Свет из окна напротив

На дворе стоял июнь. Самый жаркий в стране за последние тридцать лет. От палящего солнца спасались как могли. В цене взлетели кондиционеры. Многие работодатели шли навстречу работникам и разрешали не ходить в офис до конца месяца, ведь уже в начале июля синоптики обещали похолодание. Жители мегаполисов уезжали загород, и самые многолюдные улицы городов заметно пустели. Одним из решивших на время сменить уже приевшийся пейзаж за окном стал и Леви, обстоятельства для которого сложились наилучшим образом: на работе сотрудникам доверяли достаточно, чтобы быть уверенным в том, что они смогут сдавать работы в срок без постоянного надзора со стороны руководителя (заказчиками были мужчина и его бывшая жена, которым настолько понравилось, какой вариант отделки предложил им Леви три года назад для их совместного дома, что они и на этот раз вернулись к нему за дизайном, только теперь уже вместо одного дома для совместного проживания Леви делал дизайн для двух отдельных), и вместо одного месяца, как другим, им выпала возможность провести все три за пределами стен кабинетов; у Фарлана намечался отпуск (только его, в отличие от Леви, от работы в офисе освобождать не собирались), а в городке, где Леви родился и провёл первые восемнадцать лет своей жизни, как раз на всё лето сдавался небольшой, но уютный дом с выходом к озеру и сосновому лесу по на удивление приемлемой цене. — Ты же там вырос? — Да, — Леви кивнул. Фарлан задумчиво промычал. — Если честно, я был там ещё с родителями, когда в школе учился, и меня тогда не впечатлило, но, — он пожал плечами, — если ты хочешь, я не против. Леви поджал губы. Это была его вина. Он до сих пор не привык к тому, что теперь не был один. За все те годы, что он был не в отношениях, он забыл, каково это — ориентироваться не только на свои желания. — Я должен был у тебя спросить, как ты планировал провести свой отпуск… Я не знал, что ты уже был там, и тебе не понравилось. Надо было поинтересоваться. Фарлан вздохнул и уже более весело проговорил: — Ничего страшного. Это всего лишь неделя. Я рад, что ты проведёшь два месяца там, где тебе будет хорошо, хоть я и, если честно, не могу представить, что там можно делать. Но это уже моя проблема, — улыбнулся он, подойдя к Леви ближе и чмокнув его в лоб. Леви кивнул и едва заметно поёжился, но хмуриться не перестал. Прошло уже почти два месяца, а он всё так же чувствовал себя странно каждый раз, когда Фарлан проявлял ласку по отношению к нему. Он старался не придавать этому значения, зная, что, во-первых, почти восемь лет без романтических отношений — это довольно большой срок, а во-вторых — он знал Фарлана уже почти шесть лет, и никто не говорил, что будет легко в одно мгновение перестать быть просто друзьями и стать кем-то ещё. — Но тебе там понравится, — начал он уговаривать скорее себя, чем Фарлана. — Там стало намного лучше за последние пять лет, как сменился мэр. — Не сомневаюсь, — подмигнул ему Фарлан, и Леви заставил себя улыбнуться. — Два месяца отдыха! — присвистнул он. — Будешь купаться в озере, гулять по лесу, работать на веранде. О таком можно только мечтать, да? Леви усмехнулся, отодвинувшись и вернувшись к своему ноутбуку. До отъезда он собирался только отправить пару писем с эскизами для заказчика. В углу его спальни стояли два собранных чемодана и одна сумка. Все вещи были уже почти полностью собраны. Оставалось только упаковать технику и предметы гигиены. Вещи Фарлана уже были у него в машине. — Я бы и сам с радостью уехал до конца августа. Всё лучше, чем париться здесь, — вздохнул он. — Надо было брать отпуск подольше, если бы я только знал, что лето выдастся таким непереносимым. В конце концов, можно было бы и без отпуска просто перевести нас всех на удалённый формат работы, но «проекты же сами себя не сдадут, Фарлан! Как я смогу быть спокойным, если ты не будешь сидеть рядом со мной до посинения! Кто будет подтирать мне сопли, Фарлан, когда заказчик снова вернётся недовольный! А вдруг