Свет из окна напротив

— Под настроение, — с загадочной улыбкой на губах сказала Нанаба, кивая в сторону Эрвина. Леви понял, о чём речь, лишь в тот момент, когда из динамика в саду ненавязчиво заиграла песня, текст которой призывал целовать незнакомцев, пока не найдёшь человека, с которым у тебя появится связь [1]. Он закатил глаза. Небо было усыпано звёздами. Над столом и на арке в саду были развешаны гирлянды. Ночной летний воздух становился всё прохладнее. Ханджи жалась к рассказывающему что-то Моблиту, Нанаба обхватывала Майка обеими руками за талию. Эрвин и Тим стояли чуть поодаль ото всех и что-то обсуждали. Леви казалось, что Тим оказывался всё ближе к Эрвину каждый раз, когда он оборачивался на них. Смех у Тима был слишком громкий для буднего вечера, перетекающего в ночь. Леви то и дело косился на них, поджав губы. — Я так люблю такие вечера, — с блаженной улыбкой на губах сказала Нанаба. Майк закинул руку на её плечо и поцеловал в висок. — Ещё бы завтра никуда не ходить… Я думала позвать вас на выходные, но мы с Майком уезжаем в пятницу на три дня к моим родителям… Спустя ещё какое-то время Леви уже перестал улавливать нить разговора. Становилось холодно. Он обхватил себя руками. Слышалось пение сверчков. Позади заливисто рассмеялись. Леви обернулся в очередной раз, проигнорировав заинтересованный взгляд Ханджи на себе. Тим хохотал, едва ли не согнувшись пополам. Эрвин, стоя перед ним, опирался спиной на ограждение и улыбался уголками губ, глядя на своего собеседника. «В мире нет совершенно ничего смешного настолько, чтобы так изогнуться», с горечью подумал Леви. Он и сам не понимал, чего он так взъелся на этого «Тимми». И с Эрвином он решил взаимодействовать… нормально. Без фанатизма, конечно, но и чтобы никому понятно не было, что между ними когда-то было что-то. В горле стоял комок. Леви продолжал прожигать взглядом этого Тимми, пока вдруг с его взглядом не встретился другой. Леви почти дёрнулся. Сглотнув, он всё-таки с места не сдвинулся и взгляд не отвёл. Улыбка на лице Эрвина поблекла, и теперь он смотрел на него со всей серьёзностью в голубых глаза, что в свете искусственного освещения отливали золотым. Светлые волосы выглядели необычайно мягкими, кожа — загорелой и бархатистой. От него всего исходило какое-то золотистое свечение, и Леви не мог заставить себя отвернуться. Словно загипнотизированный, он следил за тем, как летний ночной ветер играл с волосами Эрвина; как заблестели его розовые губы после того, как он коротко провёл по ним языком, не сводя глаз с Леви. Леви прочистил горло, почувствовав, как отчего-то загорелись щёки, и отвернулся лишь в тот момент, когда Тим, растерявшись, обернулся, уставившись на него с вопросом во взгляде карих глаз. Глаза у него были тёплые, и этим он напомнил Леви человека, про которого он не думал уже много лет. Мери с лентой в каштановых волосах, глазами цвета мёда, неизменной улыбкой на губах. То, как она то и дело заглядывала Эрвину в глаза, хлопая длинными ресницами; какой мудрой она казалась Леви в свои шестнадцать, когда то и дело молча несчастно вздыхала и обхватывала свои худые плечи руками, подрагивая от холода; как льнула к Эрвину; как тот неизменно стягивал с себя куртку и накидывал ей на плечи, пока сам Леви хмурился, поджимал губы и скрещивал руки на груди, насупившись. Как Эрвин будто невзначай каждый раз притягивал его ближе, пальцами касался его подбородка и приподнимал его, тем самым заставляя Леви встретиться с ним взглядами и понуро кивнуть в ответ на вопрос, всё ли у него было хорошо. Как Эрвин слегка улыбался, шепча, что ещё немного, и они смогут уйти. Кажется, даже не подозревая о том, как сильно билось сердце в груди Леви, как подкашивались его колени. Леви качнул головой, вынырнув из мыслей лишь тогда, когда