Сера

      Тема главы: Five Finger Death Punch — Full Circle       За широким коричневым столом, на котором лежало несколько десятков папок и стоял компьютер, сидел мужчина средних лет в военной форме с погонами полковника. Звали его Джек Дерриксон. Когда-то давно он служил вместе с Ником Фьюри, который в данный момент сидел напротив него. Затем Ник ушёл в ЦРУ, а оттуда в Щ.И.Т., после чего пути их разошлись, хотя оба поддерживали общение. И вот сегодня Фьюри лично явился к Дерриксону в штаб, чтобы организовать приём Артанис и Артафиндэ на службу.       — Значит, ты просишь меня взять в свой полк мистера и миссис Эрикссон? Хм. С каких пор ты начал печься об эмигрантах? Пускай даже из Швеции, а не из Мексики или Алжира. Скажи мне, Ник, в чём тут дело? Ты ведь никогда без причины не занимался патронажем над кем-либо, — отложив в сторону папки с биографиями брата и сестры, произнёс офицер.       — Да, Джек, ты прав, — согласился с ним Фьюри. — Просто так я бы этим не занялся. Но ты же знаешь, у меня нюх на хороших ребят. Да и начальство требует их куда-то пристроить. А эти определённо ребята толковые. Для Щ.И.Та – самое то.       — Щ.И.Та? — рассмеялся командир полка рейнджеров и, встав со своего места, подошёл к окну из которого открывался вид на плац, где сейчас занимались солдаты под руководством своих офицеров. — Знаешь, мне и ФБР с АНБ хватает. А если ещё и ЦРУ начинает мне зад полоскать, то у меня начинаются проблемы со сном. Ты знаешь, что я его очень ценю. И теперь мне придётся ломать голову и с двумя агентами твоей конторы, которая вообще непонятно чем занимается. Порой я ловлю себя на мысли, что Щ.И.Т. — это просто пустая трата денег налогоплательщиков.       — Ты опять начинаешь читать мне нотации про то, что я деньги считать не умею? — закатил глаза Фьюри. — Порой, чтобы люди могли спать спокойно, нужно чем-то пожертвовать, и кучка зелёных бумажек — это явно не самая большая жертва.       — В какой момент ты стал философом, Ник? Я думал, тебя эта хрень никогда не занимала, — не отрывая взора от окна, ехидно произнёс Дерриксон. После чего в комнате воцарилась неловкая пауза.       — Давай сейчас не будем обсуждать мои предпочтения в школьных предметах, — отмахнулся Ник, прервав молчание. — Мы вроде как на другую тему ведём разговор, так что вернёмся к ней. После последних событий я нутром чую, что мир ещё столкнётся с серьёзной угрозой. Для этого и нужен Щ.И.Т.       — Ник, возможно, ты не в курсе, но Советский Союз объявил Перестройку. У них проблемы сейчас поважнее, — издевательски напомнил другу Дерриксон, отвернувшись от окна. — Сколько, думаешь, Холодная война ещё продлится? Битвы сейчас ведутся в конгрессах. От кого ты ждёшь угроз? От Дональда Дака, прочитавшего «Майн Кампф»?       — Джек, я не вчера родился. Да, Холодная война уже не на первых полосах New York Times, и Советы в целом особо не бузят. Однако, тебе ли не знать, что постоянных побед не бывает. Это невозможно в принципе. Исчезнет одно зло, и на его месте возникнет новое. Но конгрессменам на это наплевать. Сейчас они управляют нашей страной. Когда-то ею управляли настоящие патриоты. А что сейчас? Глобализация и долбанная Уолл-стрит.       — Да, политиканы из Капитолия никогда здравомыслием не отличались. Тут уж, как говорится, чем бы дитя ни тешилось. Мир стал куда теснее и намного менее загадочен, чем в наше с тобой время.       — Нет, мир всё тот же, — Фьюри покачал головой. — Стало меньше содержимого.       — Эти два твоих шведа, — сменил тему Дерриксон. — Артафиндэ и Артанис Эрикссон. Странные какие-то имена. У них есть гражданство?       — Есть, не переживай, — кивнул Ник. — Эти ребята — самородки, каких поискать. Очень быстро учатся и физически развиты прекрасно. Я ручаюсь за них.       Джек задумался, взвешивая все за и против. То, что Фьюри по старой дружбе просил за Эрикссонов, одновременно и напрягало, и утешало. Если Ник лично за них ручался, то в его конторе явно хотят сделать из близнецов весьма серьёзных и опасных ребят. Однако, порой такие люди нужны миру, и просьбы были оправданны. Наконец Дерриксон решился:       — Хорошо. Я всё устрою. На каком призывном пункте они будут?       — Двенадцать семьдесят семь в Лос-Анджелесе, — ответил ему Фьюри.       — Слушай, — вдруг задумался Джек. — Ты ведь хочешь слепить из них агентов своей конторы? Так, вроде, ты говорил?       — Угу, — кивнул Ник.       — У меня тут идейка возникла, — поведал Дерриксон. — Курс подготовки рейнджеров. Форт-Брэгг и Форт-Беннинг. Там они пройдут полный курс обучения и смогут стать офицерами со специальной подготовкой. Твоему начальству такой расклад понравится?       — Более чем, — отозвался Ник.       — Они должны быть на призывном пункте не позднее двадцать пятого числа, — предупредил Джек.       — Само собой, — кивнул Фьюри. — Спасибо, Джек. Здорово выручил.       — Спасибо, что зашёл, Ник, — ответил ему Дерриксон, после чего друзья обменялись крепкими рукопожатиями.

