitten (Обморожение)

С позиции Шури, 12ое сентября. После того, как Волк отправился на свою терапию, Принцессе оказалось довольно сложно найти, чем бы заняться в то время, пока ее брат не торопился возвращаться в Ваканду. Пара часов пролетела в групповом чате с подростками с базы Мстителей — Шури понятия не имела, как она вообще оказалась в нем, если честно. Судя по словам Харли, она просто была одной из них “духом если не телом”. Они восторгались фотографиями Лауры и Доктора Старка. Куп был почти в экстазе от того, что их крутая мама наконец-то смогла, так сказать, размять свои когти, и Принцесса не могла с этим не согласиться. Если сравнивать миссис Морган сейчас с ее изображениями на фотографиях времен жизни на ферме, та определенно выбралась из своего панциря и теперь цвела и пахла! Когда Питер добавил фотку с обнимашками Доктора Старка и ее брата на крыше, Шури потребовался весь ее самоконтроль, чтобы не начать транслировать ее на телевизорах у идиотов на вилле. Она, правда, не могла до конца решить, может, распечатать ее и повесить в мастерской? Хотя теперь, когда Роджерс был под домашним арестом, шансы на то, что он ее увидит, значительно снизились. Ох, как печалил ее теперь этот домашний арест. Ее, конечно, позабавило, что брат фактически наказал Капитана Америку, это почти перекрыло само приглашение Изгоев в Ваканду. Почти. А учитывая, что Кэп до сих пор даже не попытался извиниться за ложь о случившемся, у Принцессы сложилось ощущение, что тот будет наказан еще очень-очень долго. Ее Волк пытался не слишком радоваться этой ситуации, пребывая в смятении от собственных эмоций. Воспоминания говорили ему одно, но в настоящем времени он чувствовал совершенно иное. Роджерс, кажется, не понимал, что если продолжит вести себя в том же духе, то потеряет своего друга с концами. Капитан продолжал жить иллюзиями, дымкой и обрывками прошлого, и рано или поздно Волк устанет от этого и сдастся. Если бы он приложил хотя бы немного реальных усилий, все могло бы сложиться иначе. Шури старалась не подталкивать Барнса к какому-то решению — он знал ее позицию по отношению к идиотам, но она ясно показала, что не ждет от него согласия с этой позицией, поэтому, даже если он решит стать лучшими друзьями с Вандой, она его только поддержит. Однако, скорее всего, будет приглядывать за Ведьмой — Принцесса ей совершенно не доверяла. Почти подрагивая от нетерпения в своем кресле, она взглянула на бусины, проверяя, когда там уже Т'Чалла доберется до дома. Это она должна была отправиться на заседание сегодня… Но ей не хотелось передвигать сессию с Волком на другое время — его терапевт заявила, что постоянство и стабильность для него жизненно важны. Поэтому она устроила все так, чтобы на встречу поехал брат, и решила прожить все опосредованно через него. И это было ужасно сложно, ведь Т'Чалла уже вечность все возвращался и возвращался домой. Теперь, когда он наконец-то нормально встретился со Старком, она может подумать над тем, чтобы как-нибудь организовать путешествие и для себя. Не в ближайшее время — ей не хотелось бросать ее Волка, когда у того не было даже нормального убежища от идиотов. Может, она смогла бы убедить остальную компанию подростков упасть на хвост Старку, когда он в следующий раз отправится на заседание Совета, и потом поиграться с календарем брата. В конце концов, организовать все на сегодня удалось до смешного легко. Да, она знала, что в Америке начался школьный год, но у гения в знакомых был Маг, который, возможно, смог бы телепортировать его самого, Харли, Питера и Тару на выходные. Лаура тоже могла бы присоединиться с Купером, Лилой и Покусателем — так Тони начал называть Ната, будучи одним из малого количества людей, способных успокоить младенца, когда у того резались зубки. Она пересмотрела видео с их выступления, в этот раз выискивая признаки того, что американец чувствовал себя не так хорошо, как показывал. Принцесса смогла заметить, как в конце он покачнулся в сторону и схватился за трибуну, лишь потому, что внезапно он стал жестикулировать только одной рукой. Однако все это время его улыбка ни разу не дрогнула, и продолжал он говорить таким же сильным голосом. Питер был обеспокоен, но Старк, видимо, прихватил ее брата на обед, поэтому она надеялась, что он был в порядке. Шури знала, что своими переживаниями загоняла себя в угол, и что получить от американца признание по поводу его самочувствия было почти невозможно, если только он, конечно, не потеряет сознание прямо во время видеозвонка… Хотя даже в этом случае, он, скорее всего, будет увиливать. Тони не хотел ее тревожить. Почему-то он не понимал, что вот это постоянное состояние неизвестности раздражало и тревожило, заставляя ее беспокоиться только сильнее. Наконец она получила уведомление, что Т'Чалла вернулся и направлялся к ней, а значит, ей не придется выслеживать его по дворцу. Отлично. Видимо, временами ее брат может вести себя как умный человек. Когда он зашел к ней в мастерскую, на его лице была счастливая улыбка, а в руках он держал четыре пакета с десертами. — Я принес много вкусностей в качестве извинения за опоздание. — Хм, я принимаю твое подношение. А теперь отдай их мне и расскажи, как все прошло! Она зарылась в один из пакетов, вытаскивая разные пироженки и выбирая из них те, которые Питер рекомендовал попробовать первыми. Ребята в чате не так давно начали учить ее итальянскому — они сами, кажется, говорили уже довольно бегло, — и это было хорошим дополнением в ее коллекцию изученных языков. Харли и Тару обучил Доктор Старк несколько лет назад, а Паркер занимался им в школе. Потом миллиардер со своими двумя официальными детьми занялся обучением Паучка, а теперь они еще прихватили Купера с Лилой. В результате из начального намерения Тони передать своим детям дорогой его сердцу язык все развилось в неписаный закон, по которому все дети и подростки базы Мстителей были обязаны знать и говорить на итальянском. Было довольно мило, что и Шури оказалась включена в этот круг. Харли сказал, что с выбором следующего языка они с Питером испробуют что-то совсем уж непонятное, так что должно быть интересно. Текущий метод выбора представлял лотерею — они записывали на кусочках бумаги кучу разных языков, складывали в миску, трясли и выбирали один листочек. Совсем старый метод состоял в метании дротиков в доску для дартса, но от него быстро отказались — все дети вечно попадали в молоко, а у Доктора Старка была слишком хорошая меткость, чтобы его попадания можно было считать случайными. — Полагаю, ты уже посмотрела собрание в новостях? Доктор Старк уничтожил Росса и, насколько я понял, нескольких его прихлебателей. После чего мы на его квинджете отправились в ресторан.Он разработал впечатляющие технологии стелса. — А, ты тоже почувствовал, что его возможности ужасали бы, будь у него доступ к вибраниуму? — Почувствовал бы, дорогая сестра, если бы не был так привычен к тебе. — Приму как комплимент. — Ожидаемо. Ты уже встречалась с его ИИ? — С ПЯТНИЦей или с ЦЕРБЕРом? Я пару раз говорила с ПЯТНИЦей во время наших видеочатов с Доктором Старком. — Я познакомился только с ПЯТНИЦей. Она восхитительная. Все эти годы, что мы пытались получить хотя бы представление о способностях его ИИ, я даже не думал, что они могут чувствовать и как-то эмоционально реагировать. Разговаривать с ней было невероятно, и я кстати тоже ей понравился. — Уву, ты что, флиртовал с ИИ Доктора Старка? Т'Чалла лишь нахмурился в ответ, после чего перехватил вкусняшку, к которой она уже тянулась, прямо у нее из-под носа. Но едва она надулась, исправился и мудро поделился с ней половиной. Шури вытащила свой Старкфон, чтобы отправить Паркеру разложенное перед ней настоящее пиршество из десертов, привезенных ее братом. — Питер написал мне список пирожных, которые стоит попробовать в первую очередь. — Доктор Старк говорил о нем. Я и не знал, что он приютил так много детей. — Они все очень классные. Мы с ним были на видеосозвоне несколько недель назад, когда ему пришлось зачем-то погоняться за Тарой и Лилой, и тогда появились Питер с Харли и пригласили меня в их групповой чат. Они, видимо, подговорили девочек отвлечь Доктора Старка, чтобы поговорить со мной. Паучок прислал фотографию их кухни, на которой он кропотливо разложил все, что Тони привез домой. Принцессе показалось удивительным, что никто ничего не стащил, пока он этим занимался. — Я узнал от одного из помощников Совета по Соглашениям, что он получил свою первую докторскую степень в семнадцать. Он даже показал нам фотографии ИИ, которого разработал тогда. — А, Дубины? Он очаровательный, Харли обожает играть с ним в мячик. Принцесса промотала список фотографий в чате до той, где Питер заснял Харли и Дубину, перебрасывающих друг другу гаечный ключ с работающим на фоне Доктором Старком, и показала ее