Из Пусана, с любовью

***

Чимин: Йо, вы с Гуки придете сегодня? Тэхён: Куда? Ты снова громишь дом родителей? Чимин: Клининговые компании творят чудеса! Тэхён: Во сколько? Чимин: Давайте к восьми Чимин: Ушик и Джун хотят устроить барбекю Конечно, Чонгук не отказался от вечеринки. Кто в своем уме отказывается от вечеринок в семнадцать? — Только сначала заедем домой, переодеться, — решил Тэхён. — И я оставлю машину. — Что, наш святой Ким собрался напиться? — Чонгук ухмыльнулся, надевая солнцезащитные очки. Сейчас было начало седьмого, и августовское небо только-только начинало окрашиваться розовым закатным светом. Волосы Чона на этом свету отливали каким-то волшебным оттенком. Тэхён сглотнул и отвернулся. — Я далеко не святой, — хмыкнул он. — И скоро ты в этом убедишься.

***

Чимин не обманул. Вместо пре-пати на заднем дворе Пак организовал большую барбекю-зону. И пока Ушик и Соджун, еще один друг Тэхёна, готовили десятки килограммов мяса, остальные выносили колонки на улицу. Прямо к бассейну. Вчера в доме было дико душно. Поэтому, не сговариваясь, сегодняшнюю вечеринку решили провести на улице. Оставалось надеяться, что соседи все же не вызовут полицию. С каждым новым установленным сабвуфером Тэхён чувствовал, как буквально таяла их лояльность. Юнги подошел с кислой усмешкой на лице и двумя «маргаритами» в руках. — А где же твой «плюс один»? — ухмыльнулся он, салютуя Тэхёну бокалом. Ким взял напиток из рук друга и пригубил. Лучше бы, конечно, это было пиво. Но вечер только начинался, хер с ним. — Вон он, — кивнул Тэхён в сторону, где Чонгук болтал о чем-то с Чимином и его сестрой Хегё. Той было пятнадцать. И Тэхён сомневался, что ее родители, как и бабушка с дедушкой, у которых она сейчас официально гостила, одобрили бы данное мероприятие. Но несмотря на свою безбашенность и безалаберность, Чимин был заботливым старшим братом и присматривал за сестрой. Переведя взгляд на Чонгука, Тэ невольно облизнул губы. Забавно, но они, не сговариваясь, оба надели черные рубашки. Только Тэхён добавил к своей черные же джинсы, а вот Чон светил своей жопой в белых. — Вы просто как инь и ян, — усмехнулся Юнги, делая глоток «маргариты». — Оделись, как парочка. — Иди ты, — на автомате отмахнулся Тэхён, все еще пялясь на Чонгука. Тот стоял боком, и в вечерних сумерках его профиль выделялся особенно четко. Тэ прекрасно видел, как перекатывался его кадык, когда он смеялся, запрокинув голову. Дьявол. Маленький дьявол, вот кто он был. — У-у-у, — протянул Юнги. — Да тут, кажется, кто-то запал. — Что? — Тэхён заставил себя отвернуться. — Не выдумывай. — Парень, — Мин рассмеялся. — Я тебя знаю с рождения. Твоего. Так что не думай, что можешь меня обмануть. Я в детстве тебе зад подтирал. — Ты не подтирал мне зад, — Тэхён закатил глаза. — Ладно, не подтирал, — согласился Юнги. — Но пиздеть мне ты так и не научился. Кстати, — его глаза вдруг хитро сощурились, — не хочешь кое-что проверить? — Что? — не понял Тэхён. И в этот момент Юнги обнял его за шею, встал на цыпочки, так как был пониже ростом, и прошептал ему в ухо: — В прошлый раз ты не поверил, что он ревнует. Смотри, что будет сейчас. Тэхён невольно приобнял друга за талию, поддерживая, и заметил, что Чонгук смотрит на них. С того расстояния, где они с Юнги стояли, глаз Чона видно не было, но выражение его лица читалось хорошо. Он помрачнел, что-то сказал Чимину и Хегё и ушел в сторону импровизированного бара. Черт. — Ну, что я говорил? — Мин, похоже, видел спиной. — Я не хочу этого комментировать, — пробормотал Тэхён. Он и сам не знал, как реагировать на подобную информацию. — Эй, — Юнги ухмыльнулся и щелкнул его по носу. — Ну, ты чего. Это же весело. — Играть