Save me, my dears

Трэвис, который внимательно слушал разговоры, немного с тревогой окинул взглядом свою рану, из которой кровь продолжала течь, пусть и уже не так сильно. Рваная ткань полностью пропиталась и никак не останавливала процесс кровотечения, отчего страх начал жечь его душу. Сложно было сказать, что Трэвис сильно переживал за свою жизнь, и она имела для него смысл, но… в его мыслях мелькнула лишь одна фраза. — "Я умер, я заплатил за всё — какого черта я снова здесь?" — убрав руку с живота, и, чуть дёрнув ею, чтобы прилипшая к кончикам пальцев кровавая ткань отпала, Фелпс попытался найти опору, и опёрся ладонью на землю, чувствуя камешки, песок, пыль и остальной мусор, который мгновенно прилипал из-за пота и крови. — Бля… — тяжко окинув глазами не самое маленькое количество людей, которые точно не в ближайшее время должны были вернуться в сознание, и тем более восстановить способность передвигаться на, пусть и небольшие, но всё же расстояния, Эшли произнесла: — Придётся тащить на себе некоторые тушки, более способных постараюсь отвезти на мотоцикле… — не договорив фразу, девушка посмотрела в сторону, где стоял её одинокий транспорт, на котором поместятся лишь два человека. — А те, кто нормально может ходить — пройдут пешком. Но что с лежачими делать… я не знаю… — с каждым словом её голос становился всё менее уверенным, после всего произошедшего. Дыхание участилось от нарастающей тревоги, что было вполне ожидаемо после всего, что произошло, происходит и будет происходить. Резко шмыгнув и проведя рукой у ноздрей, стирая подступающие слёзы и сопли, чуть морщась, и стараясь не привлекать к своим эмоциям лишнего внимания, Эшли отвернулась от Трэвиса, даже с учётом того, что сейчас она подумала о нём. Как он поедет? Не будет ли опасно ему садиться и напрягаться? Да и дойти он не сможет… Её мысли были перебиты другим мужским голосом со стороны, который взял роль командира на себя и начал толкать речь о том, что им следует сделать. — Белобрысого сразу отвези домой, тут не так далеко, я помогу его посадить… — нервно прикусывая и сминая губы, сказал Ларри, раздумывая над дальнейшим планом. — Тодд, бля, сам дойдет, и будет замечательно, если Нил очнётся в ближайшее время, но вот Мэйпл… — Я… — рыжий мужчина не мог связать и нескольких слов, кроме всхлипов и кашля, без возможности контролировать речь, мысли и даже частично тело. Всё неприятно гудело, ныло и тянуло, особенно в ногах, на которых лежало бессознательное тело, и на его шрам был уставлен испуганный и тревожный взгляд Моррисона. В его глазах, любящих и до жути измученных, сильно полопались капилляры, и казалось, что вот-вот он заплачет кровью, если бы это было возможно с точки физиологии. — Помогу… я… Эшли лишь тяжело вздохнула, кивнув головой в сторону Трэвиса, давая понять шатену, что нужна его помощь. В целом, до дома Нила действительно было не так уж и далеко, но вот основная цель — чтобы никто не увидел раньше нужного, что трехвековая церковь, поместье Фелпсов — было в щепки разрушено, и рядом стояли «умершие», или просто измученные и пострадавшие люди, чей вид вызывал уж очень большие подозрения в участии подрыва такого важного места в городе, с «хорошей», если такова была, и с плохой стороны. Впрочем, пока им ничего не мешало, можно было частично выдохнуть… но не мужчине, который уже подошёл к блондину, оглядывая его туловище. — Чувих, можешь прикатить мотоцикл ближе? Ему же будет лучше, если я с ним быстро разберусь, — потерев затылок грязной, с тёмными насыщенными волосами и ещё частично морщинистой рукой, чувствуя катышки пыли, даже немного грязи. Бордовая и старая кофта, которая не предвещала никакой прочности или тепла, немного приподнялась, зацепившись краем за карман джинсов. — Ага, подожди… — Эшли, без лишних слов, направилась в сторону мотоцикла, хромая на одну руку и держась за грудную клетку. Её верный друг стоял на дороге, между кладбищем и бывшим поместьем Фелпсов. На её до жути травмированный разум нахлынули воспоминания о прекрасном прошлом, когда все ребята были вместе, и их компания была невероятно прочной. Судьба их свела вместе, каждого с по-своему трагичней судьбой, и также развела, оставив в памяти лишь боль, страх и ужас. В некоторой степени Эшли могла понять поступок Ларри в 1999, но нельзя не уточнить, что она бы никогда так не поступила, не тот темперамент и способ избавиться от проблем. За сегодняшний