Когда начнётся прямая трансляция

      Тарталье всю жизнь казалось, словно, едва он переступит порог взрослой жизни, как реальность заиграет иными красками. Немного потерпеть, ещё подождать пару годиков. Школу закончить, экзамены сдать, в колледж поскорей, получать свой заветный диплом специалиста. Вся эта невыносимая мука кончится, а жизнь начнётся к двадцати годам, когда на руках окажется документ о высшем образовании, можно попрощаться с родителями, выпорхнуть из семейного гнёздышка и задышать полной грудью. Запах мнимой свободы пьянил, грёзы о взрослой жизни занимали голову похлеще уроков. Каждая ссора с матерью становилась поводом подумать о том, как же круто будет потом, едва он вырвется в свободный мир. Что только тогда начнётся настоящая жизнь, а не затянутый туториал, как в видеоиграх.       Не началась.       Ещё в колледже он начал подозревать неладное, когда выбранная им специальность не столько отталкивала его, сколь просто не интересовала. Первый впечатлительный азарт стёрся, осталась рутина с практическими занятиями и пугающими сессиями. Даже студенческая жизнь Тартальи была не комедийной романтической мангой, каковой он хотел её видеть, а лишь скучным набором воспоминаний, от которых остались притупившееся со временем послевкусие, несколько фотографий, длинные простыни переписок и парочка шрамов на теле. Было что рассказать в баре на корпоративе, вспомнить в кругу знакомых и поведать новой девушке, но на его жизнь они не повлияли никак. Набор застывших в голове картинок, кусочки давно отснятого фильма, не более.       Даже когда он получил свой заветный диплом, съехал от семьи в крупный город и прошёл через Ад сотен унизительных собеседований, чтобы обрести работу, та самая жизнь не началась. Более того, Тарталья осознал, что она и не начнётся. Потому что она уже идёт. Жизнь оказалась такой… Серой. Унылой. Удушливой. Меняются только лица в коллективе, которые давно перестали иметь значение, и вышестоящее руководство. Ни амбиций, ни мечты, ни свободы, только бы за аренду заплатить и прокормить себя до завтра.       Тарталья бесился, но ничего поделать не мог. Потому что, пока жизнь проходит мимо, остаётся только наблюдать. Краткие вспышки эмоций, красочные периоды слишком мимолётны для того, чтобы перебить горчащий вкус повседневной рутины. И годы пролетали слишком незаметно для того, чтобы успеть запечатлеть их. Злость от бессилия теплилась в сердце, шальные мысли не давали спать по ночам.       Но один человек заставил его научиться жить заново, и за своего кумира он был готов бороться до конца.

***

      Короткие ночные переписки стали обыденностью для Тартальи.       Каждый раз, когда заканчивался короткий стрим Моракса, Тарталья брался за телефон. Он знал, что к полуночи, а то и к часу ночи Чжун Ли брался за учёбу, и у него тут же возникало несколько глупых вопросов, на которые нужно было ответить. И он сидел, отвечал, находя в этом даже какое-то удовольствие. Взаимный обмен: Моракс дарил Тарталье утешение, а Тарталья дарил Чжун Ли своё время, терпение и малость сна, ибо часов для драгоценного отдыха стало сильно меньше. Но благосклонность его начальника того стоила. Тарталья убедился, что Чжун Ли ему не враг, а потому засыпал с лёгкостью на сердце, в предвкушении нового дня, а не его скорого конца.       Так пролетело полторы недели, к которым Тарталья слишком привык, когда случилось очередное утреннее собрание. Парень немного припозднился, задержался в предпраздничных пробках и занял своё место в спешке. Вся проектная команда уже была в сборе и только приступила к обсуждению, когда Тарталья развязывал шарф, стягивал пальто и старался как можно меньше раздражать своим присутствием. Особенно начальника, чьи круги под глазами за последнее время стали заметней даже сквозь толщу очков.       Тарталья опустился на место, вынул ноутбук из рюкзака, попутно слушая обсуждения. Чжун Ли же стоял во главе стола. Не сидел. Упёрся руками, чуть склонившись вперёд, заплетённые волосы спадали вниз по плечу.       — Я рад поздравить вас всех с завершением нашего проекта. — улыбнулся тепло он всем и, выпрямившись, сложил руки на груди. — Я уже сдал всю документацию, и её всю одобрили.       — У нас будет представление проекта? — спросила коллега, чуть приподняв руку, чтобы привлечь к себе внимание. Чжун Ли помотал головой.       — Нет, это всё. Ваша работа уже выполнена, презентацией я займусь сам. Если хотите, можете присутствовать, я дам Вам ссылку на конференцию. Однако это не обязательно. Вечером вы все можете быть свободны. — кивнул он и улыбнулся чуть шире.       