с чьими-то чувствами ни хрена не весело, — резче, чем ему хотелось бы, ответил Тэ. Он не мог понять, что именно его разозлило. Но вспомнился разговор с отцом, его предупреждение. И теперь вот это. Нет, ему не стоило дразнить Чонгука. Вдруг тот и правда… — Тэ? — Юнги посмотрел на него внимательным взглядом. — Есть что-то, что я должен знать? — Нет, — Ким вздохнул и покачал головой. — Все в порядке, бро. Я пойду, схожу за выпивкой. Тебе что-нибудь взять? — Не надо, — ответил Юнги, все еще серьезный. — Иди, я поболтаю с Хегё. А то Ушик скоро совсем вскружит ей голову. Они оба посмотрели в сторону барбекю, где их друг рассказывал младшей Пак что-то, по всей видимости, уморительное до слез, потому что девочка хохотала так сильно, что почти согнулась пополам. Тэхён усмехнулся и пошел к бару. Чонгук был здесь же, стоял чуть в стороне и пил что-то, похожее на виски. Кто ему, блядь, налил? Ну, понятно, баром заведовал Богом. Немного взвинченный Тэ разозлился еще больше. Он наклонился над стойкой и поманил Богома пальцем. Тот недоверчиво хмыкнул, видимо, помнил их вчерашнюю стычку в коридоре на третьем этаже. — Слушай, ты, — прошипел Тэхён, чтобы слышал только Богом. — Ему семнадцать, какого хера ты наливаешь ему неразбавленный виски? — Он уже большой мальчик, — парень пошло ухмыльнулся. — И сам решает, что ему пить. Кто я такой, чтобы отказать. Простой бармен. — Хегё тоже нальешь, если попросит? — Тэ взбесился. — Хули ты молчишь? Значит так, чтобы крепче пива ему ничего не давал. И да, Богом, увижу, что распускаешь руки, буду говорить по-другому. Ты меня знаешь. — Больно надо было, — фыркнул пятикурсник, отстраняясь. К ним подошли двое ребят, и он сосредоточился на выпивке для них. Тэхён взял две бутылки пива из холодильника и направился к Чонгуку. — Дай сюда, — велел он, отбирая у него виски. Чон не успел даже возмутиться, лишь открыл рот, когда Тэ уже залпом выпил его напиток. Черт. Слишком крепко. Да и хер с ним. — Ты охерел? — взвился Чонгук. — Тут достаточно алкоголя. — Вот, — Тэхён отдал ему одну бутылку. — Держи и не вякай. Я несу за тебя ответственность. — А в задницу ты бы не сходил? — Чонгук зло сощурился. — Ты мне, блядь, никто. И мне не десять, чтобы за мной присматривать и нести ответственность. Его голос так и сочился ядом. И в какой-то мере Тэхён его понимал. Но ничего не мог поделать. Дать ему напиться было бы непростительно. Учитывая, что со своим длинным языком Чон куда-нибудь обязательно влипнет. — Я бы сходил, — кивнул Тэхён, игнорируя вторую часть тирады Чонгука. — Да только тут нет симпатичных. — Что, твой дружок тебя уже не устраивает? — прошипел Чонгук. Он с остервенением свинтил крышку с бутылки, явно представляя на ее месте голову Тэхёна. — Он не дружок, — ответил тот, смотря Чону в глаза. — И не мой. — Мне похуй, — нелогично ответил Чонгук и, запрокинув голову, сделал несколько больших глотков. Тэхён снова завис на его горле. Оно, блядь, не давало ему покоя. Этот кадык просто сводил с ума. Черт. Черт. Черт. — Послушай, — решив немного сменить тему, спросил он. — В чем твоя проблема? — У меня нет проблем, — ответил Чонгук, облизывая губы. Понятно, что он просто слизнул упавшие капли пива. Но это выглядело чистейшей провокацией. — Ты приехал сюда уже настроенным негативно, — Тэхён тоже сделал глоток. После виски холодное пиво шло просто отлично. — Если не хотел жить со мной, сказал бы предкам. Сняли бы тебе квартиру. Да в конце концов, у моих пожил бы. Чонгук посмотрел на него каким-то нечитаемым взглядом, и Тэхён почувствовал себя так, будто сморозил какую-то чушь. Повисла неловкая пауза. И тут громыхнула музыка. Колонки и сабвуферы наконец настроили. Вечеринка началась.