день, кажется, она прочувствовала каждую эмоцию гораздо мощнее, чем за многие годы своей жизни, что являлось серьёзным показателем для понимания того, насколько ей важен сегодняшний день. Хотелось верить, что это конец, культ побеждён, мир практически спасён, но… определённо, что-то здесь не чисто. Нельзя воскресить мёртвых… К моменту, как у неё промелькнула эта мысль, девушка уже подошла к своему одному из лучших в недавние годы мотоциклу, которым раньше она до жути гордилась. Увы, сейчас было практически невозможно воспринять что-то из прошлого в хорошем ключе, ведь почти всё имело ассоциацию с её друзьями, культом, соответственной происходящей жутью в её жизни. Эшли, до сегодняшнего дня, не была самым главным героем в этой трагичной истории, пусть и немало раз проявляла себя в расследованиях. Как только девушка опытно перекинула ногу, и, торопясь, накинула на голову свой шлем, в её голову ударили воспоминания, как она с Фишером вместе ездила на озеро Виндиго, как они общались настолько откровенно, что душа сияла… и, увы, мысли о её последней поездке к живому Салли тоже посетили её, заставив нервно сглотнуть. Застегнув ремешок на подбородке, девушка уже завела мотоцикл, как вдруг обратила внимание на свои руки, а конкретнее — на ногти, которые были обгрызены. Это была мелочь, за которую Эшли раньше получала лёгкого шлепка по губам, но в последние годы больше никто не делал ей замечания. Не то, чтобы её это сильно напрягало, но в голове девушки всплыли также приятные воспоминания о том, как она красила ногти парням, вместо того, чтобы делать маникюр себе. Вздохнув, она всё же дёрнула руль мотоцикла и, с негромким рычанием мотора, двинулась в сторону новых руин, которые всё лучше и лучше освещались восходящим солнцем. Приблизившись почти вплотную к разбитому поместью, и, немного со скрежетом гранитной дороги, девушка остановилась и двинула тазом и следом всем туловищем вперед, ближе к рулю, чтобы Трэвису было больше места для того, чтобы сесть, с учётом его ужасного физического состояния. Парень казался, что он в более тяжёлом состоянии из-за своей чудовищной бледности, чем есть на самом дели. Потери крови давала о себе знать, и тревога неприятно играла по ребрам Ларри о том, что придётся везти его не домой, а оставить здесь. Размышляя об этом, Джонсон подошёл к блондину, чувствуя, как под подошвой хрустят камешки и песок, заставляя его ступню немного елозить, что не могло не отвлечь его. Отпихнув один такой мешающийся булыжничек, точнее его осколок, шатен подошёл вплотную к лежащему, хотя уже скорее в полу-сидящем положении, Трэвису, наблюдая за его тяжёлым и мутным взглядом. Он всё ещё находился в сознании, что не могло не радовать, однако его состояние всё ухудшалось. Взяв Фелпса подмышки, чувствуя пот и мягкую ткань, и, стараясь максимально безболезненно это сделать, начал поднимать его, наблюдая за его каждой морщинкой на лице, также обращая внимание на красный, слезящийся глаз. Наконец, подняв Трэвиса в почти полный рост, прижимая его тело к себе, и давая ему тем самым небольшую опору, Ларри начал медленно двигаться ближе к мотоциклу, издавая кряхтящие звуки. Всё-таки, его физическое тело не было так сразу подготовлено к тому, чтобы поднимать тяжёлые тела, тем более если нужно о них ещё и позаботиться. Наконец, не без мата, мужчина дошёл до мотоцикла, и у него возникла новая дилемма. — А как его лучше посадить-то?... — произнёс Ларри, немного морщась от того, как начинали ныть и трястись его руки, заставляя блондина потерять полную уверенность в том, что его выдержат. — Так, чувак, немного осторожнее… — не дождавшись ответа девушки, которая уже повернулась чуть ли не корпусом к Ларри с желанием помочь ему, он начал аккуратно тело Трэвиса отпускать на землю, при этом стараясь не сильно давить на него. Фелпс, почуявший, что пора брать инициативу в свои руки, начал также медленно стараться усесться на мотоцикл, сжимая челюсти от жгучей боли в животе. Ему было искренне страшно за то, что он почти умирает второй раз, и его действия лишь способствуют большей потери крови, однако другого выхода не было. Не церемонясь и не стесняясь каких-то движений, которые при здоровом состоянии могли бы показаться хамскими или пошлыми, Трэвис всё же смог аккуратно сесть на транспорт, активно прижимаясь к Эшли, при этом стараясь не напрягать пресс. С ногами всё было несколько сложнее — их нужно поднимать высоко, чего он бы