брату. — Ха, его мастерская выглядит очень оживленно. Он совсем не такой, как я подозревал. И сильно отличается от того, каким был в нашу прошлую встречу, хоть я и… не особо обращал внимание тогда. Шури предпочла ничего на это не отвечать — она бы и думать об этом не хотела, если честно, не хотела вспоминать о причине его отвлеченности и к чему привели те битвы. — Ну, как ты думаешь, в каком он состоянии? — Тяжело сказать. Он использовал обе руки и не показался мне слепым. — Да, я заметила во время наших видеочатов, что он внезапно перестал прятать левую руку. И я могла бы сразу тебе сказать, что он не ослеп! Сколько раз я видела, как он передвигался по своей мастерской — а это, между прочим, как ходить посреди чистого хаоса. — Просто я не был уверен, мне все вспоминалась та фотография из больницы, где его глаза были скрыты за повязками. Когда мы обсуждали детей, Доктор Старк рассказал мне, что Питер участвует в дополнительных проектах с Доктором Чо. Я поискал про нее информацию, и может быть ее исследование синтетической кожи как-то связано с рукой… Принцесса нахмурилась — такими темпами она никогда ничего не узнает. Наверное, она бы могла спросить остальных… но это было как-то неправильно, словно спрашивать новых друзей о том, чем их отец не хотел бы делиться. Это поставило бы их в неловкое положение, так что она просто не поднимала эти темы. — Пару раз он выглядел действительно бледным, но продолжал произносить свою речь, будто прекрасно себя чувствовал. Думаю, я заметил лишь потому, что приглядывался. — Итого, мы все еще практически ничего не знаем. — Есть пара вещей. Он всегда знал, где находились Дора, даже Окойе. Ему было без разницы, как хорошо они скрывались в тенях, он легко их обнаруживал. Хм, да, это было интересно, и эта способность сведет Окойе с ума — та не сможет оставить такой вызов без ответа и будет пытаться стать необнаружимой в его присутствии. — Думаешь, что он как-то был улучшен? Я знаю, что в своей речи он причислил себя к нечеловеческой популяции, но это относилось в основном к интеллекту. — Он определенно был обычным человеком в июле. Я слышал его сердцебиение, и у него была довольно сильная аритмия, которая только ухудшалась из-за стресса. — Сегодня ты тоже ее слышал? — Нет, но могу поклясться, что там был еще какой-то звук. Не было похоже ни на один кардиостимулятор, с которыми я сталкивался, но сомневаюсь, что он пользовался бы чем-то стандартным. Было похоже на источник питания для его костюмов. — Ладно, вот это уже странно. Еще что-нибудь, что намекало бы, что он улучшен? — Ну, в ресторане он съел больше меня. Брови Шури при этих словах взлетели вверх — ее братец мог проглотить действительно огромное количество еды, когда хотел, а после апгрейда до Черной пантеры порции стали только больше. — Вот это определенно любопытно. — Ну, думаю, нам остается лишь гадать. Если только он не решит рассказать нам сам. — Полагаю, да. Это раздражает, но я не собираюсь его как-то принуждать. Кстати, Барнс был в мастерской, когда Доктор Старк начал свою речь! — Хм? Как он отреагировал? — В начале он, вроде бы, испытал облегчение от вида Доктора Старка. Мне кажется, он поглощен чувством вины из-за чего-бы-то-ни-было, что случилось в Сибири. О чем ты до сих пор знаешь больше, чем я, — она смерила Т’Чаллу строгим взглядом, но тот отвел свои глаза в сторону, внезапно сильнее заинтересованный в узорах на полу. — Хм. Ну да. Это… лучше спроси Барнса, если он захочет тебе рассказать об этом. — Мне кажется, что он начинает понимать, что Роджерс с его кучкой неудачников — не самые подходящие люди, чтобы получить достоверную информацию о Докторе Старке. Ему говорили, что Старк был близок с Госсекретарем Россом! Единственный правдивый момент, которым они поделились, был про работу над Соглашениями, но и это прошло через риторику «методов контроля Мстителей». Принцессу повеселило то, как ее брат нахмурился и разразился полной насмешек речью по поводу подобной позиции к их работе. У Капитана Америки действительно был любопытный взгляд на мир. Точнее он был крайне эгоцентричен. — Ожидаемо. Думаю, Роджерс верит, что он со своей командой — единственные нелюди и герои, что когда-либо существовали. Могу поспорить, что они все еще даже не прочитали Соглашения. — Не думаю, что они их вообще открывали. Однако Барнс планирует их прочесть, и хотел, чтобы я держала его в курсе новостей и новых поправок. А еще он проводит активное исследование текущего политического климата и современной эпохи в целом. Роджерс даже не рассказал ему про слив данных ЩИДРы. Думаю, Барнс заинтересован в том, чтобы больше выяснить и о Докторе Старке. — Хорошо, что его интересует современный мир, гораздо лучше, чем безразличие и полное нежелание адаптироваться к новым реалиям, как у Роджерса. Я хотел поспрашивать Доктора Старка про него, но… — Надеюсь, ты сейчас закончишь это предложение чем-то вроде «но не стал, поскольку это была бы крайне неловкая тема для разговора при практически первой встрече»? — Да, я не стал. Но надеюсь когда-нибудь все-таки поговорить о них… или, может быть, с Роудсом? Как вообще Роджерс был лидером команды в течение пяти лет, при этом так мало зная об общении с прессой или… да обо всем, что нужно знать. Ты заметила, что после миссий Мстители буквально разбегаются в разные стороны? — Оставляя Доктора Старка и его компанию проводить зачистку и восстановительные работы. Нет. Я совершенно этого не заметила. Ее бесстрастно-саркастичный ответ вызвал у Т’Чаллы усмешку. — Кстати, Барнс просил меня тебя предупредить. Когда они — а ты знаешь, что это будет «когда», а не «если», — так вот, когда хотя бы один из них наткнется на эти новости, ты сразу об этом узнаешь. — Да уж, они меня в покое не оставят, не так ли. — Ну да, но не из-за Доктора Старка. Как ты считаешь, как тот злобный лучник-коротышка отреагирует на слова Лауры? Он уже ноет из-за того, что ему не разрешают ее «спасти»… Шури почти могла видеть, как Т’Чалла проиграл речь миссис Морган у себя в голове, и как расширились его глаза от осознания. Им придется усилить меры безопасности, чтобы удержать Бартона от непродуманного побега «на спасение», чтобы тот не доставил своими нелепыми затеями неприятности их стране. — О, Баст… Принцесса бы ему посочувствовала, но она все еще была слегка раздражена тем, что он пустил изгоев в их дом. Ее Белый Волк — это одно, но когда остальные последовали за ним как бродячие животные, их следовало еще несколько месяцев назад выпнуть нафиг. С позиции Барнса, 17ое сентября. На сегодняшней сессии с очками сборка данных проходила сложновато, и то, что еще до начала его голова была переполнена вихрем мыслей, совершенно не помогало. Крыльва наконец-то смог кратко пересказать ему произошедшее за вылетевший из памяти отрезок времени, и Барнс не знал, как на эту информацию реагировать. Или как относиться к тому, что Стив пытался заставить Сэма ничего ему не рассказывать. Он был зол на Роджерса. В ярости, если быть точным, и не только из-за тех событий, которые он не помнил. Кэп хотел скрыть от него все, хотя как его друг как раз должен был обо всем рассказать сам. Что вообще за логика такая, что провалы в памяти могли стать для него полезными?! Кто вообще так поступает с другими людьми?! В общем, Сержант был слегка не в себе еще до того, как надел сегодня очки, и то, что с каждым разом они поднимали все более плохие воспоминания, не помогало ему успокоиться. Поначалу, после того, как Шури рассказала ему про ранние версии устройства, он опасался, что могут быть постэффекты вроде головных болей или чего-то подобного, но он чувствовал себя нормально. У него, конечно, проявлялся небольшой эмоциональный откат, но это было от быстрого просмотра столь большого количества воспоминаний сразу, хотя картинки пролетали слишком стремительно перед его глазами, чтобы он успевал вычленить из них многое. Сейчас они работали над особенно тяжелыми кусками, и раз за разом очки показывали то, что происходило в Гидре. И этих воспоминаний было так много, гораздо больше, чем, как считал Барнс, у него сохранилось. Сам он не мог их вытащить из памяти, но они все еще были у него в голове, и для устройства этого было достаточно. Хуже всего было то, что вспышки, что он успевал различить, были ужасны: кровь, боль, смерти и пытки. Все в пределах ожиданий, конечно, кроме дополнительных кошмарных элементов от того, что его воспоминания не были цельными. Люди без лиц, к примеру, немало нервировали. Принцесса сказала, что им придется сделать больше черновых сборов данных, чем она предполагала, поскольку его мозг, похоже, был практически неизвестной территорией, и что внешний подрядчик, Энтони, по всей видимости работал с этой информацией, чтобы написать для Сержанта специализированные алгоритмы. Барнс понятия не имел, кем был этот человек, но он был