Из Пусана, с любовью

***

Уже окончательно стемнело. И если вокруг костра и кафе расходились круги света, то чем дальше они шли вдоль берега, тем темнее становилось кругом. Ночной воздух казался довольно свежим, и Тэхён продрог. Его шорты были абсолютно мокрыми, как и волосы. Но он почти не обращал внимания на них, потому что был сосредоточен на другом. Чонгук. Они шли рядом, совсем близко. То и дело соприкасаясь плечами или руками. И каждое такое прикосновение отдавалась теплом и маленьким электрическим разрядом во всем теле. — Ты хотел о чем-то поговорить? — первым сдался Чонгук. Его голос звучал довольно тихо, но здесь, вдали от людей, и не нужно было кричать. Ночную тишину нарушал лишь шелест волн. — Мне кажется, мы как-то не так начали, — Тэхён вздохнул. — Давай попробуем сначала? — Зачем? — Чонгук пожал плечами. — Не вижу смысла. — Какой же ты упрямый, — Тэ усмехнулся и покачал головой. — Да хотя бы потому, что ты собрался здесь учиться. И мы сейчас живем под одной крышей. — Если я тебя напрягаю, можешь не таскать меня за собой, — фыркнул Гук. — Найду друзей и сам. — Как же ты бесишь, — Тэхён скрипнул зубами. — Я тебе слово, ты в ответ два. Вот серьезно, что тебе опять не так? Чонгук остановился и внимательно посмотрел на Кима. Тот встал напротив него. — Мне? — Гук усмехнулся. — Мне все так. Это ты решил поговорить и что-то там обсудить. Значит, не нравится что-то именно тебе. — Да ты просто пиздец, а не человек! — Тэхён не выдержал. Он засунул руки в карманы своих шортов, сжав их там в кулаки. Они просто чесались дать этому мелкому засранцу затрещину. — Ладно, хорошо. Я скажу, что меня не устраивает. — Жги, — Чонгук широко улыбнулся. Похоже, ему доставляло удовольствие бесить Тэхёна. Того аж передернуло. — Давай на чистоту, — предложил Тэ, стараясь взять себя в руки. — То, что нас физически тянет друг к другу, отрицать бессмысленно. Ты сам попросил поцеловать тебя. И когда я это сделал, то ты просто свалил искать кого-то другого. Что не так? Тебе не понравилось? — Ну, почему же, — хмыкнул Чонгук. — Это было прикольно. — Сука, — Тэхён от злости сплюнул на песок. — Если ты, блядь, еще хоть раз произнесешь это слово, клянусь, я… — Что? — невинно уточнил Гук. — Придушу тебя! — в сердцах рявкнул Тэхён. Он понимал, что его просто дразнят, но не мог затормозить. А Чонгук лишь подливал масла в огонь. — Прикольно, — со смешком ответил Чон. И Тэхён сдался. Он схватил его обеими руками за лицо, притянул к себе и впился в его губы своими. Это совершенно не походило на их первый поцелуй, нежный и мягкий. Нет, сейчас Тэхён целовал Чонгука со злостью, яростью и страстью, которые буквально раздирали его на части. Гук ответил почти сразу же. Его рот приоткрылся под бешеным напором Тэ, и маленький язычок скользнул по губам Кима. Блядь. Это было слишком хорошо. Тэхён чуть слышно застонал. Он немного ослабил хватку, продолжая удерживать лицо Чонгука одной ладонью. Вторую же опустил ему на спину. Кожа там была теплой, нагретой за день солнечным светом и жаром костра. Тэхён сходил с ума от ее мягкости и бархатистости. Чонгук слегка обмяк. Стал податливым, просящим. Он обвил шею Тэхёна руками и почти повис на нем всем своим весом. Тэ углубил поцелуй. Он поймал язык Гука и начал его посасывать. Услышав в ответ тихий стон, Тэхён прижал парня к себе крепче, давая ему почувствовать собственное возбуждение. Боги. Тэхёну казалось, что он спятил. Весь мир вокруг него вертелся с бешеной скоростью. Все набирая и набирая обороты. Чонгук был таким податливым, он так сладко принимал, так откровенно отдавался. От этого просто срывало все тормоза. Они целовались так долго, что начали задыхаться. Тэхён огромным усилием воли отстранился. Они оба жадно хватали воздух ртом и смотрели друг на друга ошалевшими глазами. — Я… — Чонгук собрался что-то сказать, но тут послышались чьи-то торопливые шаги. В темноте показался силуэт. — Эй, — это был Юнги. — Мы собираемся уезжать. Вы с нами, или решили заночевать тут? Блядь. Тэхён мысленно выругался. Он любил своего друга. Но сейчас тот была чертовски невовремя.