не смог самостоятельно сделать, поэтому, эту работу начал выполнять Ларри. Не сильно брезгуя старыми плохими отношениями, мужчина заботливо поставил грязные ноги Фелпса на специальные крепления для пассажиров сзади, пачкая свои и так потные и замызганные руки. — У тебя второго шлема нет случаем? — Черт… нет, но, — не стараясь договорить фразу, Кэмпбелл одним щелчком расстегнула застежку на подбородке и стянула с себя шлем, поворачиваясь боком в сторону Джонсона. — На, напяль на него, — такая мера заботы вряд ли была бы сильно полезной, при условии, что ехать не так уж и далеко, да и она уж точно будет стараться доехать до дома аккуратно и без приключений, и уже только там они решат, что дальше делать с Трэвисом. Молча взяв в руки шлем, Ларри немного грубым движением накинул его на голову блондина, который не особо-то и возмущался в нынешнем положении. Его тело поддавалось будто кукольное, но оно и ясно, он находился в полусознании. Пока Ларри занимался всеми прелюдиями для безопасности, Тодд, который особо не подавал признаков активности, начал немного копошиться. Активно сглатывая слюну и кусая свои щёки, мужчина приподнял голову своего парня, чтобы он смог убрать ноги. Ему безумно не хотелось отпускать Нила до момента, пока он не придёт в сознание, но так было бы лучше — и часть его сохранившегося рассудка позволяла ему так мыслить. Чувствуя, как в мягкую волосатую кожу впиваются камушки, Тодд невольно поторопился встать, всё также стараясь сохранить положение головы Нила в одном виде. Как только он поднялся, точнее, встал полностью на колени, рыжеволосый начал медленно тянуть темнокожего ближе к себе, чтобы также попытаться поднять и его. Но это стало для него нестрашной, но ошибкой, ведь при первом же напряжении Тодд почувствовал сильную боль в суставах, которая с трудом позволила ему сохранить равновесие даже на коленках, и не отпустить парня. Порча, видимо, сжирала не только душу, но и здоровье физической оболочки, что не могло не расстраивать. — Тодд, ёпта! Да не надо торопиться, я помогу тебе, — крикнул Ларри в сторону Моррисона, заставляя того остепениться и закашляться на месте, опять-таки, из-за напряжения. Аккуратно усевшись обратно на задницу, и снова приблизившись к телу, которое бессознательно лежало рядом и еле дышало, Тодд тяжело вздохнул. Как только Трэвис был достаточно безопасно экипирован и прижат к Эшли, девушка повернулась в сторону дороги и вновь медленно завела мотор, готовясь к напряжённой, но короткой поездке. Вновь тихий рык, и… с небольшим дёрганьем и неприятной вибрацией, мотоцикл тронулся вновь по гранитовой дороге вплоть до нормального асфальта, издавая при этом разные звуки, которые для человека, никогда прежде не пользовавшись мотоциклом, будут казаться как признак поломки. Но нет, это лишь неровная дорога. — Держишься? — спросила Эшли у Трэвиса, чувствуя, как его кровавые руки на её оголённом животе оставляли свои следы. Не то, чтобы её это смущало, но и не сказать, что сильно радовало. Разглядывая мир впереди неё, который она могла узреть со своим уже несколько попортившимся зрением, и напрягая свои руки, девушка заметила над кладбищем необычное сгущение облаков, которое и тучей особо не назовешь. Ей это до безумия напомнило прошлый раз, когда шатенка активно помогала Фишеру соединить куски его души в этой реальности, что и привело к их воссоединению… в её руке, которая так и не начала светиться с того момента. — В небе что-то странное, не находишь? — М… мгм, — Трэвис не особо торопился выходить на активный диалог, так как сознание всё больше и больше ускользало из его тела, хотя нельзя было сказать то же самое про его кровь. Если сильно не напрягаться, то она больше не текла, лишь рана немного пульсировала. Возможно это было связано с усталостью, или наоборот, расслаблением, когда он опрокинул свою голову на нечто более мягкое, чем обломки. От Эшли очень слабо пахло потом и духами, которые, казались бы, давно въелись в её одежду. Но, как только он услышал второй вопрос, блондин несколько заинтересовано поднял взгляд на небо — и действительно, какое-то странное сгущение облаков было именно над кладбищем, и совсем гуще было ближе к южной части — там, где находилась могила Фишера. Совпадение или связь? Эта мысль заставила Трэвиса немного придти в себя, но не надолго, так как уже через семь секунд они проехали горизонт кладбища, и уже приближались к старому дому старых друзей. — Что за хрень…