искренне удивлен его стремлением помочь. С этим неизвестным и всеми усилиями, которые вкладывала в общее дело Шури, его уверенность в успехе терапии и желание продолжать лечение только усиливались. К тому же созданное недавно программное обновление слегка ускорило сегодняшнюю сессию, так что их работа уже шла ему на пользу. Поэтому, независимо от того, насколько странными станут его воспоминания, он продолжит лечение. Пусть Сержант и не встречался лично с одним из своих помощников, но они в него верили, так что он обязательно справится. Корень его проблем заключался в, как это называла Принцесса, подпрограмме Актива, и она не знала, что именно послужило механизмом ее создания — кресло, стиравшее воспоминания, или какие-то другие действия Гидры. Эта часть его разума была больше похожей на компьютерную программу — выскобленной набело, принимавшей в себя команды и возвращавшей заданные на них отклики. Еще Шури сообщила, что некоторые из его воспоминаний были повреждены, так, как повреждаются кинопленки, которые множество раз перезаписывают — через какое-то время они тоже просто прекращают работать. Изображения либо наслаиваются друг на друга, либо перестают записываться вообще. На практике это означало, что некоторые картинки прошлого у него были… странными. Лица, видимо, были первыми, что повреждалось. Смотреть на краткие ролики воспоминаний про людей с отсутствующими лицами, иногда даже растянутыми кошмарным образом было… не очень приятно. Хотя странным образом в этом был смысл — для Актива была не важна внешность окружающих, только миссия. Вообще все другие люди не имели большого значения, в отличие от окрестностей. Некоторые кадры были неимоверно детализированы, и необычно было видеть результат его сверхбдительности в таких воспоминаниях. Принцесса отметила, что это, наверное, ощущалось странно — так смотреть на мир, когда какие-то вещи сливались с фоном, а другие невероятно ярко выпячивались на передний план. Особенно это было заметно в моменты, либо когда Актив контролировал свою сверхбдительность — там, куда она была нацелена, все становилось ярким и четким, — либо когда она глючила, забрасывая важные вещи на такие низкие позиции в списке приоритетов, затуманивая их, что их становилось невозможно заметить. Сержант работал над этим своим качеством с психотерапевтом — по ее словам, у других людей тоже проявлялась похожая сверхбдительность, так что он был не одинок в своем странном восприятии мира. Сегодня он пытался предотвратить приход Стива в его комнаты после терапии. Каждый раз этот навязчивый визит был словно засада и допрос, и все стало только хуже, когда Барнс узнал о планах Крыльвы просветить его о происходившем во время его провала в памяти. Поэтому сейчас он сидел в общей комнате отдыха в одном из кресел. Он передвинул тут слегка мебель, расположив свое кресло так, что теперь сидел спиной к стене, и обе двери и все окна были в поле его зрения. Теперь никто не сможет подсесть к нему рядом или подойти со спины. Уилсон расположился на двухместном диванчике неподалеку — он задрал свои ноги на стол и потихоньку расправлялся с тарелкой ранее приготовленных Барнсом шоколадных кексов. Сэм предложил ему попробовать больше разных хобби, расширить свой опыт, и его терапевт одобрила. Сержант уточнил у него возможные идеи, и сейчас, смотря, как тот уминал его выпечку, задумался, не было ли это хитро замаскированным планом по получению вкусняшек. За последние дни он построил что-то вроде дружбы с Крыльвой, которая основывалась на подколах и, временами, легких добродушных оскорблениях, сдобренных глубокими искренними разговорами о чувствах. Такие отношения казались слегка странноватыми, но они оба были в последнее время не в восторге от Стива, и благодаря этому сблизились. А еще Уилсон читал порекомендованную им книгу, что невероятно воодушевляло Барнса. Второй том в данный момент лежал у него на коленях, а третий на кириллице уже был отложен в комнате. Так как Сэм не мог читать на русском, Сержант нашел для него все пять на английском — библиотека Ваканды была очень обширной, и с этим проблем не возникло. Крылатый тогда слегка напрягся из-за целой стопки книг, внезапно расположившейся перед ним, но казался странно-решительным попробовать их прочесть. Клинт насмехался над ними за спонтанно образовавшийся книжный клуб, но Барнс только пожал плечами. Так что теперь у них раз в день происходили встречи их «книжного клуба», которые обычно состояли из сидения где-нибудь рядом и спокойного чтения или же из активных обсуждений персонажей. А еще это время засчитывалось за «время социализации», так что и Стив не мог жаловаться. — Уф, девчонки, вы что, сегодня решили устроить свой маленький книжный клуб тут? — Отвали, Клинт. Книга реально классная. Уилсон даже не оторвал взгляд от страниц, отмахиваясь от Бартона. Солдат приподнял свою книгу, скрывая за ней усмешку, и глянул на часы, осознавая, почему Лучник, а за ним и Ведьма присоединились к ним в общей комнате. Ванда уселась крайне близко к Клинту, практически наваливаясь на него всем телом. Барнс заметил, что в последнее время она часто так себя вела с Бартоном и Роджерсом, и был рад, что по крайней мере его она оставила в покое — два дня назад, едва вернувшись со своей терапии, он так рявкнул на нее на русском за подобное, что она еще не скоро решится на повторение. Воспоминание об этой ее попытке вызывало у него дрожь отвращения. Та часть его разума, которая поначалу была постоянно зла, а теперь, кажется… как-то изменялась… От нее приходили разные мысли, вопросы… Он все еще старался игнорировать ее, но в такие ситуации это было попросту невозможно. Эта часть практически кричала ему БЕЖАТЬ. В результате он прикрикнул на нее на русском, чтобы она, мать ее, прекратила его трогать, и Ведьма тогда отскочила от него, словно обжегшись. На ее лице промелькнуло странное выражение раздражения, после чего она натянула маску невинной несправедливо обиженной лани, прослезилась и убежала. Абсолютно стоило лекции от Стива. После того раза она больше не пыталась его трогать, однако он замечал, как она бросала на него странные оценивающие взгляды, словно что-то высматривала, но ,как только понимала, что ее заметили, мгновенно отводила глаза. Сержант теперь был совершенно уверен, что ее обычное поведение безобидной дамочки было только маской, и что под ней она была гораздо более расчетливой. Роджерс, естественно, ничего подобного и слышать не желал, все продолжал говорить ему, что Ванда — хороший ребенок, у которого была ужасная жизнь, и что они обязаны защитить ее, загладить вину за проступки Старка, эту ее жизнь разрушившие. Видимо, миллиардер убил ее родителей, но как именно, у него не было ни малейшей идеи, и никто не потрудился это объяснить. А после того, как Барнс выяснил, что она манипулирует Стивом и Клинтом, он начал задумываться о правдоподобности этой информации. Все в Максимофф казалось идеально продуманным, чтобы привлечь на ее сторону таких людей, как Стив. Иногда он задумывался, не тренировали ли ее для этого, ведь ее образ казался слишком идеальным. Насколько он помнил, Гидра частенько так делала — привлекала в основном юных женщин, иногда мужчин, которые выглядели невинно и безобидно, учила их, на какие кнопки нажать, как повлиять, чтобы использовать определенных людей в своих целях. Сержант не знал, была ли Ведьма какой-то соковианской версией этих агентов, или же она была манипуляторшей по своей природе, что помогало ей обеспечить защиту Мстителей? Возможно, он слишком зациклился на этих мыслях. Следующим в комнату зашел Тик-Так и подобрался поближе к их маленькому клубу, устроившись рядом с Крыльвой на его диванчике. Барнс задумался, где пропадал Стив, после чего осознал, что тот, скорее всего, поджидал у дверей его комнат — стучал, не останавливаясь, желая допросить его про сегодняшнюю сессию. Ему правда не хотелось оставаться на киновечер. Да, ему становилось все легче находиться в окружении большого круга людей, но он все равно предпочитал находиться в группах из максимум трех или четырех человек. Сейчас их было уже пять. Однако если он уйдет сейчас, это будет словно приглашением для Роджерса. Если он останется, будет не очень приятно, но он, по крайней мере, может сказать, что остался на киновечер, даже несмотря на перешептывания и оскорбления от Клинта с Вандой. Они ругались даже на Сэма, особенно после того, как их мнения по поводу Лауры разошлись — Крылатый не соглашался, что Старк пытает женщину, или делает что-то настолько же нелепо-злобное, что в моменты споров приходило в голову лучника. — Эй, Барнс, я уже показывал тебе мою малышку? Он покачал головой Скотту в ответ, подложил закладку в свою книгу и засунул ту в сумку, которую теперь везде носил с собой. Она была очень удобной! И плевать, что Бартон говорил по этому