***

Пока они возвращались, основная масса их друзей уже собрали вещи и отъезжали. Поэтому Тэхён и Чонгук выехали с пляжа последними. Когда рядом были люди, все казалось не так страшно. Но как только они остались в машине вдвоем, у Тэ от волнения свело низ живота. Сердце колотилось в горле, а рука на руле сжималась до побелевших суставов. Наверное, им стоило как-то обсудить произошедшее. И именно Тэхён, как более старший и опытный, должен был взять на себя ответственность. — Слушай, — с легким усталым смешком произнес Чонгук, — ты слишком громко думаешь. — Что? — от его голоса Тэхён дернулся. Его выдернуло из собственных мыслей. — О чем ты? — О нашем поцелуе, — Гук посмотрел на него, но Тэхён не находил в себе сил повернуть голову, уставившись на дорогу впереди. — Так вот, я не буду отрицать, что это был классный поцелуй. Уже, блядь, прогресс. — Но, думаю, — продолжил Чонгук, — что нам обоим будет проще, если мы сделаем вид, что его не было. Потому что мы не животные, чтобы поддаваться физическому влечению. А сам по себе этот поцелуй ничего не значит, согласен? — Ничего не значит? — повторил с горькой усмешкой Тэ. А то что у него, блядь, мир с ног на голову перевернулся, тоже ничего не значило? — Ты ведь ничего ко мне не чувствуешь? — хмыкнул Чонгук. И, не дожидаясь ответа, продолжил: — Вот и я к тебе тоже. Так что просто забьем на это. Забьем, значит. Отлично. Тэхён злился. Он хотел сказать маленькому засранцу, что этот поцелуй не был чем-то мимолетным. Что он, Тэхён, хотел его поцеловать. Хотел почувствовать его тело в своих руках. Хотел, возможно, чего-то большего. Но у Ким Тэхёна была гордость. И когда ему прямо говорили, что он ничего не значит, бегать и упрашивать он точно не станет. Чонгук все решил за них обоих. Что ж, так тому и быть. — Как скажешь, — как можно безразличнее ответил он, с силой выкручивая руль на очередном повороте. В этом не было необходимости, машина шла как по маслу. Просто Тэ дико хотелось что-нибудь сломать или разбить. Например, кое-чье лицо.

