Командировка в Ли Юэ

5 дней спустя. Ни одного сообщения или звонка с обеих сторон. Каждый понимал, что произошло, когда Чайльд ушёл после салюта. Оба сердца сжимались при одной мысли о происходящем между ними. Парня это всё достало. Он пытался остудить голову, но слишком многое в этой стране напоминало ему о Чжун Ли. Его голова твердила ему о побеге от всего этого, но сердце требовало ответов. — И сколько ты, блять, собирался молчать? Месяц, год, всю жизнь? — срывался он на двигающимся деревянном манекене в пустом тренировочном зале. Ни души в его поле зрения, что к лучшему. Никто не должен видеть его в таком состоянии. Чайльд вдоволь разрыдался пару дней назад. В его мыслях осталось место лишь гневу. Его эмоциональность и открытость к мужчине сыграли с ним плохую шутку. Он знает, что должен сохранять самообладание, но как тут, блять, быть спокойным? У него есть чувства, которые он не может убить, как всё остальное. Он должен думать, что делать дальше, но они мешают. Треск дерева выбивает его из мыслей. Одна из частей оказалась на полу. — Чтоб вас всех, — едким голосом проговаривает Чайльд, как телефон раздаётся звонком. Синьора. — Да? — Тащи свою задницу в банк, — женский голос, как обычно, строг и нервозен. — Я не собираюсь сидеть на очередном пиздецки важном собрании, на котором ты скажешь, что не нашла Моракса, — парень неосознанно плевался ядом во всех, кто его особенно раздражал. — Я сказала: "Тащи свою хуеву задницу в банк". Что здесь не ясно? Моракс прислал тебе письмо, — сказала женщина, думая, что так заинтересует его. Правильно думала. — Скоро буду. — Так бы сразу, — вызов завершён. — Уже нет причин скрываться от меня? А, Моракс? Или как мне теперь тебя называть? Хочешь прибить меня, потому что я всё узнал? — Чайльд переходил от тихого шипения до крика. Парень не мог понять, сколько это всё продолжалось? Он с самой первой их встречи всё о нём знал? Влюбил его в себя, а сейчас, наигравшись, выкинет его? Что значили все их встречи, взгляды, прикосновения, слова? Это всё было игрой или нет? Ему не давало покоя то, что Чжун Ли молчал. Что бы было, если бы они не встретили Милину? Так бы и молчал в тряпочку? Чайльд принял душ в спортзале и направился в банк Северного Королевства.

***

Как только он вошёл, его поприветствовала девушка из Фатуи и отвела наверх к Синьоре. В его маленьком кабинете, что ему выделили, не было бумаг. Кто-то, как обычно, просмотрел всю его работу и убрал со стола. Синьора статной фигурой возвышалась над столом. Лицо её было стервозным пуще прежнего. Видимо, что-то её сильно взбесило. Как только в кабинете остались только они, она сложила руки на груди, будто сдерживая себя, чтобы не ударить Чайльда в челюсть. Он был вполне не против сейчас получить. — Тебя можно похвалить, молодец, — небрежно кинула она, будто для галочки. — Но я хочу узнать, что ты натворил. — Ничего. Последняя моя "встреча", — показал кавычки. — С Мораксом произошла во время покушения в кафе. — Ничего, значит? Тогда потрудись объяснить, почему он присылает письмо на твоё имя к нам в банк? — Я же тебе говорил, что он обязательно отреагирует на мой приход в их логово. Или тебя беспокоит, что письмо именно для меня? Не уж то, ты хотела ему понравится? — «ты вообще не в его вкусе». — Он пришил твоих подчинённых? — перешёл от шутливой манеры к серьезной. Глаза девушки сузились ещё сильнее от раздражения. Чайльд слишком хорошо знал её методику. По его предположению, она отправилась туда сама со своими подчинёнными. Женщина вернулась целая, а вот остальные вернулись уже по частям. — Если бы не её Величество Царица, то прибила бы тебя. — Ты не первый человек, кто говорит мне это. Давай ближе к делу. Я пойду на переговоры? — Да, — кивнула та с тяжёлым вздохом. — Вот письмо, — она протянула конверт. — Если облажаешь, то можешь попрощаться со своей семьёй, — Синьора, не удостоив его своим взглядом, вышла из кабинета с громким хлопком двери. «Мне кажется, она даже после своей смерти будет такой, — как он к ней не приходил, девушка всегда на взводе. — Ну что ты там написал, Моракс?» Я обдумал Ваше предложение, Одиннадцатый Предвестник Фатуи Тарталья. У меня есть то, что вам нужно. Приходите одни в место нашей первой встречи. «Так краток, — в голове появилась мысль, что тот тоже переживает. У Чжун Ли случалось такое, что на работе возникали трудности или же в книге появлялась спорная ситуация. Тогда мужчина в домашней одежде и волосами, завязанными в пучок, садился за кресло в своей библиотеке и подолгу молчал, закрывая глаза, сведя брови к переносице, где уже образовалась складка, что так полюбилась Чайльду. Он мог молчать часами, обдумывая всё. В такие моменты из него и слова не вытянуть. В квартире была гробовая тишина, а парень тихо наблюдал за Чжун Ли, пока "читал" очень интересную книгу. Он не менял положение тела. Спина прямая, нога на ноге, руки на груди или на подлокотниках, а голова откинута на спинку. Мужчина становился идеальной статуей, что должна была стоять в музее. В такие моменты Чайльд жалел, что у него нет рядом с собой телефона и что он не скульптор или художник. Мужчина, о котором он не хотел сейчас думать, снова заполонил всего его мысли. Проклятье, не иначе. Конверт и бумага оказались самыми обычными. Никаких скрытых надписей. — Надеюсь, во время встречи ты будешь разговорчивее».