***

      — Du har stirrat på den här boken i tre timmar. Gör dina ögon fortfarande ont? — на шведском спросил Артафиндэ у сестры, что дословно значило «Ты смотришь на эту книгу уже три часа. Твои глаза ещё не болят?». Эльф так тренировал знание языка. Акцент в его речи уже совершенно не просматривался, и эльфа спокойно можно было назвать носителем языка.       — Ingoldo, sluta droning på. Det är bara en anatomi, — оторвавшись от анатомической энциклопедии, ответила брату Артанис так же на идеальном шведском, назвав сокращением официального имени, чтобы привыкнуть к нему. — Jag måste veta var jag ska skjuta om jag vill döda eller skada.       В переводе это значило: «Инголдо, перестань бубнить. Это просто анатомия. Мне нужно знать, куда стрелять, если я хочу убить или ранить».       — Откуда в тебе столько кровожадности? — спросил у неё брат, уже перейдя на английский.       — Братец, тебе пора понять, что такое «сарказм», — усмехнулась Артанис и вновь погрузилась в книгу.       В этот момент в комнату зашёл Фьюри.       — У меня для вас отличные новости, — оповестил он двоих эльфов.       — Надо же, — протянул Артафиндэ. — Не поделитесь с нами?       — Отчего же не поделюсь? — немного уязвлённо спросил Ник, уже будучи расположенным к брату и сестре почти за три месяца общения. — Я тут поговорил с одним своим старым другом. Его зовут Джек Дерриксон, он командует полком рейнджеров. Это одно из лучших армейских подразделений в стране, да и в мире в общем тоже. Не буду долго рассусоливать, но дело обстоит так. Джек согласился с тем, чтобы вы служили под его началом. Но сначала, естественно, боевая подготовка и офицерские курсы. После прохождения медкомиссии вас переведут в Форт-Беннинг, в штате Джорджия.       — И как скоро нас туда отправляют? — спросила Артанис, отложив книгу.       — Вы должны быть там не позднее двадцать пятого февраля, — ответил Фьюри.       — Через четыре дня? — уточнил Артафиндэ. — А мы успеем?       — Вполне, — успокоил его Ник. — До Северной Каролины лететь четыре с половиной часа. Успеете даже в кино сходить.       — А я всё хотела спросить, да всё никак не получалось, — решила поинтересоваться Артанис. — А что с теми ребятами, с которыми мы в лесу встретились? Я надеюсь, что они смогли вернуться домой. И при этом целыми.       Фьюри усмехнулся и ответил:       — С ними всё хорошо. Подписали с ними договор о неразглашении, чтобы про вас, не дай боже, никому не разболтали, а потом отпустили домой. За ними сейчас следят, чтобы договор не нарушили, а так ребята живут и занимаются своими делами. Вполне обычная практика. Мы защищаем людей, а не наоборот.       — Я это так, чтобы успокоиться, — пояснила эльфийка причину своего беспокойства.       — Можно мы хоть прогуляемся напоследок? — спросил Артафиндэ, щенячьими глазами глядя на Ника. — Хотели дойти до Санта-Моники.       Фьюри, уже не сдерживаясь, рассмеялся.       — Хорошо, — сквозь смех проговорил он. — Будет вам Санта-Моника.