ты ответишь мне на звонок не через пять, а пятнадцать секунд, Фарлан!», — Леви улыбнулся, по голосу услышав, как Фарлан закатил глаза. — Ну да ладно, — вновь приободрился он. — Я буду тебя навещать. — Каждые выходные? — всё так же улыбаясь, поинтересовался Леви, прекрасно зная, что как только придёт время сдавать проект, Фарлан начнёт работать и по выходным тоже. — Я бы хотел, — вздохнул Фарлан. — По крайней мере, в июне должно получиться. Неделю будем вместе, потом я буду приезжать на выходные, и так и пройдёт месяц. Ты даже не успеешь соскучиться. А вот в июле будет сложнее. — Да, но я бы и здесь тебя не видел в июле… Ты же работать будешь днями и ночами. «А живём мы до сих пор отдельно», но этого Леви уже не стал договаривать, не желая прозвучать укоризненно. Более того, он и сам боялся переходить на новый этап в их отношениях. А вдруг он поймёт, что не может находиться с Фарланом постоянно в одном пространстве? Да, они ездили как-то вместе отдыхать, жили в одном номере полторы недели, и никто не умер, но на тот момент они были друзьями, которые знали, что спустя эти полторы недели они разъедутся по своим квартирам и будут снова видеть друг друга раз в неделю. Фарлан вздохнул. — Я знаю. Я тоже думал об этом. Возможно, это неправильно, что мы уже сейчас… вынуждены будем проводить столько времени порознь, — с едва заметной нервозностью в голосе проговорил Фарлан, — но я думаю, что при желании можно справиться и с этим тоже. Сколько пар вообще годами живут в разных странах, и ничего. Леви промолчал. Экран ноутбука погас, и теперь он видел своё лицо в отражении монитора. Он не заметил, как прошла пара минут, прежде чем Фарлан его окликнул, звуча при этом настороженно: — Леви? Леви покачал головой, словно пытаясь унять рой мыслей в голове, и поднялся из-за стола. — Не переживай, — мягко отозвался он, почти вплотную подойдя к Фарлану. Голову всё равно нужно было слегка поднимать, чтобы заглянуть ему в глаза, но если когда-то ему при таких обстоятельствах приходилось едва ли не сворачивать шею, чтобы просто поговорить с человеком, находясь так близко, то Фарлан был сантиметров на десять-пятнадцать ниже, чем тот, другой человек, о котором Леви теперь вспоминал всё реже и реже. Совсем не вспоминать и не сравнивать не получалось, но дело было не в том, что остались какие-то чувства — их уж точно давно не было. Дело в том, что в жизни Леви было не так много отношений. Леви возился с пуговицей на манжете своей рубашки, держа руку за спиной, и решался. Наконец, когда Фарлан в непонимании нахмурился, Леви приподнялся на носках, зажмурился и поцеловал его в губы, зажав ладонь в кулак. Это был непродолжительный поцелуй, его даже можно было бы назвать невинным, но Леви чувствовал, как Фарлан улыбался.

***

Все пять с половиной часов за рулём провёл Фарлан, который даже не желал слушать Леви с его предложениями поменяться. «Леви, ты снова начнёшь злиться, нервничать и ругаться как сапожник, а потом у тебя до конца дня будет поганое настроение, а я всё ещё надеюсь на экскурсию от тебя». Примерно за полчаса до конца маршрута их пейзаж за окном сменился с полевого на лесной. На часах было четыре часа дня, и солнце продолжало беспощадно палить в окна автомобиля. Сосны и хвоя раскинулись по обе стороны дороги, и им не было конца. Леви ностальгически принялся рассматривать едва ли не каждый поворот, зная, к чему он ведёт. Если он повернут направо, они выйдут к озеру — самому красивому озеру из всех, что Леви когда-либо видел, в окружении сосен и песков. Если выехать на поляну слева, там будет пастбище, а рядом с пастбищем — конюшня. Школа и дом, в котором Леви рос, расположены в пятнадцати минутах ходьбы от того дома, что он снял на июнь и июль. Поначалу он даже не был уверен, что решение провести здесь время было правильным — слишком много воспоминаний связывали его с этими местами. Однако, сейчас, наблюдая за тем, как за окном проносятся знакомые виды, он точно знал, что находился именно там, где должен быть.