***

И вот он снова у главного здания Цисин. Его без проблем впускают. Каждый, мимо кого он проходил, косо смотрел на лиса в их логове волков. Неодобрительные взгляды оставались позади. Никто не смел смотреть ему в глаза. Тарталья надел всё тот же костюм, что когда-то купил вместе с Чжун Ли. Серебряная бляха Предвестника гордо блистала на пиджаке. Сначала его вела незнакомая ему девушка, но дойдя до определенного поворота его забрал знакомый ему человек — Алатус. — Давно не виделись, Алатус, — с кривой улыбкой сказал Тарталья. — Как поживают твои друзья? — он молчал. Алатус оказался ещё ниже, чем ему показалось во время первой их встречи. — Рука зажила? — Не твоё дело, — наконец таки, отозвался Алатус. — О, ты ответил, — голос Тартальи был пропитан фальшью. — Я хотел спросить. Сколько имён у твоего начальника? — снова молчание в ответ. Парень уж слишком несговорчив. — Пришли, — он открыл дверь в небольшую комнату с двумя диванами и столом. Она была точно такой же, как и прошлая, но без двойного стекла. Его всё устраивало. — Моракс сейчас подойдёт, — дверь закрывается, а он остаётся один в светлом, сером помещении. В голове крутятся вопросы, которые Чайльд собирается высказать. Спустя считанные минуты дверь снова открывается и за ней оказывается самое ужасное предположение Чайльда. Парень встаёт с места, чтобы поздороваться: — Здравствуйте, господин Моракс, — натянутая улыбка. — Я рад лично с Вами познакомиться. Я Одиннадцатый Предвестник Фатуи Тарталья, — он не может не признать, что костюм был таким же идеальным, как и мужчина напротив. Лицо Моракса ничего не источает, а вот взгляд. «Чжун Ли, зачем же ты снова смотришь на меня так печально? Это и было причиной твоей печали? Той, что всё время тебя беспокоила? — сердце Чайльда пропустило удар, жалостно сжимаясь. Он надеялся, что это незаметно на его лице. Парень готовился к этой встрече, но переносить её в действительности сложно, когда на него смотрят таким теплым взглядом, полным сожаления. Он уверен, что мужчина об этом даже не подозревает. Его глаза никогда его не слушали». — Взаимно, — оба сели на мягкие подушки. — Я ознакомился с тем, что было на флешке. Вы знаете, что там было? — обращение на "Вы" резало слух. — Нет, — им было запрещено просматривать то, что находилось на флешке. — Ясно, — мужчина вздыхает и усмехается, и тянет руку во внутренний карман тёмного пиджака. Тарталья не сдвинулся с места. Он не боялся того, что его вдруг застрелят. Была уверенность, что этого не произойдет. — Я недавно летал в Снежную, — он достал письмо, но не спешил его отдавать Тарталье. Он крутил его в руках, облачённых в перчатки. — Навестил свою давнюю знакомую и Вашего начальника. Разговор вышел забавным, — парень не догонял. Если он был там, то отдал бумаги. Тогда что это за письмо? И почему им ничего не доложили? — Вы отдали ей документы? — Да, — Моракс отвёл взгляд от письма на поднятую