поводу. Тик-Так запустил ту штуку, Инстаграмм, которую использовал, кажется, каждый. Сержант не очень понимал, почему — она казалась всего лишь странным собранием фотографий, к которым люди добавляли кучу своеобразных хэштегов. Он как-то полазил по ней сам и обнаружил, что тег #БазаМстителей охватывал множество аккаунтов — как живущих там людей, так и школьников из групповых экскурсий. Наличие последних было, видимо, попыткой очеловечить супергероев для публики (из того, что он нашел в своем исследовании по Соглашениям, инициатива была жизненно необходима). Крыльва переключился на свой планшет, проверяя, кажется, ранее сохраненный в закладки инстаграмовский тег. Барнс поднялся, чтобы взять себе чего-нибудь выпить, и заметил, что Сэм наткнулся на ту самую фотографию, что показывала ему Шури перед просмотром трансляции судьбоносного заседания Совета по Соглашениям. С текущего момента ситуация может пойти одним из двух путей: либо Уилсон глянет на фотографию, и все, либо он захочет выяснить, зачем Старк с Лаурой вырядились и куда собрались после такого долгого уединения от общества, потом найдет видео и захочет его посмотреть. Вообще было довольно удивительно, что это все не всплыло гораздо раньше. В последнее время Крылатый стал крайне заинтересован отслеживанием новостей из Америки, так что шанс на то, что он наткнется на видео заседания сам, был довольно высок. Неясно было только, что он с этими новостями сделает, и сможет ли Сержант оказаться рядом первым, чтобы попытаться и отсрочить неизбежное. Интерес Сэма к Соглашениям не прошел незамеченным и каким-то образом усилил испытываемое Вандой презрение. Хотя из того, что Барнс слышал, она все еще была сильнее раздражена на Клинта за то, что тот заграбастал себе ноутбук для отслеживания своей жены в социальных сетях. Ведьма, кажется, даже не осознавала, что своими словами и действиями подогревала одержимость Лучника. Она обрисовывала иллюзию того, что его жена была захвачена злым драконом Доктором Старком. Из последнего: она предположила, что Лаура изменяла Бартону со Старком, и если таким образом она хотела заставить Клинта прекратить слежку, то это не помогло — с тех пор его вообще редко когда можно было увидеть без ноутбука — он начал таскать его с собой повсюду. Сержант бросил взгляд на экран Крыльвы на обратном пути и мысленно вздохнул — там уже было то самое видео. Брови Уилсона нахмурились в концентрации, пока он читал приложенные к записи комментарии. Барнс открыл рот, собираясь сказать уже что-нибудь, но в этот самый момент в комнату вошел Стив и удивленно уставился на него, будто не веря, что его друг собирался присутствовать на киновечере. Выражение у него на лице было невероятно забавным. Солдат махнул ему рукой, что обычно все остальные… ну, остальные нормальные люди… принимали как знак, что он в данный момент не хотел разговаривать. Его терапевт говорила, что время от времени переходить на невербальные методы коммуникации и не желать произносить ни слова было не худшей вещью на свете, и в таком случае он может использовать язык жестов. Просто иногда становилось тяжело выдавливать из себя что-то связное, и когда он пытался себя заставить, становилось только хуже. Печально, что Роджерс воспринял периоды его молчания как личный вызов, словно если он сможет заставить его говорить в эти моменты, то докажет, что лучше всей команды психического здоровья Ваканды. Команды, которая специализируется на ПТСР. Такое отношение взрывало Барнсу мозг, но он заметил, что Кэп все еще относился к ментальному здоровью так, как было принято в сороковых. Он пытался показать, насколько далеко развилась эта сфера, но тот не желал слушать, уперто придерживаясь принципов из прошлой жизни. Если бы он смог продвинуть взгляды Стива в современность, все, как он подозревал, стало бы гораздо лучше. — Ну, что будем смотреть сегодня? Бак, есть предпочтения? Он вздохнул и покачал головой. На самом деле у него были предпочтения, но Роджерс не знал язык жестов и обижался, когда другие люди начинали переводить его слова. Он еще раз печально качнул головой, гадая, сможет ли когда-нибудь посмотреть рекомендованного ему Шури Властелина Колец. Наверное, стоит попросить ее закачать фильм ему на компьютер или на планшет. С позиции Сэма. Уилсон был удивлен, когда увидел, что Барнс уселся обратно в свое кресло. Все собирались на киновечер, и значит, что скоро объявится Стив, а в последнее время Солдат всегда исчезал за несколько секунд до появления Кэпа. Это буквально превратилось в предупреждающий сигнал для Сэма. Если Стив приближался, Барнс сливался с тенями или, например, выбрасывался в ближайшее окно. В прямом смысле. Уже не раз Сокол замечал, как тот забирался по внешней стене их виллы до своих комнат, и все ради того, чтобы не сталкиваться с Роджерсом. Когда это произошло в первый раз, он подавился кофе, в шоке наблюдая, как чертов Зимний Солдат подмигивает ему через окно второго этажа и потом продолжает восхождение так расслабленно, словно он не взбирается по стене долбанного здания при помощи всего одной руки. В тот момент Уилсон осознал про Барнса то, что никто до этого ни разу не упоминал. Когда тот не пребывал в угрюмом настроении, не прятался и не разорялся целой речью на крайне драматичном (и абсолютно не страшном) русском языке, не восторгался книгами и не расхаживал своей убийственной походкой вокруг… парень был чертовым троллем. Это была приятная разрядка напряженной атмосферы у них дома, и, насколько Сэм видел, только он и Скотт заметили это его качество. Покачав головой, Сокол вернул свое внимание обратно к видео, которое смотрел без звука. К настоящему моменту он посмотрел уже несколько собраний Совета, пытаясь наверстать упущенное, но все еще удручающе не догонял текущие новости. Когда он делал это не в одиночестве, то отключал звук и читал мнения людей о сказанном на заседании. Обычно они расходились широко по всей шкале от поддержки до неодобрения, и Уилсон обнаружил, что политический климат раскололся так же сильно, как и его команда. Их сторонников окрестили Командой Кэпа, а оставшихся — Командой Железного Человека, и люди страстно спорили о произошедших событиях, хотя очевидно не обладали девяносто процентами информации. Но при этом обладали желанием убеждать по телевидению, почему же они были правы. Это было несколько устрашающе. Эта сессия, однако, заставила его задуматься. Сэм признавал, что начал смотреть, потому что Старк, кажется, вышел из своего затворничества. Он думал над тем, чтобы просто уйти с их общего киновечера и посмотреть видео в своей комнате, но это было бы трусостью. И почему именно он всегда приносил плохие вести?! И что хуже всего, тут была Лаура, выглядевшая невероятно счастливой своим текущим положением и воскрешавшая в его памяти тот страх, который вызывала в нем Пеппер Поттс. — Эм, перед фильмом я думаю вам, ребят, стоит посмотреть на это… Барнс сразу же стал жестикулировать в его сторону: “Плохая идея! Плохая идея!!” Что ж, это не предвещало ничего хорошего. А еще открыло ему глаза на то, что их местный Сержант Угрюмость был, видимо, гораздо больше в курсе Соглашений, чем он сам. Любопытно. Однако прежде, чем он смог отступить и отвлечь народ от своих предыдущих слов, Стив уже переключил канал для него, чтобы запустить там видео. А из них у него на планшете была либо запись заседания, либо ролик про собаку, занимающуюся скейтбордингом, который ему не так давно отправил Солдат, и последнее вряд ли подойдет. Так что он пожал плечами Барнсу, который в ответ закрыл лицо ладонью, и запустил на большом телевизоре просматриваемый им до этого файл. — Что это за хрень, Уилсон? — Это запись заседания Совета по Соглашениям. Клинт выглядел скучающим, а Ванда злобно зыркнула на него сверкнувшими красным дымком глазами, после чего отвернулась. — И с какой стати нам будет интересно это смотреть? Ладно, теперь какая-то его часть хотела проиграть запись специально, чтобы позлить Ведьму. — Потому что Стив хотел новостей про Старка, а Бартон — про свою жену. Внезапная оглушающая какофония криков с требованиями информации была довольно забавной. Скотт единственный смотрел запись, а Барнс все еще закрывал лицо ладонью, но выглядел так, словно едва сдерживал смех. Сэм не знал, хорошо или плохо было то, что он не знал, что в действительности произошло на этой записи — он успел посмотреть только, как Старк с Лаурой вошли, да прочел в комментариях, что они вызвали тот еще переполох. Когда Тони драматично открыл двойные двери, это привлекло всеобщее внимание к экрану. И внимание совета тоже, насколько Уилсон заметил. Пусть он все еще не пришел к единому мнению в своих чувствах насчет Старка, он должен был признать, что тот отлично знал, как впечатлить публику. Рядом с ним шла Лаура, и, как и ожидалось, Клинт издал какой-то придушенный звук.