***

Бутылкой пива дело не ограничилось. И уже через пару часов Тэхён был приятно пьян и собирался продолжать дальше. — За нас! Десяток голосов слился в унисон, когда они с друзьями синхронно «чокнулись» своими рюмками, а потом залпом выпили все. Тэ чувствовал, что ему стало чертовски жарко. Хотелось раздеться, но он все же был не до такой степени пьян. Поэтому лишь расстегнул рубашку до середины груди. — До дна! До дна! — орал кто-то за его спиной. Тэхён обернулся и увидел, что Чимин пьет пиво из небольшого бочонка. — И-и-и, да! — прокричал Ушик, победно вскинув руки, когда Пак выпил все. — Теперь ты, Гуки! Чон, которого Тэ оставил на попечение Ушика, уже пошатывался. Его развозило даже от пива. Но пьяный мозг Кима находил и это очаровательным. — Парни, давайте поддержим нашего гостя из Пусана! — Ушик, придурок, вел себя как конферансье на свадьбе. Но ужратым подросткам это нравилось. Чонгуку вручили новый бочонок. — Давайте на скорость, — предложил Тэхён, подходя к ним и вешаясь на плечи к Ушику. — Спорим, Чон, я тебя уделаю? — У-у-у, — завыл Соджун, — Гуки, тебе попался серьезный соперник. До этих пор Киму не было равных. — Идет, — в глазах Чонгука блеснуло что-то опасное. — Только просто на скорость скучно. Давай на желание? — Да хоть на два, — расхохотался Тэхён, почувствовав азарт. Блядь, кажется, он реально был пьян. — Все равно я тебя сделаю. Толпа радостно засвистела, и в руках у Тэ тутже оказался еще один бочонок. На самом деле, они были не такими уж большими. Литра на полтора максимум. Да и для таких конкурсов их наполняли не до верху. Но выпить залпом литр пива все равно было тяжеловато. И Тэхён сомневался, что Чонгук с этим справится. Ухмыльнувшись, он поудобнее перехватил свой бочонок и уставился на Чона. Тот смотрел серьезно, сосредоточенно. И немного пьяно. — Готовы? — выкрикнул Ушик. — На счет три! — Три! — без предупреждения скомандовал он, но ни Тэхён, ни Чонгук не растерялись. Тэ глотал пиво, которое текло по его подбородку и груди, не отрывая взгляда от Чонгука. Это было так странно. От этого взгляда все сводило в животе. Крутило узлом. А вкус пива совершенно не чувствовался. Казалось, это продолжалось вечность. В какой-то момент Тэхён почувствовал, что пиво начало кончаться, и перевернул бочонок полностью, выливая остатки себе в рот. Он не видел лица Чонгука, но услышал радостные вопли, когда сам делал последние глотки. Блядь, что? Тэ не верил. Он проиграл? Допив чертово пиво, он пораженно уставился на Чона. Тот самодовольно ухмылялся, держа в руках пустой бочонок. Вот же сученыш. — Ого-го, — почти пропел Ушик. — Кажется, нашего чемпиона свергли с престола! Думаю, за это стоит выпить! И все дружной толпой двинулись в сторону бара. Чонгук и Тэхён остались стоять друг напротив друга. Тэ достал сигареты и предложил одну Чону. Тот, кивнув, взял. Они оба закурили, все еще сверля друг друга взглядами. — Может отойдем? — предложил Чонгук, указав головой на беседку, украшенную гирляндой мелких лампочек. Внутри нее никого не было. Тэхён, чувствуя себя абсолютно пьяным, уже, кажется, не совсем контролировал то, что делал и говорил. Поэтому лишь безропотно кивнул. В беседке Чонгук