***

      — Всемирно известный пирс Санта-Моники, который всегда был и до сих пор остается объектом любви жителей и гостей города, славится прежде всего тем, что именно на этом месте заканчивается шестьдесят шестое шоссе, пересекающее с востока на запад весь американский континент. Пирс представляет собой две соединённые друг с другом конструкции. Более длинный участок, построенный в девятом году этого века для отвода труб со сточными водами подальше от линии прибоя, с рыболовным магазином и рестораном в конце пристани, в целом похож на большинство пирсов Южной Калифорнии, — зачитал Артафиндэ текст из небольшого буклета, который он взял у молодого парнишки, стоявшего у магазина с морепродуктами.       — Какая интересная брошюрка. Прочитал, — ехидно отметила Артанис, отмахнувшись от назойливой мухи. — Не знаю, чем мух тут кормили, но по размерам прям с ворону.       — Как думаешь, что нас ждёт? — поинтересовался Финн у сестры, мысленно привыкая к сокращению своего имени.       — Не знаю, торонья, не знаю, — эльфийка задумалась. Она не могла предположить, что ждало её и её брата в будущем. Честно говоря, Нисса и не хотела этого знать. Её не прельщала перспектива судорожно что-то менять, чтобы избежать возможных неприятных последствий. Сейчас её это вообще не занимало. Стоя вместе с Артафиндэ на деревянном настиле пирса и облокотившись на перила, она смотрела вместе с братом на закат.       — Закаты здесь просто невероятные, — восхищённо произнесла Артанис. — Как, наверное, и рассветы в Нью-Йорке.       — Мы и туда доберёмся, — тихо произнёс Артафиндэ. — Обязательно.

***

      Наступил день поступления. Артанис и Артафиндэ, собрав немногочисленные, приобретённые за три с небольшим месяца пожитки, отправились на призывной пункт, где сразу после медкомиссии они сели на лавку у кабинета в ожидании распределения. Финн положил сумку на колени и откинул голову назад. Нисса же слегка хлопала большими пальцами рук по ногам, отстукивая произвольный ритм.       Где-то через пару минут к ним подсел крепкий молодой парень с коротким ёжиком чёрных волос и серыми глазами.       — Привет, — подал он голос. — Я слышал, вы тоже к рейнджерам.       — Да, всё верно, — кивнул Артафиндэ.       — Женщины нечасто идут туда, — отметил парень. — Я ни в коем случае не против, но помимо меня там будет ещё не меньше сотни бритоголовых потных мужчин, а это… ну, вы понимаете. Тренировки там суровые. Больше половины по итогу отсеивается. Какими судьбами туда?       — Проверка на прочность, — соврала Артанис. — Хотим проверить себя, на что мы способны. А ты зачем пошёл?       — Хочу сделать что-нибудь значимое для своей страны, — ответил парень. — Я Клинт, кстати. Клинт Бартон.       — Финн Эрикссон, — представился ему Артафиндэ и указал на Артанис. — А это моя сестра.       — Нисса Эрикссон, — представилась эльфийка и, вслед за братом, пожала руку Клинту. — Не расскажешь что-нибудь о себе?       — Ничего особо интересного, — махнул рукой Бартон. — Родился я в Уэверли, в Айове. Вырос в Де-Мойне. В шесть лет потерял родителей. Следующие четыре года провёл в детдоме. Потом оказался в бродячем цирке. Теперь вот пошёл сюда, чтобы быть хоть сколько-нибудь полезным. Не то чтобы я хотел изменить мир. Просто хочу хотя бы попытаться его спасти, чтобы родители смогли воспитывать своих детей, давая им то, что не дали мне.       — Ой. Мне, наверное, не стоило об этом спрашивать, — повинилась Артанис, начав переживать о том, что в первые минуты знакомства уже умудрилась задеть человека за живое.       — Да ничего. Я этого не скрываю, — успокоил её Клинт. — А вы о себе не расскажете?       — Наша история в целом похожа, только бродячего цирка в ней нет, — ответил ему Артафиндэ. — Я и Нисса родом из Гётеборга. Это в Швеции. Мы тоже рано осиротели. Своих предков мы вообще не знаем. Тоже довелось пожить в детдоме, пока здесь, в Штатах, дальние родственники не объявились. Не самые лучшие люди, но, по крайней мере, помогли гражданство получить, однако мы не общаемся. Потом мы отучились в Калифорнийском технологическом, и вот теперь здесь.       — Всегда вместе? — заметил Бартон.       — За Финном надо присматривать. Одного его оставлять чревато проблемами, — ответила Нисса.       — Уж кто бы говорил, — фыркнул Артафиндэ, тряхнув волосами.       — Думаю, втроём нам будет полегче, — предположил Клинт. — Вот только жаль ваши гривы. Они у вас такие классные.       — То есть? — не понял Финн, подняв брови от недоумения. То, что рисовало его воображение, ему совсем не нравилось.       — А вы не в курсе? — удивился уже Бартон.       — Нет, — хором сказали оба эльфа, покачав головами.       — Всех новичков при поступлении на службу лишают званий и обривают наголо. И не важно, женщина ты или мужик, — пояснил Клинт. — Почти как в монастыре. Отказ от прошлой жизни и полная перезагрузка.       Артафиндэ представил себя лысым, а после лысой свою сестру.       — Твою ж мать, — впервые в жизни эльф грязно выругался.       — В эфире наша постоянная рубрика «Час дилетанта», — не удержался от шутки Бартон.       — А без этого никак нельзя? — спросила Артанис.       — Обязательная практика, — пожал плечами Клинт.       — Ну, Фьюри, — прошипел Финн, злясь на Ника за то, что он о стрижке не сказал. — Вот вернусь и скажу ему, что об этом думаю.