— Привет всем. Слухи о моей гибели, уходе в отставку или о чем там еще могли придумать нового на этой неделе, были дико преувеличены. Надеюсь, я не успел слишком много пропустить?

Ванда изобразила тошноту, Стив уселся на краю своего места, а Клинт был заворожен своей женой, смотря на нее так, словно никогда не видел прежде. Скотт заинтересованно смотрел на экран, а Барнс откинулся на спинку кресла, словно готовясь наблюдать за разворачивающимся хаосом. Краем глаза он наблюдал за экраном, но большая часть его внимания была сконцентрирована на людях, сидящих с ним в одной комнате. Сэм несколько раз видел, как Старк работает с толпой, и это всегда было забавно. И хоть Солдат был явно более заинтересован в реакции окружающих его Изгоев, он все равно продолжал поглядывать на запись.

— К сожалению, я здесь не для того, чтобы сообщать радостные вести. Я стою перед вами, чтобы представить вашему вниманию множественные нарушения Венских Соглашений, представляющих Нелюдей, Улучшенных людей...

Роджерс вмешался, явно раздраженный разговорами Старка о Соглашениях: — Не могу поверить, что он все еще работает с Россом и этими нелепыми Соглашениями. Нас даже там нет, чтобы они могли их против нас использовать. Я надеялся, что они… — Естественно он работает с этим слизняком, ты сам говорил мне, что он скомпрометирован. Старк никогда не признает, что он неправ, и теперь он затянул туда мою жену… Она едва на себя похожа… — Они, наверное, все это время сотрудничали друг с другом. И нарушения? Тюрьма была нарушением, — последнюю часть Ванда почти прошипела, обхватив руками свою шею, вспоминая, видимо, ошейник, который там носила. Все говорили поверх остальных и так громко, что Уилсон едва мог услышать телевизор. Скотт выглядел раздраженным, а Барнс знаками просигнализировал ему “я же говорил”.

— …я счастлив выполнить свой долг в соответствии с Соглашениями и продемонстрировать все это вам как подписавший их участник. И пусть я до сих пор технически на больничном, я посчитал это слишком важным, чтобы ждать дальше.

— С чего это он на больничном, он выглядит нормально? — пробормотал Скотт. Барнс снова что-то ему показывал языком жестов, так что Сэм просто проигнорировал фырканье и натуральную стервозность Ванды. Стив и Клинт погрузились в молчание, но, как он подозревал, по совершенно разным причинам. “Обращай внимание на его руки.” Ну… Это было информативно… и совсем не жутко. Сокол просто кивнул Солдату и сосредоточился на экране.

— У меня накоплены петабайты данных: видео, текстовые и иные требуемые файлы. Буду с вами честен: по всем законам эта информация — моя собственность, поэтому если от всего этого вновь отмахнутся и проигнорируют — я выложу ее в интернет.

Бартон снова фыркнул, теперь выглядя злым, и Сэм вспомнил, насколько разъяренным выглядел Старк по поводу слива данных ГИДРы, хотя он и не понимал причины той его реакции. Стив говорил, что это был единственный выход, и что они все продумали. А миллиардер тогда пропал и игнорировал все попытки с ним связаться, и объявился только несколько недель спустя, совершенно изможденный. Наверное, из-за его недавней операции на сердце. Казалось, словно он не спал все то время и был еще более злым, чем до исчезновения.

— Мы не одобряем угрозы, Доктор Старк.

— Очаровательная Доктор Молден, я и не желаю здесь никому угрожать, но когда вы сами посмотрите видео, то сразу поймете мое рвение. К тому же уже был установлен прецедент после падения ЩИТа, разве не так? Полагаю, что поправка к секции Соглашений, относящейся к подобному разглашению информации, еще не была запланирована.

— Я считал, что вы, Доктор Старк, были против того слива данных.

— Был и до сих пор остаюсь, мистер Давенпорт. Это было безрассудное решение, воплощенное слишком быстро, в результате чего пострадали невинные. Уверяю вас, в данном случае мои действия не будут безрассудными, необдуманными и порожденными отчаянием.

Что?! Кто пострадал? Стив не говорил, что пострадает кто-то кроме агентов Гидры. Роджерс уставился на экран, игнорируя вопросительные взгляды, и Уилсон решил пока отложить эти вопросы, но позже он обязательно разузнает об этом! — Получается, если он так поступает, то это нормально, а если Нат, то он впадает в истерику! В этот раз Скотт и Стив шикнули на Бартона. Тони говорил довольно быстро, и они пропускали большие куски его речи из-за вмешательства Клинта. — Да кого вообще заботит, что он там говорит! Просто Старк стоит и бормочет что-то, он просто наслаждается звуком своего голоса. Сэм задумался, стоило ли ему указать, что такое поведение было совершенно нормальным, если исходить из всех тех просмотренных им разговоров на встречах Совета. Однажды один человек болтал целых полчаса, прежде чем дошел до сути своей речи. Так что Старк просто завлекал людей, заинтересовывая в своей теме.

— Нарушения прав человека никогда не выглядят привлекательно, даже если мы будем говорить про людей, которых некоторые считают недолюдьми. Множество случаев относятся к обычным людям, которые из-за этого человека были вынуждены стать улучшенными, мутировать или против своей воли получить иные изменения в своем теле. Физическая автономия при чтении всего этого начинает восприниматься мимолетной идеей, ведь пока он считал, что может создавать и контролировать свою личную армию сверхлюдей, его не волновало, кто ужасно пострадает — обычный человек, мутант, улучшенный или нечеловек.

— Учитывая, что случилось со мной в Рафте, он себя должен сдавать. — Тихо все. Тема выглядит довольно серьезной и такой, в которую мы должны быть вовлечены. Уилсону показалось, что Барнс закатил глаза на этот приказ. Правда ли он это сделал или нет, но то, что он вообще отреагировал, зная содержание ролика и о ком в нем говорил Старк, было любопытно. Ванда обиженно надулась на Стива, но тот был сильнее сосредоточен на экране.