услышал своё имя на губах Нанабы. — Я вот буду по Леви скучать, — надувшись, сказала она таким тоном, словно Леви уже провожали. И точно не в соседний город. Она прижалась щекой к груди Майка, глядя на Леви грустными глазами. Ханджи активно закивала. Леви зарделся. — Да ладно вам… — он опустил взгляд и пожал плечами, не зная, куда себя деть. — Здесь ехать-то… — Все так говорят, а как отпуск заканчивается, дела, дела… — не уманивалась Нанаба. — Ты чего такая в воду опущенная? — внезапно раздалось рядом с Леви. От неожиданности он почти дёрнулся. Тим встал плечом к плечу с ним, глядя на Нанабу. Сразу после него в кругу появился и Эрвин тоже, встав рядом с Леви по другую сторону. Леви тяжело вздохнул. С каждой минутой на улице становилось всё холоднее. Будет дождь. Леви чувствовал на себе взгляд Эрвина и старательно не поднимал свой. — Просто грущу о том, что Леви скоро уедет, — ответила Нанаба. — Ещё больше месяца буду здесь, — напомнил Леви, смутившись ещё сильнее, когда уже внимание всех присутствующих было направлено на него. — Сколько ты здесь уже? Всего пару недель? А по ощущениям так, словно всегда был с нами, — сказала Ханджи, улыбнувшись ему. — Мы все будем скучать по тебе. — Всего две недели? — удивился Моблит. Глаза его слегка округлились. — И правда, как будто куда дольше. — Будем скучать, — согласилась Нанаба. Майк поцеловал её в макушку. Леви открыл было рот, но слов не нашлось. Эрвин не сводил с него глаз. По коже Леви пробежали мурашки, и он прочистил горло. Тим взглянул на него, изогнув бровь. — Это они траур устроили из-за того, что ты обратно в город уедешь? Тот, который в двух часах езды? — на губах у него играла усмешка. — Конечно. Мы же будем видеть его реже, — ответила за него Ханджи. Тим покачал головой. — Ты держись, приятель, — он похлопал Леви по плечу и заговорщически зашептал: — Ты даже не представляешь, что она устроит, когда ты уже соберёшься уезжать, — Тим подмигнул ему. Леви невольно усмехнулся. — А я всё слышала, — сказала Нанаба. Когда Эрвин вдруг прижался плечом к его, Леви только глубоко вздохнул, чувствуя, как вспотели ладони, но не отодвинулся. На нём была только лёгкая рубашка. От Эрвина, хоть он и был в одной футболке, исходило тепло. Ещё какое-то время они так и простояли. Разговор переходил от одной незначительной темы к другой. Планы на неделю. Знакомые знакомых. Музыкальные фестивали. В каком виде курица вкуснее всего («Жареная без масла, в соевом соусе», настаивал Леви). Забавные случаи на работе. — Я однажды собеседовал архитектора, шикарный был парень. Десять из десяти. Ни одной ошибки в ответах. Но когда вышел на работу, его как подменили. Практически ничего в голове не было, даже пятидесяти процентов тех знаний, что он показал на интервью… — говорил Эрвин, пока Леви разглядывал его профиль. Майк прыснул от смеха. — Помню его, — сказал он. — Оказалось, что у него есть брат-близнец, пять лет уже работает заграницей в хорошем архитектурном бюро. Решил так помочь родственнику. Все рассмеялись, и даже губы Леви непроизвольно изогнулись в полуулыбке. — Что они вообще ожидали… — пробубнил он себе под нос. — Сказал, что надеялись, что мы его быстро натаскаем, — ответил Эрвин, повернувшись к Леви всем корпусом. — На самом деле, образование у него хорошее. Просто опыта практического совсем мало. — Уволил? — спросил Моблит. Эрвин кивнул. — В тот же день, — он пожал плечами. — Я бы его на стажёра взял без вопросов, если бы он только не лгал. Он тоже был способный парень. И кто знает, может, опыта наберётся, будет не хуже брата разбираться в архитектуре… Но начинать с вранья я не собирался. Леви всегда знал, что Эрвин пойдёт далеко. Все это знали. При этом вряд ли кто-то мог даже предположить, что он так рано добьётся всего того, чего так всегда желал, будучи