бровь Тартальи. Парень закинул ногу на ногу, а руки положил на колено в замке, подобно тому, как делал он. — Это письмо твоё, Чайльд, — от резкой смены голоса он вздрогнул. Мужчина положил письмо на стол рядом с ним. — Господин Моракс, о чём Вы? Я не знаю никакого Чайльда, — он снова хотел сбежать. Струсил. — Чайльд, — произносит очень мягко. Для него это слишком. — Я хочу, чтобы ты меня выслушал. — Я сделал то, что должен был. Документы у её Величества Царицы. Мне больше нечего делать в Ли Юэ, — Чайльд срывается с места, не взяв письмо. Свежая рана снова открылась. Он оказался не готов, хотя твердил себе, что всё выдержит. «Какой из меня отважный воин? Я самый обычный трус, что не способен выслушать человека. Позор, — его хватают за руку. Парень пытается вырваться и ненароком взглядывает на Чжун Ли. Это стало его главной ошибкой. Мужчина увидя его лицо, тут же силой прижал его к себе, обнимая сзади и не давая сбежать. Чайльд брыкался, а сильные любимые руки сжимали его крепче». — Чайльд, — рявкнул Чжун Ли, и Чайльд успокоился. Он напряжённо стоял в объятиях любимого мужчины. — Я понимаю, ты не хочешь меня слушать. Я бы тоже не захотел после такого, но, пожалуйста, возьми письмо, — сунул письмо в карман пиджака. — Оно не заменит того, что я хотел бы тебе сказать прямо сейчас. Я осознаю то, что натворил. Ты наверняка сейчас думаешь, что выглядел в моих глазах идиотом, но ты ошибаешься. Я всегда видел в тебе парня, по имени Чайльд, которого я полюбил за его качества, и никого более. Я люблю тебя так, как никогда никого не любил в своей жизни, — Чжун Ли уткнулся носом в его затылок и ослабил хватку. Парень не спешил вырываться. На глазах появилась такая лишняя сейчас влага. — Чжун Ли, — Чайльд повернулся к мужчине и прижал его к себе за спину, чтобы тот не увидел его лица. Он старался унять дрожь в голосе. — Я-я, — вздох. — Мне нужно подумать, — слишком сильный наплыв эмоций. Он снова не справился. Голова падает на плечо мужчины, а макушку начинают мягко массировать. — Я буду ждать столько, сколько тебе потребуется. Ты всегда сможешь найти меня, если примешь решение, — они так и стояли, обнявшись. Чайльд пытался совладать с эмоциями, а Чжун Ли молча перебирал его волосы, успокаивая. Парень заметил, что его нос щекочет кисточка с серёжек, что он подарил Чжун Ли на праздник. «Понравились, — они крепко вцепились друг в друга, не желая отпускать, хотя знали, что нужно». — Лисёнок, — тихо позвал мужчина, когда Чайльд смог взять себя в руки. — Я пойду первым, — слабо потрепал волосы, вместо привычного лёгкого поцелуя в макушку. — Оставайся здесь столько, сколько тебе потребуется. Тебя никто не тронет, — он ослабил объятия, как и парень. — Надеюсь, до встречи, — Чжун Ли вышел из комнаты, так и не взглянув на Чайльда. Он понимал, что тот не хочет, чтобы его сейчас видели. Даже он. Ему вслед было сказано тихое, но им не услышанное: — Может быть.