***

      Форт-Брэгг. Северная Каролина       Вселенская боль наполняла сердце Артафиндэ, с мокрыми глазами смотревшего на лежащие на полу отрезанные золотистые кудри. Взглянув в зеркало, он увидел свою обритую наголо макушку. Без слёз на это смотреть было невозможно.       — Жалко, наверное, — предположил обривший эльфа парикмахер.       — Сами-то как думаете? — буркнул Финн. — Можно вас кое о чём попросить?       — Если кого-то убить, то вряд ли, — отшутился парикмахер.       — Возьмите эти волосы и сожгите их, — попросил Эрикссон. Ещё в самолёте они с Нисса договорились сжечь сбритые волосы.       — Это какой-то ритуал? — уточнил парикмахер.       — Вроде того, — пожал плечами Артафиндэ. — Своего рода очищение огнём. Полная перекалибровка.       — Надо же, — усмехнулся парикмахер. — Ладно, сделаем.       Вдруг в дверь послышался стук, а затем и голос Клинта:       — Эй, Финн, вылезай. Ну, вылезай уже. Хватит там сиси мять.       Артафиндэ, потупившись, пошёл к двери и открыл её. Уже обритый Бартон, увидев лысого друга, в голос расхохотался.       — Ни фига себе, ты яйцо, — сквозь смех проговорил он. — Прямо Шалтай-Болтай.       — Хватит ржать, — грубо бросил ему Финн. — Вообще не смешно. Я как срячик какой-то.       — Чего разнылся? Отрастут, — всё ещё продолжая смеяться, утешил своего нового друга Клинт и вдруг обратил внимание на его заострённые уши. — А что у тебя с ушами? Я этого раньше не замечал.       — Ты про это? — эльф коснулся пальцами острых кончиков своих ушей. — Да это с детства. У Ниссы тоже такие.       — Что-то она долго, кстати, — сменил тему Бартон, высматривая Артанис. Наконец из-за угла коридора показалась и она, обритая налысо. Клинт, не выдержав, согнулся пополам от смеха, а Артафиндэ закрыл лицо рукой.       — Что, всё так плохо? — робко спросила эльфийка, погладив бритую голову.       — Могло быть и хуже, — сквозь смех проговорил Бартон. — Непривычно немного. Но это ничего. Походишь в шапке полгода, а потом уже нормально.       — Жуть, — прошептал Артафиндэ, прикрыв рот рукой. Артанис закатила глаза и буркнула в сторону брата:       — Иди ты, Финн.

***

      Прибывшие новобранцы, в том числе Финн, Нисса и Клинт, находились в крупном зале. На одной стене висел герб батальона рейнджеров. На другой – американский флаг.       После того как имена рекрутов были занесены в список, в комнату вошёл офицер и поднялся на кафедру.       — Обращаюсь к вновь прибывшим, — окликнул он собравшихся. — Сейчас вы примете присягу. И с того момента, как вы произнесёте её слова, вы должны быть всегда верны своей стране, своему президенту, своим боевым товарищам и командиру, — сделав небольшую паузу, офицер дал указание: — Поднимите правую руку.       Рекруты, включая Бартона и близнецов Эрикссонов, подчинились. Артафиндэ ощущал, как у Клинта бешено билось сердце. Артанис тоже была немного взволнована. Сам же он сохранял ледяное спокойствие.       — Повторяйте за мной, — приказал офицер. — Я, назовите своё имя.       Нисса, вздохнув, произнесла:       — Я, Артанис Ингрид Эрикссон…       В одно время с ней сделал это и её брат:       — Я, Артафиндэ Инголдо Эрикссон…       Вместе с ними назвался и Клинт:       — Я, Клинтон Фрэнсис Бартон…       — Торжественно клянусь, — продолжил офицер, и хором пошёл текст клятвы рейнджеров. Клинт, Нисса и Финн мельком переглянулись, не поворачивая голов. С этого момента их жизнь поделилась на до и после. Артафиндэ и Артанис раз и навсегда для себя приняли решение. С прошлой жизнью покончено. Средиземье слишком много у них отняло. Ещё отдавалась в душе боль от гибели Ангрода и Аэгнора, и брат с сестрой поклялись друг другу жить и сражаться в память о них, пускай и в совершенно другом мире, в совершенно других условиях. Оба эльфа понимали, что обратного пути у них уже не было.