всего лишь сыном учителя небольшого городка. Может, один Эрвин только в это и верил. Когда Леви вновь обратил внимание на Майка с Нанабой, Нанаба уже со злостью что-то шептала Майку в лицо, тыкая пальцем в его телефон с горящим экраном. До Леви донеслось что-то вроде «Снова?! Снова, Майк?! В такой день!». Майк пытался увести её и выглядел при этом одновременно рассерженным и почти напуганным. Эрвин был напряжён как струна и следил за ними со сжатыми желваками на скулах. Леви растерянно оглянулся. Моблит, Ханджи и Тим что-то увлечённо обсуждали, не замечая ничего и никого вокруг. — Леви, — неожиданно для него обратилась к нему Нанаба, которая резко отпрянула от Майка и теперь выглядела так, словно вот-вот взорвётся от злости, — не поможешь мне с десертом? — Я могу… — начал было Майк. — Нет уж, спасибо, можешь и дальше переписываться с кем хочешь, — ответила Нанаба с таким холодом в голосе, что на этот раз в замешательстве обернулись и Ханджи, и Моблит, и Тим. — Нанаба, всё нормально? — с нескрываемым беспокойством спросил Тим. — Да. Сейчас только сходим с Леви за десертом, — Нанаба натянула на лицо улыбку, но выглядела она совершенно не правдоподобно. Ханджи с Моблитом переглянулись. Нанаба развернулась и пошла в дом. Леви неловко последовал за ней. В воздухе витало напряжение. Она не стала включать свет в прихожей, и до кухни они прошли по дому, освещённом только двумя фонарями в саду. — Сейчас, Леви, буквально минуту, я только… — сказала она таким голосом, что Леви стало не по себе. Он застыл на пороге кухни, засунув руки в карманы. Наконец, Нанаба перевела дыхание и включила подвесной светильник. — Я отдам тебе сейчас тирамису. Будь добр, отнеси его, пожалуйста, к столу, а я тут пока… — она замялась, уставившись на десерт. — Я скоро тоже буду, только кое-что сделаю, — Нанаба повернулась к Леви лицом. На лице у неё была улыбка, а в глазах стояли слёзы. У Леви защемило в груди. — Нанаба, у тебя всё хорошо? — мягко спросил он. Она расплакалась, закрыв лицо руками. Высунув руки из карманов, Леви неловко сделал шаг вперёд и застыл на месте, не зная, что делать. — Нанаба… — вновь начал было Леви, чувствуя себя бесполезным и беспомощным. Нанаба всхлипывала. — Ненавижу его, — сказала она, наскоро вытерев лицо ладонью и прижав её ко рту. Глаза у неё были красные и смотрели куда-то вдаль; губы дрожали. — Я знаю, все думают, что это я схожу с ума от ревности, что я себе всё напридумывала, но они не видели тех сообщений… Никто ничего не знает. Он обещал, что всё в прошлом. А я снова поверила. И вот опять. В такой день! Леви было очевидно, что она говорила это больше не для него, а для себя. Он поджал губы. — Мне жаль, — тихо сказал он. — И ведь… — она рассмеялась сквозь слёзы, и Леви почувствовал, как в груди у него что-то ухнуло вниз. — Ведь все вокруг продолжают мне рассказывать, как сильно он меня любит! «Нанаба, он в тебе души не чает»! «Нанаба, вы ругаетесь, потому что вы оба эмоциональные! Вы всегда будете ругаться только потому, что вам это нравится, даже если всё будет хорошо!». Конечно-конечно, — она фыркнула. Слёзы продолжали катиться по её лицу. Из открытого окна на кухне Леви слышал пение сверчков. Недалеко переговаривались Ханджи с Моблитом, но слов он разобрать не мог. Леви налил в стакан воды и протянул его ей. Нанаба едва взглянула на него и покачала головой, всё ещё погружённая в свои мысли. — Хочешь, я что-нибудь сделаю? — совсем отчаявшись, спросил он. Нанаба посмотрела на него так, словно совсем забыла, что они находились в одной комнате. Она в очередной раз вытерла слёзы ладонью, кивнула и схватилась за поднос. — Скажи всем, пожалуйста, что я поправляю макияж. Скоро буду. Десерт поставь на стол, будь другом. Все приборы там есть. Передав поднос в руки Леви, Нанаба коротко