***

Игнорировать Чонгука получалось довольно легко, когда Тэхён оказался действительно задет его словами. Он решил не наседать на Чона и не цеплять его без причины. Да, Чонгук признал, что между ними существовало физическое влечение. Но не считал его какой-то весомой причиной для сближения. Тэхён же решил поглубже засунуть свои собственные эмоции от двух несчастных поцелуев. Потому что, блядь, если семнадцатилетнему пацану на все это похуй, то ему уж должно быть все равно и подавно. На удивление, когда он пришел к этому решению, все пошло гораздо легче. Чонгук тоже особо не провоцировал. По большей части дни он коротал в своей комнате за учебниками. А вечера они проводили перед огромной плазмой в гостиной. Все их конфликты сводились к тому, какой фильм выбрать или кто будет готовить ужин. И пусть Тэхён порой ловил себя на том, что зависал, рассматривая, как дрожат ресницы Гука, когда они смотрели очередной сериал, все это было неважно. Главное, что между ними воцарилось какое-то подобие нормального общения. Его сложно было назвать дружеским, но приятельским — вполне. Вот и сегодня они расположились в гостиной за серией «Аббатства Даунтон». Тэхён находил его немного скучным, но Чонгуку нравилось. Чон сидел на своей половине дивана, закинув ноги на спинку. Его футболка задралась, слегка обнажая живот. А шорты открывали вид на крепкие бедра. Тэхён сглотнул и отвернулся к экрану. Он приказывал себе не думать ни о чем лишнем. И уж тем более, никак не выдавать своего интереса. Чонгук мог быть жестоким, если хотел. А становиться объектом его насмешек отчего-то желания не было. Хоть Тэ и понимал, что вполне мог дать ему отпор на этом поприще. Но он просто не хотел. Его телефон завибрировал, сигнализируя о входящем сообщении. Мама: Детка, ты мог бы забрать Лиён на несколько дней? Тэхён: Отец? Мама: Да. Сам знаешь, иногда эти приступы просто сильнее него Тэхён: Конечно. Обними его за меня. За принцессой я сейчас приеду Мама: Он тебя любит, ты ведь знаешь? Вас обоих Тэхён: Он любит и тебя, ты ведь знаешь?) Мама ему не ответила, но Тэ знал, что она улыбнулась. Мигрени отца были чертовски сильными и причиняли дискомфорт не только ему самому, но и всем членам семьи. Тэмин становился невыносимо раздражительным, нервным, мог накричать без причины. И мама старалась в такое время свести его общение с детьми к минимуму. Что ж, надо видеть во всем и позитивную сторону. Его маленькая принцесса будет его гостьей ближайшие четыре-пять дней, пока отцу не станет лучше. — Мне надо отъехать, — Тэхён поднялся с дивана, убирая телефон в карман. — Скоро вернусь. — Что-то случилось? — спросил Чонгук, следя за происходящим на экране. — Мама попросил забрать Лиён на пару дней, — неохотно ответил Тэ. Он не особо любил распространяться о недуге отца. Но Чонгук в любом случае спросил бы, когда сестра окажется здесь. — Мигрень? — Гук наконец отвлекся от сериала и внимательно посмотрел на Тэхёна. А в ответ на его вопросительный взгляд пояснил: — У отца тоже такие бывают приступы, и мама рассказывала про твоего. — Да, — Тэхён кивнул, опустив взгляд. — Мама просит забирать сестру, потому что она еще слишком мала. И ни она, ни отец не хотят, чтобы она подумала, что ее больше не любят. В такие моменты он сам на себя не похож. А врачи лишь разводят руками, все препараты дают лишь временный эффект. Рано или поздно приступы возвращаются. — Понимаю, — Чонгук криво улыбнулся. — Я сам как-то в детстве имел неосторожность попасть в комнату отца, когда у него были не самые лучшие дни. Он из-за чего-то сильно разозлился, кажется даже запустил чем-то, и у меня случилась истерика. Ничего смертельного, но мне было года четыре. И для меня тогда это стало трагедией. — Охотно верю, — без злости усмехнулся Тэхён. Он взял со столика ключи и бумажник. — Мне съездить с тобой? — предложил Гук. И Тэ был благодарен ему за это предложение. — Нет, — он покачал головой. — Я попрошу тебя, если не сложно, приготовить что-нибудь для Лиён. Например, макароны с сыром. Или что-нибудь вроде этого. Она, конечно, ничего не знает, но всегда чувствует что-то плохое. Не хочу, чтобы она грустила. — Без проблем, — Чонгук тепло улыбнулся и тоже поднялся. — Сделаю для маленькой леди вкусную пасту, а потом мы все вместе посмотрим «Короля льва». — Я же сказал, не хочу, чтобы она грустила, — Тэхён закатил глаза, пряча улыбку. — Ты зануда, — Гук рассмеялся. — Хорошо, тогда посмотрим какой-нибудь идиотский мультфильм про Барби. — Признайся, ты любил их в детстве? — Тэ не смог сдержать смеха. — Нет-нет, не отрицай, уверен, ты настоящий эксперт. — Да пошел ты! — Чонгук в шутку надулся и показал ему средние пальцы сразу на обеих руках. — Что за жесты? — возмутился Тэхён, пятясь к двери. — И этими руками ты собрался готовить для моей сестры? — Я их помою, — фыркнул Чонгук. — Все, вали. Мне нужна тишина, чтобы сотворить шедевр. Тэхён, смеясь, обулся и вышел за дверь. Уже спускаясь по лестнице, он поймал себя на мысли, что новость об очередном приступе болезни у отца в этот раз воспринял гораздо проще. Конечно, они давно стали обыденностью в их маленькой семье. Но Тэхён все равно довольно остро реагировал на это. Он переживал и за отца, и за маму. Которой приходилось со многим справляться и заботиться не только о Тэ и Лиён в такие дни. Но сегодня, благодаря Чонгуку, это удалось принять легче. Осознание, что ты не один такой, помогает справиться с ситуацией быстрее.