***

Дом совершенно ничем не отличался от того, что Леви видел на фотографиях в интернете. Это был небольшой, окруженный соснами, с большими окнами наверху двухэтажный дом из бруса в конце улицы. Сосны были и на самом участке тоже, а позади него было озеро. На первом этаже дома располагалась уютная мансарда с креслами, столиком и цветами в больших горшках. По приезде их уже ждала владелица дома, представившаяся по переписке как Ханджи. Ханджи была молодой, стройной женщиной лет тридцати с тёмными волосами, в очках и с огромной улыбкой на губах. Она представилась и представила своего мужа, присутствие которого Леви сначала не заметил. Моблит, муж Ханджи, на первый взгляд казался полной противоположностью своей жены. Он был задумчивым, немногословным, и в его действиях тут и там прослеживалась нервозность, но мужчина казался дружелюбным и любящим жену. Фарлан загнал машину в гараж. — Вы, наверное, устали с дороги, мы вас не будем удручать разговорами, — мягко произнёс Моблит. Фарлан улыбнулся. Леви кивнул, принимаясь оглядываться по сторонам, как только они переступили порог дома. Леви скривился, когда увидел, как Моблит разулся, а Ханджи прошла вглубь дома в обуви. И всё же, полы казались чистыми, а все поверхности протёртыми от поли. На первом этаже располагалась кухня-гостиная и кабинет, на втором этаже — две спальни. — У вас здесь миленько, мне нравится, — удовлетворённо пробормотал Фарлан, разглядывая всё вокруг. Леви подошёл к окну в гостиной, из которого открывался вид на озеро. Вид был настолько красив, что у Леви непроизвольно открылся рот. Деревья колыхались на ветру, а в воде отражалось яркое солнце. Из открытой форточки доносилось пение птиц. — Спасибо! Этот дом принадлежит моему отцу, он очень любит это место! Строил для себя, но несколько лет назад он познакомился с женщиной из Испании, улетел туда в отпуск на пару недель и остался насовсем! — радостно отозвалась Ханджи. Леви вернулся к Фарлану, Ханджи и Моблиту. — Как тебе? — спросила его Ханджи. — Красиво, — заключил Леви. — А магазин на углу всё ещё работает? «У лесника»? — «У лесника»? — задумчиво спросила его Ханджи. Леви кивнул. — Боюсь, что нет. Пару лет назад сюда пришла торговая сеть из города, и многие мелкие магазины закрылись, — пожала плечами Ханджи. Леви с грустью поджал губы. «У лесника» был отдушиной мистера Магнолия, дедушки Изабель, девочки, с которой он дружил в старших классах школы, с которой особенно сильно сблизился после того, как перестал получать сообщения из города. — Но в десяти минутах ходьбы отсюда теперь есть супермаркет, я вам покажу, как до него добраться. Там есть всё необходимое. — Спасибо, — сказал Фарлан. — Я там видел лодку у гаража. Мы сможем ею пользоваться? Если что, мы будем готовы доплатить. — Нет-нет! Никаких денег больше не нужно. Пользуйтесь на здоровье. Фарлан засиял. — А что-то здесь ещё есть рядом, кроме магазина? — Здесь недалеко есть конный клуб, там можно взять лошадь напрокат. Есть два кафе, художественный и книжный магазин недалеко от супермаркета. Рынок, но туда нужно ехать. В прошлом году в центре открыли кинотеатр. — Брови Леви приподнялись. Об этом он не слышал. — Прекрасная природа вокруг, — Леви знал, что Фарлану эта часть была не так интересна, но он был благодарен ему за то, что Фарлан этого не показывал. — Вы обязательно найдете, чем себя занять эти два месяца. От воды и леса веет прохлада, так что здесь сейчас намного приятнее находиться, чем в городе. — Леви, конечно, найдёт. Ему не привыкать. А я здесь только на неделю. — Ты был уже здесь, правда, Леви? — спросила его Ханджи. — Я здесь родился, — Леви кивнул. Брови Ханджи взлетели вверх. — Вот это да! У тебя не здесь родители? Уголки губ Леви опустились. — Нет. Больше нет. Ханджи, вероятно, всё поняла лишь по его выражению лица. — Сожалею, — мягко отозвалась она. — Я впервые приехала сюда три года назад и влюбилась в это место. Местные рассказывают, что до того, как сменилась власть, здесь была практически дикая природа, а сейчас прямо туристический городок. Ещё немного, люди в городе узнают, как здесь прекрасно, и цены на недвижимость взлетят до небес. Говорят, что многие из тех, кто уехал отсюда, возвращаются обратно. Мы уже даже успели познакомиться с двумя такими семьями. — Правда? — удивлённо уточнил Леви. — Да-да! Кто-то выкупает дома и приезжает сюда только на лето… Кстати! Мы же хотели пригласить вас к нам завтра на обед! Обязательно приходите! Мы познакомим вас с хорошими ребятами. Кто-то из них жил здесь раньше, кто-то, как и я, узнал о нём не так давно. Сейчас здесь много кто находится. Мы познакомим вас со всеми, и тебе не придётся скучать здесь ни дня, Леви! — весело заключила Ханджи. Леви неуверенно пожал плечами. Ханджи нравилась ему, Моблит тоже, но он не был любителем сборищ, тем более, учитывая, что там будут совершенно незнакомые для него люди. При этом он знал, что Фарлан любит общение, и если он не хотел, чтобы его парень умер от безделия в ближайшую неделю… — Конечно, мы придём. Это даже не обсуждается, — улыбаясь, заявил Фарлан. Ханджи улыбнулась ему в ответ.

