какой твой любимый цветок, Арс?

      Арсений проводит полдня, суетясь с документами и оформляя академ в университете. Все получилось быстро, на удивление, без каких-либо сюрпризов и эксцессов. Только вот утро у Антона никак не выходит из головы. Сидя на остановке со стаканчиком какао Арсений думает, правильно ли сделал, когда так ему отказал. Может, все же стоило дать человеку шанс? Как-никак, а Антон его работодатель, а с такими людьми нужно налаживать контакт. Пока Арсений думал, стоит ли звонить Антону, подъехал нужный автобус.       На пути домой Арсений пишет Сереже с просьбой вечером прийти к нему. Ответ приходит почти сразу же, и он — положительный. Еще бы, друг уже неделю хочет с ним встретиться, а Арсений то занят, то не может, то в больнице.       До вечера парень успевает убраться в квартире, принять душ и даже приготовить что-то съедобное, не спалив кухню. Готовить он умеет, но не любит то, что на это всегда уходит много времени. В дверь звонят, и Арсений спешит открыть.       — Арсюха, да неужели, ты впихнул меня в свое плотное расписание, — заходит в квартиру Сережа, гремя пакетом из Пятерочки. Он скидывает кроссовки, ногой двигая их с прохода, кладет на пол пакет и по-медвежьи обнимает Арсения. — Я соскучился, вообще-то.       — Я тоже, Сереж, — со вздохом отвечает парень, обнимая друга в ответ.       Они располагаются в зале, включая на ноутбуке какой-то старый фильм на фон и разложив еду и напитки между ними. Арсений рассказывает Сереже про академ, про бабушку, но, когда речь заходит про Антона, он тушуется и отворачивается, вздыхая, не зная, стоит ли рассказывать прям все.       — Так, — Сережа поворачивается к Арсению, улавливая смену настроения. — И что не так с этим твоим Антоном?       — Да как тебе сказать — парень мнется, теребит край футболки пальцами. — Не то чтобы с ним что-то нет так. Просто он странный немного. Пожить с ним предлагал временно.       — И ты, получается, ему отказал, да? — Сережа отправляет в рот сырный шарик и запивает его газировкой.       — Ну конечно. Я ж не совсем дурак.       — И при этом ты переживаешь? Или что это с тобой происходит? — друг проницателен как никогда. Арсений закусывает губу и накрывает лицо ладонями, со стоном откидываясь на спинку дивана.       — Сам не понимаю, Серег.       — Зато я, кажется, понимаю, — Сережа давит ехидную улыбку, смотрит на Арсения. — Понравился он тебе, да?       Попов жмет плечами: он и правда не знает, что на это ответить. Да, Антон его определенно зацепил, привлек внимание своей непосредственностью и честностью, но не более. Его хотелось узнать ближе, хотелось пообщаться побольше, но Арсений не знал, насколько это будет разумно, учитывая те обстоятельства, в которые Антон его сам загнал.       — Сложно это, Сереж, пока ничего не могу наверняка сказать. Я же у него еще работать буду, вот и посмотрим, что из этого получится.       — Ну смотри, а то профукаешь, потом жалеть будешь, — Сережа хлопает Арсения по плечу и выходит из комнаты за еще одной порцией еды.