взглянула на него, прежде чем внезапно обхватить его за шею руками. Леви вытянулся как струна, косясь на десерт и боясь, что поднос вот-вот выскользнет у него из рук. Объятие было неловким: Нанаба была прилично выше Леви, ей пришлось нагнуться; Леви не мог перестать думать о том, что тирамису грозится оказаться на полу. И всё же, он дал Нанабе повиснуть на нём. — Спасибо тебе, Леви, ты настоящий друг, — сказала она, мягко улыбнувшись и отстранившись от него. От неё слегка пахло алкоголем. Оказавшись на улице, Леви глубоко вздохнул. Голова гудела от мыслей. Не успел он дойти до стола в саду, как кто-то подлетел к нему сбоку и чуть не сбил с ног. — Эй! — Леви крепче сжал в руках поднос, метая взгляды-стрелы в нарушителя своего спокойствия. — Что за хрень, Тим?! — Где она? Где Нанаба? — Она… — Леви растерянно смотрел на него. Тим выглядел каким-то взъерошенным, взгляд у него был почти сумасшедшим. И от него тоже слабо несло алкоголем. — Она пошла... внутрь поправить макияж. — Это всё он, да? — Тим тыкал пальцем в сторону Майка. Майк стоял под аркой с Эрвином и выглядел задумчиво. Эрвин показался Леви рассерженным. Судя по их виду, он что-то пытался доказать Майку. Леви нахмурился. — Это он, да? Она снова плачет там? — не унимался Тим. Леви пытался собраться с мыслями. «Где, чёрт возьми, Ханджи с Моблитом?», думал он, растерянно оглядываясь по сторонам. — Я его уничтожу, — выпалил Тим со злостью в голосе, резко развернувшись на пятках и направившись в сторону Майка и Эрвина. Леви едва успел поставить поднос на край стола. — Эй! Совсем уже? — он крепко схватил Тима за локоть, заставляя притормозить. Выглядел Тим так, словно у него вот-вот из головы пойдёт пар. Он дал Леви себя остановить, но успокоившимся при этом не казался. — Успокойся. Что ты собираешься сделать? — Он перестанет над ней издеваться, — говорил Тим, смотря на Леви с холодом во взгляде. — Пусти меня. Сейчас же. — Что здесь происходит? — над ухом у Леви раздался голос Эрвина. Он даже не успел заметить, как Эрвин уже подоспел к ним. Майк в этот момент проходил мимо них в сторону дома. У Леви начала болеть голова. — Тим, что происходит? — повторил вопрос Эрвин, глядя то, как крепко Леви сжимал пальцами руку Тима. Леви отпустил его и сделал шаг в сторону, выдыхая. — Куда он попёрся? Снова будет ей рассказывать, что ей показалось, а, Эрвин? — скорее выплюнул, а не сказал Тим, переключив гнев теперь уже на Эрвина. Леви по давней привычке, о существовании которой успел забыть, практически незаметно для себя встал с Эрвином плечом к плечу. — Хороший у тебя друг, ничего не скажешь. Краем глаза Леви видел приближающихся к ним Ханджи и Моблита. Шли они с улицы. — Тебе нужно успокоиться, Тим, — хладнокровно посоветовал Эрвин. Леви облизнул пересохшие губы. Тим зло рассмеялся. — Да что ты говоришь? Оправдывать его будешь? Давай, начинай, — Тим перевёл дыхание, опустив взгляд вниз. — Я его уничтожу, — уже тише и менее уверенно повторил он. — Ты сделаешь только хуже. Подумай о ней, — продолжал Эрвин. Леви нахмурился и на всякий случай приготовился отражать удар, не спуская с Тима глаз. Леви ничего не понимал. Или понимал, но предположения эти казались ему до того абсурдными, что всерьёз он их воспринимать не желал. Тим ещё несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул. Взгляд у него становился трезвее. Когда подошли Ханджи с Моблитом, он уже казался скорее грустным и уставшим, а не воинствующим. — А что здесь было? Такие лица, как будто махаться собрались, — пошутил Моблит, но никто не смеялся. * В окнах на первом этаже горел свет, и Леви периодически видел снующего туда-сюда Майка, пока они вместе с Эрвином, Тимом, Ханджи и Моблитом прибирались в саду. — Стулья? — спросил Моблит. — Я уберу, — сказал Эрвин. — Кто-то будет