— …опасности подвергались несовершеннолетние, отказ от самого словосочетания “этические нормы” хоть в чем-нибудь, а в некоторых пунктах и настоящая пытка тех, кого он держал в плену. А тех несчастных, кто смог сбежать, систематически уничтожали, рушили их репутации, угрожали их семьям — использовались любые методы, чтобы заставить жертв оказаться в более удобном для захвата месте. Все это продолжалось годами в разных странах и привело к откровенно говоря ужасающему материальному ущербу. И это мое мнение — мнение человека, год за годом подчищающего за Мстителями, включая Нью-Йорк. Личность же, о которой я расс..

— Что за хрень он имеет в виду про “подчищающего за Мстителями”? — Наверное про раскидывание своих кровавых денег вокруг. — Старк как-то раз мне рассказывал про организованные им благотворительные фонды для помощи людям, пострадавшим в наших стыч… Что? — Сэм запнулся, едва осознал, что на него все пялятся с выражениями от недоумения разной степени силы до ярости. — И что, черт побери, мы должны были делать? Дать пришельцам победить, чтобы избежать материального ущерба? — Стойте-стойте, мне кажется, он говорит про нас…? — Лэнгу удалось ловко пресечь этот потенциальный спор.

— … нелегально, без надлежащих ордеров на задержание, заключил в эту незаконную тюрьму людей и заявил, что делает это от вашего имени.

— Я думал, Старк засунул нас в ту тюрьму? — Да, это был он!

— Я, естестественно, говорю про того самого Тадеуша “Громовержца” Росса.

Визг Ведьмы и произнесение миллиардером имени преступника на экране произошли практически одновременно, и напряжение в комнате резко возросло.

— … статус сбежавших преступников, присвоенный некоторым личностям, и желание Тадеуша задержать их, но в этом желании он, без всякого сомнения, нарушил Соглашения и волю изначальных ста семнадцати, а теперь фантастических ста тридцати девяти стран и еще двух, что уже почти присоединились к нам.

— Это… немалое количество стран. Мне… мне казалось, вся история с Соглашениями относилась только к Америке? Скотт, бедняга, выглядел слегка зеленоватым. Сам Сэм был немного потрясен, узнав, что Старк, по видимому, не имел никакого отношения к их заключению в Рафте… И что их пребывание там было незаконным. Черт побери, насколько изменилось бы их текущее положение, если бы миллиардер вытащил их оттуда, пользуясь легальными методами? Пришлось бы им тогда скрываться в Ваканде? Если б они просто остановились на секунду, а не продолжили тупо реагировать, не зная всей информации…

— …как щит, как защиту и для гражданских, и для героев, как помощь и опору для суперлюдей, нелюдей, улучшенных людей, людей с необычными качествами вроде высокого уровня интеллекта — что, кстати, немалый комплимент, спасибо. А теперь…

Глаза Уилсона расширились от осознания, что Старк только что позволил включить себя в список нелюдей, если пользоваться классификацией Соглашений — это было довольно серьезное решение. — Не может не превратить любое событие в сцену о самовосхвалении. Барнс был не особо впечатлен насмешками Максимофф. Сэм был с ним согласен, но осознавал, что сам, скорее всего, еще недавно присоединился бы к этим насмешкам, в первую очередь из-за того, что чувствовал себя виноватым за отправку гения в Сибирь и раны Стива.

— … чтобы никогда не забывать ошибки прошлого, не покрывать их, не вычеркивать из памяти потерянные жизни, для подотчетности и безопасности. Не для подрыва этих великих идеалов, изложенных на бумаге покойным королем Т’Чакой и подхваченных его сыном. И до тех пор, пока я дышу, я не позволю превратить этот щит в удавку — буду работать, стоя перед вами или же с больничной кровати, но уверяю вас — я не сдамся.

Именно в этот момент Сокол вспомнил о словах Зимнего — и правда, Старк сжимал край трибуны достаточно сильно, чтобы костяшки на его руке побелели. Да и сам он, вроде, слегка побледнел — почти незаметно, Уилсон бы и внимания не обратил, если бы ему не сказали, куда смотреть. Никто другой этого не заметил. Возможно, он был не так здоров, как они предполагали? Как вообще Солдат увидел все эти признаки, если был совершенно не знаком с инженером? Ванда начала успокаивающе поглаживать Клинта по волосам, когда его жена выступила вперед к трибуне. Бартон наклонился ближе к экрану — и его правда хотелось пожалеть, даже несмотря на то, что в последнее время он вытрепал Сэму все нервы.

— Уверена, что никто из вас меня не узнаёт — ну кроме как нового замечательного личного ассистента Доктора Старка, конечно.

— ЧТО?!

— Мой вскоре уже бывший муж…

— Боже мой, этого не может быть, она не может этого сделать! Не пока я нахожусь здесь! А как же дети?!

— … Росс отправил множество тяжеловооруженных оперативных групп на мою ферму — ферму, где я жила с тремя детьми, младшему из которых только недавно исполнился год. Другим на данный момент исполнилось семь и тринадцать. Мои дети не понимали, что происходит, почему какой-то человек отправил тактические группы совершить налет на наш дом.

— Проклятье, я должен был быть там! Клинт вскочил на ноги и начал сердито расхаживать туда-сюда, игнорируя попытки Ванды и Стива его успокоить. Намекающие взгляды, которые сам Уилсон ловил от Роджерса, не помогали общей атмосфере. Похоже, настало время для сорок третьего повтора “я не могу быть психологом для команды, это конфликт интересов”.

— … совершено нападение. Я даже думать не хочу, что бы произошло, если бы не Тони Старк. В то время он тридцать семь часов как вышел из комы, но все равно покинул свою больничную койку, чтобы спасти нас. Не беспокойтесь, сразу после я заставила его туда вернуться.

Хуже быть не может. Барнс посматривал на него с весельем в глазах, и теперь Сэм понимал, почему тот изначально окрестил все это плохой идеей. Он-то думал, что самым страшным в видео будет совместное присутствие Лауры и Старка на экране, откуда ж ему было знать, что Лаура объявит о разводе прямо во время трансляции?!

— … Я и мои дети — обычные люди. Закон не смог защитить нас, но Железный человек справился. Мы — не единственная семья, которую он спас и сохранил, и мы поддерживаем его, как настоящего защитника, против таких преступников, как Тадеуш Росс.

Да. Оказывается, все всегда может стать хуже. Клинт мешком свалился обратно в свое кресло, тупо смотря на экран какое-то время, после чего поднялся и направился на выход, в кои-то веки не прихватив с собой ноутбук. На видео тем временем журналисты и члены Совета взорвались шумом. Ведьма очередной раз зыркнула на Уилсона, словно это все было его виной… Бартон притормозил и обернулся в тот момент, когда Старк снова заговорил, и Сэм внутренне вздрогнул — лучнику открылся хороший вид на то, как его жена обнимала миллиардера.

— Спасибо, что потратили сегодня свое время и выслушали то, что мы были обязаны вам рассказать. Теперь мы вас покидаем с надеждой, что вы сделаете то, что уже кучу времени следовало сделать. И пусть меня не будет рядом, я буду наблюдать.