***

Вечером все чемоданы и сумки были разобраны. Фарлан съездил в супермаркет, вместе с Леви они приготовили ужин на скорую руку, и Фарлан налил им два бокала вина. Вместо того, чтобы устроиться на кухне в доме, они перешли на мансарду. От озера веяло прохладой. Было безветренно. Мансарду освещало пурпурно-красное зарево заката. — Спать сегодня будем как убитые, — озвучил свой вердикт Фарлан с лёгкой улыбкой, откинувшись на кованую спинку кресла и прикрыв глаза. Леви утвердительно промычал, чувствуя, каким учащённым становится его дыхание. Его пальцы постукивали по колену. Весь вечер ему хотелось, чтобы ночь не наступала как можно дольше. — Можем как-нибудь на днях взять лодку, — сказал Фарлан, не открывая глаз. Леви поражался спокойствию Фарлана. Эта ночь будет первой проведённой вместе с того момента, как они стали встречаться, и Леви не знал, куда себя деть. В голове то и дело крутилось «А что, если Фарлан захочет чего-то большего? Два месяца отношений — это срок, после которого большинство людей уже переходят к новому этапу, не так ли? А как это происходит у тех, кто до этого годами дружил?» Леви весь вечер то и дело бросало то в жар, то в холод. После первого бокала вина он потянулся за вторым, после второго — за третьим, но в последний момент передумал, когда заметил на себе внимательный взгляд Фарлана. Леви сглотнул и опустил взгляд вниз, принявшись разглядывать свои пальцы на руках. — Тебе нужно было расслабиться, Леви, но, может быть, третий будет лишним? — с заботой в голосе спросил его Фарлан. «Тебе нужно было расслабиться». У Леви в горле застрял ком. Он неуверенно пожал плечами. — Знаешь, что я думаю? Нам пора в кровать, — Фарлан ладонью прикрывал зевок. Солнце окончательно поглотила ночная тьма. До ушей доносилось пение сверчков. Леви продолжал разглядывать свои пальцы. Два бокала вина, как бы он ни надеялся, достаточно быстро не подействовали. — Ты иди первый в душ, — сказал он Фарлану, прочистив горло. — Я здесь уберу и тоже поднимусь. — Тебе точно не нужна будет помощь? Леви покачал головой. Фарлан кивнул и наклонился к нему, обхватив ладонью коленку Леви. Коротко поцеловав его в губы, Фарлан удалился. Леви мыл посуду как в тумане. Несколько раз проверил, все ли двери закрыты. Протёр пол на кухне. Вода в душе, как назло, продолжала литься. Может быть, Фарлан так устал, что не дождётся его и уснёт? Леви ходил кругами по гостиной. Наконец, когда вода в душе наверху стихла, он замер на месте у окна, того самого, вид из которого открывался на озеро. На противоположном берегу находился одинокий дом в несколько раз больше того, в котором был сам Леви. Во всех окнах на первом этаже горел свет. Забор был, но он был небольшим, и благодаря этому Леви удалось разглядеть всю территорию участка: перед домом был пирс, рядом с ним — парочка причаливших лодок. Дом был из тёмного материала, с односкатной крышей, панорамными окнами на первом и втором этаже. Он будто бы весь был сделан из стекла. Леви когда-то давно мечтал о доме с большим количеством света и солнца. Конечно, мечтать о доме такого размаха он не мог. Леви не сразу заметил человека на слабо освещенном пирсе. Разглядеть лицо у него бы не вышло, было далеко, но было очевидно, что это был мужчина на вид под метр восемьдесят-девяносто, хорошо слаженный, с широкими плечами. На нём были белые штаны, белая футболка и повязанная вокруг плеч толстовка. Или это был джемпер. Судя по всему, он разговаривал с кем-то по телефону. В какой-то момент у его ног что-то образовалось — Леви прищурился — собака. Мужчина опустился перед нею на корточки и протянул к ней руку. Пёс радостно забегал вокруг него. Леви вздохнул и наконец отошёл от окна. Оттягивать неизбежное больше не было смысла. Леви был кем угодно, но не трусом. К тому же, в крайнем случае, он просто может сказать, что выпил слишком много. Ноги поддавались с трудом, но он всё же