тирамису? — предложила Ханджи. Леви отказался. Голова у него гудеть не переставала. Больше всего хотелось наконец смыть с себя этот вечер и хорошенько отоспаться. — Я зайду через вторую дверь, поставлю посуду в посудомойку и сможем ехать домой, — сказал Моблит. — Ты только потише там, — попросила Ханджи. Он кивнул и удалился. На Тиме не было лица. Он молчаливо смотрел себе под ноги, опираясь на ограждение в саду с засунутыми в карманы руками. — Вы извините меня, — тихо сказал он. Леви вскинул брови, помогая Эрвину отодвинуть стол. — Не знаю, что на меня нашло. Такой цирк устроил. — Всё нормально, — ответил Эрвин удивительно мягко. — Не думай об этом. Она твоя подруга, — он окинул Тима задумчивым взглядом. — Я понимаю. Тим горько усмехнулся. Леви переводил взгляд с одного на другого, нахмурившись. — Что ж… — Ханджи прочистила горло. — Тим, останешься на ночь у нас с Моблитом? У нас места много. — Нет, — резко ответил он и тут же смягчился: — Не хочу вас напрягать, — Тим толкнул носком туфля камешек на газоне. — Мы планировали, что я останусь у Нанабы, но раз уж так… Поеду домой. — Глупости, — Ханджи махнула рукой. — Два с половиной часа езды. Оставайся у нас. Выспишься. Мы только подвезём Леви, и сразу домой. — Нет, — теперь уже была очередь Леви отказываться. Он наскоро вытер руки о влажную салфетку и покачал головой. — Вам не по пути. Я вызову такси. — Какое… — начала было Ханджи, но была прервана. — Леви довезу я, — сказал Эрвин тоном, не терпящим возражений. — Нам в одну сторону. Леви устало вздохнул. — Нет. Я сам могу добраться. Не маленький. — Это не обсуждается. Леви цокнул и насупился, но спорить не стал. Когда Эрвин что-то уже решил, чаще всего спорить с ним было бесполезно. А ещё Леви просто устал и не хотел ничего больше, чем наконец оказаться в постели. «Нужно не забыть набрать Фарлану», подумал он, мысленно вздохнув. Фарлан попросил его набрать ему в любое время, когда он вернётся домой, даже если это будет поздняя ночь, ведь сам Фарлан из-за работы спать не собирался. Прощались у машин недолго. Тим всё ещё казался мрачным, Ханджи и Моблит — слегка недоумевающими, Эрвин — задумчивым. — Я напишу тебе, — подойдя ближе и неловко поправив прядь волос, упавшую на глаза, сказал Тим, обращаясь к Эрвину. Леви замер, схватившись за дверную ручку автомобиля. Он невольно прислушался, нахмурившись. — Если ты не против, конечно… Эрвин какое-то время помолчал. Леви не смотрел на него. Тим опустил взгляд и покраснел. Наконец, Леви украдкой взглянул на Эрвина. Эрвин уже смотрел на него в ответ. Леви откашлялся и открыл дверь, залезая в салон машины. — Я не против, Тим, — ответил Эрвин. Леви громко хлопнул дверью, уставившись на приборную панель, но при этом ничего перед собой не видя. ** Впервые Леви заговорил тогда, когда они были уже на полпути к его дому. Дорога была спокойной и практически безлюдной. За десять минут пути им встретились лишь грузовик и такси. Ночные поездки часто вгоняли Леви в сон, но сейчас эмоции били ключом, и он боялся, что не сможет заснуть до утра даже оказавшись в кровати. Эрвин всё время молчал, что было не похоже даже на этого, нового Эрвина. Леви его состояние почему-то нервировало. Мрачный, печальный, молчаливый Эрвин заставлял его кусать губы и придумывать, чем бы заполнить пустоту в салоне автомобиля. Наконец, он коротко откашлялся и вздохнул, заставляя голос звучать как можно ровнее. — Ну и ночь, — тихо сказал он, украдкой взглянув на Эрвина, чей профиль был такой точёный. Леви не уставал поражаться. Уголки губ Эрвина слегка взметнулись ввысь. — И не говори, — ответил он. Мимо проносились круглосуточные магазины и бары с неоновыми вывесками «Открыто», заправочные станции и десятки спящих домов. Затем Эрвин сбавил скорость, и они свернули на дорогу, ведущую