Немая волна облегчения прокатилась по маленькому залу. Никто не проронил ни слова, однако заметно стало, как они расслабили плечи, облокотились на спинки стульев и улыбнулись друг другу, предвкушая свободный вечер без сверхурочных, без работы на дом, постоянных сроков или спешек. Даже Тарталья поддался этому настроению. Каждый раз как в первый. Расслабил спину, забросил ногу на ногу, отстранился от ноутбука. Взгляд уткнулся на монотонные обои рабочего стола, а голова занялась мыслью о том, чем бы тогда заполнить целый рабочий день, если проект уже выполнен. Он-то был уверен, что ещё оставались задачи, хотя бы до конца недели, а тут… У Тартальи почти выходной. Если не впрягут стажировать кого из новичков. Господи, да у него же до конца недели свободный график! Это почти четыре выходных, два из которых придётся потухнуть тут, но без напряжения. А ещё это значит, что у Чжун Ли будет меньше работы, а прямые трансляции станут чуточку дольше. Тарталья даже улыбнулся про себя, думая о том, чем заняться в свободное время.       Но разве не значило это, что Чжун Ли больше не будет его начальником? Тарталью отправят в другой проект, может статься в другую компанию ненадолго, и руководство у него сменится на неопределённый срок. Даже если оставят, то начальник всё равно поменяется. Исчезнут ночные переписки, редкие встречи в коридоре и утренние собрания.       Усмешка тотчас растворилась с лица, словно её никогда и не было. Теперь парень покусывал губу, глядя на бесцветные ярлыки рабочего стола. Выходит, что и Чжун Ли уйдёт куда-то к себе в компанию, откуда его перевели сюда. А он даже не успел познакомиться с ним как следует, поболтать в курилке или на обеденном перерыве. Лишь пару раз обменялся любезностями, угостил кофе, помог с учёбой. Тарталья успел привязаться к собственному ужасу. И, хотя Чжун Ли он продолжит слышать каждый день в роли Моракса, Тарталье теперь этого было мало. Уже привык видеть его и в жизни, и во время трансляций, и каждый из этих образов по-своему влюблял в себя. Но уже завтра его тут, вероятней всего, не будет. Проект выполнен, сдан куда нужно, зачем ему задерживаться? Неприятно на душе стало от этой мысли. Хотелось как-то удержать его подле себя хотя бы ненадолго. Ещё чуть-чуть.       Но в голову так ничего и не пришло. Какого-то весомого предлога удержать Чжун Ли рядом с собой чуть подольше не находилось, ведь как он мог это изменить? Разве оно вообще зависело от него? Тарталья чувствовал себя капризным противным ребёнком, который зло надувает щёки, краснеет от злости. Вот-вот топнет грозно ножкой перед дверями кабинета, угрожающе посмотрит в его сторону и преградит дорогу. По силе они равны, так что…       Тарталья помотал головой. Каков бред. Потому во время обеденного перерыва, захватив кофе для себя и для него, робко постучал в двери. Кофе ему он всегда брал самый сладкий, уже выучив кое-какие вкусы и пристрастия начальника. Помимо тех, которые ему уже были известны, само-собой.       Когда он постучал, ему незамедлительно ответили.       — Ох, я как раз собирался Вам написать, — едва Тарталья вошёл в кабинет, ему в лицо прилетели эти слова, — но я совсем забыл из-за работы. — схватился за голову Чжун Ли, улыбнулся и снова опустил взгляд на бумаги. Что-то заполнял, параллельно глядя на экран компьютера, писал быстро и аккуратно. На бледных руках виднелось сплетение синих вен, рубашка чуть смялась на рукавах от постоянных касаний. Внимательный взгляд янтарных глаз бегал по строкам. В моменты, когда Чжун Ли бывал сосредоточен, он невольно хмурил брови, отчего выглядел грозно, внушительно, как подобает всякому начальнику. Но затем отрывался от дел, и всё возвращалось на круги своя.       Тарталья удивился. Ему хотели написать? Очень интересно…       — По какому поводу? — спокойно спросил он и подсел напротив, поставил стаканчики чуть в сторонку, чтобы те не мешали, но кофе начальника придвинул к нему чуть поближе, чтобы не перепутать. — Это связано с работой?       — Нет, не переживайте. — бегло бросил Чжун Ли и, отложив письмо, взялся за клавиатуру. — Прошу прощения, что не могу спокойно поговорить. Нужно доделать презентацию.       — Не стоит извиняться, я понимаю. — бросил Тарталья.       — Я хотел поблагодарить за то, что… — Чжун Ли всё время отвлекался на работу, говорил обрывисто и часто повторял самого себя. — Хотел сказать спасибо, что помогали с проектом. И с обучением в том числе.       — Пустяки. — усмехнулся Тарталья. На самом деле его сердце отбивало неровный ритм в груди, от которого кружилась голова. — Если Вам понадобится ещё помощь, то не стесняйтесь обратиться.       — Правда? — немного удивлённо спросил мужчина и даже поднял взгляд на подчинённого. Тарталья немного растерялся, глаза забегали по кабинету. Чжун Ли понятия не имел, сколько чувств дарит ему одним только своим вопросом.       — Конечно, всегда рад помочь. — Тарталья попытался звучать и выглядеть уверенней, но получалось неуклюже, голос звучал неестественно, даже грубо.       — Мне как-то неловко просить Вас всё время мне помогать. — сознался мужчина и окончательно отвлёкся от работы. Отставил клавиатуру, чтобы освободить место для кофе, поднял взгляд на собеседника.       — Угостите чем, и мы в расчёте. — дружеским тоном добавил Тарталья. Мужчина улыбнулся, обхватил стаканчик руками.       — Договорились. Я собирался пригласить нашу команду отпраздновать конец проекта, но думаю сделать это ближе к выходным. У Вас нет никаких планов на пятницу, скажем? — предложил мужчина и прильнул губами с стаканчику. На миг Тарталье показалось, он мог ощутить вкус его ванильного латте у себя на языке. Провести время вместе вне работы с кумиром… Тарталья отвернулся, обдумывая предложение. Хотя что тут было думать? Скорее соглашаться!       — У меня нет никаких планов на этот день. — ответил он.       — Хорошо, тогда я сообщу завтра, как только забронирую нам столик, где и на который час мы собираемся. — кивнул Чжун Ли, но тут же ему пришло уведомление, и он вновь уткнулся в свой монитор. Работа. Проклятая бесконечная работа. Тарталья, оставшись без внимания своего кумира, был вынужден откланяться и уйти на обед, переваривать свои впечатления.       Он снова столкнулся с Чжун Ли уже на автобусной остановке.       На дворе давно стемнело, даже в свободный день Тарталья всё равно умудрился задержаться. Чёрное беззвёздное небо угрюмо нависало над головой, пока высотки, словно новогодние ёлки, мерцали гирляндами зажёгшихся окон. Оживлённая дорога, снова где-то пробки. Машины беспокойно пересекают улицу, сигналят друг другу. В наушниках играет музыка, замёрзшие руки спрятаны в карманах. Нос замёрз, и Тарталья зарылся в шарф. Автобус задерживался, на остановке уже образовалась неплотная толпа. В некоторых лицах Тарталья узнавал коллег, но ни в коем случае не здоровался с ними и не прощался. Снег лениво сыпал мелкими хлопьями, тонкой плёнкой ложился на тротуар. Тарталья переминался с ноги на ногу в томительном ожидании, когда ощутил, как кто-то коснулся его плеча. И от внезапности он резко развернулся назад, вынул один наушник, чтобы с претензией броситься на того, кто посмел побеспокоить его вне рабочего времени.       — Простите, напугал? — Чжун Ли сделал неловкий шаг назад, будто испугался, что парень ударит его от испуга. Тарталья тут же смягчился в лице. Слишком внезапная встреча, он растерялся и застыл, понятия не имея, что сказать. Обычно Чжун Ли уходил либо многим позже подчинённых, либо многим раньше, и точно не этим маршрутом. Потому в голове разом всплыло слишком много вопросов, сбившие Тарталью с ног.       — Да, немного неожиданно. — усмехнулся парень и повернулся обратно к дороге, как только Чжун Ли поравнялся с ним. В длинном чёрном пальто, перчатки облегают ладони, в руках портфель под стать солидному образу строгого начальника. Тарталья кидал на него взгляды исподтишка, оценивал каждую складочку на одежде, а про себя думал, как же смешно выглядит на его фоне: старенькая дутая куртка, пора бы уже менять давно, и шарф совсем не подходит под одежду. А уж с рюкзаком он вовсе не создаёт серьёзного образа.       — Вы этим автобусом домой едете? — спросил заинтересованно Тарталья.       — Машина пока в сервисе, так что придётся покататься на общественном транспорте. — чуть улыбнулся он. — Вам в ту же сторону? — спросил он в ответ. Тарталья кивнул. Всё ещё держал мёрзлыми пальцами наушник, решил не надевать обратно, только сбавил громкость у музыки. — Это Вам до какой остановке?       — Да мне проехать всего пять остановок. Просто сами видите, какие тут расстояния между ними. — усмехнулся парень. Чжун Ли любезно улыбнулся в ответ.       — Мне через две остановки после Вашей, получается. — уточнил он. Тарталья удивлённо приподнял брови.       — Довольно близко. — подметил он и усмехнулся следом. Тарталья никогда бы в жизни не подумал, что Чжун Ли может жить в каких-то нескольких кварталах от него, в пяти минутах на автобусе. Получалось, они с Мораксом всё это время были так… Близко. Почти на расстоянии вытянутой руки. От этой мысли голова закружилась. Стоило только помыслить о Чжун Ли, как о любимом Мораксе, как внутри просыпалась фанатеющая девочка, какую он открыл в себе лишь недавно.       