***

Дома царила непривычная тишина. Точнее, привычная для подобных дней. Нет, никто не делал из этого траура. И по сути вся их семья продолжала жить своей обычной жизнью. Но мама всегда старалась взять несколько отгулов, чтобы позаботиться об отце. Когда Тэхён подрос, это делал он. Да и со временем приступы мигрени отца становились все короче. Он как будто бы научился справляться с ними быстрее. По крайней мере, Тэ хотелось так думать. — Привет, малышка, — он нашел Лиён в ее комнате. Она рисовала. — Почему ты грустишь? — Мамочка сказала, что я еду к тебе в гости, — Лиён трагично вздохнула и продолжила раскрашивать контур какого-то странного животного в желтый цвет. — И ты поэтому так расстроилась? — Тэхён улыбнулся и потрепал ее по волосам. Те рассыпались по плечам каштановыми волнами. — Не хочешь погостить со мной и Чонгуком? — Хочу, — Лиён надулась, явно не желая вдаваться в подробности. Но тут же не выдержала: — ТэТэ, скажи, папочка и мамочка меня не разлюбили? — Почему ты так решила, котенок? — у Тэхёна сжалось сердце. Ведь когда-то он и сам задавался подобным вопросом, не понимая сути происходящего. И меньше всего он хотел такого же для своей сестры. — Мы на этой неделе смотрели на динозавров, потом на больших рыбок, а вчера ездили к енотикам. Сегодня мы хотели смотреть на жирафиков, но мамочка сказала, что мне придется ехать к тебе, потому что у папочки болит голова. — Эй, — Тэхён повернул сестру за плечи к себе и широко ей улыбнулся. — Мамочка имела в виду нас с Чонгуком. Ты видела, какие мы оба высокие? Ну чем тебе не жирафы? Лиён сначала недоверчиво фыркнула. Потом задумалась и хихикнула. — А вы покатаете меня на шее? Тэхён рассмеялся и поцеловал ее в лоб. — Покатаем. Собирай свои игрушки, я пойду навещу мамочку и вернусь за тобой, хорошо? Лиён с энтузиазмом закивала и тут же вскочила, осматриваясь в поисках своих сокровищ. Сумку с вещами для нее Тэхён заметил у входа в комнату. Мама уже позаботилась. Спустившись на кухню, он увидел, что мама, чуть ссутулившись, мешала деревянной лопаткой какое-то варево. Обняв за плечи, Тэхён поцеловал её в щеку. — Привет. Как он? — Как и всегда, — мама криво усмехнулась. — Все нормально, сынок. Сейчас сделаю ему суп. Надеюсь, поест. Все случилось еще вчера ночью. Так что он не ел уже почти сутки. Спасибо, что согласился присмотреть за Лиён. — Перестань, — Тэ вздохнул и боднул её в плечо. Мама была ниже него. Она вообще была какой-то хрупкой, миниатюрной. Это Тэхён пошел в отца и шириной плеч, и ростом. — Как у вас с Чонгуком дела? — выключив газ под кастрюлей, мама повернулась и с улыбкой посмотрела на него. — Уживаемся как-то, — Тэхён пожал плечами. — Он сейчас, кстати, готовит что-то для принцессы. — Ты ему сказал о приступах отца? — уточнила мама. Она спросила это без осуждения или драматизма. Да, эта болезнь доставляла им кучу забот и неприятных минут, но не была смертельной. — Да, — Тэхён улыбнулся, добавив: — Точнее, он сам догадался. У Джунхёна же та же проблема. — У вас действительно много общего. Сын, — Чоли немного нахмурилась, отчего Тэ стало не по себе. Кажется, его ждал материнский совет. Или отповедь. — Я, конечно, не Юнги, чтобы ты делился со мной сердечными тайнами. Но и мне когда-то было двадцать лет. Я не буду лезть к тебе с расспросами сейчас. Но хочу, чтобы ты знал, если тебе будет нужен совет, ты всегда можешь прийти ко мне. Или к отцу. Тэхён закусил нижнюю губу, нервничая. Неужели и мама раскусила его на раз-два. Его заинтересованность в Чонгуке была такой очевидной? — Иди, — мама улыбнулась и хлопнула его по плечу. — А я пойду отнесу суп твоей старшей копии. Тэ закатил глаза и улыбнулся. — Пиши, как ему станет лучше. — Обязательно, — мама притянула Тэхёна к себе и обняла на прощание, потрепав по волосам.