***

      Вечером, когда Арсений потихоньку готовится ко сну, телефон начинает разрываться звонком. Парень хмурится, думая, кто может ему звонить в такой поздний час, но все же отвечает на незнакомый номер.       — Да?       — Арсений, привет, — слышит он голос Антона и чуть не сбрасывает. — Прости, что звоню. Ты, наверное, не особо рад меня слышать. Но… Ты можешь сегодня со мной переночевать? Пожалуйста.       — Антон, у тебя что-то случилось? — в свою очередь спрашивает Арсений, ведь голос у мужчины звучит очень умоляюще.       — Не то чтобы прям случилось, — Антон делает продолжительную паузу. — Просто одному уже совсем невыносимо.       Настает очередь Арсения молчать в трубку. Он даже раздумывать над просьбой Антона не хочет — просто молчит, собираясь с силами и пытаясь отыскать правильный ответ. А есть ли он вообще?       — Ладно, — сдается Арсений. — Я приеду минут через сорок.       — Давай я сам за тобой заеду. Скинь мне адрес только, — оживляется Антон, и парень с ним не спорит. Просто кидает адрес сообщением. — Все, увидимся. Минут через тридцать буду.       Арсений не понимает, что это вообще было и как он умудрился ответить согласием на еще одну ночевку. Но уже ничего не поделаешь. Он кидает в рюкзак вещи для сна, зарядник, наушники, деньги, зубную щетку и расческу, так как сегодня утром было проблематично приводить себя в порядок, не имея под рукой таких элементарных вещей. Глянув на время, Арсений понимает, что спать-то, по сути, даже как-то рано. Можно смело часа два что-нибудь поделать.       Антон приезжает чуть позже, чем планировалось, поэтому Арсений минут десять сидит на лавочке возле подъезда, обнимая себя руками. На улице не холодно, но зябко, а возвращаться домой за джинсовкой не было никакого желания. Над головой шуршат кленовые листья, где-то в отдалении слышится гул еще оживленной улицы. Хорошо, тихо и спокойно. Арсений прикрывает глаза и вдыхает полной грудью, краем уха улавливая шум колес и двигателя автомобиля. Уже знакомый внедорожник мягко тормозит напротив подъезда, но Арсений не спешит залезать в салон.       — Хорошо сегодня на улице, да? — Антон вылезает из машины, обходит ее и встает под фонарь. Его макушка подсвечена желтоватым, а на лицо отбрасывает причудливые тени кудрявая челка. — Ты не против, если мы кое-куда заедем?       — Нет, — Арсений мотает головой, поднимается на ноги и подходит к Антону. Мужчина осматривает его, но ничего не говорит, лишь машет рукой в сторону автомобиля. Арсений кивает и залезает в салон. Антон захлопывает за ним дверь и сам садится в машину.       Мужчина вбивает в навигатор какой-то адрес и тихонько выезжает со двора.       — А долго ехать? — спрашивает Арсений, смотря, как по бокам от машины сменяют друг друга огни фонарей и фар.       — Нет, минут пятнадцать, наверное.       Арсений значительно расслабляется. Садится поудобнее и перестает стискивать лямку рюкзака до побелевших пальцев. Антон тянется и включает радиоволну на фон. Напряжение между ними — хоть ножом режь.       Мужчина лихо рассекает по улицам, едва касаясь руля ладонями, сокращает путь по пустым дворам, пока не останавливается возле небольшого магазинчика с неоновой вывеской. «Персефона» — написано ярко-оранжевыми буквами. Арсений вскидывает брови и первый покидает машину, больше из интереса.       — Это один из моих магазинов, — поясняет Антон. До закрытия — не более десяти минут, и Арсений не понимает, зачем они сюда приехали.       Антон пропускает его в помещение первым. По магазину разносится перезвон музыки ветров. Арсений слабо улыбается.       — Мы через десять минут закрываемся, — слышит он из-за прилавка. — Ой, Антон Андреевич, здравствуйте!       — Добрый вечер, Вика. Можешь домой идти. Я сам закрою все, — Антон улыбается девушке в зеленой рубашке. Та благодарит его, уходит в подсобное помещение, забирает оттуда свои вещи и уходит из магазина. Музыка ветров снова наполняет помещение.       — И зачем мы тут? — Арсений стоит напротив широкого холодильника, рассматривая через стекло различные цветы.       — Решил показать тебе, как у меня все устроено, — Антон чуть склоняет голову. Мужчина открывает в холодильник и проходит в это буйство цветов, подцепляет из вазы пять пышных гортензий и выходит к прилавку. Арсений наблюдает, как Антон умело обращается с цветами: обрезает лишнее, заворачивает в упаковочную бумагу, перевязывает лентой — светло-голубой, в тон цветам. Мужчина поправляет готовый букет, чуть пушит бутоны и протягивает цветы Арсению. Тот, опешив, не сразу берет букет, а когда все же делает это, то прижимает цветы к груди, вдыхая свежий аромат.       — Спасибо, — немного запоздало говорит Арсений, на что Антон лишь с улыбкой кивает, убирая с прилавка мусор и обрезки.       — Знаешь, что означают гортензии?       — А они что-то значат?       — Конечно, каждый цветок что-то да означает, — Антон осматривает помещение, выключает свет. Арсений выходит из магазина, а Антон ставит сигнализацию и закрывает дверь на ключ.       — Ну так и что они означают? — спрашивает Арсений, когда они уже сидят в машине.       — Их дарят в качестве извинения. И благодарности.