***

Вскоре Восьмой и Одиннадцатый Предвестники Фатуи покинули Ли Юэ с готовым заданием, на выполнение которого ушло 3 месяца. Царица похвалила их и выдала премии. Чайльд дополнительно попросил отпуск, когда Синьора вышла из кабинета. На это её Величество Царица мягко улыбнулась ему, а в её рубиновых зрачках ромбиках плясали чертята. — Ты хорошо постарался, Тарталья. Я ценю это. Поговори об этом с Пьеро, — она с любопытством разглядывала его лицо. — Ты встречался с Мораксом? — Да. — И как он выглядел? — Не знаю, как Моракс выглядел раньше, но с виду он сильный, холодный мужчина, что лишь своим видом говорит о своём высоком статусе в обществе. — Ясно, — любопытство в голосе женщины не исчезло. — А что скажешь про его глаза? — Тарталья призадумался. Не говорить же, что они прекрасны. — Я встречался с ним лицом к лицу всего раз, но за тот короткий миг глаза Моракса сменили множество эмоций. Удивительное свойство. Сначала они смотрел с любопытством, после с восхищением, а ещё после с разочарованием, — ну немного приврал. Это необходимость. Не нравится ему это лишнее внимание к их персонам, учитывая, что она видела его лично на днях. — Досадно, — огоньки интереса в её глазах потухли. — Можешь идти. — Спасибо. Доброй ночи, — пожелал он и ретировался из кабинета. «Отбился, — с выдохом подумал Тарталья. — Скорее бы домой, — следующим его пунктом назначения стала тёплая кроватка».

***

Не такое тёплое солнце, как в Ли Юэ, точно так же слепило ему глаза. Везде его найдёт. День Аякса начинался, как и его последние четыре дня в Снежной. Ему не смогли выдать отпуск так сразу, но в течении этого дня он договорился с Пьеро об отпуске и теперь мог три недели валять дурака. Парень, сам того не осознавая, возвращался мыслями к Чжун Ли. Пройдясь по магазину, он подумал, что мужчине мог бы понравится чай с местной растительностью, ещё, когда он проходил мимо кинотеатра, где на афише красовалась Фурина, то вспомнил его историю про французский, начав фантазировать, как же выглядел Чжун Ли в свои двадцать. Какой длины у него были волосы? А вдруг он был каким-нибудь эмо? Или может хулиганом? В голову лезли забавные представления двадцатилетнего Чжун Ли. Думая о нём целый день, Чайльд заскучал по нему. «А Чжун Ли скучает по мне? — незатейливый вопрос крутился у него в голове. Хотелось написать ему или позвонить, но он дал себе обещание, что сначала примет решение. Ему пришла идея, как можно отвлечься. Он так давно не видел родных. Им нужно собраться всем вместе. Аякс стал звонить каждому, предлагая встретиться в выходные. Но ему отказали все, кроме Тони. У Антона работа, у Тевкра что-то неопределённое. — Зато Тоня согласилась, — до выходных осталось четыре дня, которые он должен уделить своей боевой подготовке, что стала, по его мнению, совсем жиденькой за три месяца».

***

Аякс в очередной раз физически обессиленный вернулся домой. Скарамучча его хорошенько потрепал. Как раз то, что нужно было. Теперь и голова работает как надо. Парень твёрдо решил не затягивать с осмыслением. Он устроил себе мозговой штурм. Он понимал, что действительно полюбил мужчину всем сердцем. Анализируя всю ситуацию, он понял, что тоже не лыком шит. «Он врал мне о своём прошлом, но в наших отношениях выглядел искренним. Я верю тому, что он говорил. Мы определённо друг друга сто́им, — парень со спокойной душой решил вернуться в Ли Юэ. — Я даже письмо не хотел брать из-за эмоций, — в голове щёлкнуло. — Точно! Я совсем забыл о письме». Чайльд начал искать заветную бумагу в своём костюме. Слава Архонтам, она была цела и невредима. Он бережно достал и развернул лист с аккуратными, красивым, каллиграфическим подчерком, начав читать. Моему любимому, Чайльду Чайльд, я пишу это письмо в тот день, когда ты ушёл к Тевкру из-за его болезни. Всё, что ты узнал обо мне в том месте — правда. Я действительно тот человек, что совершал такое. Мои руки грязны так, что остаётся только прятать их в перчатках. Я пойму, если ты не примешь меня таким, и пойму, если ты захочешь забыть меня. Моё молчание можно сравнить с самым ужасным враньём, за которым следует ужасная расплата. Пожалуйста, не думай, что я игрался с тобой. Я интересовался тобой, а потом и вовсе полюбил. Я верю тебе, как верю себе. Моё желание рассказать тебе всё могло достать до небес, но страх тянул его на дно. Я сожалею, что всё произошло именно так, и прошу прощения. Я люблю тебя и вряд ли перестану. Я, вспоминая тот огонь в твоих прелестных цвета глубины моря глазах, твою улыбку и твою искренность, не могу перестать тебя любить. Можешь проклинать меня как пожелаешь, но любить тебя я не перестану. Лишь попрошу сказать в лицо, что хочешь всё закончить. Довольно с нас молчания — лжи.