Но каков Чжун Ли без своего аватара? Парень посмотрел на стоящего рядом мужчину, выбрасывая из мыслей кумира, чтобы оценить его таким, каким он был в настоящей жизни. А перед ним стоял привлекательный, на первый взгляд серьёзный, но вежливый мужчина тридцати пяти лет, старательный работник и хороший специалист в своём деле. Как и все, варится в Аду пять на два, ездит домой, арендует квартиру в небогатом районе, по вечерам отдыхает, занимается домашними делами. Спокойный, временами даже забавный человек, с которым приятно работать. Если б он только мог остаться в их компании на той же должности, жизнь Тартальи заметно бы полегчала.       Автобус подъехал через несколько минут, и очередь из пассажиров тут же засуетилась. Тарталья зашёл вместе с начальником почти одновременно, старался держаться поближе, чтобы не затеряться в огромном живом потоке. Это был первый раз, когда он ехал с коллегой домой, а не в привычном одиночестве. Крепче схватился за поручень, поближе придвинулся к Чжун Ли и даже толкнул кого-то, чтобы никто не смел встать между ними.       Когда все пассажиры зашли внутрь, автобус тронулся. Внутри салона вместо музыки заиграли чужие разговоры. Тарталья и сам обратился к своему знакомому:       — Получается, Вы с нами больше не работаете? — спросил он с некоторой тоской в голосе. Чжун Ли усмехнулся по-доброму, взглянул на парня рядышком.       — Пессимистично. — затем выглянул в окно, задумавшись над ответом. — Вполне возможно, что в будущем меня пригласят ещё раз. — едва он сказал это, как Тарталья облегчённо выдохнул. Стало быть, это не последняя их встреча. И всё-таки не известно, когда им ещё повезёт столкнуться…       — Я совсем забыл поинтересоваться, как прошла презентация? — спросил парень, когда автобус резко затормозил у светофора, и Тарталья, некрепко державшийся всё это время за поручни, чуть не улетел по инерции куда-то в толпу. Однако повезло врезаться в Чжун Ли, удариться головой о его плечо. Мужчина рефлекторно схватил его свободной рукой, помогая устоять тому на ногах.       — Да, мать твою! — крикнул Тарталья рефлекторно водителю. — Прошу прощения. — он встал на ноги, выпрямился и покосился на своего начальника. Чжун Ли помотал головой и убрал руку с его плеча.       — Ничего, случается. Главное, что всё обошлось. — и задержал взгляд на своём подчинённом. — О чём Вы хотели спросить?       — За презентацию. — напомнил парень. Неловкая ситуация, Тарталья не прекращал поглядывать на собеседника, пока тот не замечал. Ему нравилась внешность начальника, нравилось наблюдать за его повадками и поведением, за каждой маленькой незначительной реакцией, и как та преображает его лицо. Несказанно повезло той, которую он выбрал своей спутницей жизни. Если выбрал. Тарталье думать об этом не хотелось, эта мысль тут же выскальзывал из головы, будто само сознание выбрасывало её прочь.       Чжун Ли кивнул.       — Всё хорошо, мы все прекрасно справились с проектом, поэтому Вам не о чём волноваться.       — Да я так, из интереса. Мне главное работу сдать, дальше меня не волнует, что о ней подумают. — сознался Тарталья и усмехнулся. Чжун Ли усмехнулся следом.       — Признаться, завидую тому, как спокойно Вы можете к этому относиться. Не смотря на свой возраст и стаж, я всё равно поддаюсь волнению.       «Я знаю», — подумал про себя Тарталья и улыбнулся. Моракс часто волновался, чего скрыть особо не старался: говорил об этом сам, иной раз его голос мог дрогнуть, дыхание сбивалось, и он неловко смеялся, пытаясь замаскировать тревогу.       — Для этого надо просто не любить работу. — пожал плечами Тарталья.       — Тоже верно. — Чжун Ли улыбнулся.       И за разговором Тарталья совсем не заметил, как быстро кончилась всегда долгая нудная дорога, а впереди замаячила его остановка. Он спешно распрощался с Чжун Ли и выбежал наружу, ненадолго остановившись только для того, чтобы посмотреть на уезжающий прочь автобус. Стоило тому уехать, не задерживаясь ни минутой более, Тарталья улыбнулся самому себе и спокойно отправился домой. Торопиться ему не совсем хотелось. С неба моросил мелкий снег, таял на рыжих волосах, щёки розовели от перепада температур. Хотелось запечатлеть этот миг в памяти, впитать его каждой клеточкой кожи, и Тарталья сбавлял скорости, с сожалением приближаясь к дому.