***

— Сука, как тебя утихомирить-то?! — чуть ли не ором донеслось от Ларри, который пытался удержать Мейпл. Очнулась она почти сразу после того, как пришёл в сознание Нил, и после этого для Джонсона начался очередная сценка непредсказуемого адского цирка. Осталось всего две личности довести до дома, и одна прямо сейчас кусает его за руку, мешая всему спланированному процессу, — Пиздецки озверела! — произнёс шатен, стараясь оттолкнуть от себя сероволосую, но при этом не в сторону ямы. Девушка стояла на ногах достаточно уверенно, и нападала на него тоже! В такие моменты Ларри не особо старался следить за своими действиями, лишь бы не ударить в ответ слишком сильно, или случайно не оказаться в бездне. Нельзя было сказать, что Мэйпл совсем была похожа на зверя — в первые моменты её сознания, за долгий месяц она смогла произнести пару слов, и уже после чего она начала пытаться прокусить кожу мужчины, который желал ей лишь добра на тот момент. Зрачки не были сужены как в последний момент живой встречи, когда она ещё сидела в подвале, но при этом вела себя очень агрессивно. — К чёрту! — проругался Ларри, ударив кулаком по девушке. Конечно, это была ужасная идея, но единственная, чтобы не угробить всех до конца и позволить наконец добраться до дома. Ныне худая женщина мигом вырубилась, падая в нежеланные объятия Джонсона, которые он с такой же неприязнью принял. Подняв тело на руки, которое было достаточно легким, что не могло не удивлять, Ларри двинулся в сторону дороги, чувствуя камешки под своей тонкой подошвой. Рука, а быть точнее, свежий укус неприятно пульсировал, заставляя шатена засомневаться в том, что он долго проживет с нынешней потенциальной угрозой — заражение крови через такую зубастую атаку. Но Ларри опешил, когда увидел, что его кровь более темная, чем просто бордовая, даже скорее черная. Что-то екнуло у него в груди, как только он вспомнил, как выглядели жители апартаментов Эдисона в ту ужасную ночь. Но, как бы ему не хотелось оставить Мэйпл здесь, он всё же перевел своё внимание и начал вновь двигаться в сторону дома, немного щурясь от солнца, которое уже светило во всю. С Нилом и Тоддом ситуация прошла несколько легче — первого можно было посадить на мотоцикл, даже с учетом его слабости сознания и физического тела, а второй и вовсе смог сам дойти, но, естественно, с поддержкой. С каждым разом было всё старшее оставлять кого либо в разрушенном поместье, ведь было неизвестно, как быстро разлетятся новости до полиции, и как быстро они прибудут. Казалось бы, они должны были сразу после такого масштабного взрыва, но… но так как половина ментовки была напрямую связана с культом — почти некому было приезжать в такую унылую часть Нокфелла. Здесь мало кто жил, особенно в этом «районе», чего уж говорить о том, что большая часть была убита либо культом, либо… об этом имени не хотелось думать негативно. Настолько не хотелось, что в груди мужчины вновь засвербила старая боль, словно он снова в домике на дереве. Как только Ларри почти дошёл до дома, солнце вдруг пропало. И нет, это не было каким-то фантастическим явлением, при котором звезда просто исчезла. Всего лишь тучи, которые появились примерно из ниоткуда, и активно насыщали зону кладбища. Обернувшись в сторону, где секунды назад было солнце, Джонсон прикусил щёки и ускорился к дому, не желая подпасть ни под дождь, ни под очередные необъяснимые явления. Уже пойти дойдя до двери, Ларри услышал женский голос, активно зовущий его , хотя было вернее сказать мат, за его спиной. Быстро открыв дверь и чуть ли не пинком затолкав Мейпл в комнату, которая была наполнена коробками, и, покопавшись с новым замком — закрыл дверь, после чего срочно вернулся на улицу. — Ебучий случай… — вырвалось у Ларри, когда он увидел яркое голубое свечение прямо в центре кладбища. Чувствуя, как погода ухудшается, и ветер со свистом пролетает рядом, Ларри всё же немного пришёл в себя и подошёл к дороге, помогая девушке поставить мотоцикл. Но они оба не могли отвести взгляд с того, как поразительным было то, как ярко с каждой секундой светилась этот странный… луч в небе. — Ты же со мной пойдешь проверить это? — спросила девушка, максимально стараясь сохранять рациональный вид, хотя было ясно, что она встревожена не меньше Джонсона. Тот, который уже почти дошёл до двери с мужчиной на руках, оглянулся, и заметил искорки голубого света на руке девушки…