***

По квартире витал удивительно вкусный аромат. — Ого, — Лиён потянула носом и улыбнулась. — А я голодная! Она скинула свои сандалии и вприпрыжку побежала в сторону кухни. Тэхён занес ее вещи во вторую гостевую спальню и тоже пошел на запах. Чонгук уже накрывал на стол. Его растянутая майка сползла с одного плеча, открывая вид на острые ключицы. Тэхён сглотнул и виновато отвел взгляд. Он помнил, что ему нельзя мечтать об этом. Чонгук не был заинтересован. — Привет, принцесса, — Чон улыбнулся и подмигнул Лиён. — Я сделал твои любимые макароны с соусом. Беги мыть руки. — Хорошо, — Лиён замялась, посмотрела сначала на брата, потом снова на Чонгука. — А можно тебя поцеловать? Тэхён нервно усмехнулся. Какая ирония. И ведь ей явно не откажут. — Конечно, принцесса, — Гук ослепительно улыбнулся своей маленькой поклоннице и наклонился к ней. Лиён звонко чмокнула его в щеку и покраснела. — Просто ты очень красивый, — объяснила она. — Не смогла удержаться. Господи, надо сказать родителям, чтобы вели себя приличней. Ли явно цитировала кое-чей диалог. Рассмеявшись, Чонгук погладил ее по волосам и выпрямился. Он смотрел Тэхёну прямо в глаза. Их переглядки длились довольно долго. Они оба не решались сказать хоть что-то. Впрочем, а нужно ли было это что-то говорить? Тишину нарушила вернувшаяся из ванной Лиён. — Кушать! — закричала она, вбегая в кухню. — Хочу кушать! Кушать! Кушать! Тэ, улыбнувшись, поймал ее и усадил за стол. Забавно, что у его сестры оказалось больше смелости в выражении собственных желаний. А еще более забавно было то, что кажется, все члены семьи Ким были без ума от Чон Чонгука.