запрыгнул на перила и уселся на них задницей. Он стряхнул об эти же перила пепел и затянулся, глядя Тэхёну в глаза. Ким чувствовал, как подрагивали его собственные пальцы. Он понимал, что сейчас происходило что-то странное. Что-то, что он уже не мог остановить. И это не пугало, нет. Это завораживало. Как бутылка шампанского, которую уронили. Вот она летит несколько секунд, готовая разбиться о землю на сотни осколков. Как автомобиль, на полном ходу несущийся прямо в стену. Мгновение — и его размозжит. Как выпрыгнувший из самолета парашютист, планирующий в небе. Считанные минуты — и все закончится. Неотвратимость. Которая делает моменты особенно острыми. От которой звенит каждый нерв. Тэхён чувствовал, что его вот-вот размажет о стену, но не находил в себе сил просто отвести взгляд. — Ты должен мне желание, — Чонгук выдохнул несколько колец дыма, одно за другим. — Да, — согласился Тэхён, судорожно затягиваясь, чувствуя, что еще чуть-чуть. Вот-вот. И все. — Я проебал, но я умею признавать поражение. Твое желание? Чонгук затушил сигарету о деревянные перила и выбросил окурок куда-то в траву. Потом облизнул губы и почти беззвучно выдохнул: — Поцелуй меня. Вот оно. Тот момент, когда Тэхён столкнулся с землей и рассыпался на сотни осколков. Просто два слова, сказанные вслух. Но разделившие его жизнь на «до» и «после». Завтра он оправдает себя тем, что они оба были в жопу пьяны. Что это было просто дурацкое пари. Проспоренное желание. И все. Но это завтра. А сейчас Тэхён сделал шаг вперед и оказался между разведенных в стороны ног Чонгука. Он тоже выбросил свою сигарету, чтобы освободить руки. И чтобы уже в следующее мгновение положить их Чону на талию. На улице уже окончательно стемнело. Но крошечные огоньки гирлянды легкими бликами ложились на лицо Гука, оставляя на нем причудливые тени. Он приоткрыл рот, бесшумно выдыхая. И Тэхён качнулся вперед, почти теряя голову от внезапной теплоты его тела и запаха его туалетной воды. Сжимая ладонями тонкую талию, он наклонился ниже. Его губы тоже приоткрылись. Их дыхание смешалось. Горячее, пьяное, чуть сорванное. Чонгук задрожал в руках Тэхёна. И это стало спусковым крючком. Тэ его поцеловал. Почти целомудренно. Накрыв его губы своими. Почти умирая от их мягкости и пухлости. Они были, мать их, идеальны. Настолько же волшебны на вкус, как и представлялось. Тэхён поплыл. Откровенно и совершенно безвозвратно. Его язык мягко обвел губы Чонгука, заставляя их приоткрыться еще сильнее, и скользнул внутрь. Это не был первый поцелуй Тэхёна, но, Господь, он был самым лучшим, что с ним когда-либо случалось. Чонгук ухватил его за плечи, притягивая ближе к себе. И их языки переплелись. Это было уже совершенно не невинно. Они целовались мокро, жадно, пьяно. Тэхёну хотелось буквально трахнуть своим языком этот чертов рот. Он сводил его с ума. Чонгук сводил его с ума. Все, что было «до», перестало существовать. Но что будет «после»? Сейчас Тэхёну было откровенно плевать. Сейчас он сжимал в своих руках Чонгука и целовал его так крепко, на сколько хватало дыхания. Тэхён разбивался. Каждую ебаную секунду. Разбивался и разбивался. Это было неотвратимо. Но это было прекрасно.