Вовеки твой Чжун Ли

Глаза снова защипало. — Чжун Ли, из-за тебя я скоро стану размазней, если уже ей не стал, — с упрёком говорит парень. Вопреки влаге на глазах, а на лице сияет счастливая улыбка. — В любом случае найдёшь предлог увидеться, — он так странно себя ощущал. С одной сторону он счастлив, а с другой ему тоскливо. Чжун Ли действительно удивительный человек.

***

— Аякс! — Тоня набросилась на него с порога, заключая в крепкие объятия. — Я тоже рад тебя видеть! — Чайльд покрутил её вокруг себя как пушинку, а та только рада. Они встретились у их любимого кафе "У Бориса". — Давай быстрее внутрь. Я столько должна тебе рассказать, — владелец Борис обнял их как родных детей и усадил за столик у окна. — Приятно видеть знакомые лица, — грубый мужской голос, знакомый им ещё с детства, всегда тепло с ними общался. — Ладно, не буду мешать молодежи. — Хорошего дня, дядя Борис! — сказала Тоня. — Аякс тут столько всего произошло! Ты только послушай! — девушка начала рассказывать абсолютно всё, что происходило с ней. Как она познакомилась с одним додиком, как съездила на каток, как начала вязать, как сдала экзамен, как она упала в сугроб вчера возле дома. Это "как" можно тянуть до бесконечности. Тоня вся светилась от счастья из-за их встречи, а Аякс тоже не отставал. Ими можно хоть всю улицу напитать электричеством. — Точно! Чуть не забыла. Как прошла встреча с Тевкром? — Отлично. Я многое узнал о Милине, — ему интересно, знала ли Тоня о том, что она тоже там была. — Тевкр тебе о ней рассказывал? — парень отрицательно покачал головой, многозначительно улыбаясь. «Значит не знала». — Она тоже там была?! — девушка чуть ли не через стол перелезла от такой новости. — Именно. Я тоже об этом не знал. Как оказалось, она родом из Ли Юэ и приехала с ним за компанию. А ещё там есть квартира её старшей сестры, где и ночевал Тевкр, — у Тони челюсть окончательно отвисла. Зрелище то ещё. А Аякс загадочно поигрывал бровями. — Ну, братец. Как только явится домой, я ему всё выскажу, — парень мысленно молился за младшего. А нечего было скрывать от семьи. Если бы рассказал, то все бы спокойно всё приняли. Видимо, Тевкру захотелось острых ощущений. — А, кстати, что там с твоим парнем? — Тоня слишком резко переключала темы. Аякс аж поперхнулся от такого. — Мы начали встречаться. Сейчас всё не очень гладко, но всё будет хорошо, — он был уверен в этом. Осталось только дождаться своего рейса. — Я рада за вас! Но можно поточнее о вас? — парень в непонимании выгнул бровь. — В постели он хорош? — Тоня! — он весь залился румянцем от такой бестактности. Сколько живёт с ней на одной земле, а привыкнуть не может. — А что? Нормальный вопрос. — Только для тебя нормальный. А так очень даже хорош, — вскользь упомянул парень. А что? Ему тоже хочется похвастаться. — Послезавтра я полечу к нему, чтобы провести с ним самый лучший отпуск, — Аякс закинул руки за голову и откинулся на спинку дивана, представляя, что он нежиться в лучах солнца Ли Юэ. — Ты бросишь меня ради какого-то мужика? — Он не какой-то мужик, а вообще. Да. — Все вы мужики одинаковы, — видимо, кто-то недавно пересматривал Пиратов Первозданного Моря. — Ты обещал нас познакомить, не забыл? — С тобой не забудешь, — криво усмехнулся Аякс. Разговоры шли дальше своим чередом, а напитки за их стол только и делали, что носили.

