Любовь — это…

      Вики лениво перекатывается на другую часть кровати — все еще жарко. Возникает впечатление, что она очутилась не в спальне, а в знойной пустыне, где кроме палящего солнца и раскаленного песка ни черта нет. Уокер тяжело вздыхает и медленно продирает глаза. Добро пожаловать в начало: она ворочается полночи точно, но никак не может уснуть. Голова забита тревожными мыслями о прошлом, настоящем и будущем. И отогнать их не получается. Раньше, при жизни с отцом, были на носу праздники, которые Вики с трепетом ждала, теперь — война с тем, кого называют безжалостным чудовищем.       Уокер недовольно поджимает губы и, резко подорвавшись с места, опирается локтями о мягкий матрас. Кое-как сбрасывает ногами на пол покрывало, и прохлада тут же приятно обволакивает горячее тело, отрезвляет.       — Вики? — наверняка услышав ее копошение, спросонья бормочет Мими. — Ты почему не спишь?       — Уже ложусь, — тихо произносит Вики в ответ — лжет. — Спокойной ночи.       Она дожидается, пока соседка заснет, а потом, стараясь не шуметь, осторожно слезает с постели. Лежать и пялиться в потолок — не вариант, нужно продумать до мельчайших подробностей план побега. Лишь бы не усугубить своим решением и без того сложную ситуацию…       Уокер в ночной сорочке подходит к окну, аккуратно открывает его настежь и вдыхает полной грудью свежий воздух. Возможно, она сумеет переубедить всех, что надо сосуществовать мирно, приведет убедительные аргументы… И они что, тотчас охотно подчинятся ее воле? Вики насмешливо хмыкает, понимая абсурдность своих слов. Абсолютно каждый герой в этой истории преследует собственные цели, и он, явно готовый идти по головам, не остановится ни перед чем. Предотвратить конфликт, избежать сражения почти нереально.       Уокер невольно ловит себя на мысли, что ей не помешает расслабиться; взвешивает все «за» и «против» недолгой ночной прогулки и, сделав окончательный выбор, приближается к прикроватной тумбочке. Она как можно тише вытаскивает художественные принадлежности и, надев босоножки на сплошной подошве, удаляется из комнаты.       Вики торопливо петляет по извилистым коридорам, оглядывается, чтобы не наткнуться на болтливого ученика или еще хуже — учителя. И вскоре, не встретив на пути ни единой преграды, оказывается на улице. Над головой угрожающе нависает темное полотно, усеянное многочисленными звездами, и неполная луна, что более-менее освещает окрестности, в том числе и узкую тропинку, ведущую к одной из неопрятных беседок. Уокер вальяжной походкой направляется именно к ней и бесцеремонно присаживается на грязную ступеньку, пачкая белый наряд. Она без промедления вырывает чистый лист из альбома и, внимательно глядя на него, сводит брови к переносице: да уж, подобрала чересчур «удачный» момент, чтобы порисовать — на дворе ведь ночь. Однако спустя несколько секунд Вики выныривает из наваждения, щурится и плавно выводит карандашом первую линию на бумаге…       — Не спится? — раздается хорошо знакомый голос позади.       Уокер вздрагивает от неожиданности, тут же прячет под маской безразличия животный испуг и медленно поворачивается лицом к Мальбонте. Он, прислонившись плечом к стене, будто чего-то ждет. А Вики, не желая испытывать его терпение, поднимается и подходит на безопасное расстояние.       — Что ты здесь делаешь? — непонимающе спрашивает она.       — Тебя ищу, — бесцветно чеканит Мальбонте.       И в следующее мгновение хватает Уокер за предплечье, настойчиво тянет к себе. Его рука нежно скользит к ладони Вики, посылая по коже разряд мелких мурашек, и она тепло улыбается на этот невинный, совершенно несвойственный чудовищу, коим его считают, жест.       — Они могут в любой момент схватиться, Бонт, — взволнованно шепчет Уокер. — Разве я стою подобных жертв?       Вики страшно не за себя, нет: она никогда не боялась Мальбонте, как это на постоянной основе до сих пор делают другие. За столь малый промежуток времени полудемон стал для нее ближе любого в этой школе. И рядом с ним Уокер наконец обрела недостающую частичку пазла своей души, почувствовала себя полноценной.       Да, Мальбонте не является отважным героем, но и отъявленным злодеем тоже. Вики уже давно поняла, что хороших и плохих в данной ситуации нет, потому что рано или поздно каждый из них совершит злодеяние. А прятать истинную сущность за притворными улыбками и слащаво заливать в уши глину — совсем неблагородный поступок. Мальбонте, в свою очередь, ни разу не утаивал своих настоящих мотивов, и хотя бы за это его следует уважать.       — Пойдем, — полудемон отвлекает Уокер от размышлений и ведет к выходу из беседки. — Помни, тебе ничто не угрожает, — напоминает ей он и криво усмехается.       И Вики полностью доверяет: послушно идет за Мальбонте и внимательно осматривает пространство на наличие посторонних — чисто. Они взмывают вверх, и Бонт летит в неизвестном для нее направлении. Уокер, по правде говоря, все равно куда, главное — вместе с ним.       Немного спустя они приземляются на небольшой остров, где кроме одного огромного дерева нет ничего: оно чем-то похоже на мыслительное, которое Вики показывал Дино. Мальбонте располагается возле него и устало прикрывает глаза.       — Времени почти не осталось, — нарушает воцарившееся молчание он. — Ты должна выбрать сторону, Вики.       Кажется, ее сердце пропускает удар, а затем начинает колотиться с такой бешеной скоростью, что грозит выскочить наружу. Ладони мгновенно потеют, в висках неприятно пульсирует, а мерзкий ком встает в горле, не позволяя произнести и слова в ответ. Уокер до последнего оттягивала этот разговор с Мальбонте, — металась из крайности в крайность, прокручивала в сознании различные варианты исхода, наивно надеясь спасти всех.       — Это сложно, — несмело подает голос Вики. — Если я их всех брошу, не сказав на прощание…       — Они ни на секунду не засомневаются, бросят тебя в темницу! — гневно восклицает Мальбонте и подрывается на ноги. — Будь уверена, что Ребекка поспособствует этому первая.       Уокер с усилием сглатывает, после устремляет на него укоризненный взгляд. Отчасти Мальбонте прав, ведь Ребекка — некогда родная, лелеявшая свою дочь — относится к ней сейчас как к средству достижения поставленной цели.       — Ну а ты?! — внезапно повышает голос Вики. — Что сделаешь ты, если я к тебе не примкну?! — со злостью выплевывает она и стремительно подходит к нему вплотную.       Мальбонте напрягается из-за резкой перемены в настроении, смыкает челюсти и заглядывает ей прямиком в глаза душу.       — Если ты в итоге пойдешь против меня, — вдруг с напускным спокойствием проговаривает он, — я не найду сил, чтобы противостоять тебе.       Уокер судорожно дергается, когда Мальбонте прикасается к ее щеке: между ними простирается осязаемая тонкая нить связи. Она обреченно выдыхает и, поднявшись на носочки, впивается в его губы, тем самым определяясь со стороной. Вики не предполагает, что будет дальше, какое будущее их ждет, но отрицать свои чувства больше не намерена. Уокер осознает, что придется пойти против всех и, быть может, позже она пожалеет. Однако теперь Мальбонте сродни соломинке для утопающего — для нее, вселяет уверенность грести к берегу.       — Я с тобой, — на миг отстраняясь, шепчет Вики. — С тобой…       — Рад слышать, — с улыбкой изрекает он и накрывает ее губы страстным поцелуем.