Клинт вихрем унесся из комнаты, Ванда вскочила и побежала за ним. Скотт беспокойно поглядывал на оставшихся людей, а Стив выглядел совершенно подавленным. Уилсон бросил раздраженный взгляд на Барнса. “Ты мог меня предупредить!” “Я же сказал, что это была плохая идея,” — после этого гаденыш ему ухмыльнулся и тихонько утопал в свои комнаты, так, что Роджерс ничего не заметил. Потрясающе. С позиции Шури, 20е сентября. Шури разбирала последние присланные Доктором Старком данные — инженер написал ей, что отправил небольшое обновление текущего алгоритма, созданного на основе черновых сборов информации с мозга Барнса. Правда, один взгляд на файл сказал ей, что тот был слишком большим для простого патча. В начале она даже подумала, что тот мог случайно трижды отправить ей один и тот же документ в едином архиве, но когда открыла папку у себя на экране, быстро поняла, что именно произошло. Это определенно был не патч. Принцесса нахмурилась. Она все еще не знала многого о произошедшем в Сибири, и ее брат раздражающе умалчивал подробности, но что она знала точно, так это то, что все они покинули то место ранеными, и что Т'Чалла пытался искупить свою вину. А еще Доктор Старк был будто одержим. Однако не зная полностью того, что случилось, она чувствовала, что ее руки были связаны. В любом случае, Шури решила ему позвонить. Вся эта ситуация сводила ее с ума — эти два идиота могли бы отлично поладить, а вещи, которые оттолкнули бы других, для них были бы точкой соприкосновения… Но нет, они же идиоты. Каждый из которых постоянно заявлял, что другой его ненавидит! — Что случилось, Кит-Кат? Внешний вид инженера на экране заставил ее позабыть обо всем, потому что выглядел тот совершенно нелепо. Принцесса, конечно, знала, что среди детей на базе шло постоянное соревнование по поводу того, какими продуктами они могли незаметно измазать его во время завтрака, но обычно к приходу в мастерскую он успевал все очистить… Однако сейчас волосы Старка были белыми от сахарной пудры. — Твои дети сегодня были на общем завтраке? — Даааа… а что? — И ты не посмотрелся в зеркало, прежде чем пойти в мастерскую? — Черт возьми, я же следил, чтобы никто не оказывался рядом со мной с нутеллой в руках! Тони запустил руку в волосы, и вокруг него заклубилось облако сахара, заставляя его отплевываться и кашлять. Выглядело чрезвычайно забавно. Инженер метнулся в уборную, давая ей шанс отсмеяться — и о, как ей был нужен этот шанс, — и заодно отправить короткий ролик “инцидента с пудрой” в групповой чат. Пять минут спустя он вновь показался в камере со слегка влажными волосами. Этой картины было достаточно, чтобы она снова взорвалась смехом. — Давай, смейся надо мной, Принцесса. Но кроме этого, что еще у нас с тобой сегодня на повестке дня? — Наше стандартное счастье интеграции с вашими бинарными системами. — Ах да, эта тема и мне не давала покоя. Последняя пачка файлов хоть как-нибудь помогла? Мне кажется, мы становимся все ближе к эффективно работающему варианту. — Т'Чаллу устраивала и седьмая версия. Учитывая, что сейчас мы на сорок второй, он, знаешь ли, думает, что мы психи. Шури закатила глаза на недоумение своего брата из-за того, что они все работали по этому направлению и, скорее всего, продолжат еще какое-то время. — И при этом до сих пор ни одна из версий не была достаточно быстрой, чтобы мы могли обмениваться закодированными данными МОРГа со скоростью большей, чем обычная бумажная почта. Она просто не могла с этим поспорить. Даже присоединилась к Доктору Старку в его недовольстве и тоже нахмурилась из-за того, что им приходилось пересылать друг другу небольшие пакеты данных вместо того, чтобы устроить общий сервер, где вся информация всегда могла быть доступна для них постоянно, на высокой скорости и одновременно для обоих. Этот проект уже занял кучу времени! Ни один из них не был готов удовлетвориться “нормальной”, или, по мнению ее брата, “отличной” передачей данных. Текущей скорости могло быть достаточно, чтобы удовлетворить большинство людей, но личная сеть инженера была гораздо быстрее, что выливалось в бесячие информационные пробки и натуральные часы наблюдения за тем, как файлы буферизуются. И особенно это касалось файлов МОРГа. — Как у него успехи, кстати? Я знаю, прошло всего восемь дней… Как ты там справляешься? Доктор Старк циркулировал между подходами “не упоминать о существовании Барнса вообще”, что, учитывая, что они работали над МОРГом, было несколько странно, и “задать о нем вопрос и потом сразу же сделать вид, что этого не было”. — Все идет нормально, и я в это время разбираюсь в твоей технике. Как много дисциплин ты изучил, когда создавал эти чертовы очки? Тони лишь сверкнул самодовольной улыбкой на ее вопрос. — Я только недавно закончила разбираться со всеми данными по твоей и Гидровской руке. Мне кажется, наша во всем превосходит их вариант. — Естественно, ведь ее создали мы, а не нацисты, и она не является пыточным устройством. Шури побледнела, после чего метнулась вбок и вывела всю информацию о механизме Гидровского протеза на другой экран. Ее глаза расширились, пока она быстро пробежалась по уже знакомым словам, оценивая их в новом свете. — Я… как я сама этого не увидела?! Могло ли это быть одной из причин, почему Барнс отказывался от новой руки? Неужели он думал, что их устройство будет вызывать такую же сильную боль, как и старое? Теперь Принцесса чувствовала себя ужасно из-за того, что подняла тогда с ним эту тему — ей нужно будет обязательно дать ему знать, что новый протез был совершенно иным. — Я был по горло занят Гидрой после Вашингтона… И теперь постоянно ожидаю от них чего-то подобного, поэтому мне было просто увидеть закономерности. Вечности будет недостаточно, чтобы изгнать из моей головы информацию из их файлов. Она лишь покачала головой, прикусывая ноготь. Эти подробности про Тони она оставит на потом, чтобы пострессовать позже. — Неважно, давай просто… отложим это на потом. Я звоню, потому что вчера вместе с интеграционными кодами ты отправил в два раза больше данных, чем обычно. — А? О, точно, я обновил алгоритм в соответствии со сканами, которые ты прислала. Ничего необычного. Она подозрительно сощурила на него глаза… — Тони… — Ты назвала меня по имени! ДА, и это значит, что я смогу в конце концов заставить Питера прекратить называть меня мистером Старком! — Тони. Ты не просто “обновил” алгоритм. Ты написал три новых! — Пффф, ты так говоришь, словно это сложно. Я все еще чувствую себя виноватым, а это я могу сделать для него с другой стороны планеты и без необходимости с ним встречаться. Идеальное решение. Мир станет безопаснее без этих десяти слов и послушного кубика-убийцы. “Кубика-убийцы”? Шури покачала головой, все равно радуясь, что он казался странным образом заинтересованным в помощи ее Волку. Без него ничего этого бы не было — МОРГ лежал на стыке столь многих сфер разных наук, которые они даже не предполагали объединять в Ваканде. Куча времени бы потребовалась, чтобы она смогла изучить их все до уровня Доктора Старка, а потом и написать весь необходимый код. Плюс, инженер словно научился понимать, как чужой разум взаимодействует с алгоритмами его программ, а она до сих пор не могла этого уловить. У каждого из них были свои силы и слабости, и она знала, что Тони легко мог признать, когда она была лучше него в чем-то. Например, он наконец-то избавился от этих нелепых сегментированных панелей в своих костюмах. Так что и она могла признать, когда он был более знающим в своей сфере. Он смог написать такой код, который ожил, у которого были эмоции, независимые мысли и способность обучаться. — Для меня все это звучит как куча оправданий. Он обнадежен предоставленным ему шансом, но ему приходится туго после сбора данных. Вплоть до… как ты это называешь? До состояния пушистого кролика. — А, это не я назвал. После того, как я нарек МОРГ, ПЯТНИЦа и ЦЕРБЕР решили, что мне требуется помощь в этом деле. — Шеф, первое, что делают люди, когда ты передаешь им МОРГ — смотрят на тебя как на сумасшедшего, а потом мысленно придумывают иное название для озвучивания его пациентам. — Видишь, с чем мне приходится иметь тут дело, Шури? Дерзость и нахальство! Тот факт, что ИИ Доктора Стар… Тони отобрали у него возможность придумывать названия его изобретениям, не стал большим сюрпризом. Шури уже успела заметить, что наименования передаваемых ей пакетов данных стали очень буквальными и временами крайне длинными, так что она подозревала, что за этим стоит