к их домам. Здесь уже по обеим сторонам были раскинуты могучие сосны. — Леви, я хотел… — вдруг на удивление робко обратился к нему Эрвин, как Леви тут же выпрямился на сидении и заорал, когда справа от него в свете фар появилось белое пятно, в долю секунды оказавшееся прямо у машины. — Эрвин! Эрвин уже зажимал педаль тормоза в пол. Шины свистели на весь салон. Было слишком поздно. Сердце в груди Леви колотилось как сумасшедшее. Он медленно повернулся к Эрвину, шумно дыша. Казалось, с лица Эрвина в один миг сошла вся краска. Его кадык дёрнулся, прежде чем он отстегнул ремень и вышел из машины, не закрыв за собой дверь. Леви, придя в себя, последовал его примеру. Салон автомобиля он покидал на ватных ногах. Эрвин склонялся над чем-то у капота, что-то приговаривая. Леви сглотнул. На подкорке сознания промелькнула мысль о том, что надо бы поставить аварийный знак, съехать на обочину, но из-за смеси шока, леденящего душу страха и усталости от только нашёл в себе силы молча встать рядом с Эрвином. Чем-то белым оказалась собака. Небольшая по размерам — наверное, она едва ли была Леви по колено. На боку у неё была рана. — Она… она же жива? — спросил он словно не своим голосом. — Леви, — Эрвин коснулся головы собаки, погладив её по ушам, и поднял на него взгляд, эмоции в котором Леви прочитать не удалось. — Принеси, пожалуйста, мою куртку. Она на заднем сидении. Леви кивнул и вернулся в салон. Он едва понимал, что делал, когда возвращался к Эрвину с его белой джинсовой курткой. — Спасибо, — сказал Эрвин. — Мне нужна будет твоя помощь, хорошо? Она жива. И только оказавшись ближе, Леви понял — конечно, жива. Она слабо скулила, со страхом в глазах наблюдая за каждым движением Эрвина. Он спокойно показал Леви, как держать куртку, умудряясь параллельно подбадривать и его, и собаку. Когда Эрвин попытался её поднять, она заскулила ещё сильнее и даже рыкнула, попытавшись вырваться, но сил у неё было так мало, что она тут же сдалась. У Леви разрывалось сердце, а руки начинали дрожать. — Вот так, всё хорошо, — успокаивающе повторял Эрвин, заворачивая её в белоснежную куртку, на которой тут же образовались пятна крови. Перехватив пса из рук Леви, он подошёл к задней двери автомобиля. Леви поспешил за ним, чтобы открыть её. — Спасибо. Эрвин аккуратно устраивал собаку на сидении, пока она продолжала скулить. — Леви, сядешь здесь? На всякий случай. Просто слегка придерживай её, но не дави. Леви кивнул, садясь в салон и делая ровно то, что сказал ему Эрвин. — Вот так, — в очередной раз повторил Эрвин, закрыв за ними дверь. Он был всё так же бледен, а голос его звучал бесцветно. В отличие от Эрвина, Леви боялся даже прикасаться к животному, чтобы ненароком не навредить. Пока Эрвин устраивался на водительском сидении, Леви разглядывал морду собаки. Это был довольно милый пёс, название породы которого он не помнил. Небольшой, с вьющейся белой шерстью, висячими ушами и выразительными тёмными глазами, которые он не сводил с Леви. Его живот высоко вздымался при каждом вздохе, а передняя левая лапа казалась неправильно изогнутой. Леви не заметил, как сильно сжимал обивку сидения свободной рукой на пути в ветеринарную клинику. ** Было очевидно, что в ветеринарной клинике Эрвин не впервые. Он вёл их по коридору к ресепшн со знанием дела. Кроме них в клинике Леви больше никого не видел. У стойки ресепшн тоже никого не было. Собака продолжала скулить у Эрвина на руках. Эрвин поджал губы, оглянувшись по сторонам. — Здесь есть звонок, — прочистив горло, сказал Леви, нажав на кнопку. Клиника была не похожа на то, что он себе представлял. Это было довольно просторное, современное здание, каждый уголок которого казался вычищенным до бела. Из двери позади стойки ресепшн появилась девушка. Светловолосая, голубоглазая и с