заставил себя подняться наверх. Фарлан был в кровати с книгой и включенной лампой на тумбочке. Он окинул Леви коротким взглядом и улыбнулся. — Я в душ, — хриплым голосом произнёс Леви, собрал вещи и скрылся в ванной комнате, убеждая самого себя в том, что он не сбегает. Пока он стоял в ванной с включенным краном и смотрел на себя в отражении, ему вдруг стало как никогда обидно и за себя, и за Фарлана. Он чувствовал себя бесконечно жалким и винил себя в том, что так просто согласился тогда, испугался, что потеряет друга, если откажется. К тому же, ему правда давно не было ни с кем так комфортно, как с Фарланом. Он думал, будет легче. Сейчас же на кону стояли не только их отношения в том виде, в каком они были сейчас, но и почти шесть лет дружбы. В жизни Леви не было никого ближе, чем Фарлан. Фарлан, по сути, был одним из немногих людей, которые принимали его таким, каким он был. Фарлан любил его. Может, всё ещё только по-дружески, но любил по-настоящему. Заботился о нём. Леви на заметил, как начал трястись его подбородок. Только этого ещё не хватало. Подняв лицо к потолку, он заставил себя успокоиться. Что было такого в том, чтобы переспать с Фарланом? Ничего такого в этом не было. Большинство людей были бы счастливы это сделать и не стояли бы и не тряслись в душе. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов уже в кабине, он открыл воду и повернул кран так, что теперь его лицо и тело обдавала приятная прохлада из лейки душа. Перед тем, как вернуться в спальню, он в последний раз покосился на пижаму, которую зачем-то взял с собой. Летом дома он всегда спал в боксерах. Покачав головой, Леви засунул пижаму обратно в сумку со своими вещами для сна и подошёл к двери. Он глубоко вздохнул последний раз, прежде чем повернуть ручку. В комнате было так темно и тихо, что на секунду Леви даже показалось, что в такой тишине было невозможно не слышать его учащенно бьющегося, словно участвующего в марафоне, сердца. Фарлан не спал, но и книжка теперь лежала на тумбочке рядом, а прикроватный светильник был выключен. На ватных ногах, чувствуя на себе внимательный взгляд Фарлана, Леви подошёл к оставшейся свободной стороне кровати — той, что ближе к двери, а он предпочитал спать у стены. Леви отодвинул край своей второй простыни — накрываться они планировали именно простынями, для одеял было слишком жарко, и слишком быстро, на его взгляд, забрался на кровать. Отодвинулся на самый дальний край, раскинув руки в стороны, словно так ему было наиболее комфортно спать. Сразу же закрыл глаза. Фарлан рядом какое-то время молча наблюдал за цирком перед ним — Леви не видел это, но даже с прикрытыми веками чувствовал. Наконец, Фарлан подвинулся к нему ближе и накрыл своей рукой сжатой в кулак ладони Леви. Сердце Леви вновь пропустило удар. — Расслабься, — прошептал Фарлан, аккуратно, но настойчиво загребая его тело руками и подвигая к своему. Леви оторопел, перестав дышать. Спиной он чувствовал тепло груди Фарлана. Чувствовал, как она вздымается. Как упирался ему в ягодицы пах Фарлана. Он слышал своё дыхание и боялся пошевелиться. Считал секунды, чтобы угомонить пульс. Спустя несколько минут, которые тянулись целую вечность, Леви услышал, как Фарлан засопел. Леви выдохнул. Каким же он был дураком. Из-за витающего в воздухе напряжения (или оно было ощутимо только для него) он совсем забыл, что Фарлан, конечно же, в первую очередь был его другом. Лучшим другом. Он никогда бы не стал принуждать его к тому, что сам Леви делать не хотел. Фарлан, скорее всего, видел, что Леви всё ещё был не готов ко многим вещам. Особенно учитывая то, как долго он не был в отношениях. И если Леви что-то знал наверняка, то это то, что после этой ночи он сделает всё возможное, чтобы у них с Фарланом получилось. Леви наощупь нашёл ладонь Фарлана и обхватил её своею у себя на животе. Он уснул сразу после того, как выровнялось его дыхание.