***

Погода хуже некуда. Снег оставил от себя только слякоть, тучи сгущаются в преддверии дождя, если не ливня, а ветер колет лицо холодными иглами. Охранник местного кладбища без проблем его впускает. На лице его тоска, а в руках скромные букетики маминых любимых ромашек и папиных любимых мимоз. Он бессовестно покинул их, не навещая. Аякс не заплутал среди стольких надгробий, найдя двойную могилу своих родителей. Она была чиста, как и предполагал парень. Кто-то постоянно вспоминает о ней и приходит. — Привет, давно не виделись, — с тоской глядел на фотографии. — Извините, что не получилось навестить вас раньше, — парень положил на каждое надгробие по букету и зажёг свечки. В его голове крутятся теплые воспоминания, а на душе свежая грусть потери. Кладбище всегда было для него гнетущим местом. Это место слёз, а слёзы он себе позволить не мог. — Я, как обычно, в порядке. Тружусь во благо Снежной. Даже смог найти хорошего человека, — произносит с усмешкой. — Я никогда вас не забуду, — замолкает. Аякс молча смотрим на могилы, а в голове пустота: ему больше нечего сказать. До чего же нелепо. Сожалеть из-за того, что ему нечего сказать умершим. Парень заботливо протирает могилы от грязи, которой нет, а сзади слышатся шаги. Они остановились позади него. Он не удивлён той, что увидел. Женщина, как обычно, пришла с пустыми руками. — Сожалею, твоей утрате, — спокойный голос его наставницы Скирк был, как всегда, невозмутим. — Роза была хорошей женщиной, но глупой. — Будучи матерью она тоже не была идеальной, но её любили, — она ничего не сказала. Аякс благодарен ей за то, что она сделала для него во время его побега из дому, и благодарен за то, что она сделала для его матери. — Что-то случилось, наставница? — Скирк отрицательно покачала головой. — Я хотела проведать тебя. Ты изменился, — женщина вгляделась в его лицо, раздумывая о своём. — Но физическое состояние в норме. Это радует. — Вот и хорошо, — парень совсем не удивлён словам Скирк. Она всегда знала его состояние, но молчала, кроме некоторых исключений, как сегодня. В разговоре появилась пропасть тишины. Она нравилась ему. Её можно было приравнять к спокойствию, а не к преддверию чего-то плохого. Холод грел его тело своим обыкновением. — Знать бы в какую сторону, — как всегда, равнодушно подытожила она. Он весело усмехнулся. — Время покажет, — наставница в последний раз оглядела его и ушла, сделав всё, что ей нужно было. Аякс ещё понежился в местном умиротворении и, ни проронив ни слова, тихо уходит с кладбища. Скирк уже и след простыл. Наставница одним своим присутствием успокоила его душу. Она, как всегда, великодушна к нему.

***

Бриз моря снова окутывал его, а уже ставшая привычной жара августа грела его лёгкие. На часах 16:30, хотя он должен бы быть тут ещё в 14:30, но рейс задержали на два часа. Времени остаётся только на поспать часок в отеле, принять душ и бежать к любимому. Идя по главной улице, Чайльд заметил, что повсюду какие-то сердечки. Парочки снуют то тут, то там. — Извините, мадам, а что сегодня за праздник? — поинтересовался он у старушки около цветочного магазина. — Сегодня День влюбленных в Ли Юэ, — парень в непонимании выгнул бровь. День святого Валентина же 14 февраля, нет? Старушка заметила его негодовании. — Вы иностранец, да? Тогда понятно, почему вы не знаете. День святого Валентина и день влюбленных в Ли Юэ — два разных праздника. Первый празднуется 14 февраля, а второй — 22 августа. Со вторым связана одна старая легенда, — вот так попал на дату. Везунчик херов. — Огромное спасибо, — его взгляд пал на цветы. — А Вы можете мне помочь? — И как же, милок? — У меня есть вторая половинка. Я его очень сильно люблю. Благодаря Вам, я узнал о местном празднике. Не могу же я прийти к любимому без цветов? — Верно. — Примерно через два часа я снова буду идти по этой улице. Можете, пожалуйста, сохранить этот букет для моего любимого? — указал на цветы с краю. Ему показалось, что они больше всего подойдут ему. — Не бросайте меня в беде, прошу Вас. — Хорошо, милок, уговорил, — бабушка вся расцвела от их разговора. — Только смотри мне. Не обманывай старушек. Чтобы через два часа был тут! — шутливо пригрозила пальцем. — Через два часа как штык, — Чайльд в шутку стал в военную стойку. — Спасибо Вам. Хорошего рабочего дня! — он побежал скорее в отель. Времени всё меньше и меньше.