непроницаемым выражением на лице. Эрвин шумно выдохнул. — Нам нужна помощь, — твёрдо сказал он. — Прямо… — Откуда она у вас? — спросила девушка, кивнув на собаку. — Она выбежала на дорогу. Девушка сжала губы. Ноздри у неё раздулись. — Вы сбили собаку. Эрвин выдержал секундную паузу. — Она выбежала на дорогу, — уже холоднее повторил он. — И ей нужна помощь. Прямо сейчас. Девушка окинула его скучающим взглядом с головы до ног и хмыкнула. — «Выбежала на дорогу». Вы бы знали, сколько раз я это уже слышала, — говорила она, выйдя из-за стойки и подойдя к ним. Лицо Эрвина исказилось в непонятной гримасе. — Неужели все, кто нарочно собак сбивает, приходит к вам? — спросил Леви, изогнув бровь и сложив руки на груди. Когда она выхватывала собаку у Эрвина из рук — осторожно, но без промедлений, и пёс заскулил ещё сильнее — звук был похож на плач, Эрвин не сдержался: — Помягче. Она зыркнула на него. — Будете рассказывать мне, как делать мою работу? — спросила она, взглядом прожигая в нём дыру. Эрвин её взгляд выдержал. Леви переступил с ноги на ногу и придвинулся к нему ближе. — Хватит вам обоим. Давайте уже поможем ей, — тихо и устало попросил Леви. Позади него раздались медленные шаги. — Полностью согласен с молодым человеком, — сказал кто-то. Леви обернулся. Это был седой мужчина в белом халате. Вокруг глаз у него были собраны морщинки, а уголки губ слегка приподняты. — Энни, отнеси её, пожалуйста, в операционную. — Отец, они её сбили, — выпалила Энни, отойдя от них подальше. Леви коротко откашлялся. — Энни, делай что говорят, — уже твёрже попросил мужчина, даже не смотря на девушку, которая лишь закатила глаза и тут же скрылась, бережно обхватывая тело собаки и что-то шепча ей на ухо. — Эрвин, — сказал он. Леви в удивлении перевёл взгляд на Эрвина. — Доктор, — Эрвин медленно кивнул. Голос у него звучал ровно и спокойно, но Леви заметил, как он пальцами неслышно постукивал по ноге, а уши у него слегка покраснели. — Как Сириус? — Всё хорошо. Спасибо, — Эрвин коротко откашлялся, на секунду опустив взгляд вниз. — Хорошо, — доктор задумчиво кивнул, теперь уже и переведя взгляд на Леви. Лицо у него было добрым. — Вы не обращайте на неё внимание, молодые люди. Энни — лучшая на своём курсе. Просто девчонка ещё, — мужчина пожал плечами. Леви прочитал «Доктор Вальтер» у него на бейджике. — Переживает за каждого нашего пациента как за себя, не всегда может сдержать эмоции. Это с опытом приходит. Не принимайте её слова близко к сердцу. Эрвин вновь кивнул, но по отсутствующему взгляду в его голубых глазах Леви видел, что эти добрые слова он воспринимать готов не был. — Я слишком хорошо знаю вас, Эрвин… Всё будет хорошо, — сказал доктор Вальтер и удалился в ту же комнату, в которой ранее скрылась Энни. Леви потянул Эрвина за собой на кресла для посетителей. В холле было преимущественно темно. Свет исходил из светильника на стойке ресепшн и автоматов с едой. Какое-то время они молчали. Леви то и дело кидал на Эрвина робкие взгляды. Эрвин продолжал смотреть в никуда, упираясь локтями в колени. Леви прочистил горло. — Эрвин… — сказал он, затаив дыхание. Эрвин поднял на него уставший взгляд. — Ты не виноват… Не вини себя, — тихо сказал он, прерывая тишину ночи. Заметив по выражению лица, что Эрвин вновь собирался просто кивнуть, с этим его пустым взглядом и напряжёнными плечами, Леви закачал головой. — Нет. Послушай меня, — твёрдо сказал он. — Я тоже там был. Она вылетела из ниоткуда. Это не… Не только ты. Никто на твоём месте бы не успел затормозить. Ты ей уже помогаешь. Эрвин какое-то время ничего не говорил, разглядывая стену напротив, но затем он выдохнул, протёр глаза и посмотрел на Леви уже с решимостью во взгляде. — Спасибо тебе, Леви, — сказал он, глядя на него этими чистыми голубыми глазами. Сердце у Леви