ПЯТНИЦА. — Привет, ЦЕРБЕР! Я с тобой еще не общалась! — Он ждал, пока мы закончим интеграцию. Я почти уверен, что они с ПЯТНИЦей вскоре собираются тебя навестить. Принцесса радостно взвизгнула и подскочила на своем стуле, настолько обещанный визит ее обрадовал. Хотя интересно узнать, что подумает брат насчет приглашения в Ваканду двух довольно-таки малоизвестных для них электронных существ. Нууу… он вообще Капитана Спандекс пригласил. Отправленные ранее последние обновления наконец-то прогрузились, и по видео стало ясно, что Доктор Старк открыл их у себя. Она не стала ему мешать, болтая в это время с ПЯТНИЦей и ЦЕРБЕРом. Судя по манере общения, ПЯТНИЦА была явно старшей из них и проще всего вовлекалась в разговор, но и ЦЕРБЕР время от времени добавлял нотку юмора и любопытные идеи в обсуждение. Тони… черт побери, Шури чувствовала себя довольно странно, называя его так даже у себя в голове… вкатился обратно в радиус обзора своей камеры в тот момент их разговора, когда младший из ИИ демонстрировал альтернативные схемы пушек, которые можно создать из праздничных хлопушек, а его сестра настаивала, чтобы те стреляли блестками. — Восемь черновиков — это… слишком много. И можешь стирать все алгоритмы, которые я отправлял, они теперь едва доходят до пятидесяти процентов. А ведь прошлой ночью я добил до восьмидесяти трех. — Я все еще не до конца разобралась, зачем нужна вся эта куча присылаемых тобой методов — была слишком сосредоточена на начальном сборе данных для черновиков. — Семьдесят четыре — магическое число. Нам нужна минимум семидесяти четырех-процентная отметка, иначе разум пациента будет активно бороться в процессе, значительно снижая шансы диссоциации. Лично я сам предпочитаю значение в девяносто пять процентов. — Но если воспоминание все равно будет диссоциировано в финале, то в чем разница этих цифр? — В том, потребуется Барнсу смотреть и проживать то, как его пытают, три раза, или же триста. Ауч! — Лаааадно, я больше не буду шутить над твоей одержимостью программированием. Обещаю. Тем не менее по черновикам — восьмой был последним, больше твоя программа не требовала. Ты не можешь использовать их для дальнейшей настройки? — Возможно, но тебе придется менять закодированный шаблон диссоциации на каждое воспоминание, чтобы выяснить, какой конкретно сработает в каждом случае. И мне придется в деталях объяснить тебе, как каждый из них работает. Идеальный вариант, конечно, если бы у тебя был один единственный, но мне не хватает данных, чтобы его написать. — Что именно тебе нужно? — Следующий уровень закодированной информации. Но прежде тебе придется его проглядеть и очистить от того, что даже потенциально может быть конфиденциальным. На этом уровне такого не должно быть много, но на всякий случай… О, и еще нужно получить разрешение на отправку. Принцесса ясно видела, насколько ему было неуютно — скорее всего из-за того, что Барнс не знал о его участии. Они обсуждали эту ситуацию уже несколько раз, о том, как его желание помочь не сочеталось с вынужденной ложью пациенту… однако Шури быстро поняла, что инженер может практически все что угодно превратить в сеанс самоуничижения. — Мы могли бы просто сказать ему, что это ты разработал очки, и потом он бы сам мог решать, что отправлять. Сейчас ты сам себе все усложняешь. — То, что он не знает, что используемая им техника была создана мной, и так уже достаточно плохо, а информация, что это я пишу ему алгоритм, основываясь на первичных сканах, вообще заставит его сбежать в лес с криками ужаса. Нет, если сказать, то мы запорем его шансы на свободу. Роджерс не позволит продолжить лечение. Так что меньшее, что я могу сделать — убедиться, что не лезу ни в какие личные вещи и все в этом роде. — И все же… — В нашу последнюю встречу я пытался убить его, Шури. Я не горжусь этим — мне стоило пытаться убить одного Роджерса. Так что теперь я пытаюсь загладить свою вину. Этой фразой Старк раскрыл больше информации, чем она получила за все прошедшее время, но все еще что-то не сходилось. Ей нравилось думать, что она более-менее узнала двух этих мягкосердечных, искореженных виной идиотов, и то, что они просто набросились друг на друга? В этом не было смысла. — Но если бы вы поговорили? — Ох, черт возьми, нет. Нет! Нет на пятидесяти разных языках, нет-нет. Я чувствую себя виноватым за попытку убийства, и я сочувствую тому, что с ним случилось… Но, Шури, не думаю, что могу его простить. Я не настолько хороший человек. Ну и он точно не захочет со мной разговаривать после нашей последней встречи, да и я не могу это на него взваливать. — Ты мне когда-нибудь расскажешь, что произошло в том бункере? Я знаю, что вы сражались, знаю, что тебя… бросили там. Но почему, Тони? Думаю, что сумела тебя достаточно хорошо узнать за последние месяцы, и я знаю, что Роджерс изначально сообщил моему брату, но теперь он тоже ведет себя скрытно! Мне кажется, он узнал что-то большее, но, как и ты, не хочет мне говорить. Я словно действую без всей необходимой мне информации, и это меня злит. — Шури, я… — Нет, Тони! Если ты хотел сказать мне какую-то фигню о защите моих нежных чувств, то я приеду в Америку с единственной целью попинать тебя по лодыжкам. Даже несмотря на очки, закрывающие его глаза, Принцесса могла видеть, как множество эмоций сменяются у него на лице. Она уже была готова высказаться по этому поводу, если инженер вновь бы попытался увильнуть, но он лишь тяжело вздохнул, и она поняла, что сейчас услышит правду. Этот момент — за секунду до раскрытия истины — внезапно наполнил ее ужасом. — Он убил мою маму, Шури. Ооо, ее брату конец! Она об этом позаботится! — Тони… — Все нормально, я… в порядке? Я знаю, что это был не по-настоящему он. Это была Гидра. Но я — не очень хороший человек, и люди об этом знают. То, что Роджерс мне не сказал, явно это доказывает… Старк пробормотал последнее предложение себе под нос, и Принцесса сразу же угрожающе прищурилась. Значит, Капитан знал? И “не очень хороший человек”?! Как он вообще к этому пришел? Она явно все еще что-то упускала, но если вспомнить тот абсолютный погром, который устроил ее брат в попытке захватить Барнса, одна небольшая битва в Сибири? Это было гораздо лучше всего того беспорядка, оставшегося после Т'Чаллы, за который он до сих пор расплачивался. Улыбка, которую Тони с трудом выдавил, ее опечалила. Вся эта ситуация была полным хаосом, но он при этом выглядел практически смирившимся… словно ожидал, что его сделают виноватым, и даже был готов взять на себя всю вину, и потом показать, что его такое положение дел устраивало. — Я в порядке. Правда. Просто, я должен это сделать, но не могу… — Все нормально, я понимаю. — Шури, мне надо бежать — изготовление экзоскелета для моего Медвежонка скоро закончится. Позвони, если он согласится отправить новые данные. Я чуть позже планирую поработать над очередной версией интеграции между нами, как раз смогу охватить обе эти задачи сразу. Принцесса невидяще уставилась на экран на несколько минут, прорабатывая в голове, каким же образом она прикончит своего брата. Он ведь знал, должен был знать. Поэтому и вел себя так скрытно. Он должен был ее предупредить! Хоть как-нибудь! Чтобы она могла избежать того, как только что повернулся разговор. Тони не заслуживал большей боли. Из мыслей ее вытащил глубокий голос ЦЕРБЕРа, произносящий слова с приятным шотландским акцентом — Шури была шокирована, что инженер оставил открытый канал, давая ей доступ к его ИИ. — Бана-принце, мы с ПЯТНИЦей считаем, что ты должна кое-что увидеть. Мне кажется, что если ты будешь знать, то это улучшит качество функционирования Шефа. Что ж, это звучало ни разу не зловеще. Прежде, чем Шури успела ответить, самый юный из ИИ отправил ей видеофайл. Она его открыла и, спустя пару секунд недоумения, осознала, на что же именно смотрит. Тони, Роджерс и Барнс со все еще целой левой рукой, стояли и почти дружелюбно болтали друг с другом. Принцесса знала, что произойдет что-то плохое, но не собиралась сейчас отступать. Она успокоила себя тем, что ничто не может быть хуже, чем чтение гидровских файлов. Смотреть на это было больно, но запись оборвалась прежде, чем появилась помощь… — ЦЕРБЕР, ПЯТНИЦА… Как долго? — Мы не знаем. Шеф удалил все детали, связанные со временем, с наших серверов после того, как Джим попытался об этом разузнать. Каким-то образом… Почему-то это знание оказалось даже хуже гидровских файлов. Ей нужно было что-нибудь уничтожить. Или она правда прикончит своего брата.