***

«Может так? Или так лучше? — он безуспешно пытался уложить своё гнездо на голове. Как бы ни укладывал, похож на домовёнка Кузю. — Да чёрт с ним! Времени нет! — он ещё раз смотрит в зеркало. Одет довольно таки просто: чёрные штаны, лёгкая, свободная красная рубашка с рукавами по локоть, а на шее его любимый кулон с нарвалом. — А не слишком ли просто? Блять, хватит. Только жизнь себе усложняю, — проверяет карманы. — Подарок. Где подарок? — начал щупать все карманы. — Нашёл, — пропуски в один местных дорогой ресторан лежали в переднем кармане. Он заранее ему написал, чтобы они встретились на их месте в 19:00, а уже 18:45. Опаздывает. — Я готов, — кивнул он самому себе и помчался скорее к старушке с цветами». 5 минут бега ничуть его не утомили, а наоборот раззадорили. — Через два часа как штык, — снова встал в военную стойку, пока парочки рядом косились на него. Старушка мило ему улыбнулась. — Милок, от тебя взгляда не оторвать, — старушка протянула ему букет. — На это и было рассчитано, — он с улыбкой протянул ей мешочек с морой, в котором находится больше, чем требуется. Букет пах, как бы странно это ни звучало, поздним летом. Пахнет морем, свободой, морской пеной, пряностями, лилиями и шелковицей. — Чудесный букет. Спасибо Вам. — Это тебе спасибо. Беги скорее к своей половинке, — с позволения старушки он направился к его, кажется, любимому месту — романтичной могиле. Бежать с букетом в руках не так удобно, а тем более ещё и сохранить его нужно. На телефоне 18:58. У него целых две минуты! Он обязан успеть! Чайльд идёт по всем улочкам, что скорее приведут его к Чжун Ли. И они приводят. Как только он видит фигуру мужчины, развернутую к нему спиной, ноги подкашиваются, а улыбка сама по себе расплывается на лице. Парень в последний раз приглаживает свою шевелюру и на не очень твердых ногах идёт к любимому, останавливаясь в двух шагах от него. — Чжун Ли, — мужчина только оборачивается и его вовлекают в счастливый поцелуй. Его губы тоже расплываются в улыбке и он отвечает на поцелуй. — Я люблю тебя, — протягивает ему букет. — Чайльд, не стоило, — щёки и уши мужчины залиты очаровательным румянцем. — Ещё как стоило. Человек, которого я люблю, достоин всего, — Чжун Ли принимает букет, вдыхая его аромат. — Чудесно пахнет. Я люблю лилии. — Рад слышать, — парень ещё раз мысленно поблагодарил старушку. Мужчина кладёт свою ладонь на гладкую щеку и заглядывает парню в глаза. Взгляд его полон надежды. — Ты простишь меня? — спрашивает Чжун Ли. Его выражение лица сосредоточенное, будто решается судьба целого мира. Голос снова пленит Чайльда. — Я не самый лучший человек, которого можно было бы выбрать. — Я тоже не самый лучший человек, которого ты мог выбрать. Но ты это сделал, — с усмешкой произносит парень. — Я уже простил тебя, — он заглядывает в глаза, из которых ушла вся печаль, которые теперь смотрят на него только с нежностью и любовью. — Но я хочу, чтобы мы пообещали не врать друг другу и не молчать. Я обещаю, что не сделаю этого. — Чайльд, я обещаю тебе, что не буду врать и молчать. Буду говорить всё, как оно есть на самом деле. И хочу, чтобы они стали символом нашего обещания, — Чжун Ли достаёт из маленькой поясной сумки коробочку. — Я верю в наше общее счастливое будущее и хочу укрепить свои слова, — он открывает коробочку, в которой оказались серебряные кольца. — В честь нашего первого дня вместе, — в честь первого совместного дня без вранья и молчания. — Ты не представляешь, как же я тебя люблю, — Чайльд обнял его крепко-крепко, стараясь не задеть букет. На эмоциях он поднял мужчину и покрутил на руках. Парень всё же опустил любимого на землю и аккуратно взял его руку, а после и кольцо. Он надел его, и то же самое сделали и для него. Мужчина знает, что Чайльд носит перчатки ради окружающий, а рядом с ним он всегда без них. Многих могут испугать многочисленные шрамы на пальцах, но точно не Чжун Ли. Он видел в них искусство. Держась за руки без перчаток и смотря с любовью друг на друга, они вновь соединили свои губы в чувственном поцелуе, в котором передавали только то, от чего трепетали их сердца. Морской бриз обдувал их, давая приятную свежесть. Им казалось, что весь мир сконцентрировался в одной точке напротив них.