билось как ненормальное. В ответ он лишь пожал плечами, опустив взгляд. ** Когда прошло уже больше часа, Эрвин поднялся с места и сказал Леви о том, что он собирался сходить им за кофе. У Леви не было ни сил, ни желания сопротивляться. В этот раз он вспомнил про Фарлана. Отойдя на несколько метров от ресепшн, он выглянул в окно и прижал телефон к уху. — Привет, — раздалось словно неуместно радостно на том конце провода. У Фарлана было хорошее настроение. — Только вернулся домой? Леви устало вздохнул. — На самом деле, нет. Я в ветеринарной клинике. — Ты где? — переспросил Фарлан. — Это будет сложно объяснить… — Леви горько усмехнулся. — Мы ехали в сторону дома, как перед машиной выскочила собака… — Вы сбили собаку? — Она… Да, она выскочила перед машиной. — Ужас какой, — сказал Фарлан. — Ты был на такси? Леви набрал в лёгкие воздух и откашлялся. — Нет. Нет, Фарлан, я был не на такси. — А с кем ты был? Леви разглядывал машины на парковке, освещённые лишь одним фонарём. Город спал, но уже через пару часов будет рассвет. — С Эрвином, — глухо признался он. Фарлан молчал. — Моблиту с Ханджи было не по пути, вот и… — он неловко пожал плечами. — Эрвин предложил. — Эрвин предложил, — насмешливо повторил Фарлан, но никакой шутки в его словах не было. Всё внутри Леви похолодело. — Я не удивлён. И ты согласился, конечно же. — Это долгая история. — Там такси перестали ходить или что? — раздражённо переспросил Фарлан. Леви начинал жалеть о том, что позвонил. — Фарлан, мне перед всеми нужно было сцену устроить? Так ты это себе представляешь? Детский сад, — он цокнул, чувствуя, что начинает заводиться. — Удивительно, правда, что в моём представлении садиться в машину бывшего при живом настоящем — всё-таки не совсем, мягко говоря, нормально. Мне начинает это всё надоедать, Леви. С того самого момента, как мы приехали туда, ты сам не свой. Сначала ты мне доказывал, что вы почти не общаетесь, и между вами совершенно ничего нет, а здесь ты садишься к нему в машину. У меня что-то не складывается. — Я уже сказал, что это была долгая ночь, Фарлан, — со сталью в голосе говорил Леви, натягивая рукава рубашки на пальцы. — Было не до скандалов из-за того, кто с кем поедет. — А у тебя всегда так. То мы вообще никуда не ходим, то не пропускаем ни одну тусовку, на которой просто по случайному совпадению есть твой бывший. А теперь ещё и на машине его катаемся. Круто, что я ещё могу сказать. — И на что же ты намекаешь? — Леви? — послышался голос откуда-то с центра холла. Леви на долю секунды прикрыл глаза и замер. — Леви, ты будешь кофе без всего? — спросил его ничего не подозревающий Эрвин. Леви медленно обернулся. Рот Эрвина слегка приоткрылся, когда он увидел, что Леви разговаривал по телефону, но с места он не сдвинулся и взгляд не отвёл. — Смотри-ка, угадал. Или помнит ещё? — с насмешкой прокомментировал слова Эрвина Фарлан, очевидно слышавший всё. Леви стиснул зубы и выдохнул. — Фарлан… — сказал он в трубку, ни на секунду не разрывая зрительный контакт с Эрвином. — Не звони мне больше. И не пиши. Пока сам не разберёшься, что там у тебя происходит, меня тоже можешь в это не впутывать, — на эмоциях сказал Фарлан и сбросил вызов. Леви ещё какое-то время так и стоял на месте, прижав телефон к уху. Тело его его не слушалось. Затем он сглотнул и быстро заморгал. Эрвин не произнёс ни слова. В глазах у него теплилось понимание. Затем дверь кабинета, в котором пропали Энни с доктором Вальтером, открылась, вышел доктор и объявил о том, что собаке («Это мальчик, подросток, метис мальтийской болонки, на боку есть свежий волчий укус — вероятно, поэтому он и бросился под колёса, бежал и ничего перед собой не видел», говорил доктор) понадобится длительный уход, но его жизни ничего не угрожает. Леви и Эрвин выдохнули одновременно.